Полторашка

      Редкие порывы ветра гоняли листья по щербатому асфальту. Мерно потрескивала электра. Ночь вступала в свои права.       Сталкеры в схроне не спали. Отмечали день рождения. Быку исполнялось тридцать.       – А помнишь, ты на следующее утро после знакомства нож мне к горлу приставил?       – Помню, хех. И рожу твою тожа, – смеялся Полторашка.       – Я так и не понял, нафига ты это сделал?       – Зачема? Реакцию проверял.       – А если бы я тебя убил?       – Так ведь не убил же.       – А других ты, говорят, сразу отшивал. А меня, значит, проверить решил.       Полторашка состроил хитрую мину.       – Да понравился ты мне тогда, – и засмеялся, стуча по спине подавившегося Быка. – Не в этом смысле!       – Ну Полторашка, ну зараза, – приговаривал Бык. – Я аж протрезвел.       Они посидели ещё немного, и тут приспичило Быку по малой нужде. Прихватив автомат, он вышел наружу. Осмотрелся. Никого на горизонте. Но ощущение взгляда в спину не пропало. Прислушался. Всё было тихо, за исключением треска электры. Сзади что-то зашуршало, и через мгновенье к черепу с ускорением приложилось что-то твёрдое.       Сталкер падает. Упёртый качает головой, и разворачивается к схрону.       – Полторашка! Выходи, сволочь! *^*^*       – Ты что тут делаешь?       Обезьян уставился Упёртому в глаза, и с непонятно почему расхрабрившись, выдал:       – Твоё какое дело? Где хочу, там и хожу.       Упёртому ответ не понравился, и он потянулся за пистолетом. Не тут-то было. Мурзик метнулся к сталкеру, и вцепился в руку. Упёртый дёрнулся и уронил оружие. Кот повис на руке, сверля сталкера злобным взглядом, сильнее сжимая челюсти на каждое его движение. Больше он никому не даст в обиду хозяина.       Более-менее придя в себя, Обезьян достал ПМ и направил на Упёртого. Тот ухмыльнулся.       – И когда ты его приручить успел?       – Я не приручал. Он сам.       Упёртый начинал волноваться. Клыки мутанта прокусили кожу. Рукав стал пропитываться кровью. Мало ли какая зараза может перекочевать из пасти кота ему в организм?       – Зверя своего убери.       – Ты его сам спровоцировал.       – Ах ты... – Упёртый не успел договорить. Его интонация не понравилась Мурзику, и он сильнее сдавил челюсти. Почти до хруста.       – Мурзик, отпусти!       К немалому удивлению обоих сталкеров, мутант послушно разжал челюсти и вернулся к Обезьяну, добродушно мурча.       – Ладно, чёрт с тобой, укротитель хренов.       Упёртый подобрал с земли пистолет, поплёлся прочь. Обезьян провожал сталкера взглядом, пока тот не пропал из виду.       Эти двое сильно попутали Упёртому планы. Но медлить больше нельзя. Он наконец-то отыскал схрон Полторашки.       Упёртый остановился, пошатываясь. Кажется, мутант его всё-таки чем-то заразил. Осмотрелся. Вроде никого. Наскоро обработав и перевязав рану, сталкер двинулся дальше. Уже у самого схрона Упёртый залёг в кустах и приготовился ждать. Он совершенно точно знал, что его враг находится там. Как чувствовал.       Уже ночью крышка вросшего в землю ящика приоткрылась, а через несколько секунд открылась полностью. Из ящика вылез Бык. Сталкер осмотрелся, и, пошатываясь, отошёл на несколько шагов. Упёртый еле поднялся, едва не упав на землю, и стал подходить Быку со спины. Шаг, ещё шаг. Шорох. Удар. *^*^*       Полторашка сидел в схроне. Жевал колбаску. Грустно вздыхал. Через неделю Полторашке будет семьдесят.       Снаружи раздался крик. Его кто-то звал. Ну не дадут посидеть спокойно! Прихватив дробовик, сталкер осторожно высунулся из схрона.       