Изгнанники: Амулет Шертрана

      Корнаэля я нашел в гостиной. Тот сидел за столом, уставленном едой, лениво отщипывая по кусочку пирога и что-то увлеченно просматривая на планшете. Даже внимания на меня не обратил. То ли действительно полностью погружен в чтение, то ли делает вид, что занят.       Но кроме своего эльфа я увидел еще кое-что. А именно – собранные вещи, и его самого, одетого так, словно он был готов встать и в ту же секунду покинуть дворец. А возможно и материк.       – Не буду тебе долго и нудно расписывать, чем грозит непослушание, – начал я, заметив, что Карни даже в лице не изменился, когда посмотрел на меня: холодная вежливость и все. Ничего из того, что между нами было. То ли действительно очень хорошо играл все это время, то ли сейчас напряжен настолько, что всего себя держит под контролем. – Но если мы покинем дворец до официального разрешения владыки – это будет большое «ой».       – Мы? – Корнаэль вежливо улыбнулся. – Как мое желание уйти – касается тебя?       – А с чего ты взял, что я останусь, если тебе что-то пришлось не по нраву настолько, что ты готов покинуть дворец? – я улыбнулся, всем своим видом показывая, что не понимаю ничего.       – Руд, – Карни вздохнул, отложив планшет. – Пусть ты и молодой дракон, но ума тебе не занимать. И бесполезно делать вид, что ты не знаешь, почему я собрался покинуть дворец. Повеление Эмрена касалось только одного: дождаться тебя. Я дождался, мы поговорили, и теперь я могу делать то, что посчитаю нужным. Не так ли?       – Не-а, – я, широко улыбнувшись, мотнул головой. – Мы вообще-то даже еще и не начали разговор, а ты уже пытаешься сбежать. Так что, если я хочу услышать ответы на свои вопросы, мне придется последовать за тобой. А разве это дело – говорить на ходу? К тому же завтра с утра у тебя с Эмреном тренировка. И он очень просил, чтобы ты задержался. Ну и скажи, дело ли это – правителю всего драконьего рода – мчаться за нами, чтобы потренироваться с тобой?       Карни хмыкнул, явно подавляя желание высказать все и сразу, еще надеясь отделаться малой кровью, а значит и не злить даже такого мелкого представителя королевской семейки – как я.       – Хорошо, я отвечу на все твои вопросы, которые у тебя возникнут, и даже проведу тренировку с твоим отцом. Потому что, как я понимаю, если я все еще до сих пор на свободе – никто не собирается меня казнить за мою ложь. И мне грозит только изгнание. Так что – давай, спрашивай, что тебя интересует, чтобы между нами не осталось больше недомолвок.       – Меня интересует то, как ты заставил моего отца заблудиться в лабиринте, – я присел напротив, скрестив пальцы в замок и положив на руки подбородок. Если ломать схемы выстроенного эльфом плана разговора, так уже полностью!       Корнаэль действительно немного опешил, ожидая, что я начну выспрашивать что-то личное, а получил такой невинный вопрос.       – И... все?       – Карни... – я слегка, чтобы самому не попасться в ловушку собственного восприятия, приспустил блоки, закрывающие мою личность, дав эльфу почувствовать себя настоящего. – У каждого из нас есть свои тайны. И если они не несут вреда тому, с кем ты решил связать свою жизнь, если тебе не требуется помощь в их исполнении – то они так и должны оставаться личными. Уж поверь мне. Поэтому я не буду спрашивать тебя что, и почему ты мне не рассказал. Не буду выпытывать у тебя подробности твоей жизни до нашей встречи. И даже интересоваться тем, что ты забыл на западном материке, – налив себе морса в бокал, я отпил глоток. – И на данный момент меня действительно интересует только то, каким образом тебе удалось дезориентировать старого дракона настолько, чтобы тот заблудился в собственном лабиринте.       Видимо, я слишком сильно открылся, потому что Корнаэль некоторое время совсем ни на что не реагировал, пытаясь переварить информацию. И только спустя пару минут его взгляд обрел прежнюю остроту и ясность.       – Хочешь сказать, что мы оба хороши? Скрываемся под личинами, делая вид, что беспечны, и непосредственны, не давая тому, что внутри нас – вырваться наружу? – тихо спросил он, стараясь найти у меня на лице отголоски той, сокрытой личности.       – Ну, я настолько привык носить эту маску, что она стала моей второй сутью, – я развел руками. – Для тебя же это была возможность ассимилироваться и найти что-нибудь подходящее для своей цели. Вряд ли кто-нибудь повелся бы на взрослого и надменного эльфа привыкшего повелевать. А вот на молодого и неопытного полукровку, которого выгнали взашей – легко. Ладно, это выяснили, и отложим на потом. Будет время и желание – расскажешь. И мы вместе подумаем, чем тебе помочь. И здесь, не сомневайся, даже мой отец окажет помощь, если таковая будет нужна. А теперь все-таки ответь мне на вопрос, как же тебе удалось запутать Эмрена.       – Да это, в общем-то, было несложно, – Карни пожал плечами. Я буквально кожей ощущал, как он расслабился и открылся, снова позволяя нам обмениваться потоками энергии. – В мозге любого существа есть определенная зона, которая отвечает за принятие решений. Стоит только слегка на нее воздействовать, и любое существо теряется, не в состоянии совокупить то, что он видит, и то, как воспринимает ситуацию его разум. Растерянность, одним словом. И в этот момент любое существо можно взять под контроль, беря на себя работу этого участка мозга, вместо подавленного существа принимая решения и подводя его к тому или иному действию.       Карни что-то сделал, и я ощутил слабенькое головокружение, вроде и слыша, что он мне говорит, и видя, как шевелятся его губы, но не понимая о чем именно мы ведем беседу. Постепенно головокружение прошло, и я снова начал оценивать события в реальном времени. И только головой встряхнул, прогоняя этот странный дурман.       – Существа со слабой силой воли очень легко поддаются на такое замещение, – все четче и четче становился голос Корнаэля. – Потому что им проще отдать право принимать решения более сильному. Те же, у кого воля сильна – теряются всего лишь на время, пока что-то не активирует их разум, возобновляя утраченные связи. Это не опасно и вполне физиологично. Обычно, после нескольких суток без сна каждый в той или иной мере теряет контроль над принятием собственных решений. Надо только правильно и в нужной мере воздействовать на нужную зону, чтобы для подопытного это не стало шоком или ударом по психике.       – Хочешь сказать, что ты сейчас то же самое проделал со мной? – тошнотворное ощущение слабости уже прошло, но память о нем стираться не хотела.       – Показал то, как это ощущается, – кивнул Карни. – Чтобы ты знал и всегда мог защитить себя от чужого воздействия. Поверь, с твоим отцом у меня получилось подобное только потому, что он на время потерял концентрацию внимания. А от такого воздействия не помогают никакие блоки, только полное осознание того, что кто-то пытается с тобой что-то сделать. Если же ты этого не понимаешь, то сначала делаешь, а потом только спустя время снова начинаешь думать.       – Ты ему это обязательно расскажешь и научишь, как держать концентрацию, – кивнул я собственным мыслям, понимая, что именно настолько выбило Эмрена из равновесия: какой-то не слишком сильный эльф смог обойти все блоки, подчинив его себе. А зная природу такого воздействия – больше не попадется.       – Думаешь, он меня не убьет, узнав что его обвели вокруг пальца? – Карни усмехнулся.       – «Умный правитель не уничтожает сильных мира сего, чтобы остаться самым сильным среди своих подданных, он поднимается на уровень самых сильных, а значит, всегда находит для себя стремление к наивысшей цели», – процитировал я советника своего прадеда, который был одним из умнейших драконов своего времени. – И мой отец считает так же. Поэтому отнесется к новым знаниям с уважением. Разве что погоняет во время тренировки тебя чуть сильнее, чем намеревался, чтобы компенсировать свою растерянность.       – Ты, кстати, учти, что ты в ней тоже участвовать будешь.       – Кто бы сомневался! – я только фыркнул от смеха. – Биться с драконом с земли – не слишком приятное занятие!       – Да в общем-то я и заклятием левитации воспользоваться бы мог, – мой эльф пожал плечами. – Но я просто хочу тебя научить драться в паре. На случай чего. Вдруг понадобится... – и замер, глядя в стол и думая о чем-то своем. – Зато мы нашли старую сокровищницу твоего прапрадеда, – внезапно ни с того ни с сего произнес Карни. Словно мысли в его голове начали бродить сами по себе. Видимо, это на него так откат действовал. Да и я бы на его месте тоже перенервничал. Шутка ли! Оказаться пойманным на лжи самим правителем!       – В смысле, нашли? – я пытался провести параллель. – В лабиринте что ли? Так ее же завалило, мост между секциями рухнул, да еще и что-то совсем уж страшное там завелось. Да такое, что отец сам запретил туда кому бы то ни было соваться!       – И ничего не страшное! – Корнаэль фыркнул. – Голем обычный. В виде каменного дракона. Разве что оживленный не обычными заклятиями, а с помощью магии крови. Скорее всего в камне вмурован скелет дракона, и суть этого голема поддерживает некромагия. И проход запасной имеется. Сложный, правда, но при желании пройти можно. Так что, если бы я не запаниковал и не попытался бы воздействовать на твоего отца, мы не нашли бы целые груды золота и драгоценных камней.       Я только хмыкнул. А мне-то отец ничего и не сказал... Вот она, драконовская натура! Кто первый нашел, тот себе под брюхо и подгреб.       – Надо было сразу же половину стребовать, – вздохнул я. – А теперь даже золотого лишнего не получишь...       – Что? Как бы ни так! – эльф мгновенно оживился, услышав заветное слово «золото». – Его я нашел, отца твоего провел, дракона каменного на время обезвредить сумел! И половину?! Пусть спасибо скажет, что все себе не забрал! – он вскочил с места, кинувшись к своим сумкам, достав пергамент, скрепленный королевской печатью. – Вот. Даже указ стребовал. Пересчитывать по монетам времени не было, но мы на глаз прикинули вес и разделили. Две трети наших, одна треть твоего отца.       – Вот эльфятина жадная... – я расхохотался, чуть ли не в лицах представляя весь диалог отца и Корнаэля, прекрасно зная своего папочку, который за каждую монетку торговаться будет. – Теперь я понимаю, почему вы из лабиринта такие взъерошенные вышли. Видимо, почти половину времени спорили, кто и что получит.       – Ну не половину, а меньше, – Карни поморщился. – Дракон тот действительно что-то неубиваемое... Просто мы договорились, что когда понадобится – я снова пойду с Эмреном в лабиринт и обездвижу это чудо древней магии. И буду его сдерживать столько, сколько надо. Так что, имея альтернативу получить третью часть, или вообще ничего – твой отец выбрал первый вариант.       – Чудо древней магии... – постепенно прозревая, задумчиво пробормотал я. – Извини, если спрошу... Но ты именно на древней магии и специализировался, так? – Корнаэль отвел взгляд. – Слушай, ты мне только одно скажи, как... КАК ты смог меня подбить на такую авантюру с зараженными землями, чтобы я принял эту идею за свою?!       Я вскочил со стула, начав вышагивать по комнате, пытаясь понять всю логику и умозаключения своего эльфа, что привели нас к обоюдному и такому нужному для него решению – стать охотниками за артефактами. А то, что он специально пошел на западный материк, я уже не сомневался. Как и в том, что ему буквально позарез нужна была такая команда, с которой он пройдет эти земли насквозь и найдет тот артефакт или артефакты, ради которых все это и затевалось.       – Веришь или нет, – Корнаэль грустно усмехнулся, – но я не подстраивал ничего. Ни нашего с тобой знакомства, ни твоего побега с восточного материка... и тем более не подталкивал тебя ни к каким решениям. Просто когда понял, что ты авантюрист – сделал все, чтобы связать нас как можно сильнее. Да, мне нужна помощь, потому что я не справлюсь один. Да, я задумывался над тем, чтобы присоединиться к охотникам... Но наша магическая связь, давшая нам эти невозможные способности, перекроила все мои планы. И я буду тебе бесконечно благодарен, если ты все-таки не изменишь своих желаний после той неудачной попытки.       – Ты!.. – я ткнул пальцем в сторону своего эльфа, буквально прожигая его взглядом, – подстрекатель, хитрюган и жулик! – и злобно сопел, пытаясь за показной злостью скрыть растерянность. – Но я себя уважать перестану, если отпущу тебя в одиночестве туда, куда ты собрался. Все понял? А если вдруг все еще надумал сбегать, то так и знай! Настигну – и покусаю! И уж точно не в человеческом обличье буду это делать! – и с размаху сел на заскрипевший подо мною стул, ставя жирную точку в нашем разговоре.       – Кусалки обломаешь, – хмыкнул Карни в своей издевательской манере, словно и не было у нас только что задушевного разговора. – И вообще, некогда рассиживаться, раз завтра тренировка. Сориентируйся, где у вас кузнецы-ювелиры работают, и приготовься к полету.       – Эксплуататор, – проворчал я, понимая, что мой эльф задумал какую-то пакость, которая папочке явно не понравится. Если бы правитель был чуть слабее духом, то пора было бы уже подумывать, как незаметно исчезнуть после того, как эльф его потреплет. Но я слишком хорошо знал своего отца, чтобы беспокоиться насчет его мелкой мстительности. Даже наоборот, думаю, получится, и Корнаэля будут долго и мучительно истязать тренировками, пока Эмрен не поднимется в мастерстве до его уровня. Хотя бы. – Ты хорошо подумал, насчет своей будущей победы?       – Не скажу, что я в ней полностью уверен, потому что все будет еще зависеть от моего ездового ящера, – проходя мимо, Корнаэль потрепал меня по холке, заставив огрызнуться. – Но если все получится так, как я думаю, то Эмрен будет озадачен исходом.       – Ты слишком плохо знаешь моего отца, – хмыкнул я, ощущая, как теплом разливается в душе мысль о том, что наш разговор был только разговором, и отношение моего эльфа ко мне не изменилось. Больше всего я опасался, что после таких откровений он будет тише воды и ниже травы. Отнюдь! И мне это нравилось. Выколупывать Карни из стен самоуничижения хотелось меньше всего. * * *       К полетам драконов в Пеляйне привыкли настолько, что объявись на побережье кто-нибудь из диких – и придется буквально силой выгонять всех из города, чтобы живы остались. Но и отсутствие страха у двуногих более чем импонировало. Даже площадь в центре города была такой величины, чтобы сам правитель мог сесть не поранив крылья о пики башен. Чем тот и пользовался. Мне же, еще мелкому недоящеру, места вообще больше, чем надо было. А на краю стоял ангар, в котором можно было беспрепятственно обернуться и одеться, чтобы не мозолить своим голым видом глаза прохожим. Хорошо вот Эмрену, который может принимать человеческий облик уже в одежде. Я же еще не дорос до того, чтобы получить фамильный перстень нашей семьи, в который будут закачаны те полтора десятка заклинаний, которые так необходимы дракону для нормальной жизни. В чем и пожаловался Корнаэлю.       – Поможешь мне положить своего папашу на лопатки, и я тебе сам такой сделаю, – пообещал мой ушастый друг, зная, что каждый молодой дракон буквально грезит подобной роскошью. – А сейчас – одевайся и пошли, – он кинул мне торбу с одеждой, поджидая, пока я приведу себя в нормальный вид.       – Пока я одеваюсь, можешь рассказать, что именно тебе в городе надо, – пробормотал я, чтобы хоть как-то отвлечь не в меру любопытного эльфа, буквально разглядывающего меня, словно никогда и не видел обнаженным.       – Говорят, что в драконьих городах можно найти кузнецов-ювелиров, которые на заказ сделают все, что надо, – Карни тут же переключился на проблему, забыв о том, что надо подсматривать. – Мне нужно метров десять золотой проволоки, пять метров серебряной и десятка два мелких драгоценных камней, в которых просверлят отверстия. Такое найти можно? Или лучше вернуться на западный и сделать заказ там?       – Смогут, конечно! – я даже возмутился.       – Ну, вот и отлично. И все это надо мне прямо сейчас. Готовое.       – Найдем, – пообещал я, приглашая Карни проследовать за мной, в город.       