Некоторые вещи не покупаются

      Перед вами архивная версия первой истории про Макса и Игоря. За два года в политехе Максим успел нажить себе врагов, завести друзей, дважды сходить на ковер к декану, перепихнуться с одногруппницей в туалете и получить столько нагоняев от преподавателей, что хватило бы на весь курс. К несчастью для политеха, Максим не был дураком, учился, хоть и урывками, но сносно, и на экзаменах прижать его к стенке было чертовски сложно. Многочисленные враги считали Максима заносчивым говнюком и говорили ему об этом без прикрас ежедневно. Казалось бы, какие враги могут быть у девятнадцатилетнего парнишки в приличном учебном заведении? Ан нет, ухитрился залезть без мыла в душу. Лучше б в задницу — тут бы просто побили, и дело с концом. Максим же развлекался издевками, подкалывал студентов во время их ответов на семинарах, не гнушался откровенными розыгрышами, а на вечеринках и вовсе вел себя, как последняя свинья — мог увести девушку из-под носа у ее парня. Друзья были уверены, что Макс — современный мессия. Вокруг него всегда было весело, он не занудствовал зря, поддерживал в трудные минуты, рассказывал о далеких перспективах их удивительной профессии и даже, чего греха таить, мог подкинуть травку. По этой причине и являлся на ковер, но ковер ведь такое дело — что вузу плохо, то для некоторых студентов Рай. Друзья в Максиме души не чаяли, задаривали его подарками на Дни Рождения, поили кофе, таскали бутербродики из дома. Знали, какой у Макса напряг с финансами, старались лишний раз не акцентировать, а поддержать. Максим отвечал им улыбками, одобрением и весельем — что он еще мог дать при своей жизни? Семья Максима была, с одной стороны, неполной, а с другой — чересчур большой. Отец его числился военным пилотом, и хотя Макс давно не верил в сказки, мать настаивала ради маленьких Егорки и Людмилы — для малышей папка был самым настоящим героем. Единственный доход в доме был сейчас с заработков деда, тот пахал в две смены на фабрике сладостей, часто балуя мелюзгу некондицией. Мать сидела с двойняшками, вечерами сетуя на свою тяжкую женскую долю, а Макс не мог понять, с какого перепугу нужно было рожать без образования, хорошей работы, семьи и полноценной поддержки родителей. В порыве благородства он было хотел забрать документы из школы после девятого и пойти в техникум, но мать разрыдалась и настояла — иди, сына, получай вышку. Теми темпами, в которые она загнала Макса, до вышки (в буквальном изложении) было уже недалеко. Как говорится, полшага до беды. Максим связался с компанией, которая торговала травкой, и попытался организовать бизнес, но в вузе дело не шло, а кроме вуза и дома он ничего не видел. Нужно было искать выход. Посоветовавшись с друзьями, он сделал резюме, разместил его на популярных порталах и теперь заглядывал на экран мобильника каждые пять минут — шла вторая неделя. Никаких дельных предложений не было, только работа во вторую смену, что означало для Максима смерть от истощения. Он и так то и дело соглашался на случайные заработки: потаскать мешки, подменить друга официанта, поморозить нос с кипой пробников кофе. Словом, на полноценную вечернюю смену рассчитывать не приходилось — политех не место для желающих схалтурить. Судьбоносный звонок раздался на паре, Макс вышел под предлогом малой нужды, нажал кнопку приема вызова и услышал сакральное: «Здравствуйте, я прочла ваше резюме, вы нам подходите». Условия работы были предельно простыми — взять рабочую сим-карту, выделить четыре часа в сутки на полноценный труд, и деньги в шляпе. Должен был быть подвох. — И чем вы занимаетесь? — уныло спросил Максим, думая, что ему расскажут о самом эффективном средстве для чистки ковров, которое и предстоит впаривать — сетевики звонили круглосуточно. — Мы — служба интимных разговоров, — деликатно ответила женщина. — Интимные разговоры — это как? — не понял Максим. Пара студентов, бредущих с кипой книг по коридору, одарила его удивленными взглядами. — Вы про секс по телефону знаете? — тётя начала раздражаться. — А! — радостно воскликнул Макс. — Да-да, знаю. Так вот в чем дело. Нет, извините, я таким заниматься не буду. И повесил трубку. Следующий месяц был для семьи серьезным испытанием — мать заболела, ребятишки постоянно просили есть, на горшок, играть, гулять и смотреть мультики. Максим приходил домой, перехватывал бутерброд и пытался поспеть за ними, но все было тщетно. — Ма, может, я в академ уйду? — предложил он, глядя на измотанную гриппом маму. — Не вздумай, — строго осадила его та. — Мы деда попросим, если будет надо. Макс тихонько вышел в коридор и позвонил ребятам из «интимных разговоров» — номер все еще был в памяти телефона. — Здравствуйте, помните, вы звонили мне три недели назад? Я согласен на работу. По крайней мере, на заработанные деньги можно будет купить лекарства и хороших продуктов Люде с Егором. Оказалось, что для начала работы Максиму придется пройти тренинг. Он представлял себе смешные картинки, одна другой нелепей, и прикидывал, как бы не заржать в первые пять минут. Офис «интимных разговоров» находился в крупном бизнес-центре, Макс поначалу даже не поверил. Поднялся на двенадцатый этаж, потоптался в прихожей, дождался, пока секретарь сверит его паспортные данные и пропустит. Теперь было не до смеха — серьезные люди, серьезные деньги. — Хорошего воскресенья, парни! — их поприветствовал человек, который не вязался с офисной обстановкой от слова совсем. Макс, увидев его, подумал, что ошибся дверью, еще три новичка оглядывались так же потерянно. Мужчина средних лет в борцовке и джинсах, с таким огромным количеством татуировок на теле, что они наслаивались одна на другую, создавая эффект трехмерного пространства. Он оценил произведенное впечатление, громко расхохотался, прошел к ряду стульев, взял один из них, поставил в центре комнаты и с довольным видом уселся. — Я по поводу работы, — пискнул один из соискателей. Мальчишка, даже младше Максима. Все его лицо покрывал толстый слой веснушек, а рыжие волосы недотепа затянул в