Лирый для Вани

Если бы я учился в школе и меня попросили бы на уроке написать сочинение «Как я провел лето», то оно было ооочень короткое: «Ужасно! Врагу не пожелаешь! Хотя…» С этим согласны были все! Вот только после столь яркого наказания в круге оспорить решение вожака никто не осмелился, а потому каждый день работали на животноводческой ферме, что находилась в часе езды от крайней точки территории стаи. Возможно кто-то, если и жаловался родным, то ничего этим не добились, так как справедливость решения Максима поддержали все, а кто-то из бет еще и дома получил нагоняй, так как волки в стае оставались в неведении до последнего момента и не знали, что произошло. Так на следующий день ходить и сидеть мог нормально только я, получив свое от Макса, а вот остальные… После не только Марк садился с оглядкой, но даже Диана старалась сесть на самый краешек, чтобы меньше доставалось попе. В итоге, я понял, что многие оборотни в стае переняли от Максима способ воспитания детей, решив им закрепить наказание вожака на непокорных чадушках, а заодно повторить его слова, что надо было звонить домой и просить помощи, а не отмалчиваться. В любом случае, авторитет Максима в стае еще вырос. Другой бы не стал разбираться и попросту расправился с бетами, по очереди вызывая в круг, а может и вовсе отказался бы от волков, оставляя за ними права членов стаи, но при этом отношение к ним стало бы таким, что лучше уж в изгнание. Для меня и Дианы была одна дорога – стать свободными омегами стаи, и с кем бы мы проснулись после течки неизвестно, не говоря уже про беременность или травмы, полученные от случайного партнера. От одной этой мысли я готов был падать в ноги вожака и просить прощение. По всем параметрам выходило, что мы отделались легкой кровью, даже то, что мы уехали уже на следующий день, избавило нас от нареканий со стороны стаи, а по осени уже про это никто и не вспомнит. Как и обещал, в десять утра следующего дня возле круга нас ждал Владимир Вацловас, отчество которого я зубрил пол вечера, пока язык перестал заплетаться и не получилось четко и ясно проговорить (Никогда не думал, что во рту так много лишних зубов и мышц, не дающих выговорить простое слово. Шлункокышкивнык – с третьего раза смог выговорить, а с четвертого даже два раза подряд!!!). Пересчитав всех, чуть ли не по головам, кошак повел нас пешком по территории стаи, пока не вывел к дороге, на которой уже стоял старый, в некоторых местах ржавый, пропахший бензином автобус. После той роскоши, которой нас окружил Максим, в это даже садиться было противно. Почти час безумной тряски по ровно асфальтированной дороге, и больше десятка зеленых с лица бет и пары омег высыпало на свежий воздух рядом с высоким забором, за которым и находилась наша будущая каторга. Первым делом нам устроили экскурсию на четыре часа, проведя по всем комплексам, и чем дальше, тем мне становилось страшнее. Коровник стал отправным пунктом и самым «безобидным». Запах можно было терпеть, хотя мне очень хотелось оказаться на улице, а не разглядывать флегматичных буренок, которые даже оборотней не боялись. Стоит отметить, что сам коровник представлял из себя достаточно современное помещение, разделенное на несколько отсеков, где содержались молокодающие буренки, племенные бычки, молодняк, новоявленные «мамки» с телятами, но последних держали вместе не более недели, а то и меньше, после кормя детенышей из бутылочки. Из каждого загона стадо можно было вывести на отдельно отгороженное пастбище. Конюшни делились также, только коники восприняли нас менее доброжелательно, свободно передвигаясь в денниках, так что даже не стараясь их рассмотреть, постарался спрятаться в середине нашей толпы и только смотрел под ноги, чтобы избежать особо подозрительных комочков среди соломы на полу. В свинарник нас практически впихнули угрозой позвонить вожаку. Запах стоял такой, что хотелось сбежать и наплевать на все. Еще раз по попе в круге? Да запросто!!! Выйдя из этого комплекса, я уже начал радоваться, надеясь на конец, но самое «вкусное» Владимир Вацловас оставил напоследок! Ради разнообразия проведя нас по небольшому птичнику, где кроме сотни кур и гусей было пара десятков индюшек. После всей вони предыдущих помещений тут был рай, и плевать, что петухи смотрят на нас и лапами подстилку роют, хотя с индюками будет пострашнее. Кульминацией «экскурсии» и нашего нецензурного шока стало помещение с