Это просто дождь...

...Окутаю тело ласкающим ветром, Но никогда, никогда не коснусь... Только жизнь все равно продолжалась дальше, и Элен, обнаружив в доме серьезную нехватку съестных припасов, в тот же день отправилась на рынок, где можно было купить все, что угодно, как обычно, оставив Викки у Моррисонов. Быстро купив все необходимое, она, сгибаясь под тяжестью большой, очень неудобной корзины, уже начала выбираться из шумной разношерстной толчеи, но вдруг кто-то, подкравшись сзади, крепко ухватился за ручку, едва не вырвав ее у девушки.. Элен громко вскрикнула, намертво вцепившись в нее, и тут, резко обернувшись, увидела так нагло напавшего "грабителя" - перед ней стоял улыбающийся Сэм. - Ну, здравствуй, рыжее солнышко... Что, напугалась? - лукаво подмигнул ей парень и скромно поцеловал в раскрасневшуюся, влажную щечку. - М-да-а, тебя трудновато ограбить... - Сэмми... ты? - от души обрадовалась она, с облегчением вздыхая, отдала ему тяжелую, громоздкую корзину и поправила растрепавшуюся прическу. - Конечно, напугалась... Я же приняла тебя за вора. Когда ты вернулся? - Пару дней назад, - ответил тот, ласково глядя на Элен. - Может быть, все-таки, отойдем подальше от всей этой толкотни? - и взял ее за руку, отводя в сторонку от снующего взад-перед народа. - Да? А ты даже не зашел к нам, как вернулся, - девушка настороженно взглянула на замявшегося Сэма. - Не хотелось мешать вашему тихому семейному счастью, где третий - явно лишний, - горько усмехнулся он. - Ты... ты, что же, видел... Д-Джека? - заикаясь, спросила Элен, с неподдельным испугом во все глаза уставившись на него. - Ха, да и не только видел... Но еще имел редкое удовольствие побеседовать с этим твоим... огородным пугалом, громыхающим дурацкими побрякушками, - в ответ презрительно скривился парень, а она только сейчас заметила огромный ярко-фиолетовый синяк с приличной, едва подсохшей ссадиной, который Сэм тщательно пытался скрыть, стараясь не поворачиваться к ней разбитой скулой и прикрывая его ладонью. - О, господи, - она, охнув, осторожно прикоснулась к припухшему, больному месту, и пропуская мимо ушей крайне нелестные слова в адрес Джека, растерянно замолчала, не зная, что сказать. - Да не переживай ты так, солнышко, - весело отозвался Сэм, мягко убирая ее руку. - У твоего благоверного точно такое же украшение на мерзкой размалеванной роже красуется, и ничуть не хуже моего, - довольно хохотнул он, потирая "свое боевое ранение ". - Шрамы украшают мужчину. Ты разве не знала? - и снова хитро подмигнул расстроенной девушке. Элен вспомнила, что пару дней назад Джек тоже появился домой с разбитой физиономией, только про стычку с крестным Викки ей ни словом не обмолвился, а как всегда соврал, что подрался в портовой таверне, где хорошенько накостылял одному не в меру нахальному бугаю, ну, и конечно, самому тоже попало. - А мне он ничего не говорил, - сокрушенно сказала она. - Значит, вы встретились с ним в порту? - Да, детка... В ту таверну я зашел купить папаше бутылку рома, чтобы он перестал ворчать, а потом собирался пойти к вам. В этой захудалой забегаловке я и наскочил на твоего блудного муженька, которого тотчас узнал. Он торчал в компании двух хороших приятелей и еще какого-то грязного, оборванного, страхолюдного сброда, - Сэм брезгливо поморщился. - Среди изрядно пьяных мужиков также крутилась наглая, грубая, но очень симпатичная девица-негритянка в мужской одежде, вооруженная до зубов, и старый немой с попугаем. Твой ненаглядный Джек почему-то сразу же обратил на меня внимание, и о чем-то пошептавшись с немолодым, чумазым типом, добросовестно вливавшим в себя выпивку, сам подвалил ко мне. А потом... - А потом вы с моим ненаглядным Джеком подрались... Чудно..., - угрюмо произнесла Элен. Надо ли говорить, что такое "приятное" известие