Контрреволюционер

Оставшиеся два дня Макс гнал практически без перерыва на сон. Как только мы отбыли от того самого места, где тот осуществил свою месть, он загнал рукоятку подачи давления в её верхнее положение, и не отпускал её до того самого момента, когда невыспавшийся Игорь начал ходить по вагонам, помогая всем, кто ещё не сошёл на промежуточных станциях, собраться в дорогу, где он больше не будет их проводником. Он же сказал, что посты можно снимать – у Москвы ещё были кое-какие дежурные, да и звери были намного дружелюбнее. Вскоре все мы собрались на нашей платформе, рассевшись по машинам и ждали конца этой дороги. Что и говорить – настроение у всех было немного подавленное, но виду никто из моих не подавал – на любой мой приказ мне отвечали искренним энтузиазмом, на любую просьбу – пониманием, всегда поддерживали разговор. Но это странное напряжение буквально витало в воздухе и не собиралось никуда улетать. Все смотрели на меня, будто чего-то ожидая как от командира. Я примерно представлял себе чего они хотят. На нашей родной земле, провернув какую-нибудь операцию вроде зачистки или поимки, следовал довольно долгий период простоя и бездействия, а так как нападать на нас никто не решался – мы позволяли себе расслабиться. В этой стране мы провели намного больше времени, чем в Японии и ещё ни разу не успели как следует отдохнуть. За последнюю неделю у нас состоялось два боевых столкновения, в одном из которых пострадал Карлос, и я сам схлопотал пулю. Царапины и ушибы я не считал. Всем нам пришлось одеться в специальные бронежилеты, чтобы хоть как-то сохранить себе жизнь в стремительно меняющихся условиях, а в них долго нельзя. Как капитан моего отряда я отлично понимал что надо сделать. Сидя в грузовике, вместе с частью команды, я пытался собраться с мыслями. И поводом к моему разговору послужил уставший взгляд Джек. Я зажал кнопки на своём ошейнике, вытянув шею, и сказал в слух, дублируя это в эфир для всех остальных: -Как только сходим с поезда – направляемся к городу, никуда не ввязываясь. Если повезёт и мы не встретимся с нашими нанимателями сразу – отдохнём. Довольный таким объявлением Мадеро вскинул свой пудовый кулак в воздух, тряхнув при этом пулемётом. Джек благодарно улыбнулась и откинулась на спинку десантного сиденья в Навистаре. Стен со своим помощником тут же нашли себе работу – и решили на ходу перекрутить пулемёт с тендера обратно на крепления на крыше нашего грузовика. Это маленькое объявление прогнало дух усталости и безысходности как метла прогоняет паука. Мы вернулись на свои привычные посты, на этот раз – просто помочь собраться, как это делал Игорь. Логинов как обычно провёл несколько приёмов – совершенно за бесплатно, учитывая то что с нападением количество царапин и лёгких ранений у пассажиров никак не убавилось. В общем мы занялись своим делом, пока поезд уже мерно и спокойно катился по путям, в направлении мегаполиса. Через несколько часов, когда дело снова клонилось к вечеру, Игорь обошёл все наши посты, предложив нам сойти не в самой Москве, а на сортировочной в нескольких сотнях километров от вокзала. Обдумав его предложение, я согласился. Судя по его рассказам, в столице на самом вокзале любой подошедший поезд будут встречать несколько сотен торгашей, а учитывая наш вид – мне совсем не хотелось чтобы нас ограбили при выезде с платформы. В общем – из осторожности, да и чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Ещё через два часа, когда на пустоши России опустилась ночь, Игорь велел собираться. Времени у нас будет много – они просто оставят платформу у разгрузочного помоста, и уедут, но чтобы мы сами ничего в составе не забыли, он попросил ещё раз проверить. Я понимал, что если что-то и оставили, то явно что-то не столь важное и ценное, но в последний момент, когда к нам залезли два волчонка, увязавшиеся за нами как плохая привычка, я решил что для них будет лучше остаться с гражданскими. Я вернулся в состав, держа обоих рюх за их лапки, и без особых проблем нашёл волчицу, которая хвалила этих двоих за их смелость во время налёта. Она сидела в купе совершенно одна, уставившись в чёрное окно, и казалось беззвучно плакала. Конечно момент мог быть ещё более неловким, но попытаться стоило. -Мисс? – спросил я на русском, понимая что наверняка к таким обращениям в этой стане не привыкли. Я заранее усадил молчащих волчат на скамью напротив неё, а сам присел рядом с ней. -Мисс? – повторил я, дотрагиваясь до её плеча. Волчица вздрогнула, повернувшись ко мне, но распознав во мне друга, улыбнулась. -Я вообще-то миссис, а не мисс, - поправила она. Я не нашёлся что ей ответить. -Чем я могу вам помочь? – спросила она, оправляя свою длинную юбку. -Мне – ничем. - Ответил я, кивая на волчат…, - Им бы пригодилась помощь. Волчица удивлённо подняла брови, оглядывая меня и двух сереньких. Она удивлённо смотрела на меня, потом на них, потом снова на меня. -Вы же понимаете, что это никак не мои парни? – Убедился я. -Я думала, что они ваши ученики, или что-то в этом роде, - призналась волчица, но потом легонько кивнула и улыбнулась, - Понимаю. Они слишком молоды для вас, да? -Учиться никогда не рано, и не поздно. – Выдал я, - Но сейчас у меня и так достаточно учеников. -Дядя майор, мы с вами больше не поедем? – выдавил младший со слезами на глазах. Я посмотрел на них, но сразу же отвернулся. Старший тоже не особо сдерживался в эмоциях, да и мне с каждой секундой становилось всё тяжелее. А ведь я даже не сказал об этом Джек. -Позаботьтесь о них, - попросил я, доставая пачку русских купюр, которыми уже успел разжиться, - Это вам подъёмные. Я отдал волчице всё. Я даже не знал сколько по местному курсу я ей вручил, но судя