На осколки

      Сердце стучит в груди, желая наверное пробить ее. Опять ты. Снова и снова. Я видеть тебя не желаю, я стараюсь изо всех сил тебя забыть, но опять в совершенно разных местах встречаю тебя. Мы связаны, как бы не хотели распилить напополам этот невыносимо прочный канат. Общие интересы, одинаковые вкусы и предпочтения приводят нас в одни и те же места, даже если мы в последний раз разъезжались по разным городам. И мы вновь стоим напротив и старательно делаем вид, что не знаем друг друга, когда кто-то пытается нас познакомить.       Мы были счастливы вместе: стоять на одной дороге, держась за руку. Мы только начинали наш путь, уступая друг другу на узких участках. Мы боялись расцепиться, потому что не знали "как", не умели быть порознь. Стояли друг за друга горой, ставя "нас" в пример другим. Но в один прекрасный момент, когда до вершины нашего общего Эвереста оставалось всего ничего, пара шагов, десяток часов, один на двоих рассказ, мы расцепились. Оказалось это так просто – быть одному. Легкость от осознания, что ты теперь в ответе только за себя, вскружила голову, а окружающие подогревали гордость, потихоньку начинающую кипеть в венах.       Мы слишком тщеславны, мы слишком заняты собой. Нас волнуют только наши проблемы, которые подчас настолько мелки, что в будущем становится смешно до болей в животе. Вот только в настоящем мы об этом еще не знаем. Мы воспринимаем все за чистейшую монету и рвем отношения, оскорбляя людей самыми последними словами не глядя в будущее, не глядя вообще никуда, цепляясь за остатки собственной гордости, которая возвышается скалистой одинокой горой над роскошной, полной всех прелестей жизни, равниной. И на этой высоте мы чувствуем себя королями. Выше всех. Мы же этого добивались? Вдали ото всех недостойных. В одиночестве, но с короной. Вот только разгуляться на этой вершине не где. И мы вновь и вновь вертимся, кусая собственный хвост, злимся на беспомощность. Хотя казалось бы, откуда ей тут взяться?       Мне кажется, к краю пропасти мы тоже подойдем вместе. Может тогда что-то изменится. Может тогда мы перестанем бежать от того, что надо просто принять? Но нет. Мы с тобой гордые птицы, а у нас одна на двоих дорога. Значит, кто-то должен уйти с нее, а это возможно только при условии смерти. Вздохнет ли тогда любой из нас свободной грудью? Ощутит ли наконец превосходство и победу? Или медаль повернется другой стороной, и мы наконец-то вспомним, для чего встречались? Для какой великой цели шлюха-судьба свела нас? И может быть тогда, и только тогда мы бросимся друг за другом в пропасть. Но это безумный идеал. Это то, чего ни я, ни ты не достойны.       Мы оба захлебнемся своей гордостью, но до этого еще далеко. До этого у нас целая жизнь, сколько бы в ней не осталось дней. А пока мы стоим, вращая в руках бокал с теплым вином, смотрим друг на друга, выслушиваем о том, какие мы прекрасные, от третьего лица, и с холодной усмешкой протягиваем друг другу руки.       – Рад знакомству.       – Я тоже. Бессмысленный и беспощадный ритуал...