Моя рыжеволосая Госпожа

Хатидже умирала. Она падала в бездну, из которой не могла выбраться. Вокруг затихли звуки, мир потерял всякие краски. Ибрагим опасливо смотрел на жену, пока они ехали на похороны. Она по-прежнему плакала, но, когда Паргалы попытался взять её за руку, она не позволила ему этого. Слишком больно. А когда тебя жалеют – это ещё хуже. Госпожа, как в тумане, зашла в покои Валиде. Совсем недавно на этой кровати лежала её мама, а сейчас её нет. Она теперь лежит в гробу. Рядом стояли Хюррем и Махидевран. Обе в траурных одеждах и обе плакали. Вот только в искренности слёз Махидевран Хатидже не была уверена. - Госпожа,- прошептала Хюррем, подходя к ней. - Хюррем, я… - начала Хатидже, и рыдания побороли её. - Поплачь, Хатидже,- Хасеки прижала к себе подругу,- пусть текут эти слёзы, пусть они уносят твою боль. Это хорошо, когда ты можешь плакать. Черкешенка отвела взгляд от них. Неожиданно она почувствовала дикую зависть и обиду. - Дай мне минутку,- пробормотала Хатидже,- оставьте меня одну. Славянка кивнула, и они с Махидевран вышли из комнаты. В этот момент сестра падишаха тихо простонала и кинулась на кровать Валиде. Она сжала одеяло, представив себе, что мать по-прежнему лежит здесь, что ничего не произошло. - Валиде… - прохрипела Хатидже, закусив губу, чтобы не закричать. - Хатидже! – раздался рядом голос – это Бейхан Султан приехала. - Сестрёнка,- воскликнула кареглазая и бросилась обнимать сестру,- как я рада тебя видеть, как я рада… - Я не могла не приехать,- прошептала Бейхан, гладя Хатидже по волосам,- для этого и нужны сёстры, верно? Чтобы поддерживать друг друга. Госпожа смогла оторвать взгляд от кровати и сделала шаг к выходу из покоев. Пора проводить Валиде в последний путь. *** Сулейман безжизненно смотрел на всё, что происходит. Глаза его были сухими. Он хотел закричать, разозлиться на судьбу, но мог только лишь медленно идти. Валиде Султан, Айше Хафса, дочь Хана Гирея, жена султана Селима, мать султана Сулеймана. Она была особенной и неповторимой. Она была прекрасной даже в старости, а ум её в любых ситуациях оставался острым. Валиде была сложным человеком, но благородным. Она могла совершать подлости, но всегда заботилась о своих детях. Падишах представил Хатидже. Он ещё не видел её, а так сейчас хотелось сжать хрупкую сестру в объятиях. Ей тяжелее всех, Сулейман это знал. Но и у Сулеймана, и у Хатидже есть дети. Дети не дадут их родителям забыться, и страдание по Валиде станет меньше. Но боль никогда не пройдёт. Это же была их мама. - Повелитель, пора,- сказал Ибрагим. - Паргалы,- если бы не было так больно, Сулейман бы улыбнулся. Ибрагим всегда был рядом. Рядом и в такой момент. У Сулеймана нет друзей, кроме грека, и он об этом не жалеет. - Хатидже…? – начал Сулейман, и его голос задрожал. Он не может спросить о сестре, потому что буквально на расстоянии чувствует её боль. - С ней Хюррем Султан и Бейхан Султан,- ответил Ибрагим,- они уже готовы к похоронам. Падишах кивнул. Хюррем… Она стала Хатидже такой же подругой, каким Ибрагим стал для него. Она поможет. - Пойдём,- обречённо произнёс Сулейман, обводя взглядом свои покои. Он вернётся сюда совсем другим человеком. *** Месяц спустя… - Хатидже! – Ибрагим побежал через весь сад, чтобы обнять любимую. - Ибрагим,- её чарующая улыбка не может не вызвать улыбки в ответ. Паргалы не видел жену месяц. После похорон Хатидже взяла детей, и вместе Бейхан уехала в Охотничий Домик, чтобы пережить своё горе рядом с сестрой. - Папа, папа,- маленькие Хуриджихан и Осман бежали к отцу. За ними шёл Орхан, широко расправив плечи. Как старший брат он старался напустить на себя более серьёзный вид. - Родные мои,- Ибрагим по очереди обнял детей,- я безумно скучал по вам. - Мы тоже скучали, папочка,- воскликнула Хуриджихан, а Хатидже снова улыбнулась, что, наконец, приехала к любимому мужу. На душе до сих пор было больно. Образ Валиде не покидал её весь этот месяц. Но сейчас стало легче. Не будь рядом детей, она не знала, как бы пережила эту напасть. - Хатидже, любимая, я безумно скучал по тебе,- воскликнул Паргалы, понимая, что это правда. Без жены его дворец опустел, он ходил по нему, словно проклятый. А когда она с ним, то всё приобретает смысл. - Я тоже, Ибрагим,- ответила шатенка, погладив Османа по голове,- дети, пойдёмте в покои, вам нужно отдохнуть. *** К вечеру приехали Сулейман и Хюррем. Хатидже была очень рада их видеть и попросила остаться на ужин. Так они сидели вчетвером