хвост на затылке. Максу захотелось запихнуть пискуна в мультфильм про Антошку. — Я тоже по поводу работы, — ответил татуированный мужчина. — Звать меня вы будете Крис, хоть наше знакомство и не продлится долго. Тема вот какая: мы решили немножко расширить бизнес, выйти в новую для себя сферу, и поэтому начинаем с малого. Вы, — он обвел властным жестом четверку испуганных ребят, — наш арьергард. От ваших успехов зависит, будем ли мы развивать идею или забьем на нее большой, жирный… болт. Крис поразмыслил над сказанным, покивал сам себе и вскочил со стула. — Значит, схема следующая. Ваши телефоны мы раздадим клиентам. Клиентов у нас немало, так что работы будет тоже дофига, — он направился к будущим сотрудникам и по очереди замирал возле каждого, оценивающе разглядывая. — Вы работаете по графику, получаете оплату каждую неделю за количество отработанных часов. Если в ваше рабочее время вам никто не звонит — его оплачивают. Если вы четыре часа подряд надрываетесь над трубкой — вам все равно его оплачивают. Схема херовая, сам знаю, но начинать с чего-то нужно, а следить, кто из вас, козлики, попытается меня нагреть, я не собираюсь. Если у вас попрет — останетесь работать дальше. Если не попрет — рассчитаюсь, и разойдемся хорошими друзьями. Вопросы есть? Закончив осмотр, он вернулся на свое место, оставив выжатых морально парней топтаться у входа. Максиму показалось, что по нему проехал каток с клоунами на сиденье. Он не чувствовал себя хуже, даже когда болел ветрянкой год назад. — Может, есть какие-то методички, — предположил пищащий рыжик. Макс гадал, какого черта его пригласили работать на трубке с таким фальцетом, но потом смекнул, что голос рыжика вполне подойдет ребенку десяти лет. Извращенок на свете много. — Наверное, есть, — хмыкнул Крис. — Не читал. По опыту могу сказать, что в большинстве случаев вам нужно будет десять минут помычать что-нибудь нечленораздельное, максимум перечислить предметы вашего гардероба. Полистайте каталоги модной одежды — будет не лишним. Еще вопросы? — Вы же сказали, у нас тренинг будет, — встрял еще один камикадзе. Макс вообще не понимал, как можно задать Крису даже элементарный вопрос, типа, «как дела»? Нового камикадзе он про себя окрестил эмо-боем. Тощенький брюнет забросил стрижку несколько лет назад, тогда же забил на шампунь, отобрал одежду у бомжа и зачем-то таскался с ярко-розовой сумкой. В тандеме с рыжиком они смотрелись очаровательно. — Тренинг? — Крис нахмурился. — Ну, не знаю, мне Вероника сказала прийти и рассказать вам, что к чему. Я рассказал. Так вопросы-то есть? — Кто такая Вероника? — не унимался эмо. — Секретарша моя, — Крис нахмурился еще сильнее. Вопрос про вопросы он явно задавал для галочки — ему не терпелось свалить, как и Максу. Быстрей и подальше от общества такого колоритного субъекта, пока не отжал последнюю пятихатку. — Ну, вы дадите нам телефоны или что? — напирал эмо. — Сейчас сюда придет Вероника, — тяжело вздохнул, сдавшись, Крис, — раздаст вам трудовые договоры, инструкции и прочую поебень, снабдит трубочками и запишет ваше расписание. Ну? Еще любопытные остались? Безымянный и абсолютно безликий паренек в строгом костюме шарахнулся от Криса, когда тот направился в его сторону — вопросов у него точно не было. Судя по цвету лица, сердцебиение тоже давно помахало ручкой. Максим подумал, а не придется ли вызывать скорую? — Так, ты, молчаливый, — Крис остановился прямо напротив Макса, оставив бледнолицего бедолагу в покое. — Ты понял, что вам нужно будет делать? — Выживать? — ляпнул Максим, чувствуя, как от татуированного тела к нему летят волны угрозы и глубоко спрятанной ненависти. Похуже физрука, хотя тот бухает ежедневно, а этот, видимо, на стероидах. Во всяком случае, по настроению и груде мышц — похоже. — Правильно, умница, — Крис похлопал Макса по плечу, вдавив в пол, и пошел к выходу. — Все, дальше сами. Если совсем прижмет — посмотрите порнуху. Двадцать минут освоите, и можете рубить бабки до бесконечности. Дельные советы Криса можно было слить в унитаз сразу, как он ушел. Максим только теперь понял, что ввязался в авантюру, но следом в комнату вошла симпатичная девушка на тончайших шпильках. Она выглядела как мечта «Пентхауса» и Макс мысленно раздел ее дважды, прежде чем она выдала ему договор. — Вот здесь подпишите, — прошелестела Вероника, одарив Максима улыбкой, за которую он продался, не читая условия договора. — Вот зарплатная карта, вот телефон. — Она всучила два бумажных пакетика в руку Макса и пошла к следующей жертве. Выходя из высоченного бизнес-центра, Максим понял, что «хороший полицейский — плохой полицейский» работает не только в кино на допросах. Он смутно помнил, как согласился на предложение работать с утра, ошалело улыбаясь сногсшибательной леди. Если б такие начали звонить, он бы работал с радостью. Душу бы вложил в каждый разговор. Твердо решив представлять себе Веронику всякий раз, когда ему будут звонить клиентки, Макс проснулся в половине седьмого, привел себя в порядок и приготовился работать. Сидел перед заветной трубкой, ожидая свою первую. Терять девственность, пусть даже трубочную, — волнительный процесс. Наконец, раздался звонок. Максим покосился на дверь комнаты, плотно ли закрыл, схватил трубку и принял вызов. — Доброе утро, — как можно более томно сказал он, широко улыбаясь. В одной статье в интернете он прочитал, что улыбку можно услышать на другом конце. — Доброе, сладенький. Макс раскрыл рот, но слова застыли у него в горле. Голос был мужским. Он лихорадочно соображал, что делать, как вежливо сообщить, что некто ошибся номером, куда потом жаловаться — все эти мысли проносились мимо, пока голос продолжал: — Расскажи мне, где ты сейчас? — У себя в к-комнате, — ляпнул Максим. Воображение отключилось, махнув на прощанье хвостом заиканья. Кровь прилила к лицу, ладони стали мокрыми — он чуть не выронил трубку. — Лежишь на кровати? — Сижу на стуле, — Макс продолжал искать в памяти возможные инструкции на сей счет. Не говорил ли что-нибудь грозный дядя Крис? Не упоминала