Крылья

- Мне интересно только одно, - с нескрываемой насмешкой в голосе проговорил, копошащийся в моих перьях темноволосый юноша. – Появится ли когда-нибудь нечто, что сможет удержать нашего отчаянного Сэта от неприятностей? Сначала ты просишь прикрыть тебя во время твоих ночных полётов, потом хорошенько отличаешься перед командованием и наконец это! – антарктический пингвин Салли – наш верный медбрат – больно надавил на потянутую в правом крыле связку. Я ойкнул и в который раз замахнулся на своего так сказать верного друга, который в свою очередь увернулся и продолжил в открытую издеваться: - Парни рассказывали, что начальство рассмотрело, в чём дело, когда ты уже был в воздухе. Генерал мгновенно распознал эти фальшивые облака и сов ещё долго бранился по поводу того, что ты не дождался команды. - Можно подумать, он волновался… - хмуро заметил я, стараясь держать себя в руках. - А то, как же! Все вы для него, как сыновья родные! Даже этот капитан Шеррон распереживался. Поди, все перья от волнения посбрасывал! – не унимался пингвин, ставя укол где-то меж перьями. Не смотря на отсутствие крыльев, этот парень был в нашей части просто незаменим. Я был его постоянным клиентом, вот мы с ним и сдружились. Салли не раз прикрывал меня перед командиром, чтобы я смог немного полетать сверхурочно. Небо было моим наркотиком, и он прекрасно это понимал, сам не раз засматривался в эту лазурную высь, только вот летал всего раз в жизни и то со спецгруппой на вертолёте. - Не казнись. Всё ведь обошлось и Коди не пострадал, - попытался приободрить меня пингвин, закрывая свою чудодейственную мазь и протягивая мне чашку с крепким кофе. Помимо различных мазей, капель и таблеток особенно хорошо у Салли получался именно кофе, я вообще удивлялся тому, как он работал этими своими маленькими руками, что с тыльной стороны имели широкую чёрную полосу, которая заканчивалась на середине фаланги пальцев и создавала впечатление, словно пингвин постоянно одет в митенки. - Этот сопляк тоже хорош. Первым бросился к ошалевшим птицам, ещё умудрился сбить одну из них! – продолжал ворчать я, отпивая немного из предложенной мне чашки. - Между прочим, - тут же встал на защиту мальчишки пингвин, запрыгивая на свой высокий стул. – Он тоже нарушил приказ сова «отставить и ждать дальнейших распоряжений». Олли причитал, мол, Коди сорвался с места, стоило ему завидеть раненного птенца, которого закрутило в потоках. Прям как ты. Салли загадочно улыбнулся, я же в ответ лишь иронично хмыкнул. Если бы я действительно был хорошим примером для подражания, меня бы, наверное, распирало от гордости. Я отличался в скорости и маневренности, но, как оказалось, был полным нулём в вопросах балансирования и использования потоков воздуха в свою пользу. Никогда не задумывался об этом до тех пор, пока чуть ли не потерял своего воробушка. - Кстати об этом, - осведомился я, отставляя в сторону чашку и спрыгивая с кушетки. – Что это были за парни, летевшие с птицами? Они не были похожи на сотрудников миграционной службы. - Так ты до сих пор ничего не знаешь?! – искренне удивился Салли, видимо, рассчитывая на присущую мне догадливость. Определённая картинка в голове, конечно, сложилась, учитывая дым, птиц и тот факт, что всё это тщательно скрывалось. Но почему был выбран именно этот маршрут? Кем бы ни были сопровождающие, летать над военными объектами затея опрометчивая. К тому же птицы были напуганы, значит ли это, что их выкрали и пытались как можно скорее увести? Но в таком случае при чём здесь униформа и почему один из них… Наблюдая за моими отчаянными попытками всё это как можно скорее осмыслить, пингвин всеми силами пытался подавить смех. Я это заметил и поспешил на него рассердиться, что конечно выглядело не слишком убедительно. - Ты мне определённо нравишься, парень, - уже в открытую засмеялся пингвин, за что получил щелчок по носу и усердную трёпку. Нашу идиллию нарушил негромкий стук в дверь и вошедший после него Коди. Я обрадовался мальчишке, не смотря на то, что всё ещё немного злился из-за его недавнего проступка. Он первым подбежал ко мне и даже разрешил