по изменившемуся выражению на её мордочке – очень не мало. -Я не знаю смогу ли я, - призналась она, глядя мне в глаза, - Я совсем одна… -Теперь нет, - улыбнулся я, - Андрюха, Кирюха? Волчата подняли на меня заплаканные глазёнки. -Вы же будете помогать своей новой маме? Старший молча вытер слёзы кулаком и уверенно кивнул. Младший же спрыгнул с полки, тут же забираясь к ней, обнимая ей за талию. Волчица рассеянно засмеялась, и тоже расплакалась. -Майор, а можно будет попрощаться с Джек? – спросил меня старший. Я уверенно кивнул и вызвал следопытку по рации. Лиса подошла очень быстро и я рассказал ей о своём решении. Сначала её это шокировало, однако увидев в чьих лапах я оставляю волчат, простила меня и принялась прощаться с щенятами. Слёз и объятий было много, но в конце концов она спросила меня как будет по-русски «До свиданья». Я перевёл. -Do svidania! – с трудом выдавила Джек, обнимая волчат, - dosvidania! Поезд начал замедлять свой ход. Я потрогал лисицу за плечо, кивнув головой в сторону конца состава. Следопытка очень неохотно, продолжая махать ладошкой волчатам, последовала за мной. Когда мы выходили на платформу, я обернулся посмотреть на неё – в какой-то мере она была счастлива, но глаза были конечно на мокром месте. -А ты привязалась к ним, - констатировал я очевидный факт, - Что такого ты в них нашла? Джек загадочно вздохнула, и ответила: -Сделаешь мне пару таких же лисят и сам поймёшь. Она уходила от меня, а я стоял с открытым ртом, не в силах выдавить из себя иного звука, кроме непонятной гласной. Даже когда ко мне подошёл Игорь, ему пришлось несколько минут теребить моё плечо, чтобы я пришёл в себя. Поезд дал задний ход. Эрик запрыгнул обратно на платформу, а проводник махал фонариком, сигнализируя Максу. Наконец грузовая платформа довольно жёстко прижалась к буферам на загрузочной платформе. К моему удивлению попрощаться с нами пришёл сам машинист и даже немой кочегар. Первым я пожал лапу Игорю: он пожелал нам безопасной дороги и интересных приключений. Потом мне галантно поклонился кочегар – лапы он не трогал, так как не хотел попачкать меня. А вот Макс, несмотря на то, что был не менее грязным, специально для такого случая натянул тонкую чистую перчатку. Схватившись за мою ладонь, он долго тряс её, смотря мне в глаза, а потом признался: -Наверное я ещё не заслужил чтобы у меня были друзья типа тебя, Майор. -Не хочу тебя огорчать, но друзья типа меня – это всё, чего ты заслужил, Макс. -Бывай, - кивнул чёрный кот. Я кивнул ему в благодарность за честно оказанные услуги по перевозке, и мы с ним расстались. Он быстро расцепил вагонную сцепку и через несколько минут гражданский состав тронулся в свой путь. Мы все провожали грохочущие колёсными тележками и вагонными сцепками поезд. Закуривший Логинов, выдохнув очередную порцию дыма, напел странный мотив: -И оба сошли где-то под Таганрогом, среди бескрайних полей. И каждый пошёл своею дорогой, а поезд пошёл своей. Первым на это отреагировал Эрик, у которого автоматический переводчик в Архангеле, интерпретировал это по-своему. И овчара это возмутило. -Зачем нам делится? Мадеро аш подпрыгнул. -Разделиться? На кой? Пресекая остальные глупые вопросы, я поднял лапы, призывая не задавать глупых вопросов чтобы не получать на них глупые ответы. -Это строка из песни, - на английском сказал наш командный доктор, - Очень подходит к тому, что мы только что все пережили. Как-никак – мы проехали не малую часть самой большой страны на земном шаре. -Впереди нас её столица, - согласился я, - не будем терять ни минуты. Стэн, Реджи – проверяйте, заводите. Эрик – на тебе навигация. Альберт и Карлос – за баранки навистаров, Флёр – ты на джипе. Кто со мной в легковушку? Эрик и Мадеро подняли лапы. На том и решили. Мы быстро наши доски, чтобы переправить машины с вагона на специальный трап. Поначалу у меня была мысль сохранить наш вагончик, чтобы потом при необходимости воспользоваться им. Местность была довольно пустая, высадили нас на каком-то полустанке. Видимо до войны здесь был небольшой пригородный посёлок городского типа, но сейчас без инфраструктуры и всех благ цивилизации, городок был брошен и служил пристанищем нескольким бандам, кучке мародёров и каким-то бомжам. Решив, что ни у кого из перечисленных не возникнет интереса к железнодорожной платформе, как не возникло у бандитов в Красноярске, я приказал оставить платформу на своём месте – если прижмёт, то по крайней мере будем знать откуда начать поиски. Механики проверили машины, завели двигатели и места за рулём заняли другие бойцы. Шины наших американских грузовиков коснулись земли Московской области. Эрик уселся на переднее место в джипе Флёр, выбирая для нашего небольшого конвоя наилучший маршрут. Через несколько минут, прогрев двигатели и коробки передач, мы двинулись в путь уже своим ходом. Навигационная система «Архангела» вывела нас на не широкую, длинную грунтовую дорогу, изредка прерываемую обломками асфальта. Фары машин резали густую как мазут темноту, подпрыгивая на постоянных ухабах. Скорость выбрали не большую, чтобы не разбить подвеску. Изредка на нашем пути появлялись совершенно заброшенные деревни с прогнившими до основания деревянными домиками, которые Логинов назвал забавным названием «избушка». В такие моменты мы резко сбрасывали скорость, и Эрик выходил вперёд конвоя, проверяя предстоящий путь на ловушки и мины. Уже в самом первом таком посёлке оказалось, что это было не зря – огромный противотанковый «блин» лежал прямо посреди дороги, ничем не прикрытый и сгнивший почти полностью. Альберт принял решение, что единственный возможный вариант – расстрелять его, чтобы не мешался. Так мы и сделали. Только после взрыва я