Outlaw

- Энди, если бы я не убрал руку этого ублюдка и не вывел тебя из машины, ты что, так и терпела бы? Вопрос мужчины ввёл девушку в некоторое замешательство. По правде говоря, она и сама не была уверена что стала бы(или не стала)делать. Когда Джаред и Энди добрались до города, солнце уже лениво тонуло в линии горизонта, окрашивая улицы в красный. - В твоём отношении ко мне что-то изменится, если я отвечу, что терпела бы? - Но почему? – негодовал он. Энди не могла ответить на этот вопрос даже сама себе. - Наверное, это привычка… Отказать не всегда означает разойтись, как в море корабли. Чаще просто… нарываешься на неприятности. Не заставляй меня объяснять тебе это... Лето понял, что имела ввиду Энди, но после паузы мрачным голосом спросил: - Шериф бывал в клубе? - Дженкинс?.. Как клиент? Я не знаю, - соврала она, - Он бывал там в качестве близкого приятеля хозяина клуба. - Стало быть, ему всё доставалось по блату, - хмуро заключил Лето, давая понять, что разговор закончен. Энди проигнорировала эти слова. Зачем он ходит вокруг до около, думала девушка. Если ему так важно знать была ли она с шерифом наедине, мог бы спросить напрямую, а не строить из себя оскорблённого собственника. Энди даже немного злилась на него, и, в то же время, злилась на себя. Словно она тоже в чём-то виновата… Перед ним. Лето избегал зрительных контактов, и его пасмурное настроение нельзя было не заметить, но, девушка рассудила, что, себе же во благо, будет разумнее молчать. Войдя в двери одного из заведений, Джаред и Энди тот час невольно смешались с толпой. Первый этаж был похож на огромный муравейник; народ топтался в основном возле бара и, похоже, большая часть посетителей была ни кем иным, как местными пьяницами да мелкими бандитами. Стоял гул; из автомата играла музыка кантри. Буквально со всех сторон девушка ловила похотливые подмигивания. На мгновение Джаред словно опомнился, обернулся и не обнаружил рядом Энди. Он завертелся в разные стороны, “сканируя” толпу, пока не наткнулся на тонкий силуэт, также блуждающий взглядом по переполненному помещению, уворачиваясь от навязчивых “знаков внимания” других посетителей. Джаред нахмурился и молча стал проталкиваться сквозь толпу. Энди почувствовала, как чьи-то пальцы по-хозяйски сомкнулись на её локте и потащили за собой. Лето, слава богу, подумала она. - Две комнаты, до утра, - бросил он подвыпившему портье, доставая наличные и чувствуя у себя на спине выжигающий взгляд девушки. Тот лениво снял со стены два ключа и небрежно кинул на деревянную столешницу. Джаред и Энди поднялись наверх и прошли до конца коридора, где располагались их номера. Лето открыл один из них, впустил девушку, вошёл сам и внимательно осмотрелся. Поймав озадаченный взгляд Энди, он удалился, забрав с собой ключ от её номера. Войдя в свой, Джаред поспешил захлопнуть дверь; он повернулся, обопёрся о неё спиной и прикрыл глаза. Он решил предоставить Энди выбор. Пусть уходит, если пожелает… Она может просто открыть дверь и уйти… Уйти. Насовсем. Джаред в глубине души рассчитывал на подобный поворот событий. Но хотел ли он его, думал Лето? Нет. Он больше не страшился мысли быть привязанным к этому чувству, к девушке, к её чайным глазам и робким прикосновениям. Он желал сполна вкусить всю прелесть этого удивительного ощущения полёта. Влюблённости. Да, он злился… Но злился не на девушку, а на саму ситуацию. На Дженкинса, и даже на жизнь. Он чувствовал, что трудится Энди в сфере подобных услуг далеко не от хорошей жизни. Джаред страшился мысли, что на рассвете он войдёт в соседний номер и найдёт его пустым… Если она решит покинуть его, он это переживёт, думал Лето... Он всегда будет хранить своё чувство к ней как нечто воистину ценное. Что он пытается этим сказать, думала девушка, когда мужчина оставил её наедине с собой… Она блуждала по комнате потерянным взглядом и, наконец, аккуратно присела на край кровати. Неужели она ему настолько противна, что Лето даже не желает больше делить с ней номер. Это предположение поддавалось логике, но не чувствам… всё, кроме его, порой несколько резких, слов, выдавало в Джареде его истинное отношение к девушке, которое ярко