Эльф вел себя так, что я понял, что в человеческих городах, даже находящихся под лапой дракона, он бывал и не раз. Хотя Пеляйна, как столица драконьего государства – отличался от остальных. Чище была, богаче, больше ювелиров обосновалось, что привлеченные близостью драконов надеялись урвать куш побольше. Ведь все драконы любят золото и драгоценные камни. К тому же, в Пеляйне был один из самых больших морских портов, связанных со всеми остальными государствами. Вот только той моральной грязи, которой в портовых городах навалом – не было. Даже пираты, если заходили в порт, то вели себя образцово. Никому не хотелось стать завтраком для дракона, решившего что ты ведешь себя неподобающим образом.       Ко всему прочему, Пеляйна еще была городом, в котором ко всем расам относились одинаково. Без пиетета. Старейшего эльфа, если тот начинал показывать свой гонор, могли послать матом многоэтажной конструкции, а наемнику, у которого едва медный грош найдется – оказать прием, как принцу, что путешествует инкогнито. Да и смотрели здесь не на толщину кошелька и знатность, а на то, что именно ты собой представляешь. И не только для драконьего племени. Город был приграничным, не смотря на значение столицы. И большинство проблем здесь решали не драконы, как могло бы показаться, а сами люди.       Как я понял со слов отца: «Людям всегда нужны игрушки», а значит и их вмешательство в любые разборки было только номинальным, пока их помощи не требовали официально. Так что, всю нечисть и нежить, забредавшую с гор поодиночке, они игнорировали и включались в облаву только в случае миграции отдельных стай. Нечистью и нежитью же считались вовсе не вампиры ликои или другие расы, у которых в городе были собственные кварталы, а низшие оборотни, орки, дикие гномы и всякие умертвия, не приобретшие гордое звание личей. А точнее – все неразумное и агрессивное, что пыталось поживиться за счет мирных жителей. Для остальных же вход был свободный. Разве что для пущей безопасности каждому входящему ставили временное клеймо, которое невозможно было стереть ничем, кроме драконьей магии, и которое убивало по желанию правителя. То есть – моего отца. А то бывали инциденты, когда поодиночке входили и изнутри уже пытались взять город под контроль.       Воров и прохиндеев в Пеляйне тоже не было. Смысл воровать, если через какое-то время окочуришься? И дело было даже не в том, что горожане сами контролировали безопасность города, а в том, что изначально на каждом товаре стояла магическая метка, которая активировалась, стоило только за товар не заплатить. И поставить такую метку у мага – стоило от силы медяка три.       Нет, бывало, забредали гастролеры, которые пытались обчистить дома зажиточных горожан. И порой даже удачно. Но когда на входе вместе с меткой ты получаешь единовременно полный пакет всех норм и правил поведения – вряд ли захочется испытывать судьбу. Хотя, еще сто лет назад, когда выхода к западному материку не было, случалось всякое. Это уже после начальной ассимиляции оба материка привнесли друг в друга много нового.       Так что, ни о чем таком сложном, что можно было поймать на свой хвост в городе – я даже не задумывался. Зачем? Больше проблем огребет тот, кто попытается что-то сделать вопреки законам Пеляйны, а не нормальный посетитель города.       – Нам сюда, – я утянул своего ушастого в квартал ювелиров, который не изменил своего положения за мои десять лет отсутствия. И широко повел рукой: – Прошу, выбирай, что душе угодно и сколько угодно. Папа платит!       – Да мы и сами заплатить можем, – ядовито улыбнулся Карни, намекая мне на то, что у нас две трети сокровищницы моего предка. – Правда, я с собой ничего не взял...       – Отчет папе, а тот разберется откуда брать деньги, – безапелляционно заверил я, пустив своего эльфа «в огород», а точнее – терзать ювелирные лавки.       Проволоку, которую хотел, он нашел быстро. А вот с камнями пришлось повозиться. То не могли выполнить заказ, то недоумевали зачем в мелких камнях делать отверстия, если их можно вставить в оправу, а мой эльф не хотел ничего объяснять. И только уже к краю квартала набрели на старика гнома, который, выслушав моего эльфа, не стал ни о чем спрашивать, а просто вынес сундук, посоветовав ему отобрать те, которые подходят для артефакта, чтобы уже в них проделать нужные отверстия...       