Деревянный Клинок

      Урожай был собран, Свободные нашли новое место для сбора и хранения добра, а новые карты, подправленные во всех нужных местах, Дженсен передал Джареду с Мигелем, потому что встречаться с ним лично он не имел никакого желания. Так что теперь можно было, наконец-то, расслабиться. Дженсен, насвистывая, шёл в конюшню с бутылкой виски, теперь-то можно по-настоящему выпить, тем более что там его уже ждал Том.       Вечер обещал быть прекрасным.       ― Карты выглядят иначе. Почему? ― холодно спросил Джаред, как только Дженсен вошёл.       Вот принесла нелёгкая!       ― И вам добрый вечер, мистер Падалеки, ― Дженсен принял вид искренне удивлённого человека. ― В самом деле? Не может быть! Я их сам проверял, и всё было правильно! Неужели меня память подвела?! Хм... наверное, мне стоит их снова забрать и заново исправить.       ― Не стоит, ― Джаред помимо воли начинал злиться, хотя и сам не мог точно определить на что именно. ― Карты испорчены. Теперь придётся сделать новые.       Он окинул парня долгим взглядом, сердито сведя брови, задержался на бутылке в его руке, а потом неожиданно для себя выдал:       ― Поехали, покажу кое-что.       ― Что?! ― вот теперь Дженсен действительно был искренне удивлён.       Он ждал, что его как минимум снова приложат головой об стену. В любом случае у Дженсена были другие планы, которые сейчас нетерпеливо ждали его в комнате наверху. Он широко улыбнулся и, подняв повыше бутылку, потряс ей.       ― Мистер Падалеки, я работал всю неделю, как проклятый, и теперь хочу использовать свой заслуженный отдых по полной программе. Я бы пригласил вас присоединиться, но боюсь, нам с приятелем и самим будет мало.       ― Подождёт твой приятель, ― Джаред перехватил бутылку и поставил её на пол. ― Седлай свою Юсту, поехали.       Самым первым порывом было сделать всё наперекор. Так было всегда, когда Падалеки что-то от него хотел. Это желание жгло изнутри, и обычно Дженсен потакал ему ― уж больно хотелось посмотреть, какая будет ответная реакция. Но в этот раз он почему-то решил уступить. Дженсену подумалось, что просто его рациональность решила наконец-то проснуться и перестать испытывать терпение Имперского солдата.       ― Ваша воля, мистер Падалеки, ― и направился к своей лошади.       Джаред ехал в сгущающихся сумерках и недоумевал, какого хрена он потащил с собой Дженсена. Вот надо было? Ведь если он как-то в этом замешан, ему лучше не знать, что Джаред нашёл пещеру. Хотя раз парень будет у него под боком, он не сможет никого предупредить. По крайней мере, сегодня. Ладно, что сделано, то сделано. Хотя бы не так скучно будет караулить ночью в лесу неизвестно кого.       ― Вот, видишь линии на этой карте? ― ага, отличный вопрос, по такой темноте только карты изучать! ― Этого места как будто вообще не существует, а раньше оно было отмечено.       Дженсен сердито запыхтел. Вот откуда он такой глазастый взялся?! Ведь видел карту всего-то ничего, а уже запомнил, что где было. Чёрт! Теперь неизвестно во что выльется эта афера с подменой карт. Дьявол!       ― Я точно не помню, но тут, кажется, были старые шахты. Они давно закрыты. Может, картограф решил, что это несущественно, раз их уже больше полувека никто не использует?       ― Это не совсем так. Я нашёл пещеру, которую использовали и довольно активно. И совсем недавно.       Джаред спешился и жестом позвал его следовать за собой.       Не зря Дженсен торопился! С таким упорством Падалеки накрыл бы их в первые несколько дней. Недооценил его Дженсен. От мысли, что эта ошибка могла стоить жизни его ребятам, в груди словно холодом всё сковало.       ― Этого не может быть. Я бы знал. Мы с охраной прочёсываем эти места каждые три дня.       Джаред глянул на него через плечо.       ― Хреново, значит, прочёсываете, ― беззлобно сказал он. Всё же пещера была хорошо скрыта от глаз деревьями, и если её не искать, то фиг заметишь. ― Я думаю, кто-то ещё может здесь появиться. Следы совсем свежие. Подождем.       Им надо убираться отсюда и как можно скорее! Крис со Стивом должны вернуться после полуночи за несколькими мечами, зарытыми в глубине пещеры.       ― Ты думаешь, это та банда? Как их там... Освобождённая Страна? Чёрт, ты хочешь сказать, эти подонки шныряют по моим землям?! Нам срочно надо сказать отцу! И уже завтра здесь будет полноценная охрана! Поехали!       Дженсен ухватил Джареда за рукав и потянул к выходу.       ― Спокойнее, ― усмехнулся Джаред. ― Завтра может быть уже поздно, так что лучше мы сами тут покараулим. И не кричи так, а то повстанцы Свободной Земли, ― он выделил название голосом, снова хмыкнув, ― услышат твои вопли даже на другом конце Империи. Располагайся поудобнее, возможно, мы тут надолго.       Дженсен и не надеялся, что это будет легко. Они уселись недалеко от выхода, чтобы было видно, кто подходит к пещере, в то время как их самих укрывал полумрак каменных сводов. Лошадей они спрятали в глубине пещеры, а затем ветками замели следы ног и копыт.       Этот сукин сын знал, что делал. Дженсен лихорадочно думал, как предупредить парней. Нужно использовать всё, что есть! Даже репутацию.       Он сделал вид, что начал мёрзнуть, то и дело растирая руки и плечи, и даже пару раз натурально клацнул зубами.       ― Слушай, здесь чертовски холодно, ― заныл он. ― Может, хоть костёр разведём?       Джаред посмотрел на него, как на неразумного, и усмехнулся:       ― Ага. Отличная засада получится.       Дженсен громко и недовольно заворчал, продолжая делать вид, что в пещере как минимум зима наступила.       ― Зря бутылку оставили в конюшне. Надо было с собой прихватить. Не мёрзли бы сейчас... ― и уже совсем тихо: ― и не только бутылку...       ― Ты бы хотел, чтобы мы ещё и парня твоего прихватили? ― хмыкнул Джаред и проворчал, вглядываясь в темноту наступающей ночи: ― Такими темпами можно было бы здесь вечеринку устроить. Никак не нагуляешься? Каждую ночь ведь в город таскаешься. И каждую ночь с ним. Неужели один раз не потерпишь?       И что это было? Что за интонации?       ― С ним весело. А сейчас ещё и тепло было бы, ― Дженсен снова поёжился и ещё плаксивее добавил: ― Если я заболею и умру, виноват будешь ты!       ― Неженка, ― улыбнулся Джаред и обернулся к нему. ― Ну чего ты? Не так уж и холодно же.       ― Это вам, бесчувственным воякам, всё нипочём! Хоть в сугробах спать, хоть на адской сковородке! ― Дженсен демонстративно втянул голову в плечи и отвернулся от Джареда, всем свои видом показывая, кто именно виноват во всех его несчастьях. Джаред покачал головой и, ухватив за локоть, потянул Дженсена поближе к себе.       ― Эй-эй! Ты чего делаешь?!       ― Да брось ты. Так теплее, согреешься. Хоть зубами стучать перестанешь, ― Джаред, преодолев сопротивление, не очень-то активное, кстати, притянул его вплотную к себе и обнял за плечи. ― Расслабься. Никто на твою честь не посягает.       Дженсен зыркнул на него для порядка, но отодвигаться не стал. Наоборот, страдальчески вздохнув, словно смиряется с самой тяжкой судьбой, он притёрся к нему бедром и поуютнее устроился под рукой. А через пять минут и вовсе привалился к Джареду, откинув свою голову ему на плечо.       ― Да... так теплее. Ты прав, ― хрипло протянул Дженсен, немного понизив тон.       Джаред непроизвольно сглотнул. Вот чего он ёрзает? Джаред внезапно осознал, как давно у него никого не было. С этим проклятым Клинком, у него совсем не оставалось времени, чтобы элементарно сбросить напряжение. А тут этот очень даже симпатичный парень жмётся к нему, а рядом никого, только темнота. Черт побери, он ещё и хрипит что-то, обжигая дыханием его шею, как наждачкой по оголённым нервам! Джаред даже не заметил, как его пальцы сжались сильнее.       