потрепать по волосам. Я и не думал, что могу переживать за воробушка настолько, чтобы потом спокойно позволить ему сжать себя в объятиях. - Как твои крылья? – поинтересовался я, наконец, отдирая от себя мальчишку, который видно вошёл во вкус. - Всё в полном порядке! - воскликнул в ответ Коди, расправляя свои пушистые крылышки в подтверждение своим словам. Я взглянул на Салли и тот лишь утвердительно кивнул. - Я слышал, что командир отпустил всех парней на сутки из-за каких-то разногласий между начальством, - заговорщетски начал пингвин, допивая свой кофе. Всё приподнятое настроение воробушка точно ветром сдуло. Он немного виновато на меня взглянул и с трудом выдавил: - На самом деле я пришёл сказать тебе, что сов нас вызывает… - такое чувство, словно мальчишка решил взвалить всю вину на себя. Мне это не нравилось. Лично признаюсь перед командованием, прежде чем они успеют скорчить недовольные физиономии. Не позволю им наказывать парня, пытавшегося спасти раненную птицу. Я ободряюще хлопнул воробья по плечу, подмигнул Салли, и мы удалились. Мне не раз приходилось бывать в кабинете сова. Так уж повелось, что я всегда оказывался рядом, если в части случались происшествия. То мы решим новогоднюю вечеринку закатить, и по всему объекту пробки повыбивает, то почтовых птиц растеряем во время чистки кормушек и потом ищем их по горным хребтам, то бассейн в душевой устроим… Короче говоря, дорога в этот кабинет была мне и моим товарищам по проказе хорошо знакома. Из-за двери доносилась страшная ругань. Не то чтобы сов был глубоко интелегентным пернатым, но такой шум он просто так не поднимал. Я замети, как Коди сглотнул. Мне и самому не шибко хотелось попадать под раздачу, но что ж поделаешь, если в этот раз я действительно признаю свою вину. Я напрягся, приосанился и постучался. Судя по тому, что гам так и не прекратился, нашей вежливости никто не оценил или же просто не заметил. Я посмотрел на Коди и тут же наткнулся на его встревоженный и даже немного напуганный взгляд. Я в очередной раз подумал о том, что воробушек ещё очень юн для подобной службы. Шумно выдохнув, я нажал на дверную ручку и перед нами открылась такая картина: сов с расставленными в обе стороны огромными крыльями уже буквально держащий наготове кулаки, генерал альбатрос (тоже взвинченный до предела), капитан, стоящий в стороне и стреляющий в сторону их «противников» своими горящими в полутьме кабинета глазами и оперевшийся на противоположную сторону стола высокий красноволосый мужчина средних лет, чьи крылья красного коршуна также выдавали его возбуждённое настроение, за спиной которого стояла ещё пара ребят, разодетых в ярко-алую форму, как и он сам. Мы с воробушком так и застыли, чуть приоткрыв рты от увиденного. - Ещё раз повторяю, - негодовал наш командир, ударяя ладонью по столу. – То, что ваш так называемый спасательный отряд оказался над территорией закрытого военного объекта является преступлением! Вы были обязаны связаться с нашими операторами и запросить разрешение на подобное, а не применять маскировку из-за которой, между прочим, могли пострадать не только курсанты, находящиеся на лётной полосе, но и эти ваши бедствующие! - Вы вообще понимаете, о чём говорите?! – не отставал и незнакомец в униформе. – Эти птицы – очень редкий вид, возможно, даже последний на планете! Роща, в коей он проживал, горела синим пламенем, с которым моя команда справлялась почти десять часов! К тому же мы видели кошачьих неподалёку от одного из очагов пожара, что означает двойную опасность для этих пташек оставаться в местах, приближённых к их привычному месту обитания! Пепел и дым – всё, что осталось от их прежнего дома! Что вы мне предлагаете, оставить на погибель целый вид?! - Пусть так, но зачем вы так тщательно маскировались? Почему не подали запрос на пролёт? – постарался как можно более спокойно проговорить пожилой альбатрос, чтобы хоть немного остудить пыл собравшихся. - Сколько можно повторять?! – ещё больше разошёлся красноволосый, оглушительно хлопнув крыльями. – В месте, где мы находились, сигнал был слабым, да и какой птах в здравом уме станет связываться