А я понял, что моему отцу жутко не повезло с противником. И только понадеялся, что этот ушастый артефактор не сделает ничего такого убойного, что может повредить правителю драконов.       – Не бойся, это для нас, – увидев мою хмурость, отмахнулся Карни. – Чтобы наладить ментальную связь. А то я тебя чувствую, а ты, ящерица толстокожая, меня даже не воспринимаешь. На тебя даже узы наездника не действуют, летишь, куда видишь. Мне же нужно будет каждое твое движение выверять... – бормотал он, отбирая драгоценные камешки.        – То есть, ты собираешься сделать меня своим придатком? – я обиделся.       – С чего взял? – Карни наморщил лоб. – Нет, если будешь видеть опасность – действуешь сам. А если мне надо будет от тебя какой-то кульбит, то ты получишь ментальный посыл, после которого сам выберешь линию поведения, – отобрав те камни, что нужно, Корнаэль протянул их гному, еще раз указав, какого диаметра в них должны быть отверстия.       – Алмазы обязательно? – поморщился ювелир, а увидев кивок моего эльфа, только вздохнул. – За это приплатить придется.       – Расчет наличными или в кредит? – брякнул я, услышав заливистый мелодичный смех своего эльфа. – То есть, сейчас отдавать или написать грамоту, по которой казначей расплатится? – смутился я.       – Подтвердить то, что со мной расплатятся, сможете? – гном хитро прищурился.       – Зуб даю!       Теперь смеялись уже оба.       – Ты фигурально выразился? – Карни весь лучился смехом.       – Да в общем-то нет. Мое ДНК там тоже содержится, так что – определить, кто требует расплатиться, можно... – я ощущал себя так, будто сам неизвестно из какой глубинки прибыл.       – Сразу видно молодых драконов с дальних островов, – похохатывая, гном ушел в подсобное помещение... вернувшись с портативным идентификатором личности. – Ладонь приложите. И никаких зубов не надо.       Если бы драконы умели краснеть – я был бы уже багровым с головы до пят. А так – просто приложил ладонь к идентификатору, который тут же отправил запрос в общую сеть, и через минуту пришло подтверждение о снятии средств с моего счета на западном. И даже мне на коммуникатор, который еще не разрядился – тоже пришло.       – Руд, техномаги на мне не начались и мною не заканчиваются, – до сих пор продолжая улыбаться, проворковал Карни. – Привыкай к тому, что прогресс и ассимиляция идут семимильными шагами. И вскоре здесь будет то же, что и там. Почти. Сколько времени займет ваша работа? – обратился он к гному.       – Часа два. Здесь дальше по улице, есть прекрасное заведение, где таким молодым, как вы, будет приятно провести время, – гном подмигнул, махнув рукой, словно желая от нас избавиться. Так что – пришлось идти.       – Знаешь... Еще недавно здесь все было совсем не так, – пожаловался я, уходя от лавки. – И одно дело привыкнуть к тому, что ТАМ, и другое к тому, что здесь. Чувствую себя глупцом.       – Не переживай, – Карни прижался ко мне, обхватив мою руку, положив голову на плечо. – Ты просто привык разделять два материка как совершенно чуждые. А они сумели проникнуть друг в друга. Я вот, посмотрел данные по западному, так там наши теперь чудят не хуже людей.       – Я обособился, – озадаченно кивнул. – И видимо – очень сильно. И первым звоночком должна была стать Фериса, которая себя повела, как истинная девчонка западного материка, а не как деревенщина. Но почему-то я решил, что это единичный случай.       – У наших материков одна проблема, – посерьезнел мой ушастый. – Несовместимость, которую сейчас преодолевают. И через еще каких-то двадцать-тридцать лет все будет работать. Над этим неустанно трудятся... А вот и бар, что нам посоветовали.       Я открыл дубовую дверь, ожидая, что все внутри будет в стиле восточного материка, и оторопел... Бар был в лучших традициях западного. Даже бард, что наигрывал мелодию – использовал электронную гитарку, подключенную к неизвестному источнику.       – Твою ж ассимиляцию, – только и выдохнул я, понимая, что расы взаимопроникают.