контрастировало с тем безразличием, что она испытывала в свой адрес на протяжении многих лет. Энди поднялась с кровати и подошла к пыльному, пожелтевшему от времени, зеркалу, что висело на стене напротив. Она вдруг ощутила, словно вышла на финишную прямую всей своей жизни; словно самое прекрасное, учитывая сколь скудна её жизнь, она уже пережила, и что в скором времени случится непоправимое. Напрасно она полагала, что судьба только отбирает, думала девушка, кончиком пальца рисуя причудливые узоры на пыльной поверхности. Она дала Энди то, о чём та сама никогда не решилась бы попросить. Самое время отдать в ответ. Да и что ей терять? Может иногда приобретение кроется под маской потери? Энди дунула на пыльное отражение, развернулась и вышла из номера. Небольшой порез на спине в области плеча неприятно пощипывал. Джаред сидел на бортике ванной; голые ступни приятно охлаждал кафель на полу. Навязчивая боль от пореза не давала мужчине покоя. С более серьёзной раной на голове он управился заметно быстрее, а вот ссадина на спине ежесекундно давала о себе знать, отдавая жалящей болью. Пузырёк с перекисью едва не выскользнул из рук Джареда, когда тот увидел на пороге девушку. Она замерла в дверном проёме и тревожно глядела на обилие бинтов, ваты, каких-то лечебных склянок и голый торс Лето, всюду усеянный порезами и ссадинами; взрыв, безусловно, оставил “следы”. А ведь всё могло обернуться куда хуже, подумала она… - Что-нибудь случилось? Нейтральный тон мужчины отвлёк девушку от её мыслей. Энди попыталась понять по голосу Джареда, в каком тот расположении духа - и не смогла. Ничего не выражающий, сухой тон. Неужели он всё ещё злится? - Что ты здесь делаешь? Давай же, скажи, что-нибудь. Не стой, как полоумная, уговаривала себя девушка, чувствуя, что безнадёжно тонет в синеве, устремлённых на неё, больших глаз. Энди подошла к Джареду и присела рядом с ним на бортик ванны. Она протянула руку – лёгкий разряд тока ударил их обоих - и взяла из его ладони кусочек ваты и пузырёк с перекисью. Слегка развернувшись к спине мужчины, она промокнула вату и коснулась пореза. Та моментально пошла красными пятнами. Энди провела ваткой вдоль пореза, и вниз по спине Лето потекли капельки перекиси. Джаред слегка дёрнулся: жидкость была прохладной. Заметив это, девушка кончиком пальца преградила путь одной капельке и повела ладонь вверх по спине мужчины. Лето невольно прогнулся; места, где прикасалась Энди, горели. Он вдруг почувствовал обе ладони девушки у себя на животе, и она бережно поцеловала кровоточащий порез; губы её были бархатными и тёплыми. Энди невольно вспомнила, как несколько часов назад прижималась к телу мужчины, ощущая защиту и спокойствие. Вновь захотелось забыться, закрыть глаза и вжаться в большую надёжную спину Джареда. Лето чувствовал, как под кожей, где находились мягкие ладони девушки, что-то словно пульсирует, и это странное, но приятное ощущение, медленно сводило его с ума и расслабляло. Что она делает, пытался сфокусировать сознание Джаред… Энди вновь нежно поцеловала порез, обдавая его жаром своего дыхания, от чего Лето начал понимать, что, если он и сможет остановить эту вожделенную близость, то сейчас самый момент, дальше будет поздно… но шепот девушки заставил его вернуться в реальность. - Спасибо тебе. Боже, она благодарит его? За что, негодовал Джаред. Девушка вдруг отстранилась от него; ладони соскользнули с его живота, оставляя низ желудка трепетно ныть. Энди опустилась на колени перед мужчиной, слегка развела его ноги в стороны, придвинулась немного ближе и вновь прошептала: - Это от меня. Для тебя. Расстёгивая ремень на джинсах Лето, она вновь невольно коснулась рукой его живота, и у того на мгновение сбилось дыхание. Энди расстегнула молнию, достала член Джареда и сразу почувствовала жар, исходивший от напряжённого органа. Мужчина зачем-то искал зрительного контакта, пытался заглянут в её глаза; словно почувствовав это, Энди подняла лицо, и Лето прочёл её преданный взор. Девушка отвела взгляд и взяла в рот. Тёплые губы медленно заскользили по всей длине, и в желудке у Лето вновь сладостно заныло. Мужчина медлительно поднял голову; белоснежный потолок рассекали