ли Вероника про то, как быть, когда ошибаются номером. — Еще не проснулся, малыш? Мне позвонить позже? — Э-э-э, — протянул Максим. Неужели дядя настолько не догадлив, что не распознал мужской голос? Макс не мог похвастаться густым басом, но старый добрый тенорок был при нем с шестнадцати лет. Перепутать просто невозможно, если клиент, конечно, не глух. Но тогда это полный бред! — Малыш, расскажи, что на тебе — ты спал в трусиках? Макс невольно посмотрел вниз. Он нацепил джинсы и водолазку, рассчитывая после работы бежать в универ ко второй паре. По дороге, благо идти нужно пешком, можно будет закрыть смену. И закончить как раз перед лекцией. Такой, по крайней мере, был план поначалу. — Не молчи, сладенький, мне скоро на работу. — Н-на мне джинсы и кофта. Синего цвета. — Выдавил из себя Макс, не представляя, куда выворачивать дальше. Неужели мужику насрать, что он парень? Или же… — Ты ведь снимешь их для меня? Или же он, мать его, гей. — П-простите, вы, наверное, ошиблись номером, — выпалил Макс, повесил трубку и бросил ее на кровать. — Черт-черт-черт-черт! — он отошел к окну, стараясь держаться от ненавистного телефона подальше. Но тот снова зазвонил. — Макс, возьми трубку, я не выспалась! — крикнула мать из соседней комнаты. Максим, понуро опустив голову, дошел до кровати, схватил трубку и нажал сброс. Потом вдавил кнопку, что было сил, отключая устройство, запихнул его под подушку и пошел поить себя чаем. Через час позвонил его собственный телефон. — Максим? — в трубке раздался знакомый голос, от которого даже через старенький динамик разило опасностью. Крис — кто бы сомневался? — Да. — Почему ты выключил рабочий? — Вы не говорили мне, что придется работать с… с… — С геями? — подсказал добрый дядя Крис. — Вот именно! — В договоре об этом было сказано, — Крис рассмеялся, — почитай свой экземпляр. Максим даже не помнил, куда запихнул его после «тренинга» — ему хотелось поскорей выбросить из головы воспоминания о брутальном Крисе и его сексапильной секретарше. Слишком противоречивые чувства вызывала эта парочка. — Извините, я на таких условиях работать не буду, — уперся Макс. — Не дури — какая тебе разница? Даже в дебри физиологии вникать не придется. — Нет, я не согласен. — По договору ты обязан отработать неделю перед увольнением. Не хочешь оставаться — не оставайся. Отработаешь неделю, получишь деньги и свободен. Все, удачи. Включай трубу. Макс разглядывал экран своего телефона, не веря, что ввязался в такую мерзость. Ладно еще представлять себе Веронику, рассказывая, как глубоко он вошел и какой у него длинный агрегат. Черт с ним, ради матери можно пойти на небольшой компромисс с совестью. Но с мужиками?! Впрочем, воевать с Крисом не хотелось совершенно — с такого станется завалиться в квартиру и наломать дров. Черт его знает, что у него за бизнес, что он решил так «расшириться», но лучше не перебегать дорогу настолько татуированным людям. Проклятая трубка оказалась в руке, и как только он включил ее, зазвенела. Да, без работы точно не останется. И ведь утро! Чертовы извращенцы. — Привет, — хмуро сказал Макс, предвкушая «сладенького». — Доброе утро. — Хочешь узнать, где я сейчас? — он пошел по наработанной схеме. — Да не особо. Вставай на колени и начинай. — Ч-что? — Максим опешил от резкого тона и недвусмысленного предложения. — Ты не выспался? На колени, говорю, и приступай к делу. Макс поймал себя на мысли, что собирается встать на колени — ноги уже подогнулись. Он мысленно чертыхнулся, сел на стул и прикинул, что можно сказать по этому поводу. Расстегнуть ширинку, взять в руку — дальше-то что? — Я расстегиваю твою ширинку, беру в руку твою разгоря… — Я голый. — Хорошо. Я беру в руку твою разгорячен… — Забей на руку, бери сразу в рот. Максим густо покраснел, вцепился свободной рукой в штанину и шумно выдохнул. Судя по всему, ему предстояла адская неделька. — Я беру в рот твою разгоря… — У тебя заело? — П-простите, — наглость клиента начала доставать, но Макс ничего не мог поделать — вспоминал разговор с Крисом и возвращал себя в реальность усилием воли. Спокойствие, главное, спокойствие. — Ты взял в рот мою разгоряченную, проехали, дальше. Дальше Максим не знал. Никогда не интересовался и планировал всю жизнь прожить без этих сведений. Возможно, когда-нибудь, если у него будет очень любящая и заботливая жена, он попросит себе подарок на День Рождения. — Я провожу ладонью по… — Сказал же — забей на руки. Ты минет делал когда-нибудь? Макс чуть не ответил матом. Нет, конечно, он никогда не делал минет. И не сделает, чтоб вам всем пусто было. — Я провожу языком по твоему разгоря… — Так, все, сходи хоть порнуху глянь. С чего ты вообще взял, что у меня разгоряченная плоть? Я с тобой пять минут треплюсь, и плоть моя такая же холодная, какой была после душа. — Мой язык проникает в… — Куда? — клиент заржал так громко, что у Максима заложило ухо. — В твою… в твой… тебе в… — Слушай, парень, за позитив с утра спасибо, но я лучше своими силами. Какого хрена ты пошел на эту работу? Давай, удачи. Раздались короткие гудки. Максим сидел перед трубкой, ожидая звонка Криса, возмущенного происходящим, но ничего сверхъестественного не происходило. Рабочий телефон тоже молчал. Он накинул куртку, взял пакет с тетрадями и пошел в вуз. Еще один звонок застал его перед входом в альма-матер. — Привет, — начал Максим, широко улыбаясь. Черт с ним с минетом, если быть вежливым и поддакивать, может, и выйдет что дельное. — Привет. Расскажи, какой ты? — Я высокий, брюнет, гладко выбрит, у меня спортивная фигура, — начал Макс, используя штампы вперемешку с правдой. Волосы у него действительно были черными, а вот бриться и ходить в качалку он не любил. Да и ростом мог похвастаться только перед хрупкими девушками. — Во что ты одет? — На мне куртка, водолазка и джинсы, я иду по улице. — Заверни за угол, я жду тебя в переулке. На мне длинное пальто. — Я захожу в переулок, подхожу к тебе и начинаю снимать… — Нет-нет, не нужно! Я расстегиваю ширинку и достаю свой гигантский член. Он возбужден и готов