с военной базой, когда неподалёку рыскают ушастые?! Мы, можно сказать, вас не выдали! А маскировались мы для того, чтобы нас не сбили! Мы не военные, знаете ли, а пожарные, как нам прикажете от врагов отбиваться?! Из шланга их окатить?! - Только не надо нам тут лапшу про пожарных на уши вешать! – вдруг подал голос, выступивший из тени, капитан Шеррон. – Старший лейтенант Арриан Си Джей По лицу незнакомца прокатилась волна боли и оно точно посерело. Ему явно не нравилось, когда его так называли, а может ему было не по себе от осознания самого факта, что когда-то к нему обращались именно так. Капитан подошёл к пожарнику ещё ближе и я заметил, что от волнения и его перья на крыльях были взъерошены. Стоп… крылья? Я не побрезгал возможностью получше их разглядеть, но вместо ожидаемого восхищения в груди вдруг резко похолодело. Этот выскочка действительно оказался попугаем – синим арой – но у него было всего одно полноценное крыло, а на месте второго был лишь убогий остаток того, что когда-то наверняка придавало этому пернатому величие. Вот, значит, откуда этот холод в его глазах. Мне стало тяжело на это смотреть, и я опустил взгляд в пол, в то время как перепалка продолжалась: - Что случилось, лейтенант? – ко всеобщему удивлению с нескрываемой издевкой продолжил капитан. – Разве вы позабыли о своей былой славе и заслугах перед страной? Что заставило непобедимого Ара покинуть строй?! - Что… у вас какие-то личные счёты с этими пожарными? – попробовал вмешаться сов, но генерал Франц вовремя его остановил. - Это не твоё дело, Лео, - сухо проговорил бывший старший лейтенант. - Забился в угол клетки, как канарейка, вместо того, чтобы принять случившееся и продолжать службу! - Я не позволю отчитывать себя тому, кто после травмы на поле боя и носу ни кажет! – не сдержался пожарный, сжимая кулаки так, что на них побелели костяшки. Теперь уже по лицу капитана поползла тень и он поджал губы, не смотря на то, что его взгляд всё ещё говорил о том, что ему есть что сказать. - Мы вылетим, как только птицы отдохнут. Можете не провожать, - бросил на последок пожарный и направился к выходу. В дверном проёме он наткнулся на меня и я наконец вспомнил, почему этот пернатый показался мне знакомым. Это ведь он спас нас с воробушком! Взгляд красноволосого был точь-в-точь таким же, как и тогда. Он наверное так и не посмотрел бы на меня, если бы я не встал у него на пути. Опомнившись, я уступил пожарным дорогу. Сов и генерал перебросились парой короткий фраз и альбатрос с капитаном тоже удалились. Мы с воробушком остались наедине с пожалуй худшей из существующих катастроф – рассерженным командиром. В последующие пятнадцать минут на нас было выплеснуто всё то, чем сов не успел облить пожарных. Коди только и делал, что вжимал голову в плечи, я же, кажется, был не с там и не с ними. Этот бывший старший лейтенант не давал мне покоя. Воробушек за своё непослушание огрёб неделю внепланового дежурства в столовой, что было совсем не здорово, ведь ежемесячные нормативы были на носу, а ему бы тренироваться день и ночь, чтобы дотянуть хотя бы до среднего. Я получил как обычно: месяц уборки, утреннюю кормежку птиц и, о радость, ночное дежурство дважды в неделю. Не теряя возможности, я попросил приступить к дежурству прямо сегодня, но этот коварный птах сказал, что даст своё согласие на это только тогда, когда все полы в крыле управления будут сиять точно лысина его достопочтенного дедули. С горем пополам я согласился, ведь только так мне удастся абсолютно безнаказанно полетать этой ночью. Хорошенько нас отсчитав, сов успокоился и отпустил каждого на свою заслуженную каторгу. Прежде чем приступать к зарабатыванию новых мозолей на ладонях и болей в спине, я решил перекинуться парой слов со своими ребятами. Как я и думал, все собрались в одной из общих комнат, в которой был телевизор, камин и несколько диванов. Фил развалился на одном из них, рядом с ним щебетал Олли, Никсон многозначительно пялился на огонь в камине, а Риккардо что-то себе почитывал, сидя на ковре и оперевшись на диван спиной. Белоснежный сипуха мгновенно отреагировал на моё