заметил, насколько было тихо в огромных брошенных степях России. Грохнувший заряд раскатился гулким эхом по степям и звоном в ушах, но ничего не прилетело в ответ. Когда мы ночевали на пустошах Америки, практически всегда надо было ставить дозор, основываясь хотя бы на том, что где-то на горизонте, на пределе слышимости, почти всегда разносились выстрелы и рвались гранаты. В ночном Подмосковье не было ничего и никого. Даже когда вокруг нас образовывалась какая-то растительность, а в нескольких деревнях это были довольно основательные деревья, никакой живности не было слышно. Три наших машины были самым громким зверем в этой мёртвой стране. В этой странной тишине появилось ощущение, что это всего лишь затишье перед бурей. Я проверял свою команду, и несмотря на то, что все уже очень давно не спали, никто не расслаблялся ни на секунду. Все как будто ждали какого-то звука, знака, сигнала к действию, но мы просто катились по извилистой трассе. Мы спокойно перебирались через заросли деревьев, целые леса и небольшие рощицы, что было не просто дикостью, а настоящим раем для наших родных краёв. Иногда на пути вставал небольшой разрушенный мостик и небольшая грязная речонка под ним. Брошенные машины, сгоревшие остовы, а иногда – скелеты. И абсолютная тишина вокруг. Спасал только мерный рокот дизеля под капотом у джипа и периодические вылазки на дорогу в целях разведки. Стоя в свете фар я ждал пока Эрик и Альберт вернутся с донесениями, а чтобы не тратить драгоценное топливо – мы глушили двигатели, не выключая при этом фар. Стоило убрать свет хоть на минуту, как темнота и тишина начинали растворять в себе подобно кислоте, залитой прямо в голову. Я даже представить себе не мог что мы будем делать, если у нас кончится топливо. Дорога казалась настоящим туннелем, было немного страшно свернуть от неё хоть влево хоть вправо, казалось что стоит отойти на пятьдесят метров от машин и всё – больше я их не найду в этой густой, липкой темноте. Спустя несколько часов я понял, что несмотря на постоянную настороженность многие начали зевать. Беспринципный Мадеро закинул голову назад и громогласно захрапел, стоило это сделать мне. Я потянулся с заднего сиденья на передние, обращаясь к Флёр и моему заместителю. -Что скажете, где будет получше остановиться? -Привал, Майор? – радостно спросил меня овчар. Я подтверждающее кивнул, и он сразу же накинул на свою морду шлем – выяснять где будет лучше. Сидящая за рулём лисица выдала свою идею. -Лучше всего найти небольшой пустой посёлок, желательно заросший. Спрячем машины в развалинах и на всякий случай замаскируем их. -Ты читаешь мои мысли, - ответил я. Эрик тут же определил куда нам ехать дальше, и через полчаса мы были на месте. Малюсенькая даже по меркам России деревушка, в которой изначально было всего-навсего шесть домов. Меня удивляло такое расположение – неужели так, на постоянной основе могли жить? Шесть домов. Пятеро соседей, и дома посреди одного большого нигде. Страна не переставала меня удивлять. Оказалось, что «избушки» которые я принимал за сгнившие строения, строились именно с таким расчётом. Конечно время, погода и войны не пощадили их, и четыре из шести домиков, стоящих почти натурально в лесу, оказались непригодными даже для того чтобы спрятать в них машину, и тем более – военный транспорт. Однако в двух домиках нашлись обветшавшие пристройки к основному строению, переделанные под гараж. В одном из них даже был сохранившийся бетонный пол, и очень много места. Быстренько разобрав ворота, под покровом ночи мы загнали внутрь грузовики, а джип поставили в доме по соседству, так чтобы его не было видно с дороги. Вскоре мы наломали дров из сгнившей мебели и развели небольшой лагерный костёр. Я лично вызвался остаться на дежурстве и через час остался совершенно один в огромном сонном царстве, посреди которого громоподобно храпел Мадеро. Утро я встретил в чистом поле, чуть подальше от лагеря, сидя в раскладном кресле с бутылкой бурбона. Заря долго томила меня ожиданием, но довольно поздно краешек солнечного диска всё-таки показался у линии горизонта, и залил всё ярким светом, даруя нам всем огромные, непропорциональные тени. Это было самым лучшим началом нового дня в истории моей жизни. Вскоре ко мне подошёл Эрик – уже в архангеле и при всём своём вооружении. Мои бойцы координировано и быстро собирали свои пожитки, закидывая всё в машины. Я сказал Эрику, что ухожу от них в объятья морфея, и улёгся спать в кузове Навистара. Когда вся твоя жизнь состоит из одного практически нескончаемого путешествия, у многих размывается понятие дома. Я точно знал что у бывших пум-рейдеров такого не было вообще, что Логинов, променявший свою родину на приёмную, давно привык просыпаться не дома. Что Реджи не чуждо ощущение того, что ты просыпаешься там, где откровенно не хочешь быть, но не наоборот. Когда навистар в очередной раз подпрыгнул на каком-то ухабе, окончательно вытрясая из меня остатки сна, я искренне хотел чтобы за бортом была не странная, мёртвая земля чужого для меня государства, а родная пыль Алабамы. Чтобы кругом были развалины дорог, разваливающиеся сами по себе мегаполисы, дикари которые не понимали что на нас нападать нельзя. Я скучал даже по беспринципным работорговцам из Хортона. Но приоткрыв небольшую занавесочку на бронированных стёклах, я увидел лишь то, что так не хотел видеть: Россию. И это было тяжело. Впрочем рядом со мной на лавке развалился Мадеро, и возможно именно его храп меня и разбудил. Я не стал допытываться до него, а просто включил рацию и дежурно поприветствовал своих парней в эфире. Ответили не все – многие решили заранее отоспаться. За главного Эрик назначил второго обладателя брони «Архангел» - Альберта, за рулём оказались уже не бойцы а наши механики, и единственным бодрствующим бойцом оставался Хориган. Разговора с ним не вышло. На одной из остановок я быстренько перебрался в Джип, за рулём которого сидел Альберт. Судя по уставшим глазам и необычайной болтливости – штурмовик явно что-то принял внутрь, и не спал очень давно. Я сменил его за рулём и мы поехали чуть шустрее к недовольному ворчанию Стэна и радости его помощника. В очередную ночь, когда тишина и непроглядная темень, стали казаться родными и знакомыми, перед нами предстала Москва. Огромный мегаполис, сохранившийся практически в довоенном состоянии, приветствовал нас редкими огнями дорожного освещения, самодельными рекламными щитами и намного меньшим запустением. Практически все мои ребята высовывали морды в окна, разглядывая огромные строения на горизонте. Но всем нам ещё предстояло не хило удивиться, когда мы узнали что дороги до этого города – не существует. Пока я сидел за рулём, я лишь почувствовал что кочки вместо покатых и объезженных становятся намного менее приятными и резкими. Мы сбавили скорость и очень вовремя – из земли перед нами торчали металлические конструкции, постепенно всё больше и больше увеличивающиеся в размерах. Мы полностью остановились и мощным прожектором на крыше Навистара осветили дальнейшую дорогу. Вместо неё мы увидели лишь огромную свалку всевозможных самолётов, огромных ракет, истребителей, боевых вертолётов!.. И всё это великолепие настоящей огромной стеной лежало у нас на пути. -Кто делает свалку авиатехники на дороге? – задал риторический вопрос Эрик, вылезший из грузовика и рассматривая всё это в свете прожектора. Я пожал печами, велев Реджи, который заправлял прожектором, попробовать поискать другую дорогу. Однако лисёнок, обведя лучом света все окрестности, подтвердил – разбитая техника огромным валом лежала поперёк нашей дороги настолько, насколько хватало света. Я недовольно хмыкнул и пошёл будить Майка. Логинов, какое-то время приходивший в себя, выйдя из машины и осмотрев наше препятствие спокойно выдал: -Я в Москве никогда не был, но слышал, что она лежит посреди огромной кучи авиационного мусора. -Откуда он тут взялся? – спросил Хориган. -Это всё довоенные времена, - ответил доктор, - все попытки уничтожить этот город. Третий Рим – так его называли сами русские. -Ты тоже? – убедился Альберт. -Конечно же, - ответил Михаил, закуривая. -Подожди, так это всё – попытки уничтожить Москву? Как это? -Я не знаю, майор. Знаю только что дорог в город всего несколько. Эрик отправился разведывать возможный путь среди всего этого, но вернулся довольно быстро и с не самыми приятными новостями. -Проезда нет. Даже с Бегемотом всё это мы не разгребём, а если попытаемся – взлетим на воздух. Топливо, закислители, снаряды – взорвалось и сгорело там далеко не всё. А что там будет с ними за две с лишним сотни лет, даже мой батя не расскажет. Я глубоко выдохнул. -Поезд же как-то проехал? Значит рядом с путями проезд есть. На крайний случай – прямо по путям. -Грёбанный машинист, - Карлос ударил себя в ладонь, - Он специально избавился от нас чтобы мы не смогли добраться до Москвы! -Дело говоришь, - проворчал Мадеро, - Если бы не сошли – уже бы доехали! -А ты что, куда-то торопишься? – Спросил я у пулемётчика. Бульдогу ничего не оставалось, как невразумительно открыть пасть и развести лапами. -Макс и Игорь подарили нам прекрасную возможность прибыть во вражеский город незаметно. И насколько незаметно мы это сделаем – зависит только от нас теперь, а не от него. Карлос естественно согласился со мной. Я тыкнул пальцем в заместителя и его броню на нём. -Давай к ближайшей железной дороге. -Мы ехали практически параллельно с ней, - ответил мне овчар, - Должно быть не далеко. -Направо-налево? -Налево, - уверенно ответил пёс. -Веди, - сказал я, показывая на первый грузовик. Сам по выработавшейся привычке уселся за руль Джипа, и завёл двигатель. Проверив показания приборов, я убедился что топлива на небольшой крюк у нас всё ещё хватает. Я быстро осведомился за это же у наших механиков, и они подтвердили солидный запас дизеля для навистаров. Мы съехали с дороги и начали медленно объезжать этот вал в поисках нормального проезда. По дороге мы разговорились о возможной стратегической ценности такого странного заграждения, и довольно быстро наткнулись на небольшой переезд, даже до того как встретились с железной дорогой по которой мы добрались до Подмосковья. В какой-то момент гора авиации, сбитой на подлёте к Москве стала редеть и вскоре превратилась просто в поле разбитых самолётов и ракет, и тут-то мы и наткнулись на совсем свежие следы какой-то машины. Проследив куда они ведут, мы поняли что нашли своеобразный «брод». Однако на подъезде к полю мы наткнулись на другое препятствие – большой тупомордый грузовик с кузовом типа «вахта» стоял на кирпичах, и судя по занавескам в единственном сохранившемся окошке «вахты» - там кто-то жил. Этот кто-то не заставил себя ждать – дверца на корме распахнулась, и нам навстречу выбежал молодой шакалёнок. Вслед за ним из дверного проёма выглянула его заспавшаяся мамочка. -Мирные, - сообщил я на всякий случай, останавливая джип. Мелкий сразу же подбежал ко мне – его совершенно не удивляли два броневика, остановившиcя со мной. Он привстал на цыпочки возле моей двери, засовывая нос в салон через опущенное мною стекло. -Проезд – пятьсот! – сообщил он. Конечно для меня это были не деньги. Но почему мелкий так уверенно заявил мне это, меня насторожило. -А если нет? – спросил я у мелкого. -Взорвётесь! Я переглянулся с Эриком на пассажирском сиденье. Овчар пожал плечами. Но в конце концов у меня ещё оставались… И тут я вспомнил, что