о их встрече, слава богу, ограничившейся только мордобоем, да к тому же, присутствие женщины-пиратки в лихой команде брига, набранной супругом, вовсе ее не обрадовали. - М-м..., не совсем так, солнышко... На заднем дворе таверны у нас с твоим мужем состоялась крайне содержательная беседа, плавно перешедшая в не менее серьезный мужской разговор, и мы так увлеклись... - Что разбили друг другу физиономии, - буркнула Элен, исподлобья сверкнув на парня изумрудными глазами. - Да... Признаю, детка, вышел такой грешок, но в конце концов, мы сумели прийти к соглашению и помирились. А твой благоверный даже предложил мне наняться к нему команду на бриг, которую он с двумя дружками - бывшим боцманом своей "Черной Жемчужины" Гиббсом и евн..., бр-р-р, кузнецом Тернером, решившим на время заделаться мореходом для спасения своей возлюбленной, набирали из разного безлошадного пиратского отребья, шастающего по портовым тавернам в поисках какой-нибудь работенки. Только я, разумеется, отказался, не желая иметь с вероломными, кровожадными и подлыми джентльменами удачи никаких совместных дел, - Сэм закончил свой увлекательный рассказ и грустно посмотрел на Элен. - Однако, ты не в восторге от пиратов... Интересно, и о чем же вы с Джеком... договорились? - озадаченно пробормотала она. - Неважно..., - тяжело вздохнул парень. - Да и ни к чему тебе свою хорошенькую головку забивать. нашими...мужскими глупостями. Конечно, базар - не самое лучшее место для подобных разговоров... Просто хочу сказать... Я очень люблю тебя, Элен, только встревать между вами с Джеком, мешая твоему счастью, больше не стану. Ведь ты не любишь меня, и я всегда это знал. По ночам, засыпая в моих объятьях, ты все равно думала о нем, представляя его на моем месте. - Сэмми, ну, что ты такое говоришь... Это неправда, мне было очень хорошо с тобой. Я не лгала и не притворялась..., - чуть слышно проговорила девушка, опуская глаза - этот меткий выстрел угодил точно в цель. - Но и не любила... Элен, не перебивай меня, пожалуйста... - остановил ее напрасные оправдания Сэм. - Пусть лучше все, что было между нами, навсегда забудется, оставаясь просто крепкой дружбой, как в первый день нашего знакомства. Я также, как прежде, твой надежный, верный друг, который всегда поможет и никогда не бросит в беде. К тому же, я - крестный Викки, и позабочусь о вас обеих, пока твой благоверный покоряет необъятные морские просторы. А любовь... Еще совсем недавно я так наивно надеялся, что со временем ты сможешь полюбить меня, но теперь устал ждать, стучась в твое закрытое сердце. Только вовсе не с перепуга из-за какой-то косматой нелепости по прозвищу Воробей... Мы и пострашнее видали..., - он со злосью сплюнул себе под ноги. - А потому, что любишь этого мерзавца, по всем статьям недостойного тебя. Но ведь ты же позволишь мне видеться с крестницей? - и с надеждой взглянул на девушку, ошарашенную всем услышанным. - Я ужасно соскучился по ней... - Сэмми, о чем ты? Что за странные вопросы? - искренне изумилась Элен, от души радуясь, что парень так по-джентльменски благородно избавил ее от необходимости самой начинать этот крайне неприятный для них обоих разговор. - Конечно же, ты можешь видеться с Викки, когда пожелаешь. Она тоже скучает по тебе. Поверь, мне очень жаль, что все так вышло, клянусь... Просто, понимаешь, мы с тобой встретились слишком поздно. И нам, правда, лучше остаться добрыми друзьями, сохраняя теплые, светлые чувства без горечи, злобы и обид за неудавшееся и несбывшееся. У каждого своя дорога, а ты еще встретишь ту единственную, которую всем сердцем полюбишь, и которая полюбит тебя, - она с виноватой улыбкой заглянула Сэму в глаза, но тот упорно избегал ее проницательного взгляда. - Поэтому, если хочешь, пойдем к нам прямо сейчас, только по пути