козами! Запах мочи напрочь лишал обоняния, а Диану и сознания. Молодая волчица развалилась на руках Лея и разве что на голову к нему не залезла, закатывая глаза и показывая как ей плохо. В первый раз я стал присматриваться к бетам как к альфам, в надежде, что может тоже кому на шею сесть или хотя бы вызвать жалость у кошака, который нас и не думал уводить отсюда, рассказывая про свою гордость в виде не только молочных коз, но и пушных. Определенного названия у последнего строения не было, так что мы его сами окрестили позже – козюльником, считая самым страшным местом на ферме. Так мы и прошлись вдоль всех загонов, пастбищ и хозяйственных строений, где хранился инвентарь. И под конец ознакомления с фермой наша процессия больше напоминала шествие зомби, чем молодых и сильных оборотней. В блоки переработки и готового сырья нас не пустили, запретив самим заходить и сказав, что там все работники в стерильных одеждах и с медицинскими книжками. Оборотни в общем-то и не болеют, но без знания правил безопасности все же не стоит рисковать. Как итог, мы, усталые и голодные, оказались возле небольшого двухэтажного, деревянного домика. - Вот тут вы будете жить: точнее мыться, спать и, если что, нужду справлять, – подвел итог Владимир Вацловас. - А есть? – пискнула Диана, все еще ошалелая после увиденного и прочувствованного собственным носом. Как только этот кошак выдерживал? - Пойдемте, столовую Вам покажу. Готовит там моя жена, так что будете обижать, она об ваши шкуры будет когти точить, – весело предупредил оборотень. Вот тут я не выдержал и у меня начался нервный смех. Утерев выступившие слезы, я только и смог из себя выдавить: «Как скажешь, начальника!», парадируя иммигранта-трудяжку из человеческой развлекательной программы, которую смотрели все оборотни в доме, и, узнав этого героя, не выдержали и заржали, снимая напряжение всего дня. Как ни удивительно, Владимир Вацловас от нас не отстал и присоединился к всеобщему веселью, только и выдавив из себя: «Талант!» Отсмеявшись, нас повели в столовую, которая ничем не отличалось от любой другой советского времени, не раз виденной в фильмах. Как и сказал оборотень – это было царство его жены с красивым именем Клавдия, вот только внешность мулатки с ним никак не вязалась. - А что у нас тут за котятки? – басовито муркнула женщина, приобнимая мужа, оказавшегося ниже ее на пол-головы. - Это провинившиеся от Максима Федоровича, - пояснил ее муж и наш начальник теперь. - Какие худенькие! Ну ничего, мы это исправим! – воодушевилась оборотень, как после мы узнали, ее зверь был пантерой, и свое обещание сдержала, закармливая нас, как поросят перед убоем. Только от пирожков с яйцом я воздерживался, все еще вспоминая последствия знакомства с ними… Но и без этого все было очень вкусно, сытно и питательно, а с учетом нашей ежедневной работы, есть хотелось всегда и много, но желания желудка не всегда совпадали с возможностями – физических сил не хватало донести ложку до рта. Для начала мы научились убирать за животными, борясь со своей брезгливостью. Диана чуть ли не в обморок падала, когда на только что убранное место падала свежая коровья лепешка, хотя по большей части в это время все были на выпасе. К свинарникам допустили только бет, так как взрослый боров мог запросто снести оборотня. И слава богам, так как их я несколько побаивался. В птичнике оказалось легче всего, если не брать в расчет агрессивно настроенных петухов и гусей, но это взрослые проявляли агрессию, а птенцы были сама прелесть. Но не все малыши были такими покладистыми. Например телят постарше поили не просто водой, а добавляли в него молоко. Потому, стоило только завидеть ведро, как все стадо мелочи бежало на тебя со всех копыт, громко мыча. Молодые козы были бодливы, пока по лбу не получали, и довольные, признавая твой авторитет, не начинали есть. Жеребята могли не только куснуть, но и лягнуть. Где-то через неделю уборок и частичной кормежки животных наши обязанности расширились. Теперь приходилось вставать в четыре утра и идти доить всех, кто мог дать молоко. - Прежде, чем подключить доильный аппарат, надо убедиться, что он стерилен, а точнее из стерилизационной комнаты, все шланги чистые и в них нет лишних частичек, и не забыть их мыть после использования! – кошак рассказывал, а мы молчали и охуевали, не решаясь задавать вопросы. - Дальше руки должны быть чистыми, ногти, надеюсь, у всех подстрижены