к твоим сладеньким губкам. Макс мысленно поставил клиенту диагноз — у дяди явно проблемы с размером и эрекцией. Может, вместо политеха нужно было идти на психфак? Сейчас бы очень пригодилось. — Я беру твой гигантский член себе в рот. — Стой-стой, он не поместится! Максим не выдержал — заржал, и клиент тут же отключился. Через пару минут позвонил Крис. — Да какого хера ты творишь?! — заорал он в трубку. — Он сказал, — сгибаясь от хохота, ответил Макс, — что его гигантский член не поместится у меня во рту. Крис тихо фыркнул, но потом продолжил не менее сурово: — Отработаешь еще два часа по количеству косяков. — Мне учиться надо, — возразил Макс. — Тебе надо учиться, а дяди хотят кончить, — отрезал Крис и повесил трубку. Злой и взволнованный после утреннего стресса, Максим зашел в аудиторию и отправился на задний ряд, надеясь, что в ближайшее время никому не понадобится «кончить». Друзья приветствовали его рукопожатием, парочка давних врагов отпустила очень уместные шутки про ориентацию. Да, если эти узнают, где он работает, жди беды. Раскатают по плинтусу в коридоре. Лекция шла спокойно, но в какой-то момент Макс почувствовал вибрацию — звонил рабочий. Он сделал вид, что у него упала ручка и, рассчитывая на увлеченность Степана Михайловича (славного историка и непризнанного юмориста), принял вызов. — Здравствуйте, это секс по телефону? — Да. — А почему шепотом? — Я на паре. — Какой молодец — учишься? — Пытаюсь. — Где ты сейчас? — Под столом. — Умница, подвинься ко мне, я сижу рядом. — Я встал на колени у тебя между ног. — Хороший котенок, расстегни ширинку. — Я расстегиваю ширинку, аккуратно просовывая пальчики тебе в трусы. — Отлично, теперь возьми в руку член. — Я беру твой член правой рукой, осторожно обхватывая его у основания. — Вот так, — клиент шумно выдохнул. — Продолжай. — Я двигаю рукой вверх-вниз… — Максим! — Степан Михайлович, видимо, не досчитался голов. — Мне надо ответить, — прошептал Макс в трубку. — Скажи, что потерял линзу. — Я линзу потерял! — крикнул Макс. — И что, ты ее с пола вставишь? — Степан Михайлович, к несчастью, оказался здравомыслящим человеком. — Мне бы в туалет! — Макс вынырнул из-под стола. — Давай, только быстро! Оказавшись в коридоре, Максим поднес трубку к уху. — Я продолжаю двигать… — Подожди, малыш, давай я сам? — Ну-у-у, — Макс не был уверен, что такой сценарий вписывается в его работу. — Я вместе с тобой иду к туалету, толкаю в кабинку, закрываю дверь и там, опустившись на колени, расстегиваю твои джинсы. Ты смущаешься и не знаешь что делать, и меня это смешит. Я облизываю губы, беру в рот и обхватываю основание тремя пальцами. Ты тихо стонешь с непривычки, и мы слышим, как открывается дверь — в туалет входит кто-то еще. Его ботинки шуршат по кафелю, он заходит в соседнюю кабинку. Я подтягиваюсь ближе, беру глубже и провожу языком по кругу. Ты закусываешь губу, чтобы не крикнуть. Макс закусил губу. — Из кабинки слева доносится шум сливного бачка, а я отстраняюсь, облизываю губы еще раз, потом касаюсь кончиком языка головки и заглядываю тебе в глаза. Тебе нравится? — Д-да, — автоматически ответил Макс. Ему нравилось. — Теперь я двигаю рукой, сильнее, быстрее, открываю рот и… Ты слушаешь? — Да-да, — поторопил клиента Макс. — Молодец, малыш. Хватит на сегодня? Максим не успел ответить — клиент повесил трубку, и в ухе раздавались мерные гудки. Бип-бип-бип. Он стоял у стены, опираясь спиной, и тяжело дышал. Лекция закончилась — из-за двери донесся шум: хлопки учебников, шелест одежды, разговоры студентов. Макс зашел внутрь, дополз до своего места и собрал вещи. В голове звенело: «бип-бип-бип». Воображение подкидывало продолжение сцены. Он открывает рот, и… Черт, что было дальше? Макс шел по коридору на автомате. Степан Михайлович обогнал его и прошел мимо, ничего не спросив. Максима вид преподавателя привел в чувства. Какого хрена происходит? Он был рад только одному — сегодня выбор действительно пал на узкие джинсы из плотной ткани. Если идти быстро, никто не заметит маленькой детали рядом с ширинкой. К его услугам пока была только кабинка туалета. Он закрыл дверь, расстегнул ширинку и мгновенно вспомнил разговор. Голос клиента — приятный, обволакивающий, с таким можно продавать по телефону китайские ножи. Бабы начнут покупать их тоннами, лишь бы еще раз послушать приятное шуршание. — Блять, — выругался Макс, понимая, что дрочит на воспоминания о мужике. Хорошо еще не видел. Некого представлять. Только неебически красивый голос. — Что, не твой день? — раздалось из соседней кабинки. — Я вот тоже второй час жду. Максим еще раз выругался, на сей раз про себя, довел дело до конца руками, стараясь отрешиться от всех воспоминаний мыслей и звуков вокруг. С работой нужно было завязывать. Он отключил телефон и твердо решил после пар поехать в офис, сдать телефон и попросить счет. Раз уж он принесет убытки — можно расплатиться. Пусть там стоит хоть сотня Крисов, он отдаст трубку, карточку, разорвет договор и закончит этот кошмар, который обернулся совершенно неожиданной реакцией организма. Остаток дня прошел ужасно. Друзья пытались подбодрить его, но Макс не реагировал на шутки и постоянно огрызался, когда кто-нибудь спрашивал его о работе. Студенты просто хотели узнать, как дела с заработком, а он постоянно вспоминал последнего клиента, и это злило еще больше. Разобравшись с парами, Макс дошел до метро, занял место с краю и стал ждать, пока вагон довезет его до проклятого места. Вокруг стояли, сидели и висели на поручне самые разные люди. Максим разглядывал их и прикидывал, а нет ли среди степенных законопослушных граждан геев? Мысли путались. У двери стоял мальчишка с гарнитурой телефона и о чем-то весело трепался с невидимым собеседником — Макс подумал, а не обслуживает ли он прямо сейчас своего клиента? Мир в одночасье стал враждебным и диким. В офисе его, конечно, не ждали. Секретарь на ресепшене строго сказала, что не пустит Максима, раз тот не назначил встречу. Он проигнорировал предупреждение и пошел в кабинет, где им устраивали