Дженсен только усмехнулся, когда почувствовал, как длинные, сильные пальцы сминают его плечо. Возможно, даже синяки останутся. От этой мысли дыхание немного сбилось. Всю неделю он был способен только доползти до койки и отрубиться. Сил просто ни на что не хватало. А сейчас его кровь начинает бежать по венам быстрее только от одной мысли, что этот ненавистный человек так близко. Слишком близко. От досады Дженсен невольно застонал и сильнее вдавил голову в чужое плечо.       Ох, ну это уж слишком! Он ещё и стонать вздумал! Тут и у ангела тормоза сорвёт, а Джаред, уж точно, далеко не ангел! Живот подвело, и дышать ровно уже совсем не получалось. Он склонил голову, потёрся щекой слегка, потянул носом. Н-да, пахнет от него не фиалками. Скорее мужиком, который работал в поле целый день. Но нервы от этого запаха зазвенели только сильнее. Джаред плотно сжал веки, стараясь прогнать наваждение. Он не должен. Не должен. Нельзя. Он ведь в засаде сидит, в конце концов!       Дженсена опять повело, как в тот раз, когда он перепутал Падалеки с Томом. Вот ведь и не делает он ничего, а от вдруг нахлынувшего желания аж зубы свело. Трётся словно кот... И, наверное, такой же ласковый и одновременно дикий...       Дженсен сам не заметил, как начал вести всей пятернёй по ноге Джареда снизу вверх, намерено проходясь по штанам ногтями, несильно царапая ткань. До жути хотелось укусить эту длинную шею, но он только потёрся носом об нервно дёрнувшийся кадык.       ― Дженсен...       ― М-м-м? ― и всё же несильно укусил Джареда за шею.       ― Что ж ты... ― голос предательски сорвался. Нет, всё же такое испытание Джареду не по силам! Он слегка толкнул Дженсена, отстраняя от себя, погладил по щеке, зацепив большим пальцем губы, посмотрел в глаза, давая ему последний шанс прекратить это сейчас, пока они ещё ничего не сделали.       В это мгновение Дженсена совершенно ничего не волновало. В голове не было ни единой мысли. Он только смотрел в чужие глаза, обжигающие и тёмные словно ночь, и чувствовал чужие руки на своём лице. Не опуская взгляда, он обхватил палец Джареда губами и слегка прикусил, давая тем самым своё молчаливое согласие.       Джаред судорожно перевел дыхание, быстро облизнулся ― губы отчего-то совсем пересохли ― и склонился к Дженсену, закрыл глаза и коснулся губ. Такие мягкие, вкусные, податливые, блаженство ― целовать такие губы! Джаред усилил напор, когда почувствовал руки Дженсена на себе, ласкающие, нетерпеливые. Джаред оторвался от его губ и впился в шею, навалился, опрокидывая парня прямо на земляной пол пещеры.       Перед тем как окончательно отключится от действительности, Дженсен успел заметить тени у входа. Он хотел подать ребятам знак, но Джаред целовал его с таким голодом, что Дженсену казалось, будто он проваливается куда-то и бесконечно падает. Через миг его уже прижали к земле, и её прохлада хоть ненадолго дала возможность трезво мыслить. Он громко застонал, и эхо разнеслось по пещере. Где-то тревожно заржала Юста. Этого должно было хватить, чтобы предупредить парней. С этой мыслью Дженсен зарылся пальцами в густые волосы Джареда, зажимая их в кулак, и оттянул его голову от шеи, а затем сам подтянулся ближе и начал целовать, уже ни о чём не думая.       От этого громкого, отчаянного стона, Джареда протрясло судорогой, а когда Дженсен потянул его за волосы в глазах и вовсе потемнело. Да ещё и этот несносный мальчишка так страстно целует его, прижимается. Джаред рыкнул, сжал бока пальцами, потом закинул его ноги себе на поясницу, притираясь ближе. Дженсен так охотно поддавался, даже когда Джаред дернул на нём футболку слишком сильно, даже ткань затрещала.       Но внезапно где-то снаружи треснула ветка, как будто её сломали. Звук показался таким громким в тишине ночи, что сумел прорваться в сознание Джареда даже сквозь тягучее, обволакивающее возбуждение. Он резко остановился, отстранился, прислушиваясь, бросил на Дженсена быстрый, тоскливый взгляд и торопливо поднялся, выкручиваясь из объятий.       