все деньги отдал волчице, которую попросил проследить за мелкими волчатами. Я сделал запрос по рации, но оказалось что местную наличность при себе держал только я. Выйдя из машины, я парой знаков показал Реджи чтобы тот включил прожектор. Он осветил довольно большой участок «брода» и я с неудовольствием отметил что мелкий не врал – посреди авиационных обломков было не мало и автомобильных, включая БТРы и танки. Кто-то из них уходил под землю, видимо из-за пустот, которые создавали собой упавшие летательные аппараты. Я быстро понял что предлагал шакалёнок – безопасный путь. -Денег нет, - ответил я ему, - Что возьмёшь? Ни секунды не думая, он развернулся и побежал к грузовику, тут же запрыгивая в него. Через минуту он вытащил на свет наших фар целое семейство из мамы, папы и по крайней мере трёх своих братьев. Разговор с нами вышел держать уже его отец, что меня не могло и одновременно могло не радовать. Жило это семейство довольно зажиточно судя по хорошей шерсти на щенятах и довольно солидному брюшку у отца семейства. Мамочка тоже выглядела добротно; как говорили в таких случаях – и талия цела и сиськи сыты. Батя же тут же оглядел наши броневики и поднял цену даже не в три, а в тридцать раз. Меня чуть не перекосило. Глаз дёрнулся, и это был не хороший знак для любого, кто меня хорошо знал. Шакал меня не знал. Уперев лапы в свои широкие бока, он уже оглядывал наши грузовики, но я развернул его морду обратно на свою и твёрдо сказал: -Смотришь на полторы штуки и не больше. В ответ на это шакал с мерзкой ухмылкой показал мне большой дистанционный детонатор, классически работающий по принципу «мёртвой руки». -Куля, покажи им! Один из его средних отпрысков бегло осмотрелся, и подбежал куда-то к джипу. Отодвинув босой лапкой слой песка, он показал нам довольно большую мину. Я огрызнулся – и почему мы всегда попадали в такие ситуации!? Я злобно глянул на Эрика – у него в костюме были устройства позволяющие отследить такие вещи на дороге, однако тот и сам недоумевал по этому поводу. Не менее задумчиво выглядел и Альберт, уже одевший свой шлем обратно и даже недоверчиво пощёлкивая по виску. -Эрик, у тебя как? – спросил волк на английском. -Пусто, - ответил второй архангел, - У этих русских уже и мины как-то… экранированы? Я оглядел отца семейства и его отпрыска, который показал нам мину. План родился моментально. Стоило подстраховаться, но Хориган был вне своего доспеха, на котором были установлены самые передовые средства электронного подавления дистанционных взрывателей. Несколькими жестами я велел Альберту мину незаметно разрядить, а сам нехотя кивнул шакалу, подводя его к дверцам броневиков. Как только он и его сынишка были нормально отвлечёны, Альберт тут же рапортовал по рации: -Болванка. Я незаметно ухмыльнулся. -А от лишнего веса нет проблем с сердцем? Аритмии, тахикардии? – спокойно спросил я. В конце концов – хорошо откормленных зверей не часто встретишь в наше время. -Нет у меня никакого лишнего веса, - спокойно ответил мне шакал, - Так природа сама задумала! Он поднял к небу указательный палец, подчёркивая значимость и неоспоримость его мудрых слов. Тут я поспорить не мог, тем более когда он первый поднял палец. Для гордого отца семейства, вышагивающего перед нами с детонатором в лапе, вроде как даже ничего не произошло. Не меняя выражения своей морды, я довольно вальяжно закинул лапу за пояс и отточенным движением вынул верный шокер, отстреливая две струнки проводов прямо ему в задницу. Дёрнувшись, вымогатель упал на пыль, и начал там трястись. Я не стал мучать его и разряжать свой тайзер, я лишь хотел его немного припугнуть. Шакал конечно разжал лапу с детонатором – ничего не произошло, как и следовало ожидать. Всё его семейство конечно обратилось в панику: щенки бросились в рассыпную, а его сочная жена попыталась что-то возразить, выхватив с бедра неплохой воронёный нож. В ту же секунду на её груди загорелась зелёная точка целеуказателя и Флёр демонстративно, медленно и вальяжно дослала патрон в ствол своей огромной винтовки. -Как мне всё это надоело, - признался я, отправляясь к навистару и вытаскивая из запасов пять комплектов сухого пайка, - В этой стране что, вообще все хотят получить четыре тысячи процентов прибыли!? Я посмотрел на Логинова. Тот довольно хмыкнул, затягиваясь сигаретой. -Так дела не делаются, - сказал я кидая на грудь шакалу три пайка, которых у нас было так много, что было не жалко. Ещё два я бросил его жене, - И вообще вы хотя бы подумали с кем связались? -Вы военные!? – подала голос его супруга, не решаясь подобрать с земли пакеты MRE. -Нет, бл#ть, мы цирк на выезде!!! -Не наши эти… Иностранцы… - прохрипел шакал, катаясь по земле и держась за левую сторону груди. -И что? – подав побольше сарказму в голос, рявкнул я. -Езжайте… Гады… - прохрипел отец семейства, корчась от боли. -Мы оплатили вам дорогу. Показывайте! Шакал кое-как махнул лапой, и самый младший его отпрыск побежал и что-то включил внутри своего дома. Тут же посреди огромного поля разбитой техники загорелись самые разные фонари, образуя собой довольно широкий, но извилистый коридор. Между тем я посмотрел я на корчащегося шакала. Обычно здоровых зверей, в телосложении которых сама природа оставила свой неизгладимый отпечаток, к этому моменту уже отпускает. А этот судорожно впивался обеими лапами в грудь, долбил себя кулаками и хватал пастью воздух. -Спрашивал же, - буркнул я, - Логинов, есть что? Старый лабрадор нехотя пощупал у него пульс и быстро нашёл где-то у себя в карманах блистер таблеток. Оторвав ему две штуки, доктор вложил их в лапу шакала. Тот не мудрствуя лукаво тут же вырвал их из упаковки и не запивая проглотил. Его жёнушка опасливо