заберем Викки у Морриссонов. Пойдем, пойдем..., - девушка настойчиво потянула Сэма за руку. - А заодно и пообедаем вместе... По-дружески, разумеется..., - и погладила его разбитую скулу. - Я дам тебе мазь от синяков, и через пару дней все пройдет. Джеку после твоего увесистого кулака это снадобье замечательно помогло... Кстати, сегодня утром он снова ушел в море, и встречаться с ним тебе не придется, - о том, что ветреный муженек даже не соизволил попрощаться, она скромно умолчала. - Да хоть бы и был... Ведь я иду не к нему, а к своей крестнице, - пожав плечами, проворчал парень, поудобнее подхватил тяжелую, наполненную до краев корзину, и они с Элен торопливо покинули оживленный, галдящий рынок. Вот так незаметно пролетел еще месяц - Сэм все также навещал Викки и ее мать, помогал по хозяйству, с удовольствием возился с малышкой, а Элен, в свою очередь, старалась не давать поводов для вполне возможных активных действий, прекрасно понимая, что, несмотря на их уговор, он по-прежнему продолжает любить ее, и ему очень тяжело находиться рядом, не позволяя себе ничего лишнего, изо всех сил стараясь сохранять только лишь дружеско-родственные отношения. С одной стороны, девушке было ужасно стыдно за нечаянно наставленные супругу рога, и за то, что обманывала Сэма, давая ему ложную, пустую надежду. Но с другой, она порой злорадно потирала руки, так замечательно сумев наказать Джека за разврат, устроенный им в бананово-лимонном Сингапуре. Только Элен даже предположить не могла, насколько сильно ее блудного супруга может зацепить присутствие Сэма в их доме даже после всех разбирательств и выяснения отношений. Джек вернулся также неожиданно, как и исчез, появившись, словно привидение, из сгущающейся душной темноты на пороге домика на окраине поздним пасмурным вечером... Он бесшумно пробрался во двор, каким-то чудесным образом задобрил сурового Барта и уговорил его помолчать. Впрочем, это было неудивительно - за пять дней, проведенных дома, косматому хитрюге удалось-таки найти со свирепым охранником общий язык и подружиться с ним. А хозяйке уже второй день нездоровилось - у Элен раскалывалась голова, знобило, все тело ломило и ныло от легкого, но крайне противного жара, да к тому же, ее мучил глухой, изнуряющий кашель, а заложенный нос то не позволял нормально дышать, то разводил гадкую сырость. Возможно, она заразилась, когда ходила к простуженному ребенку в квартал, и теперь сама лежала пластом, не в силах пошевелиться от болезненной слабости, завернувшись в одеяло, обложившись носовыми платками и наглотавшись различных снадобий, к счастью, в изобилии водившихся у нее, наивно полагая денька через три полностью поправиться. Но Элен в тот вечер была не одна - верный Сэм возился в соседней комнате с серьезно раскапризничавшейся Викки, укладывая ее спать, и перед этим кое-как накормив ужином, который приготовил сам. Дочке тоже нездоровилось - наверное, девочка успела заразиться от больной матери, но терпеливый, заботливый крестный, с грехом пополам напоивший заливающуюся слезами кроху настойкой от лихорадки, с невероятными усилиями смог убаюкать ее. И тогда в доме, наконец-то, воцарилась долгожданная тишина... - Ты еще не спишь? - усталый парень вошел в гостиную, где лежала заболевшая девушка, и присел рядом с ней на постель. - Уснешь тут с вами, как же..., - слабо улыбнулась Элен и надрывно закашлялась. - Спасибо, что навестил нас, Сэмми, - отдышавшись прошептала она. - Что-то я сегодня совсем расхворалась, да еще и Викки приболела. Если бы не ты... - Ты, главное, поправляйся скорее, и ни о чем не тревожься. Ведь я же здесь, с вами, и чем смогу, всегда помогу, - тихо сказал тот, нежно погладив ее по влажным кудрям. - Ого, да ты же вся мокрая... - Жар понемногу спадает, - хрипло отозвалась та. - Только горло