Дженсен был так ошарашен резкой переменой в настроении, что не сдержался, громко сказав:       ― Падалеки, ты чего?! ― говоря это, он уже понимал, что Джаред насторожился не просто так, а значит, ребята всё-таки вовремя не ушли. Надо потянуть время и дать им понять, что он тут не один и с чужаком.       ― Эй, только не говори, что ты из тех, кто любит обламывать на самом интересном месте! ― Дженсен поднимался вслед за Падалеки и говорил как можно громче. Встав, он подошёл к нему вплотную, тесно прижимаясь и забираясь руками под одежду. Блуждал пальцами по сильному телу и прикусывал то шею, то подбородок, то ключицу.       ― Подожди, ― приглушенно сказал Джаред, хотя то, что творил Дженсен было очень приятно и очень хотелось махнуть на всё рукой, и продолжить прерванное занятие, но... ― Там кто-то есть.       ― Я ничего не слышал, ― хрипло сказал Дженсен, прикусывая нижнюю губу Джареда, а рукой забираясь за пояс его штанов.       Джаред поцеловал, не сдержался, но опомнившись, застонал, упёрся лбом в широкое плечо.       ― Дженсен, там точно кто-то есть. Надо посмотреть. Прекрати...       ― Плевать... Падалеки, мне просто плевать, даже если сейчас сам Император сюда войдёт, ― стонал Дженсен, пробираясь пальцами за резинку трусов, а другой рукой царапая Джареду спину.       Джаред уже готов был сдаться, поддаться этим рукам, этому сорванному шёпоту, когда вдалеке раздалось лошадиное ржание.       ― Твою мать, ― сквозь зубы выругался Джаред и всё-таки отстранился от парня, игнорируя его протестующий стон. ― Я должен проверить. Это может быть Деревянный Клинок или кто-то из его банды, или повстанцы.       Договаривал он уже, запрыгивая на своего коня. Что оказалось весьма неудобным, учитывая пульсирующий болезненный стояк.       ― Извини, Дженсен, ― и, пришпорив Юпитера, вылетел на улицу.       Дженсен стоял посреди пещеры в разорванной майке, чувствуя болезненное неудовлетворение, и впервые в жизни был готов кого-то всерьёз покалечить, а лучше убить. А ещё лучше, если это будет он сам.       Ещё никогда он так сильно не лажал.       Решив, что дожидаться Джареда будет верхом глупости, он отвязал Юсту и поехал в домик деда. Возвращаться в конюшню, где его наверняка ждал разъярённый Том, не хотелось. Тем более, когда он сверкает свежими отметинами, которые оставил Падалеки.       Добравшись до постели, он ещё долго лежал, просто глядя в потолок, а потом усталость взяла своё, и он, наконец-то, провалился в сон без сновидений.

***

      Джаред скакал сквозь ночь и лес, не понимая куда. Он даже не знал, правильное ли направление выбрал. Ему показалось, что звук шёл с этой стороны, но разве можно быть уверенным, учитывая его состояние? Он никак не мог сосредоточиться на погоне за призраками, мысли упорно возвращались обратно в пещеру, к Дженсену, которого он бросил там одного. Падалеки упорно мотался по лесу в бессмысленных поисках ― следов в темноте не разглядеть, подозрительные звуки стихли ― и всё яснее осознавал, какой же он идиот! О чём он думал, когда бросил Дженсена, променял ласки на одинокие скачки по холодному лесу. Нет. Не так. О чём он, черт побери, думал, когда притащил Дженсена в эту пещеру? И особенно не понятно, о чём он, черт побери, думал, когда полез на него?! Идиот ― это ещё слабо сказано!       Через пару часов Джаред, уставший, замерзший и злой сверх всякой меры, вернулся в свой домик. Он решил, что Дженсен не стал бы дожидаться его в пещере, он, наверное, вернулся к своему этому Тому Уэллингу, может даже, закончил с ним то, что начал с Джаредом. От этой мысли Джаред разозлился ещё сильнее. Он упал в кровать, даже не раздевшись, накрыл голову подушкой и заставил себя уснуть.