дёрнулась, но снайперша всё так же светила лазерной указкой на её грудь, и охотно дёрнула своей волыной, как только мамаша пошевелилась. Однако, видя что её мужу на глазах становится лучше, она успокоилась. -Эрик, Альберт – остаётесь здесь. Если они решат что нам можно выключить свет на середине дороги – включите его обратно. Мы подождём вас на той стороне, постарайтесь не провалиться под землю. -Поняли, - хором ответили мои штурмовики. Я махнул лапой, приглашая всех рассаживаться. Мы завели двигатели и тронулись по обозначенной дороге, преодолевая завалы и хитроумные ловушки – как сделанные лапами семейства, так и получившиеся в результате «естественных» причин. Впереди я всё равно послал Бегемота – если что мы всегда сможем вытащить его. Хориган на всякий случай тщательно прощупывал дорогу перед нашими машинами, но оказалось что запасного плана у нагловатого шакала не нашлось – показанный нам путь был самым настоящим безопасным. Порой дорожка делала три-четыре поворота в чистом, казалось бы поле, и стоило хоть немного сбиться с маршрута, можно было остаться без колёс (самый простой вариант), машины, или на худой конец – жизни. Хориган даже нашёл целую яму, на дне которой плавала какая-то мерзкая бурая жидкость, рядом с которой счётчики Гейгера начинали очень нехорошо трещать. Мы прибавили газу, чтобы не схлопотать дозу облучения. Когда минное поле было далеко позади, Альберт и Эрик вернулись на свои законные места и все машины дали по газам. Дорога, по которой мы прорывались в столицу огромной страны, выглядела довольно хорошо и вскоре наши шины не поднимали клубы пыли с грунтовки, а шуршали по серой глади асфальта, изредка прерываемого ухабами и трещинами. Мы неплохо разогнались и до городской черты добрались за считанные минуты. Москва приветствовала нас кипучей ночной жизнью. Стоило нам заехать на одну из центральных улиц, я на секунду подумал что вот он – довоенный мир. Даже ночью по улицам сновали редкие шустрые машины, бойко шла торговля свежими продуктами с окрестных ферм, гремели стройки-разборки, работала тяжёлая техника. Все мои удивлённо крутили мордами, не в силах налюбоваться на такой удивительно живой город, находящийся в огромной пустыне тьмы и безмолвия. Но нас резко выбросило обратно в реальность, когда на одной довольно оживлённой улице, раздались выстрелы и чьи-то крики. Наши отреагировали моментально, вскинув оружие, но даже в этом не было необходимости: на выстрелы уверенно бросились два волка, одетые в хорошую камуфляжную форму, при оружии и даже при погонах. Я нехорошо усмехнулся, когда эти двое, закончив с дебоширами, заинтересовались моей рыжей мордой. Я похлопал по карманам разгрузки, проверяя наличие в ней выданного удостоверения. Патруль остановил наш конвой и тут же нас со всех сторон облепили торгаши, практически закидывая нас всевозможным товаром – от провизии до самопальных генераторов. Волк галантно постучал в стекло моего места, отдал честь и представился по форме. Я лениво откинул ему корочку, но патрульный попросил её у меня в лапы. Я неохотно согласился, а Эрик уже начинал паниковать, мол этого делать никак нельзя. Старший по патрулю подозвал своего напарника и показал ему моё удостоверение. Тот сразу же полез в сумку на боку за какими-то бумагами, быстро в них что-то проверил и кивнул старшему. Патрульный сложил удостоверение и протянул его мне обратно. -Прошу проследовать за нами. Эрик даже хлопнул себя по лбу. -Какие-то проблемы, офицер? – скорчив самую любезную морду, на которую был способен, поинтересовался я. -Вашему конвою предписано явится на указанный адрес сразу по прибытию в Москву. На вас и ваших сообщников есть чёткая наводка. Пока старший объяснял мне это, его напарник развернул планшетку с бумагами в мою сторону. На хреновой матричной распечатке красовались все наши морды, снятые явно камерами наблюдения. Конечно это вызвало бы огромную настороженность, но я знал кем был наш наниматель, и я никак не мог перестать удивляться его редкостной предусмотрительности и невразумительному количеству связей в купе с огромной властью в этой стране. У нас такими полномочиями наверное только президент бы обладал, но его уже давно не было. Между тем, все кто увидел наш разговор, начали волноваться и браться за оружие, предчувствуя какие-то разборки, особенно мои ребята. Надо сказать что патрульный сохранял истинную невозмутимость, сочетавшийся с неимоверным пофигизмом, но тона на которых он общался со мной, могли вызвать опасения у кого угодно. Я показал пальцем наружу, отстёгивая ремень. -Позволите? Волк и бровью не повёл, просто отошёл на шаг от двери моей машины. Я же судорожно вспоминал как российские военные обращаются друг с другом по уставу и пытался предположить в каком волк был чине. Вообще я отлично понимал, что знаки отличия чужой для волка армии, когда-то бывшей враждебной, для него ничего не значат – для него я наёмник, ЧОП, в общем – хрен с горы. Но ради элементарной вежливости и в целях самосохранения, я решил сыграть по их правилам, обратиться к нему «по уставу». Всё усложнялось тем, что волчара был не в пример выше меня, а я прослушал и напрочь забыл как он представился мне. Однако и сам он это прекрасно понимал, поэтому когда драматическая пауза затянулась, он сам подсказал мне: -Ефрейтор Соколов. -Товарищ ефрейтор, - обратился я, проверяя как работает обращение. На непроницаемой морде волка так и не появилось ни одной эмоции, так что я решил что делаю всё правильно, - Скажите, насколько обязательно нам... следовать? Патрульные переглянулись. Младший, который носил документы, в ответ на незаданный ефрейтором вопрос отрицательно мотнул головой, пожимая плечами. Тогда волк вновь изучил