две длинные серые трещинки, где-то за сто световых лет из крана навязчиво капала вода, а из спины словно вырастали крылья… Пульсировало уже не только в районе живота, а под всей кожей. Упругие губы кропотливо облизывали головку, помогая себе пальчиками, которые, то легонько дотрагивались до члена мужчины, вызывая у того сладостную дрожь, то сжимали сильнее, скользя вдоль всего ствола. Лето закрыл глаза, и его рука невольно потянулась вниз. Он положил ладонь на голову девушки, ритмично управляя процессом, но надавливая не сильно; образ Энди, стоящей перед ним на коленях, вызвал калейдоскоп ощущений и заставлял сердце биться в бешеном ритме. Джаред бессознательно сжимал её волосы в кулак и снова отпускал; тёплый язычок, спускаясь и поднимаясь, двигался в такт вдохам мужчины, засасывал головку, губы оставляли раскалённые поцелуи на выступивших венках члена, и Лето начал осознавать, что разрядка близка. Язычок вновь коснулся одной из венок и повёл дорожку к основанию члена; руки мужчины, упиравшиеся в бортик, сделались ватными, и Джаред задрал голову, хрипло выдыхая. Энди вновь забрала орган до самого основания, но тело Лето отреагировало раньше, погружая член глубже ей в горло, зрачки его резко расширились и Джаред кончил, не сводя взгляда с двух серых трещинок, переплетающих друг друга в замысловатый узор. Энди от неожиданности закашляла, но проглотила; всё, до единой капли. Мужчина опустил глаза на девушку, и в желудке снова застонало, когда он увидел, как та внешней стороной ладони вытирает рот и облизывает припухшие губы. Она так и осталась сидеть на коленях, и Джаред, сбивчиво дыша, вновь и вновь ловил её преданный взгляд. Он подался вниз, накрыл обеими ладонями лицо Энди и требовательно впился в алые губы. Прохлада коридора окатила девушку чувством тотальной пустоты. Джаред, облокотившись о проём входной двери, провожал её взглядом, но Энди так и не обернулась. Ей не хотелось уходить от Лето, но она уходила. Вместе с тем, Энди ощущала, согласие с самой собой. Ощущала, что всё правильно; всё так, как должно быть. Она впервые в жизни не стала ждать подарков от судьбы, а сама взяла, ровно столько, сколько захотела. Возле её комнаты толпилось трое каких-то мужчин, куря, шумно беседуя о своём и отбивая ладонями о стену ритм в такт музыке, доносившейся с первого этажа. Подходя к двери, девушка протиснулась сквозь их тел, намеренно не дававших ей проходу, проскользнула внутрь, захлопнула дверь, оставляя нахальные смешки в прокуренном коридоре, и утомлённо упала на кровать. Джаред вернулся в ванную, облокотился руками о раковину и посмотрел на своё отражение. Когда всё рушится на глазах, она приходит и благодарит его. За что? Лето пообещал себе, что выяснит. С другой стороны… может это он сам собственноручно всё рушит? Ведомый своей несдержанностью, ревностью. Он ведь предоставил ей недвусмысленный выбор: уходи или останься. И она осталась… “…для тебя…”, вновь и вновь эхом отдавало у него в душе. Джаред ненавидел себя за проявление слабости в облике страха быть отвергнутым девушкой. И даже сейчас, когда она постепенно впускает его в свой мир и буквально просит остаться там, ты пятишься назад, как последний осёл, думал Лето. Однако он чётко осознавал причину подобной нерешительности: чем ценнее становятся для нас близкие, тем бережнее мы сдуваем с них пылинки. Воздух резко вышел из горла, но обратно не вошёл… шероховатая ладонь сжимает шею… голова начинает кружиться… слышен ядовитый смех… три неотчётливых силуэта мельтешат где-то совсем близко… чьи-то пальцы омерзительно блуждают по телу… силы для сопротивления на исходе… Джаред, где же ты, когда ты так нужен?.. горло судорожно глотает воздух… тело начинает обмякать… противный липкий язык касается кожи шеи и смачно проводит дорожку до уха… до дрожи гадкая ладонь грубо хватается за оголённое колено… ползёт вверх и сжимает нежную плоть… “Джаред!..”, царапая горло, вырывается воздух… Энди подскочила на кровати, ловя ртом воздух, и лихорадочно огляделась. Комната пуста. Кошмар. Всего лишь грёбаное сновидение. Девушка вытерла капли пота, обильно усеявшие её лоб, и машинально повернула голову на другую половину