появление и принялся вопить о том, что он как обычно был прав, а я бестолочь его не послушал. Неясыть и ястреб сделали вид, что ничего во вселенной не может оторвать их от их чрезмерно важных дел, хотя все вокруг поняли, что они тоже мне рады. Фил перестал строить из себя скорбящую вдову и сел на диване, хлопая по нему рукой. Я принял его приглашение присесть и тут же вопросительно на него уставился. - Ты хочешь всё знать, да? – хмыкнул красный ара и откинулся на спинку дивана, закладывая руки за голову. – Эти пожарники находятся под руководством у не абыкого. Тебя ведь именно это интересует? Я усмехнулся. Фил был осведомлён даже о том, что я стал свидетелем спора, переросшего во выяснение взаимоотношений между капитаном и пожарником, хотя я находился в комнате всего три секунды и ещё не успел ничего ему рассказать. В этом отношении ара был по-настоящему незаменим. Всегда поражался этой его черте – всегда умудряться узнавать всё и про всех. Если бы не его бесконечные домогательства, цены б ему не было! - Выкладывай, - протянул я, тоже устраиваясь поудобнее. - В прошлом этот Арриан Си Джэй был ужасно знаменит в кругу военных. Им все гордились, прямо как А.Л. Шерроном сейчас. Они с ним, кстати говоря, какое-то время соперничали, но Си Джей всегда был на полкрыла впереди. Им восхищались за то, что он никогда не терял бойцов, а если ситуация была безвыходной – не раздумывая кидался на выручку оставшимся в живых или взятым в плен. Его личный боевой отряд насчитывал двадцать пернатых и просуществовал он в полном составе целых шесть лет, причём со временем многие из его ребят стали бескрылыми. Мне сразу же вспомнились слова пожарного, которыми он закрыл рот капитану. Значит, его подчинённые не сдались даже потеряв крылья. Каким же духом нужно обладать, чтобы преодолеть подобное и продолжить службу? Видно, этот Арриан был лучшим командиром. - Но однажды для этого пернатого всё изменилось, - продолжал Фил. - Я так и не узнал подробностей, но его отряд угодил в засаду к ушастым, живым из которой выбрался лишь он один. Ничего никому не объясняя, он покинул службу и теперь занимается тем, что спасает жизни всем, живущим в лесах и рощах, в одной из скромных пожарных частей… Я поднял глаза и увидел, что все ребята внимательно следили за рассказом ары. Даже Ник и Рикк, что по началу не питали особого интереса к беседе, оторвались от спасения мира посредством спокойствия и вдумчиво таращились теперь уже на довольного собой Фила. - А что Шеррон? – после недолгой паузы нашёл в себе силы уточнить я. - Он, как и многие в командовании, остались в глубоком неведении по поводу произошедшего и сильно невзлюбили нашего красного коршуна. Поползло много слухов, но вскоре все забыли о своём недавнем кумире, ведь появилось много других славных защитников страны. Кстати говоря, Шеррон добился звания капитана как раз тогда, когда Си Джей собрался уйти и на этом их блистательное соперничество закончилось. Я обшарил всю птицепедию, чтобы узнать подробности того, как наш капитан потерял крыло, но ничего нового не нашёл. Стычка на мысе, море крови, десятки сбитых и больше заданий у него не было. - Не пойму, что здесь странного, - осведомился Оливер, почёсывая затылок. – Его видимо тоже сбили, вот он и потерял часть правого крыла! - Ключевое слово – часть, - глухо отозвался Риккардо. – Водяные используют яд, остановить распространение которого можно только ампутировав всё крыло, а не его часть. К тому же там рана рваная, точно когтями работали. - Наступают большие перемены, - тонко заметил Никсон, снова переводя свой взгляд на огонь. Договорить с ребятами у меня так и не вышло, так как на часах было уже четыре, а мне ещё полы в коридорах перед дежурством драить. Мои мысли никак не покидал образ двух пернатых, сверлящих друг друга взглядом. Не знаю, с чего во мне проснулся интерес к этому делу, но я пообещал себе, что непременно всё узнаю, даже если придётся потом платить Филу натурой. Работа шла медленно, а мысли от неё становились лишь ещё более спутанными. Нужно немного полетать, чтобы проветриться, тогда дальнейший план действий сам придёт