бумажку с установкой, и спокойно ответил: -Задерживать вас мы права не имеем. -Разрешите неформально? – сказал я, протягивая ему ладонь и сразу же представляясь, - Майор Ливвард, скажите, а ничего если мы попросим вас не замечать наш конвой, хотя бы на эти сутки? Волки переглянулись. -Не положено, - буркнул ефрейтор. -Мы при исполнении, - ответственно заявил его помощник, судя по пустым погонам – рядовой. -Я понимаю-понимаю, - кивнул я, - Но что если мы проехали по соседней улице? -Всё ещё не положено. Если кто-то из гражданских скажет что видели вас тут – спросят с нас. А вас не заметить тяжело. -Согласен. - Театрально вздохнув, сказал я, - Просто у нас было несколько дней пути – сначала поездом, потом своим ходом. Мы хотим отдохнуть и может развлечься. Патрульные снова переглянулись, понимающе кивнули, но настояли на своём. -У нас чёткий приказ – в случае обнаружения направить вас по указанному адресу, - волк выдал нам небольшой клочок бумаги, который впопыхах набросал рядовой, - Доедете ли вы туда или нет не наша проблема. Мы конечно рапортуем об этом, но не факт что вас начнут искать. Ефрейтор загадочно улыбнулся мне, а я улыбнулся ему. Он отдал мне честь. -Товарищ майор. -Ефрейтор, - я лениво салютнул ему, поскольку на мне не было головного убора. На том мы и разошлись. Я бегло оглядел бумажку, на которой простым карандашом было что-то нацарапано. Вообще я с трудом читал по-русски, а тут ещё было написано курсивом, рукописным текстом – это меня вообще убило. К счастью – у меня был Логинов. Ему потребовалось на прочтение меньше секунды. -Площадь Ярославского вокзала. Туда мы должны были попасть, если бы доехали на поезде до конца. На вокзал. -Думаешь туда долго ехать? -Думаю что понятия не имею, - ответил мне пёс. Я облизнулся, осматриваясь. Пока что мы были довольно далеко от центра Москвы, и тут уже было неплохо. Практически с ходу нашлась гостиница и даже какой-то бар – мне стоило буквально оглянуться. Но в этих местах не было всего того, что мне так хотелось, а хотелось чего-то вроде Японского президентского люкса. Поэтому я махнул лапой Эрику чтобы тот выдал нам маршрут до центра столицы. Овчар охотно послушался и наш конвой тронулся в путь. Через полчаса мы наткнулись на ещё один блок-пост, причём неимоверно серьёзный и обустроенный. Начинался он с того, что дорога шла через развалины небоскрёбов, своеобразный вал из многих тысяч тонн железобетонных конструкций, совершенно непреодолимых для любой техники, если только не летающей. На этом валу русские военные устроили очень неплохой дозор с пулемётными вышками, снайперскими гнёздами и даже какой-то артиллерией. Посреди всего этого великолепия на узенькой дороге были расставлены мощные бетонные блоки и противотанковые заграждения, а впереди – мощные ворота, подъёмные препятствия и шипы. Поначалу мне даже расхотелось ехать туда, но сзади поддавили, я медленно объехал все кирпичи и ежи, и увидел ещё одного военного в форме и даже неплохой каске. -Ваши документы, - буркнул лис, сразу же забирая у меня из лап заветную корочку. Этот был явно званием повыше и куда более смышлёным. Он осмотрел мой документ и вернул мне его. -Подождите. Он ушёл в небольшую будочку и взял какой-то документ. Вернувшись, он отдал его мне. -Вам предписано явиться в указанное место сразу же по вашему прибытию. -Мы знаем, - кивнул я. -Тогда вам стоит развернуться и прибыть туда. -Мы уже там были, - соврал я, - Отпущены в увольнительную, до центра. Лис приподнял бровь. Я по себе знал что мы, рыжие, способны хорошо врать и не менее хорошо эту ложь распознать. -Езжайте, - сказал он, показывая нам на открывающийся путь. Все три машины беспрепятственно проехали через блок-пост и оказались в совсем другом мире. В центре Москвы повсюду горел довольно яркий свет. Вместо разломанных малолитражек и дышащих на ладом военных джипчиков, появились представительные автомобили и хорошие, большие внедорожники. Более того количество вооружённой охраны увеличилось не в меру, что меня почему-то радовало. Вскоре мы присмотрели себе неплохое местечко – казино «Персей», у которого была собственная подземная парковка – там мы оставили свои машины, и на работающем лифте все вместе отправились наверх. Наверху не было войны вообще. Никогда не было – звери жили так, как это делали люди. Свет. Негромкая музыка, огромный бар заставленный рядами бутылок как довоенного так и нового производства. Снующие официантки в откровенных нарядах разносили на столики горячие блюда, множество игральных автоматов, рулетка, Блэкджек, даже комнаты для покерных посиделок. И у нас совершенно не было денег. Ни копейки. И все это отлично понимали. Так же все понимали, что на подземной парковке нас ждали два военных грузовика, практически доверху набитые трофеями, собранными даже с рейдеров в пустыне. -Как думаешь, они примут бартер? – тихонько предположил Мадеро. -По-моему у них нет выбора, - театральным шёпотом ответил ему Альберт. Я обвёл огромный, шикарный зал ещё раз. Нет, у них был выбор. Большая часть посетителей, хоть и была изрядно пьяна, но форма и погоны присутствовали у двух третей, если не больше. Пока я лихорадочно соображал как мне обеспечить отдых своей команде и себе любимому, к нам уже подтянулся местный распорядитель – шикарно одетый тигр, рядом с которым я почувствовал себя полнейшим невежеством и бомжом. -В нашем заведении нет необходимости в тяжёлом вооружении, - сказал он мерным баритоном, - Прошу вас сдать оружие. -Ого, - только и ответил я. -Чо он сказал? – на английском спросил меня пулемётчик, тряхнув своим Дегтярёвым, и к нашему всеобщему удивлению тигр повторил эту же самую фразу на чистейшем британском английском. -Вы говорите