инструктаж. Распахнул дверь, рассчитывая на метафорическую дуэль с брутальным Крисом, и остолбенел на пороге. В самом центре кабинета на стуле действительно сидел татуированный верзила, но рядом с ним, спиной к Максиму, стоял на коленях кто-то другой. Голый по пояс, он ритмично двигал плечами и головой. Макс вытаращил глаза, догадываясь, чем именно занят неизвестный. Крис смотрел прямо на гостя. Прямо, не моргая, с хитрой ухмылкой. Максим опомнился, схватил дверь и с грохотом захлопнул ее. Постоял немного, стараясь отдышаться, и пошел на ресепшен, сжимая в руке чертову трубку и нераспечатанный пакет с пластиковой картой. — Куда же ты, малыш? — голос Криса перехватил его на полпути. — Мог бы досмотреть, там оставалось-то секунд десять. Максим обернулся, надеясь, что Крис стоит в коридоре хотя бы один. И не ошибся — загадочного партнера рядом с ним не было. — Что-то случилось? — спросил Крис почти нежно. В голосе его сквозили издевка и вызов. — Как хотите, можете подать на меня в суд, работать у вас я не буду, — Макс протянул трубку. — Забирайте. Все равно у меня нихера не выходит. Вам же хуже — потеряете клиентов. — Ну, это вряд ли, — усмехнулся Крис. — У тебя очаровательный голос. Я уже понял, что бесполезно сажать тебя на разговоры, но раз ты такой решительный, давай поговорим о другой работе. Насколько я понял, тебе нужны деньги. Максим колебался — он не мог выкинуть из головы случайно выхваченную из чужой жизни сцену, она мелькала перед глазами, перекрывая фигуру Криса со всеми его татуировками. — Не нужно будет ни с кем трахаться, ни по телефону, ни в жизни. Мы сейчас ищем секретаря. — А как же Вероника? — удивился Макс. — Вероника помогает мне в этом офисе, но я бываю тут редко. Секретарь нужен мне, чтобы обзванивать клиентов для согласования встреч. Моих, чужих — не важно. Просто звонить взрослым дядям, спрашивать, удобно ли им в такое-то время, забивать это в компьютер и временами отвечать на звонки, меняя график. Очень простая работа. Крис облокотился о стену и скрестил руки на груди. В таком ракурсе особенно хорошо видны были мышцы. Максим был уверен, что это угроза, но доказать такую угрозу в суде или даже лучшему другу было бы невозможно. — Тебе нужны бабки, мне нужен секретарь. Соглашайся. Вот сумма за месяц, — он в воздухе начертил пятерку и несколько нулей. — Работа каждый день, без выходных. — Я учусь, — возразил Макс. — Да-да, я в курсе. Политех — звезда девчонок, душа компании и просто чудесный друг. Травкой торговать не вышло? — Крис подмигнул. — Откуда вы? — Макс прикусил язык. Ну, конечно, уже «пробили», записали и еще, небось, поставили на счетчик. Связался с бандитами — сам виноват. — Какая разница? У тебя семья, мать, братик с сестренкой, им хочется кушать. Будешь работать честно — можешь сидеть у меня хоть всю жизнь. Доучишься на заочном, получишь свой диплом и будешь махать им перед матерью. Давай, не ломайся, а то я приведу Вика, чтоб ты посмотрел на него вживую. Минет он тебе, конечно, не сделает, но подталкивать в нужном направлении у него получается получше моего. Крис смотрел за реакцией Максима и улыбался все шире и шире. Ему было весело — он развлекался. Макса это разозлило еще больше. — Да что вы вообще себе позволяете? На кой черт я вам сдался? — Да не шуми ты, — осадил его Крис. — Можешь считать меня Робин Гудом. Отбираю деньги у богатых извращенцев и дарю их послушным мальчикам. Сойдет, для начала? — Вы всегда так над сотрудниками издеваетесь или только для меня расстарались? — съязвил Максим, вызвав очередной смешок у верзилы. — Все, хватит, Макс. Завтра приходи на работу, Вероника даст тебе адрес. У нас дружелюбный коллектив, оплачиваемое питание и льготы по кредитам. Считай меня крестным отцом, от таких предложений не отказываются. Он развернулся и пошел обратно в кабинет. Макс стоял в коридоре, чувствуя себя облитым помоями, мял в руках пакет с пластиковой картой и жевал губы. Деньги были ему нужны, а обещание Криса про то, что не нужно будет ни с кем трахаться, выглядело правдоподобным. Во всяком случае, до сих пор Крис ни разу не обманул — возможно, не договорил всего, но не наебал. Уже хлеб. Возвращаясь домой, он думал о несостоявшейся карьере телефониста и прикидывал, как лучше рассказать матери о своем решении. Только открыл рот на пороге квартиры, та налетела с криками: — Максик, что же ты про работу-то не сказал? Макс, предвидя недоброе, спросил, в чем дело. Оказалось, не далее как сегодня в обед некий господин презентабельного вида зашел в квартиру и вручил матери огромный мешок конфет и здоровенную пачку денег. Максим посмотрел на пачку, пересчитал и кинулся звонить Крису. — Чего тебе еще? — недовольно спросил верзила. — Это что за деньги? Вы меня за кого принимаете? — Мать болеет, брат с сестрой не мылись три года, а он спрашивает меня, что это за деньги. Сказал же, я теперь твой крестный папа. Отвали, у меня работа. И завтра как договаривались, чтоб был в офисе. Крис отключился, а Максим посмотрел на пачку денег и сжал ее в кулаке. На лице сияла улыбка. Чертов козел оказался не такой уж скотиной. Сдерет три шкуры, конечно, но где еще Макс мог бы авансом получить такие бабки? — Макс, а можно я возьму киндер-сюрприз? — Люда заглянула в комнату. — Мама сказала у тебя спросить. Максим рассеянно кивнул. Жизненные перспективы внезапно заиграли яркими красками. Он бросил на кровать две трубки, рухнул рядом и облегченно вздохнул. Странный получился день, противоречивый, но поменять его на какой-нибудь еще Макс не согласился бы даже за двойную сумму. Даже за два мешка конфет брату с сестрой. Некоторые вещи не покупаются.       