Полторашка

      Эта берёзовая рощица была одним из немногих мест в Зоне, где деревья почти не были затронуты мутацией. Разве что ржавые волосы с ветвей местами свисают. В предвечерних сумерках можно было представить, что идёшь по осеннему лесу. Что не есть хорошо.       Здесь между деревьев довольно часто встречались птичьи карусели. Забываться здесь, мягко говоря, небезопасно. Но небольшую зеленоватую тень аномалии мало волновали.       Под лёгкими шагами тихо шуршали листья. Задние лапы ступали в то же место, куда наступали передние. След в след. Так безопаснее. Так меньше шума. Так привычно.       Мурзик остановился и потянул носом воздух. Запахи. Вокруг столько запахов. Вот уже несколько часов мутант петлял по роще в поисках одного единственного следа, но тот упорно не попадался. Хозяина не было несколько дней.       Может, плохо искал? Может, не в той части рощи? Запрокинув голову, Мурзик протяжно и жалобно завыл.       Рядом раздался шорох, и прохладная ладонь опустилась на голову мутанта. *^*^*       – Сто пятьдесять девять, сто шашдясят, сто шашдясят один...       И вот так уже минут пять. Бык, стараясь не заматериться вслух, обратился к Полторашке:       – Тебе обязательно считать шпалы вслух, а?       Сталкер остановился и обиженно потянул:       – Ну вооот, я из-за тя сбилси.       Бык всё же выругался. Схватив напарника за плечи, с силой тряхнул, и уставился на ухмыляющуюся Полторашкину рожу. Как не старался Бык хранить хладнокровие, другу всё же удалось вывести его из себя. Прикрыл глаза и постарался успокоиться. А хрен там было. Полторашка щёлкнул парня по носу. На мгновенье Бык растерялся, и сталкер вывернулся у него из рук.       Устало вздохнув, парень поинтересовался у сталкера:       – Тебе обязательно меня доводить, а? И вообще. Долго ещё идти?       – Мы на почти месте.       Бык осмотрелся. В стороне обнаружился полустанок, в окне которого маячила чья-то фигура, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся кадавром.       Стараясь вести себя как можно тише, сталкеры вошли внутрь. И всё же зомбированный их заметил, однако руку с зажатым в ней пистолетом поднять не успел – Бык угостил его свинцом. Из соседних комнат донеслись шаркающие шаги. Вот что им не ходится в одиночку?       Очередь. Одиночный. Очередь. Последний кадавр падает. А за ним на колени оседает Полторашка, зажимая рукой раны на животе. Бык подхватил его на руки.       – Не закрывай глаза, слышишь? – Полторашка только широко улыбается. – Как же так? Ну как так то? Я же до Янова тебя не дотащу.       – Меня не на Янов нада, а в Оазис. Он ближа.       Бык обалдело уставился на напарника. Рановато он бредить начал.       – Это ж сказки всё, как тебе это поможет?       – Эх, Бык... Сколько мне, по-твоему, лет?       – Причём тут возраст?       – Притом. Так сколько?       – Не знаю. Пятьдесят?       Полторашка рассмеялся было, но тут же зашипел.       – Шашдясят девять не хочешь?       – Э...       – Вот тебе и «э». Ух... Покаж хоть одного сталкера, который выглядит моложа своих лет. Или хоть бы того, который на свой возраст смотрится.       – Я не...       – Время, Бык. У меня его не так много.       Бык поднял напарника с пола.       – Куда идти? *^*^*       Дыры в крыше напоминали смайлик. Сейчас это казалось сталкеру насмешкой. Он нервно посматривал на неподвижно лежащего в луже Полторашку. Неужели опоздал? Может, подождать нужно? Кажется, напарник всё же бредил. Эх, Полторашка. Упокой тебя Зона.       Хоть похоронить надо по человечески. Бык хотел было поднять тело, как в затылок ему упёрлось дуло.       – Оп-па, гляньте, пацаны. Это ж Бык! Смотрите, и Полторашка здесь! А чё это он... плавает? Чё молчишь? Язык проглотил? – за спиной сталкера послышался глумливый смех.       – А ты что? Ослеп? Сам, мать твою, не видишь?!       Бандит ткнул сталкера дулом в затылок.       – Тихо! И не... э-э, Бык, ты чё?! – сталкер медленно вставал, одновременно с этим поворачиваясь к бандитам. В эту минуту Бык полностью оправдывал свою кличку.       – Валим его, па...       Внутри купола вентиляционного комплекса раздались выстрелы и крики. Через несколько секунд всё затихло.