за столом. Ибрагим внимательно смотрел на Хюррем. Что-то изменилось, пока не было Хатидже. Они с Хасеки Султан за это время виделись немного раз, но когда это случалось, то предпочитали лишь здороваться и расходиться. Но последняя их встреча, произошедшая несколько дней назад, расстроила Паргалы настолько, что разговаривать с Хюррем уже не имело смысла. Ибрагим мысленно вернулся в тот день. - Хюррем,- позвал он её, когда она шла по Золотому Пути,- Хасеки Султан! Рыжеволосая развернулась, подняв бровь. Ибрагим никогда не обращался к ней таким образом. - Что-то случилось, Паша? – поинтересовалась она, подходя к нему. - Я уже месяц хочу поговорить о том, что произошло в моих покоях,- напрямик ответил грек, озираясь по сторонам – нет ли кого-то. - О чём именно ты говоришь? - Не прикидывайся,- прищурился Ибрагим,- перед тем, как Сюмбюль сказал нам о смерти Валиде. Ты говорила, что не можешь меня забыть, что я навсегда останусь в твоём сердце. - Я не вижу смысла вспоминать этот разговор,- вздохнула Хюррем,- я совершаю ошибку за ошибкой. Ты губишь меня, словно дьявол. Давай вообще всё забудем. Мы когда-нибудь пострадаем из-за нашей несдержанности. - Хюррем… - Оставь меня! И с этими словами она, буквально, убежала от него. Великий Визирь немного тряхнул головой, чтобы вернуться в настоящее, и тут поймал на себе обеспокоенный взгляд жены. - Что с тобой, Ибрагим? – спросила Хатидже. - Я… Я в порядке,- неуверенно ответил Паргалы,- с вашего позволения, Повелитель, я ненадолго выйду из-за стола. Сулейман кивнул, и Ибрагим поспешил уйти. Он вышел в сад, задумавшись о всех последних событиях. Смерть Валиде потрясла всех, и падишах снова отложил поход, которым до этого бредил. Но долго это не продлится. Вот приехала Хатидже, и скоро, совсем скоро, они уедут мстить Карлу. Иногда Ибрагиму приходила мысль, что этот его поход будет последним. И эта мысль даже его не пугала. Только смерть поможет избавиться от муки, которую он испытывал. А виной всему рыжеволосая бестия. Это он-то дьявол? Это она настоящая дьяволица, которая своими голубыми глазами, своими сладкими речами и своей красотой сгубила не только Сулеймана, но и Ибрагима. Он мог бы её возненавидеть. Были такие моменты, когда любовь могла превратиться в ненависть, но грек почему-то никогда не мог переступить этот шаг. Хотя, в глубине души, он уже её ненавидел. За то, что не может быть счастливым с Хатидже из-за Хюррем. Он даже не заметил, что она стояла у него за спиной. Хюррем Султан. - Что-то случилось? – спросил Ибрагим, заметив её печальный взгляд. - Будто бы мало того, что уже случилось,- ответила славянка, подходя к нему,- лучше скажи, что с тобой? Тебя так расстроил наш недавний разговор? - Хюррем, разберись со своим поведением,- попросил грек,- то ты от меня убегаешь, то сама подходишь. Или я настолько на тебя влияю, что ты не можешь справиться со своими эмоциями? - Я смотрю, ты остаёшься таким же скромным, как и раньше,- с издёвкой сказала Хюррем и собралась уходить, но Ибрагим схватил её за руку. - Хоть раз скажи мне в лицо, что думаешь,- воскликнул Паргалы,- хотя бы раз не говори ни о Сулеймане, ни о Хатидже, ни о смертельной опасности, а просто скажи мне о своих чувствах. - Ты прекрасно знаешь о моих чувствах,- ответила она,- я тебе уже говорила. - Да, говорила,- кивнул Ибрагим,- тогда ответь мне на один вопрос: если бы я предложил убежать со мной, ты бы согласилась? - Убежать? – недоумённо спросила Хюррем. - Да, убежать,- подтвердил грек. - Ибрагим, мы принадлежим другим людям,- прошептала рыжеволосая,- и у нас есть дети. Я уверена, что ты тоже не сможешь оставить эту жизнь. - Ты права,- вздохнул он,- но я иногда так хочу, чтобы мы оба не попали в Стамбул, встретились бы в другом месте. Ты была бы моей женой и матерью моих детей. Хюррем побледнела. А, может, сказать ему о Селиме? Ибрагим поймёт… И это сделает его таким счастливым. Но тут она дёрнулась от собственной мысли. Это очень опасно. Она должна отправиться с этой тайной в могилу. - Пусти меня,- воскликнула Хюррем, вырвавшись. Не рассчитав силы, женщина поскользнулась, и Ибрагим вновь заключил её к себе в объятия. - Хюррем Султан, вы собираетесь сказать спасибо? – ухмыльнулся Ибрагим,- я не в первый раз тебя спасаю. - Спасибо, Паша,- Хюррем улыбнулась, сама не понимая, что с ней происходит в последнее время. - И что здесь происходит? – раздался холодный голос, и кто-то вышел из дворца. Ибрагим ахнул и отпустил Хюррем. Это была Хатидже.