Разбираться с новой работой Максиму было чертовски сложно. Первый день он смотрел в одну точку, строго по центру монитора, и старался не думать о том, что творится справа и слева. Дышал через раз, дергался от каждого звонка, записывал даты и время на манер первоклассника, то и дело путая цифры, а в конце пролил горячий чай прямо на сотрудника. Верней, он решил, что на сотрудника — мужчина шел по коридору очень уверенно, как будто постоянно бывал в заведении, а Макс бежал навстречу, мечтая, чтоб за время, которое понадобилось ему на подготовку кипятка, не набежали пропущенные. Они столкнулись и новоявленный секретарь выпустил из трясущихся от волнения рук кружку с кипятком и пакетиком. — Ма-ма, — прошептал уверенный мужчина, схватился за стену и начал сползать по ней на пол. Максим запаниковал, бросился искать «взрослых», привел к месту инцидента дядю Криса, но когда они пришли, на полу лежала только кружка, поблизости валялся пакетик, а коричневая жижа расползалась от стены к стене. — Как выглядел? — уточнил Крис, поднимая с кафеля чудом не разбившуюся кружку. — Такой блондин, — Макс жестами показал растрепанную шевелюру. — Худой. — Семён, что ли? — удивился Крис. Он разобрался с кружкой и пакетиком, вручил их секретарю и пошел обратно. — И куда ты ему кипяток вылил? Максим попытался вспомнить. — На грудь. — Ни хуя себе, — высказался колоритный наниматель, а потом заржал. — Ладно, царапины — про них Семён брешет уже лет шесть, но ожог на груди — это уже круто. Особенно поверх царапин, — он фыркнул и снова заржал. — Сиди сегодня на два часа дольше, разбирайся с картотекой. Макс опустил голову и пошел с пустой кружкой и потрепанным пакетиком наводить порядок в архиве. Про Семёна он не понял ни слова, только то, что тот не до конца честен. Максиму вообще мало что было понятно — Крис выделил ему скромную конуру возле входа в просторный двухэтажный дом на задворках столицы, поставил туда ноутбук, сервер, принтер, забросил несколько мобильных телефонов, кресло и даже старенький факс. Таким образом, рабочее место секретаря было укомплектовано по самым высоким стандартам. — Скажи спасибо, что я не Дима, — туманно высказался Крис. — Заставил бы тебя ходить в костюме, что бы ты делал? Максим сразу представил, что бы он тогда делал — надел костюм и стал ходить в нем. Для Криса, судя по всему, такое наказание было высшей степенью неуважения. Что ж, по крайней мере, сам Крис считает, что относится к Максу по-доброму — уже неплохо. Пугал начинающего секретаря вовсе не начальник — тот утром объяснил ход работы, свалил и не заглядывал больше ни разу. Да и другие посетители странного дома не особенно докучали укрывшемуся в своей комнатушке Максу. Просто они приходили и уходили. И от этого у Макса складывалось ощущение, что они приходят за чем-то, а уходят, получив что-то. Он пытался прислушиваться, принюхиваться, приглядываться, но ничего не помогало — в окошко он видел, как паркуется машина, как из нее выходит человек, потом как этот человек идет к входной двери, звонит, проходит внутрь. Дальше человек испарялся для Макса, а через пару часов опять являлся на порог, садился в машину и уезжал. Максим заставлял себя смотреть точно в центр монитора, выполняя полезную функцию. Он отвечал на звонки, совершал звонки и вбивал полученные сведения в ежедневник Криса, доступ к которому был его единственной привилегией и основной обязанностью. Звонков было много, и все они, к искренней радости Макса, не отличались информативностью. — В шесть завтра нормально? — Благодарю за звонок, в шесть завтра, — тут он называл дату, — вполне подходит. Или: — Перенесите с семи на восемь. — Благодарю, что предупредили, переношу с семи часов на восемь часов, послезавтра, — опять дата, — будем ждать вас. И так раз за разом. Они не говорили, куда приходят, он не спрашивал. Крис запретил ему это строго-настрого: «Если ты хоть одному дяде задашь, чтоб тебе, каверзный вопрос, я возьму вот этот ноутбук, вот этот факс, и ты станешь первым в мире устройством беспроводной связи на ножках». Потом похлопал по плечу и пожелал удачи. Время тянулось чертовски медленно, особенно учитывая, что после конфуза с кружкой чая он вообще не выходил из своей берлоги. Даже несмотря на острую боль в животе от не справленной вовремя малой нужды. На часах было уже десять часов, Макс прикинул, можно ли уйти с работы вовремя или лучше задержаться на пару минут, когда в комнату зашел совершенно незнакомый ему человек с лицом хозяина помещения. Так бывает, когда ты заезжаешь в гостиницу, раскладываешь вещи, а потом заявляется предыдущий жилец в поисках забытого бумажника или средства от астмы. Шарит хозяйским взглядом по углам, а тебя не замечает в упор. Максим нахмурился. — Привет, — незнакомец радостно помахал ему. — Ты Максим? — Да. — Закончил? — Да. — Поехали, я подброшу тебя домой, — он прикрыл за собой дверь, и скоро его можно было увидеть за стеклом — стоял там и махал Максу рукой. Выбора не осталось, Максим уселся на заднее сиденье, решив таким образом спасти свою жизнь от чужой неумелой езды. Опасался он зря — водитель был адекватен и спокоен, удивительное для десяти вечера качество. И все-таки сидеть с ним рядом Максу не хотелось — он уже начал считать берложку своей, а тут такое свалилось. — Будешь бросать родной политех? — улыбнулся в зеркале заднего вида дружелюбный водитель. — Да чего я там дождусь, — Макс угрюмо пожал плечами — собеседник явно втирался в доверие, и новичку секретарю это не нравилось. Какие-то они все здесь слишком прямолинейные. — Дело твое, — водитель кивнул. — Слышал, ты завалил первый день секса по телефону? Макс решил на такую грубую провокацию не отвечать — демонстративно отвернулся. Мол, не буду играть в ваши глупые игры. — Вик рассказывал, — не унимался водитель. — Голос у него красивый. Было дело, я на Вика запал, — улыбающееся лицо в зеркале подмигнуло. — Вы гей? — спросил Макс, рассчитывая закрыть тему. — Милый бисексуальчик, — ответил водитель. — Ясно, — он натянул маску безразличия, хотя так и подмывало презрительно поморщиться. — Уоу-уоу, полегче, парень. Нечего сверлить меня взглядом! Главное, держи свой чай при себе! — Остановите машину! — не выдержал Макс. — Ладно, извини, — водитель попытался «отсмеяться». — Все, больше никаких подъебов. Крис рассказывал, у тебя брат с сестрой маленькие. Они в садик ходят? — Дома сидят, — буркнул раздраженный, злой и уставший Максим. — А чего не в садик? — Мать