Картина маслом. Бык лежит на земле, над ним возвышается конкретно шатающийся Упёртый, пытающийся целиться в Полторашку.       Сталкер живо нырнул обратно, и следом над ним просвистела пуля. Через мгновенье раздался вскрик и звук падающего тела. Осторожно выглянув, Полторашка увидел не до конца пришедшего в себя Быка, вжимающего мордой в пыль Упёртого, хотя нужды в таком обращении не было. Сталкер потерял сознание. *^*^*       – Слушай, это уже ненормально, – говорил Бык, глядя на Упёртого. – Потащиться, извиняюсь, мстить, в таком состоянии...       – Ну я ж рассказывал. Они с Говоруном как братья были. Можа и повредился рассудком.       Упёртый захрипел. Сталкеры не знали, выживет ли он. Полторашка положил руку ему на лоб.       – Огняный. Как думаешь, до Оазиса допрём?       – Он тебя убить пытался, а ты его спасать хочешь?       Старый сталкер тяжко вздохнул.       – Оазис лечит все травмы. И психологические в том числе. Авось мозги на место встануть.       Упёртый тем временем начал бредить.       – Убийца... Из-за тебя... Ненавижу...       Почесав висок, Бык запрокинул голову.       – Что ж. Давай отнесём в Оазис. Только если он и дальше будет хотеть тебя убить, я ему даже мешать не буду, камикадзе фигов. *^*^*       Упёртому снился сон. Яркий. Чёткий. Ему снился Говорун.       Обычно весёлый и словоохотливый, сейчас он был грустный и молчаливый. Говорун осуждающе смотрел на Упёртого. Он подошёл почти в плотную, и сказал только одну фразу:       – Меня убил не Полторашка. *^*^*       Резко распахнув глаза, Упёртый не сразу понял, где он находится. Темно, мокро, холодно. Но страха не было. Непривычное умиротворение охватило сталкера. Над головой раздался знакомый голос:       – Вродь дышить.       – Успели, – облегчёно выдохнул второй. Но тут голос стал ворчливым, – я предупреждал, да? Будет порываться убить, мстюн хренов, даже останавливать не буду.       Убить? Кого?       Воспоминания нахлынули все разом. Вот Упёртый говорит, что ему нездоровится, и Говорун уходит один.       Вот он узнаёт, что его друга убили. Голос. Голос в голове обвиняет в этом Полторашку. И Упёртый ему верит. Но почему? Ведь очевидно, что Полторашка не причём! Но Упёртый слишком убит горем, что бы заморачиваться. Ему больно, и он неосознанно ищет способ её заглушить. На «помощь» снова приходит голос. Он велит убить Полторашку. И Упёртый верит ему, даже не осознавая абсурдность происходящего.       Догадка всплыла в сознании. Нет, быть не может! Если бы он был под контролёром, он бы давно с психикой распрощался, но... но как тогда объяснить всё то, что он говорил и делал?       Вскочив на ноги, Упёртый закричал:       – Контролёр! Это был контролёр! Всё это время...       Сталкеры обалдело таращились на паренька.       – Какой контролёр? Где?       – В голове.       Упёртый говорил быстро, словно боялся что-либо забыть.       Весёленькое выходило кино. Некий контролёр взял за мозги Упёртого, что в состоянии последнего было не сложно. Что странно, сталкер сохранил более-менее здравый рассудок. Хотя, мутанту и стараться-то особо не пришлось. Сталкер тогда решительно не соображал.       Более-менее успокоившись, Упёртый осмотрелся. Лужа под ногами, напоминающие смайлик дыры в потолке, и темнота вокруг.       – Где я?       – Вот веришь или нет, но это тот самый легендарный Оазис.       Упёртый тряхнул головой.       – Врёшь.       – Ты, помнится, умирал. Или я что-то попутал?       Точно. Кот его чем-то заразил. Упёртый размотал бинт. Провёл пальцами по коже. Ни следа.       – Ну, ежели мы во всём разобралися, и убивать никто никого больша не собираитси, давайте подумаем, что делать дальша.