в голову! На этой радостной ноте, я набрал темп и вскоре полы были начищены и сверкали лучше медной монеты. Увидев мои старания, сов даже похвалил меня. Одевался на дежурство я второпях. Нас отправлялось четверо: двое накачанных ребят из резерва, молчаливый какаду из моего взвода и я. Не хотелось опаздывать, поэтому ужин пришлось прогулять, но еда была для меня совершенно не важна сейчас. Я примчался на место сбора первым. Пока подошли остальные, я успел завязать шнурки, на которые поначалу наплевал, застегнуть по-божески куртку и даже пригладить торчащие локоны вперемешку с косичками. Мы получили разрешение на вылет и звёздное небо приняло нас в свои широкие объятия. Никогда не перестану любить это: свежий ночной воздух пронизывает перья и играет с волосами, ноги становятся ватными, так легко и свободно дышать, тело теряет свой привычный вес и ты просто паришь в воздухе, чувствуя на себе дыхание неба. Я прикрыл глаза от удовольствия, но сообщение по рации принудило меня вернуться в реальность. - Впереди неровные потоки воздуха, возможны воронки. Повторяю… - сообщал кто-то из летящих впереди. Именно в эти чёртовы потоки угодил Коди, когда пытался спасти птицу, а я так и не смог ничего сделать. Сов частенько талдычил нам о том, что мы должны знать законы физики и предугадывать, как именно поведёт себя воздух. Я думал, что у нас, пернатых, к этому врождённый инстинкт, но, как оказалось, не всё так просто. Решив испытать судьбу, я не стал маневрировать и меня прямо-таки пошвыряло из стороны в сторону, как бы я при этом не пытался проявить сопротивление. Парням, летевшим со мной, не было до меня и моих тараканов особого дела, поэтому они продолжали спокойно следовать плану патрулирования. В какой-то момент мы разделились, и я решил, что на этот раз обязательно покорю эти злосчастные потоки. Я быстро облетел отведённую мне территорию и остановился в хорошо освещённом и пустынном месте. Вот тут мы с небом и вступили в схватку. Так мои крылья не болели ещё никогда! Что бы я ни пробовал и с какой бы стороны не заходил, потоки оказывались хитрее меня и раскручивали так, что мало не казалось. Под конец я настолько отчаялся, что полетел наугад и оказался в примерно такой же ситуации как Коди. Сначала я не придал ситуации должного значения, ведь первые секунды держаться против ветра было легко, но стоило мне обернуться… Я осознал, что потоки направляются прямиком в расщелину между скалами, острыми каменными скалами! Даже если бы я пикировал сейчас вниз, высота была небольшой – я просто не успел бы затормозить. Связываться с парнями тоже смысла нет, чем они смогут помочь, да и вряд ли они что-то разберут из-за свиста ветра. Надо было слушаться Салли и не действовать так опрометчиво! Пока я занимался самобичеванием, ветер не стихал, а силы понемногу иссякали. Миллиметр за миллиметром я приближался к верной гибели, хотя мой мозг всё ещё отказывался это воспринимать. Вдруг, где-то в стороне мелькнула тень и уже в следующую секунду над сносящими меня потоками парил тот самый пожарный коршун. В голубых глазах помимо привычной строгости виднелась ещё и лёгкая насмешка. - Скажи, у тебя хобби такое влипать по самое немогу? – начал он, складывая руки на груди и пока что не собираясь мне помогать. – На моей памяти это впервые, когда очаг пожара формируется в одном и том же месте. Я испытывал смешанные чувства. С одной стороны я был безумно счастлив, ведь рядом со мной оказался именно тот, кто ни за что не оказался бы в подобной ситуации, тот, кто спас меня, с другой стороны меня пожирал стыд, раздражение и зависть. В чём секрет?! У него что есть чуйка на эти потоки, как у Олли? Или крылья у него мощнее? - Решил клин клином выбить? Думаешь самоотверженность компенсирует незнание теории и отсутствие практики? – нет, ну это было просто свинством среди кабанства! Мало того, что этот пернатый преспокойно наблюдал за тем, как я постепенно выбиваюсь из сил, так он решил мне ещё и мораль прочитать?! - Не хотел терять время, сидя за книгами, - огрызнулся я, пытаясь вложить в сопротивление ветру все свои оставшиеся силы. Коршун