очень болит, говорить трудно. Ну, надо же, подумать только - знахарка, и вдруг сама свалилась в постель. - А что же в этом такого? - рассудительно произнес Сэм. - Вполне обычное дело, а для тебя - тем более, ведь, считай, все болячки людские на себя собираешь. Солнышко, бросила бы ты это грязное дело. Опасное оно, твое лекарское ремесло, хоть необходимое, нужное и благородное. А вдруг чего-нибудь похуже подхватишь, да еще Викки наградишь, вот как сейчас, - он с тревогой посмотрел на Элен, вытирающую платочком пот со лба и шеи. - Не могу, Сэмми..., - вздохнула она. - Все понимаю, но... Людям нужна моя помощь, и если я что-то могу для них сделать, то почему бы и нет? - Так-то оно так... вот только оценят ли по достоинству твою доброту, умение,и самоотверженность все эти люди? - задумчиво ответил Сэм. - Человек - тварь по своей природе крайне неблагодарная, хоть и Божья, а благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад. - Слушай, давай не будем о грустном. Мне не хотелось бы думать об этом, - поморщилась Элен в ответ и поспешно перевела разговор на другую тему. - Ты как, пойдешь домой, или останешься у нас? - Не знаю, - пожал плечами парень. - Как скажешь... Если хочешь, могу остаться, и утром будить тебя не стану, сможешь вдоволь спокойно поспать. А с маленькой врединкой мы прекрасно управимся сами, без мамы... - Конечно, оставайся, - охотно согласилась та, совсем неуверенная, что к утру почувствует себя лучше. - Ложись спать в моей комнате, или в другой, где больше понравится. И правда, не стоит тащиться домой по темноте, папашу твоего и без тебя не украдут. К тому же, на улице вот-вот гроза начне... Но не успела она договорить, как за чуть приоткрытыми окнами стремительно сгустившуюся темноту вспорол ярко вспыхнувший зигзаг молнии, и мощный раскат грома встряхнул липкую сонную духоту, тяжело висевшую в воздухе. - Бр-р, всей душой ненавижу грозу, - Элен испуганно вздрогнула и по уши закуталась в одеяло. - Зато Викки спит, как ни в чем не бывало, и ничего не слышит. Ну, если ты - такая трусишка, хочешь, я посижу с тобой? - улыбнулся Сэм, ласково поглядывая на нее. - Нет, Сэмми, спасибо, но не стоит, - от его подозрительно заблестевшего взгляда вдруг почему-то стало не по себе, и она, смущенная такой опасной близостью, отодвинулась подальше. - Ведь ты тоже очень устал... Лучше иди спать, да и я скорее засну в гордом одиночестве..., - и убедительно зевнула, прикрывая глаза, тем самым давая понять, что разговор окончен. - Да, солнышко, конечно, спи. А я, пожалуй, пойду..., - он с явным сожалением вздохнул, покосившись на нее. - Только ты напрасно испугалась - я и не думал к тебе приставать. Раз обещал, значит, не стану, а слово свое держать умею... Доброй ночи..., - парень неохотно поднялся с кровати и потихоньку вышел из гостиной, направляясь в соседнюю комнату и стараясь не стучать "деревяшкой". Элен слышала, что он улегся в кровать, еще некоторое время поворочавшись, вскоре затих, и сама не заметила, как сон на мягких лапах бесшумно подкрался к ней, унося в лазурно-голубые неведомые дали. Там она вновь увидела улыбающегося Сэма, выходящего из пышной морской пены, и тонкие разноцветные сверкающие ручейки воды, искрясь и переливаясь, струились с его черных мокрых волос, стекали по обнаженному красивому сильному телу, а две крепкие стройные ноги вместо одной уверенно ступали по полосе шумящего прибоя. Девушка невольно залюбовалась им - в ее ночном видении Сэм напоминал прекрасного морского бога из сказки, которую читала еще в детстве, за чем-то решившего посетить грешную землю... Как вдруг она отчетливо услышала негромкий, но очень настойчивый стук в дверь, вмиг вырвавший ее из сладких объятий странного чудесного сна, и резко подскочила с постели, обливаясь потом от вспыхнувшего страха...