и без ободков грязи под ними? Смотрите! Проверю каждого!!! Дальше, руки дояра должны быть теплыми, иначе животное испугается. Прежде чем подключить доильный аппарат, надо: позвать по имени, чтобы не испугать, помыть вымя теплой водой, насухо вытереть чистым полотенцем, второй раз им уже нельзя пользоваться! Все это проделали, теперь надо немного помассировать вымя, чтобы не травмировать, – рассказывая все это, Владимир Вацловас сразу и показывал, на что, казалось, корова начала млеть, но это мои догадки. - Теперь присасываем, и первые струйки должны быть в кружку, – с этими словами он нацепил вакуумные присоски, так и не сказав их названия, продолжил просвещать несколько шокированных нас. – Видите на стенках белое молоко? – показал нам кружку с темными стенками и дном, в которую уже попала первая струйка и тут же шланг был вставлен в доильный аппарат. – Вот, значит корова здорова и ничем не болеет! Ух, Мурка, ты моя!!! – тут же погладил по боку скотину и напомнил кота Матроскина из детского мультика. Премудростей в доении было еще много, но так быстро и сразу о них не расскажешь, но, как я понял, в этом процессе бетам больше всего понравился момент с массажем вымени, на что я мог только посмеяться, а вот на Диану посмотрели почти все, когда она начала фыркать, а после и вовсе прикрыла грудь руками. Дойка была утром и вечером по расписанию, днем же нас ждали лопаты и уборка помещений, пока скотина на выпасе, сбор яиц, подкорм молодняка и прополка немногочисленных грядок с овощами, сахарной свеклой и кабачками, последние ели все без исключения. Мы начали постепенно привыкать к графику. Спать ложились и вставали рано, в комнатах жили по пять волков, ставя раскладушки, ели в столовой, мылись по очереди, отучив Диану по часу плескаться под душем, даже находили иногда время, чтобы почитать или отдохнуть днем. Владимир Вацловас уже не казался таким чужим, я бы даже сказал, что к семье оборотней проникся каждый, настолько рысь был ушлым и скользким с другими, но становился урчащим котенком рядом с грозной, но не менее доброй женой. На дворе был август, когда в доильные цеха к нам заглянул довольный оборотень и, потирая ладони, объявил: - После дойки всех жду возле входа, нас ждут великие дела!!! Переглянувшись и пожав плечами, мы снова занялись своими обязанностями. За работой пролетело время, потому, когда отнесли последний бидон в хладкомнату, я уже и забыл, что кто-то приходил, потому, выйдя, все удивились довольному виду нашего начальства. Опуская подробности, после которых мне еще долго будут сниться не самые радужные сны, я лишь скажу, что нам показали, как происходит искусственное оплодотворение с самого начала, начиная со сбора семени. Мне стало дурно еще на первом этапе, когда быка поставили в тесный загон, ввели в задницу огромный фалосовидный агрегат, а после подключили проводами к аппарату. Вот в тот момент, когда пустили разряд тока, я понял, что мне плохо и, видимо, не мне одному, при этом Владимир Вацловас пытался нас подбодрить. Смотреть дальше я не смог, попросту выбежав из ангара, уже через минут семь ко мне присоединилась Диана и тоже бледная. - Вань, там такой… - развела она руки в стороны, показывая размер. - Диан! – выставил я ладонь перед ее лицом, молчаливо прося оставить при себе свои комментария. – Я лучше буду убирать навоз, чем смотреть на это, и тем более участвовать… - Знаешь, я пожалуй тоже, – выдохнула волчица и добавила: - По крайней мере меня не хватит, чтобы еще посмотреть на коллективную дрочку козлов, свиней, коней и баранов. - А вот это вы зря! На будущее могло бы и пригодиться! – как черт из табакерки появился Владимир Вацловас, а следом и остальные оборотни, заулыбавшиеся на заявление кошака. - Ну, главное они массаж вымени научились делать, – не смог промолчать я, видя, как у некоторых заалели уши. За все лето я ни разу не позвонил Максиму, так как времени на это просто не было, зато когда нас собрали, сказать, что все свободны и наказание закончилось, мы даже растерялись, настолько втянулись в работу. Обратная дорога в стаю была веселой и шумной, мы все старались поделиться друг с другом впечатлениями, и, неважно, что все то же самое происходило с остальными, вспоминали курьезные случаи, как, например, любимая корова кошака по кличке Мурка лягнула Марка и тот сел в свежую лепешку, а после от него еще пару дней попахивало. Хотя, навозом воняло поначалу от всех, а