по-английски? – на всякий случай убедился я. Тигр подтверждающее кивнул, и повторно настоял на сдаче оружия. Я не стал возражать, но и уходить не спешил. -Скажи, вы на бартер работаете? -Мы принимаем в расчёт патроны, вооружение, профессиональное обмундирование, свежую провизию собственного производства, ценные металлы. Ношенная одежда и другие предметы личного применения не принимаются. Я принял это всё к сведению, как и все остальные, и на мордах у моих парней расцвели довольные улыбки. Распорядитель, заметив это, тоже не остался в стороне. -Стоит ли мне послать носильщика с вами? Я повернулся к тигру и коротко кивнул. -Да. Да, стоит, мы всё не донесём. Мы спустились на лифте обратно на парковку и стали поспешно переодеваться. Я наконец-то залез в свою обычную полевую форму, но оставил под рубашкой кобуру с отцовским кольтом – так я не чувствовал себя совсем уж голым. Остальные обошлись кто чем, у штурмовиков даже нашлись комплекты вполне себе гражданской одежды. Хориган нашёл себе красную клетчатую рубаху, Мадеро вышел в чёрной футболке с флагом конфедерации во всю грудь и таким же платком на шею. Пумы нарядились чуть ли не официально, Джек – я на неё смотреть не мог, сразу же в голове появлялись очень нехорошие мысли. И почему только я о жене шакала думал, что у неё всё в порядке с фигурой? У командной следопытки всё было куда лучше! Пока мы собирались в большой свет расслабляться, на парковочный уровень спустились два щенка, толкающие перед собой две тележки. Понимая к чему они клонят, я начал командовать разгрузкой, впервые в своей жизни не жалея ничего – патронов, оружия которое нам выдала Флёр, старые поношенные броники. Когда носильщики закончили разгружать все трофеи, включая целый ящик золотых украшений, Стен довольно крякнул, заявив что сделать это стоило уже давно, опять заявив что-то про подвеску. Мы вернулись на уровень казино, сопровождаемые двумя лакеями – вся наша команде во всей своей красе. Тигр приветствовал нас уже куда охотнее, и несмотря на то что практически все мои парни остались при оружии – в основном пистолетах, на этот раз он ничего против не имел. Даже против огромного охотничьего револьвера Хоригана и десяти миллиметрового пистолета пулемётчика, которые болтались у них в кобурах на бёдрах. -Здравствуйте, - сказал он на русском, и сразу же перешёл на наш родной язык, - Добро пожаловать в «Персей» - лучшее казино в истории Москвы. Я – администратор этого зала, и я рад приветствовать вас. Что вас интересует? -Бухло! – тут же выдал Мадеро. -Женщины? -Пожрать! – снова рявкнул бульдог. -Сыграть тоже было бы неплохо! Моя команда начала на перебой выдавать самые оригинальные идеи, на какие была способна. Я же, будучи командиром, подошёл к администратору и показал ему на две тележки трофеев. Щенята даже немного утомились их возить. -Прошу в кассу, - пригласил он, - В какой валюте желаете размен? -Какие есть? -Российские рубли и фишки Персей. -Разница? -Фишки можно тратить только здесь. Мы дадим их больше в рублёвом отношении. За них работает бар, ресторан, сауна – все услуги нашего заведения. Я подумал. -Тридцать на семьдесят. Тридцать процентов в рублях, семьдесят – в ваших фишках. -Очень хорошо, сэр. Меня подвели к специальному бронированному окну, и телеги с трофеями закатили в специальную остеклённую комнату, где несколько специальных зверей очень быстро и профессионально разобрали всё наше добро на категории. К обмену тут подходили с необычайной тщательностью – каждый пистолет, автомат, винтовку осматривал отдельный зверь – волк в неплохом силовом костюме, и оcматривал он всё очень тщательно и профессионально, после чего сообщал цену другому – коту с несколькими планшетами и большим бухгалтерским калькулятором. Так же делали все остальные – те кто проверял броники, или оценивали золото и бижутерию. В конце концов к этому коту всё и свелось – он суммировал все цифры, что ему сообщили, провёл кое-какие расчёты, и наконец-то полез в сейф. Передо мной на столешницу аккуратно уложили два блока купюр одинакового достоинства, опечатанных специальными белыми лентами – сумма, которую я не смогу распихать по карманам даже если буду в своей разгрузке. После денег он выдал и фишки – несколько десятков специальных креплений, в которых фишки держались по сотне штук. Я подозвал своих и распределил всю сумму денег и местной «валюты» на всю свою команду. Все получили свою долю – очень не маленькую, как заметил Администратор, отметив что на такие деньги даже в их казино можно будет гулять до недели, если не спускать всё в казино. Для Альберта это прозвучало как вызов – он заявил, что нет на свете никого удачливей его, и тут же укатил в игральный зал. Все остальные удивлённо посмотрели на меня. -Чего встали? – спросил я, - Развлекайтесь! Вы заслужили, парни и девчонки, ни в чём себе не отказывайте! В конце концов мы были круты. Я искренне считал что мы все это заслужили – за две перестрелки, за помощь Максу, за огромную дальнюю дорогу по пустой стране, да вообще за всё. Сегодня ночью, завтра днём – я был готов позволить команде наёмников побыть неженками. К тому же ко мне сразу же приблизилась Джек. Она была неимоверно хороша в своей ярко-синей юбочке, топику под неё же и в высоких сапогах. Поверх она для приличия накинула коричневую курточку, и одела перчатки. -Поможешь даме расслабится? – спросила она, подходя ко мне и откровенно виляя бёдрами. -Ради тебя – всё что угодно. Выпьем? -Не откажусь, - улыбнулась мне лисица. Я взял свои фишки и, галантно взяв Джек под локоток, направился с ней к бару. Что-то подсказывало мне, что в кои-то веки у нас всё было хорошо – мы были в безопасности; у нас было всё необходимое и впереди была целая ночь.