с ними дома сидит. — У них болезнь какая-то, что ли? — Нет, просто сидят дома. По дороге водитель разразился целой тирадой о том, что Максу стоит задуматься о том, чтобы устроить брата с сестрой в детский сад. Рассказывал, что сидеть взаперти в детстве вредно, что очень важно в таком возрасте развиваться. — Я не понял, вы гей или нянька? — взорвался Максим, когда осточертело слушать лекцию по детской психологии. Стоило на днях задуматься про психфак, и вот, вуаля, преподаватель сам нашел его. — Я милый бисексуальчик, но один мой хороший друг как раз сейчас разжился ребенком и трахает мне мозг каждый день воспитанием. Извини, увлекся. Не знаю, о чем с тобой поговорить. Водитель был спокоен, вел медленно, и по нему не было заметно, чтоб эмоциональность Макса хоть как-то на него влияла. — Расскажите лучше, во что я ввязался, — предложил, сменив гнев на милость, Макс. — Тут в двух словах не получится, — начал водитель. — Во-первых, меня зовут Сергей. Мы скоро проедем мой, прости господи, офис. Вон туда если свернуть, будет мой клуб. Обычно сижу там, работаю сисадмином на особый лад. Чиню машинки, слежу за базами данных. Тебя Крис пока посадил поближе к своей работе, но я подозреваю, что это ненадолго — освоишься, дадут место получше, повкуснее. Там у него вечно бардак. — Я заметил, — кивнул Макс. — Ну, а чем вы вообще занимаетесь? — Мы с ним не коллеги, — усмехнулся Сергей. — Я работаю на одного доброго сутенера, а Крис держит тематический клуб и подрабатывает, ну, назовем это «повышение квалификации». Максим уловил только слово «сутенер». От него закружилась голова, а скорость езды в сознании резко увеличилась. — А вы не притормозите? Я отсюда сам прекрасно дойду. — Пять станций метро пешком будешь идти, да? — усмехнулся Сергей. — Расслабься уже, никому твоя задница не нужна. Ты обзваниваешь клиентов Криса и его ребят, вот и вся недолга. — В смысле… это как проституция, что ли? — Крису только это не ляпни, ладно? Я цветочки в больницу не понесу. Сергей открыл окно и начал шарить в бардачке в поисках сигарет. К его несчастью внутри была только пустая пачка. — Окей, значит, без никотина, — вздохнул он. — Тематический клуб — в курсе, что это? Макс в курсе не был. — Видел порнуху, где дяди связывают тетю и трахают ее в разные места? Максим видел, но помотал головой, мол, никогда в жизни не стал бы на такое смотреть. — Вот как в той порнухе, только без тети и траха. Примерно уловил? — Так я же не… — начал было секретарь, но прикусил язык. Сергей, очевидно, распознавал ложь через призму зеркала заднего вида. — Есть платные клиенты, есть его друзья — тебе должно быть до фонаря. Записываешь, обзваниваешь, еще раз записываешь. Работа простая, но клиенты люди занятые, планы у них меняются постоянно, нужны свободные уши и рот, чтоб все это фиксировать и передавать Крису. Как видишь, ничего незаконного и дурного. Не то что у меня, — Сергей притормозил у подъезда Макса и помахал ему рукой. — Утром сам добирайся, у меня рабочий день с трех. Когда они распрощались, Макс поднялся в квартиру, объяснил дежурящей на кухне матери, что с ним все было в порядке, и отправился спать. Ему не хотелось ничего решать, ни о чем думать, он просто мечтал встретиться с подушкой и в ее компании отправиться к Морфею в объятья. В семь утра позвонил Крис. — Поднимай задницу, спускайся вниз, я тебя подброшу. Максим успел только понюхать мамин завтрак. — Сергей сказал, что ты назвал его геем, — вместо приветствия сообщил начальник. — Садись спереди, не люблю, когда сзади кто-нибудь маячит. Давай-давай, лезь. Он дождался, пока Макс пересядет, выехал из дворика и начал неторопливо вещать. — Сережа очень не любит, когда его называют геем, видишь ли. Объясняет, что это нивелирует его трепетные чувства к женщинам. Не знаю, что оно там нивелирует, по мне, так тот еще пидорас, но пристала к нему бисексуальность, клещами не отцепишь. Два раза таскал меня на женский стриптиз — ты прикинь? — Крис был возмущен так сильно, как если бы ему предложили станцевать сальсу голышом на Красной Площади. — Он ваш друг? — спросил Макс. — Да он мне ваще как брат, — заржал Крис. — Блин, вот ты смешной, а? Неужели я когда-то тоже был таким смешным? Нет, ну не прям вот настолько смешным, но… Всю дорогу Крис отпускал шуточки про неопытность Максима, и тот к началу рабочего дня ощутил себя зеленым неофитом. Такое ощущение ему резко не понравилось, но выплеснуть гнев было некуда. Второй рабочий день отличался от первого тем, что с кружками по коридорам Макс больше не ходил (выпил чай, стоя у кулера), а в два часа Крис притащил ему обед из Макдональдса. Потянулись будни, и Максиму стало казаться, что он всю жизнь работал, а учеба была просто дурным сном, где ему нужно было постоянно читать какие-то книги, болтать с какими-то людьми и вообще казаться нормальным человеком. Он превратился в машинку по обработке звонков. От нервного срыва удерживали только обеды из Макдональдса, утренние шуточки Криса и довольные лица Людочки с Егоркой. Новая одежда, пара игрушек и бездонный мешок сладостей — для них настала чудесная пора настоящего детства. Одногруппники писали «Вконтакте», что преподаватели беспокоятся, друзья звали на вечеринки, но в выходные Макс работал до пяти вечера, поэтому сходить куда-нибудь возможности у него не было. Наконец, когда терпение дало трещину и он стал всерьез рассматривать вариант с увольнением, Крис ворвался в его кабинет с довольным известием: — Все, молодчина, справился. Отвезу тебя сегодня посмотреть на офис, он поближе к дому будет. Переходишь на плавающий график. Сидеть в одной каморке не обязательно, главное, будь на связи весь день, фиксируй изменения и веди себя хорошо. По рукам? Кивая, Максим думал о том, что Крис каким-то чудом уловил тот самый момент, после которого Макс готов был сорваться. Все произошло за несколько минут до этого момента, и такая прозорливость пугала. Камер он, что ли, понаставил в каморке? — Можно я в вуз вернусь? Поговорю, что совмещаю, и… ну, буду учиться и работать. На контрольные там