после и привыкли как-то. В стае нас встретили тепло, но с объятиями не спешили, отправив по домам мыться, а вот вечером того же дня устроили праздник. Вынесли столы на улицу, жарили мясо на углях, овощи, на которые мы налегали больше, после столь близкого знакомства с «шашлыком». - Чего невеселые такие? Понравилось? – подошел к нашей компании Максим. - Ну, в общем, да, хотя было очень тяжело, – кивнул я. - Естественно, работать всегда тяжело, потому надо грызть гранит науки, – кивнул омега, – а ты чего не ешь ничего? – тут же спросил он Лея. - А он по зазнобе своей вздыхает! – не смогла удержаться Диана, вызывая смех у остальных бет и смущая волка. - Точно! По Мурке, с вот таким выменем! – подхватил Диану Марк, показывая руками размер того вымени на своей груди. - Впечатляет! – присвистнул Максим, взглядом оценивая размеры. – А что с выменем-то? Там же все машинизировано, а не ручным трудом! - Эээ… Ну, так нужно же вымя помассировать перед дойкой, – сказал, а сам покраснел как рак. Почему-то было ощущение, что я признаюсь в преступлении или чем-то очень пошлом. - Аха-ха-ха! И что все лето так? – глядя на рыдающего от смеха Максима, мы кивнули. - Ой, идиоты! Вань, вот тебе телефон на что? Мог бы в Интернет залезть и посмотреть, что при машинной дойке массаж не нужен! Ну, блин, Вовка вас и развел… - Ну вас! – совсем красным стал Лей. - Но у Мурки там действительно ВО!!! – развел руки в разные стороны Макс, показывая размер вымени. - А ты откуда знаешь? – поразился я. - А я когда выкупал часть дела у Владимира, он мне тоже экскурсию устроил с подробным описанием своей деятельности, – хохотнул Макс. - Ты корову доил?! – шокирован кажется был не только я, а вожак только кивнул и пошловато хмыкнул. - А быков это… того… тоже? – сипло спросил, а сам уже представил, как меня за такую дерзость сейчас снова отшлепают. - Не, мне на хряке показывали. Главное, что присоединиться не пригласили. Занимательное зрелище, хочу заметить. - Так ты хозяин фермы?! – дошло до меня сказанное ранее. - Я долевой участник. А ты как думал? Я вас к чужому дядечке отправлю?! Ладно, отдыхайте, веселитесь. Скоро нужно будет в Красногорск возвращаться. Пока в институты сходите, узнаете, что и как после лета, – начал перечислять Максим. - А Марк? – вспомнил я причину вынужденных каникул на ферме. - А что Марк? Жив вроде, здоров! – оценивающе посмотрел вожак на загрустившего бету. – Ничего, научится себя контролировать, может и доучится, а пока рано ему к людям. - Но ведь у Владимира Вацловиса тоже работали люди и ничего – не было конфликтов! – заступился я за волка. - Да у него тех людей по пальцам двух рук можно посчитать! Так что, пока мое решение – нет, – поставив жирную точку в разговоре, Максим отошел от нашей компании. Для нас вечер был испорчен, но оспорить решение вожака никто не мог – он сказал свое слово! Уезжать из поселения стало для нас привычным делом. В этот раз не было долгих прощаний, хватило и одного микроавтобуса, чтобы все разместились. В дороге я выспался на плече у Дианы, а по приезде дом в Красногорске показался большим и пустынным. Я уже привык, что рядом слышно дыхание бет, и теперь эти царские хоромы были неуютными, хотя к нашему возвращению все было подготовлено и даже закуплена еда. Еще как результат нашего наказания, никто не смог спать после шести часов утра, а потому первый завтрак в старом доме был необычайно рано, и, что самое главное, готовил не я один, а все вместе. На кухне такое количество народа попросту не поместилось, так что часть бет я отправил в столовую чистить и резать овощи, мясо, а сам принялся именно готовить. В деканате своего института я получил подтверждение своего распределения и, не дожидаясь начала практики, решил съездить и, если получится – осмотреться. Дорога заняла не так много времени, зато я смог побродить между корпусами детской городской больницы, а после, проходя мимо открытого окна, почувствовал запах, который вмиг заставил кровь кипеть. Простояв еще минуты три, вдыхая воздух и больше не улавливая аромат, с сожалением отошел подальше, но место запомнил. Видимо, кто-то прошел по коридору, а сквозняк донес до меня запах моей пары. Точнее не так – моей истинной ПАРЫ! Стоя и улыбаясь, как дурак, я предвкушал предстоящую практику и представлял, как встречу своего единственного, истинного альфу, даже отголосок запаха которого заставляет меня желать его всей душой и телом!