внимательно, точно оценивающе, скользнул взглядом по моему телосложению, затем по крыльям, после чего нахмурился и опустился чуть ниже. - Не пытайся сопротивляться стихии. Позволь ей поднять себя над этими скалами, - начал красноволосый, наблюдая за моей реакцией. Я попытался подставить крылья под поток, но ничего хорошего из этого не вышло, и меня чуть было не швырнуло в сторону скал. Я выругался, принял изначальное положение и снова поднял взгляд на пернатого. Не на шутку перепугавшись, я растерял всю былую спесь и на моём лице отразился весь тот страх и волнение, что до сих пор я умудрялся умело скрывать. - Так, я понял, - выдохнул пожарный и я почувствовал в его голосе напряжение. – Выравнивай крылья. Ещё. Ещё! Вот так. А теперь наклоняй правое и понемногу разворачивайся! Я не представлял, как должно выглядеть то, чего от меня хотел этот коршун, даже примерно, но старался как можно более точно следовать его инструкциям. В итоге меня действительно резко крутануло и теперь потоки яростно впивались в крылья и спину. - А теперь крылья под угол сорок пять градусов и пошёл в набор! – скомандовал коршун. Я расправил перья и потоки подхватили меня, точно пушинку. Из груди даже вырвался победный вопль, вперемешку со смехом. Я буду жить, чёрт побери! Однако стоило мне подняться над скалой, как в крыле стрельнуло и я стал снижаться. Приземлился я не удачно, отбив себе ладони и колени, но это было мелочью по сравнению с тем, что могли сделать со мной острые скалы и вихры. За спиной послышалось хлопанье крыльев. Я поднялся с земли, отряхнулся, оценил ущерб и, наконец, повернулся к пожарнику лицом. - В моё время за подобное отчисляли и принуждали к почтовым перелётам на целый месяц, - усмехнулся коршун, протягивая мне аптечку. - Не могу сдержаться, когда дело касается неба, - пожал плечами я, принимая медикаменты из рук красноволосого. – К тому же я не люблю проигрывать. Я не знаю, что со мной было бы, если бы вы не подоспели к нам с Коди вовремя. Наверное, так и не простил бы себе. Когда дело касается товарищей, я не менее отчаян, чем вы, старший лейтенант! Пожарный поморщился от моих слов, пытаясь подобным жестом скрыть страшную боль, что снова загорелась в его строгих голубых глазах. - Если я дважды спас тебе жизнь это ещё не значит, что мы теперь приятели, - резко заметил он. – Тебе ещё рано мнить о себе, что ты можешь руководить кем-либо! Какие там товарищи, когда ты даже о себе не в состоянии позаботиться?! Несёшься на разжон, не оценив толком ситуацию! Лучше бы тебе за книгами сидеть, чем доставлять всем вокруг неприятности своей отчаянностью! Слова коршуна не на шутку меня зацепили. Хотелось закричать, что он перегибает палку, но в глубине души я понимал, что он абсолютно прав. Мне до моей розовой мечты стать командиром спецотряда как рачки до стана хвостатых. На глаза навернулись злые слёзы, но я, как настоящий мужчина, постарался их проглотить. - И всё равно, я не сдамся, - буркнул я, сел на камень и принялся разворачивать личную аптечку пожарного. Он в ответ лишь горько усмехнулся, достал из-за пазухи подсигар и закурил. Видимо, у пожарных неплохое жалование, раз он может позволить себе такие хорошие сигареты. Я недовольно засопел, но был и так слишком многим обязан этому коршуну. Порывшись немного в ампулах я наконец нашёл обезболивающее и быстро набрал его в небольшой одноразовый шприц. Вот тут-то и образовалась проблема. С горем пополам, я принялся сверлить спину красноволосого настойчивым взглядом. - Клянусь, ты – самая беспомощная птица из всех, что я знаю! – не оборачиваясь, крикнул пожарный. Делал инъекцию он очень больно, но зато крыло после этого стало как новеньким. - Чего нахохлился? – осведомился пернатый, пряча аптечку. - Курить хочу, - пробубнил я, глядя на него из-под лба. - Рано тебе ещё, парень! – рассмеялся пожарный, взлохмачивая мои волосы. - У меня вообще-то имя есть! И тебя стоило бы его запомнить! - Не думаю, - возразил коршун, расправляя свои широкие крылья и подходя к краю скалы. - Моё имя Сэт! Ты обо мне ещё не раз услышишь! – не унимался я, оставаясь на краю обрыва в гордом одиночестве.