постели. Пусто. Конечно. Джареду здесь делать нечего, подумала она, вновь уложила голову на подушку и прислушалась. Музыка стихла, голосов тоже не было слышно. Душная августовская ночь. Энди пододвинулась ближе к краю кровати, перевернулась на бок, откинула одеяло и вновь забылась сном. Когда она открыла глаза в следующий раз, было уже светло. То, что уже утро, девушка поняла по тому, как лениво отбрасывала бледные тени пустая ваза, стоящая на столике возле входной двери. Энди вновь прикрыла глаза и мечтательно подумала о том, как хорошо было бы вот так проснуться в большом доме, от щебетания птиц из распахнутого окна, ощущая благоухания садовых роз и чувствуя готовящийся для неё завтрак… Девушка мысленно улыбнулась собственной легкомысленности и велела себе прекратить эти несбыточные мечтания. Единственное, что портило это утро, чудовищная духота. Она медленно и глубоко вздохнула, воздух тяжело вошёл в её лёгкие, затем она потянулась, перевернулась на другой бок… и чуть не свалилась с кровати. Джаред. Джаред лежал рядом с ней, подтянув к груди колени, и мирно спал. Прошло несколько минут, прежде чем Энди поймала себя на мысли, что залюбовалась им. Лето неожиданно распахнул густые ресницы, сонным взглядом поймал нежный медовый взор. С минуту они смотрели друг на друга, затем рука Лето потянулась и взяла ладошку девушки в свою. Тёплые мягкие пальцы сонно перебирали её тонкие холодные пальчики, потом рука сжалась, словно согревая их, и Джаред и Энди вновь уснули. Прямо так, на разных концах кровати, держась за вытянутые руки. В следующий раз она проснулась от чего-то мягкого, прикоснувшегося к её лбу. Девушка с трудом открыла глаза и увидела в сантиметре от себя обеспокоенное лицо Лето. - Как ты себя чувствуешь? – тихим тревожным голосом спросил он и вновь губами приник к её лбу, - Ты меня слышишь? Энди, ты вся горишь. - Да нет, всего лишь лёгкая слабость. Джаред недовольно вздохнул и заёрзал на месте, после чего девушка поняла, что он сидит на ней. - Ты подхватила простуду, точно. - Джаред, мне жарко... Очень, - созналась она, - Я пить хочу... - Послушай, я сейчас уйду, - мягко, но тревожно произнёс Лето, - Ненадолго. Не смей вылезать из постели, лучше постарайся снова заснуть. Я продлю комнату, принесу тебе воды и лекарств. - Джаред, это не так серьёзно!.. Не заставляй меня лежать, я не… - Только попробуй ослушаться или я тебе устрою постельный режим на вазелиновой фабрике. Чтоб далеко не бегать. Энди закусила губу и подавила смешок. Мужчина наклонился и нежно поцеловал девушку в глаза. Затем слез с неё, расправил откинутое одеяло и укутал её по самый подбородок. Джаред вышел из номера, и девушка, на всякий случай выждав пару минут, откинула одеяло; она перевернулась на другой бок и попыталась уснуть. Энди не успевала подстраиваться под обстоятельства, настолько быстро они сменялись. Вчерашним утром Лето покинул её, а сегодняшним словно “вернулся”… Сон не шёл, зато перед глазами мерещились какие-то замысловатые картинки. Галлюцинации? С какай стати, саркастически подумала она и тут же словно провалилась в сон… в ночном поле на сухой выгоревшей траве стояли Дейв и ещё один человек… Невысокий, темноволосый, с добрыми, но очень грустными карими глазами… Энди сделала шаг навстречу, услышала хруст жжёной травы у себя под ногами, сделала другой шаг, не отрывая взгляда от кареглазого мужчины, протянула руку… и мираж исчез… она осталась стоять одна, посреди поля, обдуваемая ледяным ночным ветром… - Нет, нет, нет! Девушка снова подскочила на постели, вцепилась кулаками в волосы и почти рыдала. Она слезла с кровати и побежала в ванную, сбив по дороге со столика вазу. Та полетела вниз и с характерным звуком разбилась о пол. Осколки разлетелись по всей комнате, залетели под кровать и к входной двери. Энди судорожно умывала лицо ледяной водой, пытаясь прогнать наваждение. Её болезненно-красные заплаканные глаза безнадёжно всматривались в отражение, как вдруг раздался глухой звук и по лицу девушки пошли трещины… Одна, другая, третья. Всхлипывая, Энди опустила окровавленный кулак в раковину, разжала его и безразлично стала наблюдать, как с ладони бегут тоненькие алые дорожки.