ходить. Всякие. — Тебе оно надо? — поморщился Крис. — Я вот мехмат закончил когда-то. Теперь рассказать кому — стыдно. Или ты хочешь потом инженером? — Да вроде не особо, — ответил Максим. — Просто там ребята, друзья мои. Жизнь, типа, проходит мимо. Крис хмыкнул. — Тоже верно. Ну, попробуй. Если по работе не ударит, пускай будет так. Вдруг ты чертов вундеркинд, кто тебя разберет. Такая неожиданная покладистость от вечно грубого верзилы насторожила Макса, но он все-таки попробовал. Посмотрел сначала свой новый офис — красивый, в том самом злополучном бизнес-центре, где он впервые повстречал Криса и его сногсшибательную Веронику. Потом поговорил с матерью, а потом уже пошел в учебную часть. Тетки спрашивали, где пропадал талантливый олух, рассказывали, что несколько преподавателей уже поставили на Максиме крест, советовали идти в академ. Макс кивнул, сверил расписание и отправился на первую лекцию, поглядывая на сумку, где валялись мобильные телефоны и рабочий планшет. Друзья были в шоке — все они на разные лады выражали свою радость, все звали посидеть поболтать. Максим глотнул свежего воздуха, подключившись к общению со сверстниками, и даже хмурый профессор не испортил ему настроения своими допросами. Все было чудесно, а звонки удавалось принимать даже на лекциях — это вам не секс по телефону, тут пара слов, и все готово. Из корпуса он выходил со счастливейшей улыбкой на лице: ни одного пропущенного вызова, ни одной пробитой пары, куча предложений встретиться — замечательная перспектива на несколько ближайших недель. На ступеньках с сигаретой в руке стоял мужчина в джинсах и кожаной куртке, растрепанные волосы сверкали на солнце — Макс заметил его сразу. В незнакомце ощущалось что-то такое, что роднило его с Крисом и теми, кто заходил в его странный дом на задворках столицы. Максим это нечто научился фиксировать безошибочно. — Макс, правильно? — заметив студента, уточнил мужчина. — Давай до дома подброшу. — Вы кто? — удивился Макс. — Виктор, — мужчина протянул ладонь. — Я тебе однажды позвонил, и мы неплохо поболтали. Был тут неподалеку по своим делам, решил заехать, посмотреть. — На что? — Макс удивился еще больше. Никаких разговоров с Виктором он не мог припомнить. — Ты продержался у Криса полтора месяца — за это нужно специальную награду учредить, — улыбнулся Виктор. — Я-то думал, что ты после моего короткого экспромта свалишь, а ты оказался крепким орешком, да? Короткий экспромт… полтора месяца… Максим начал вспоминать день, когда устроился секретарем. Разговор на паре матана и его продолжение в коридоре. Щеки вспыхнули, уши покраснели, захотелось исчезнуть или хотя бы провалиться сквозь землю. — Вижу вспомнил, — Виктор улыбнулся шире. — Поехали, подброшу, поговорим. — О чем? — хрипло спросил Макс. Он опасался, что новый разговор будет похож на предыдущий. — Про твою похвальную настойчивость, само собой, — ответил Виктор и, не дожидаясь ответа, отправился к машине. В отличие от скромных иномарок Криса и Сергея, Виктор катался на впечатляюще синем миникупере, и залезать в него Максу было жутковато. Он заметил, как несколько одногруппников посмотрело в его сторону. — Чего вы хотите? — Узнать, почему ты решил совмещать приятное с полезным, — Виктор вдавил педаль газа до упора и бедный миникупер описал красивый кружок на стоянке. Судя по звукам, это далось ему с огромным трудом. — Пристегнись, что ли. Тормознут, так хотя бы пристегнуты будем, всё дешевле. Первые секунды Макс судорожно искал ремень безопасности, а первые минуты пытался справиться с ощущением полета в космосе — желудок утверждал, что они вот-вот покинут атмосферу Земли и смогут увидеть родную планету из красивой черной пустоты. Виктор водил сносно, но ехать рядом с ним Максим не пожелал бы даже злейшему врагу. — Обычно меня подбрасывает Дима, но у него сейчас дела, разъезды, а тут ты. Звезда месяца. Подумал, чего бы не подвезти тебя до дома. Кстати, семья у тебя очаровательная. Маме твоей я посоветовал бы здоровый сон и поменьше курить, но братик с сестрой — чудо. Давно такой трогательной картины не… — Так это вы приходили ко мне домой? — догадался Макс. — Ну, а кто еще у этих милых социопатов может общаться с адекватными людьми? — улыбнулся Виктор. — Конечно, я. Со сладостями не переборщил? Думал игрушек купить, а потом прикинул, мне самому в детстве всегда конфет хотелось, ну, и купил. — Все нормально, — кивнул Макс, пытаясь отрешиться от скорости. — Расскажи мне, Максим, зачем тебе этот геморрой с вузом, — вернулся к старой теме Виктор, перестраиваясь в крайний левый ряд. Макс с ужасом смотрел, как в миллиметрах от левого зеркала проносятся на огромной скорости другие камикадзе в противоположную сторону. — Хочу, чтоб был диплом, — пробормотал он, хотя, на самом деле, хотел он только выжить после поездки с очаровательным, но совершенно безбашенным Виктором. — Давай я подарю тебе диплом на Новый Год? — предложил лихач, выворачивая в тоннель. Огоньки замелькали со скоростью света. — Так он липовый будет. — Ты им воспользуешься? — Виктор затормозил на светофоре, пассажира тряхнуло. — Вряд ли. — Значит, он будет настоящий. Может, тебе скучно? Что-что, а скуку сейчас Макс не испытывал совершенно, скорей страх за свою жизнь и тошноту от постоянной тряски. Дураки и дороги — воистину, самая большая беда. — Н-нормально мне. — Завтра вечером будет интересная тусовка, придет куча студентов, я тебя проведу, — Виктор вдавил на газ так резко, что у Максима зазвенело в ушах. — Не волнуйся, за рулем будет дядя Сережа. — Сергей? — воспоминания о спокойной поездке сразу пронеслись в памяти Макса. — Нет, Сергей водит как улитка, я про водителя Димы говорю — отличный мужик, он тебе понравится, — ответил Виктор. — Сергей вряд ли придет, он тоже занят. — Да, окей, — кивнул Макс. — Отлично. Ему хотелось, чтобы пытка прекратилась, он готов был согласиться на любое безрассудство. Но дома в компании с маленькой сестренкой и ее игрушкой из киндера, он понял, какую глупость совершил. Виктор снова подставил подножку, ударил под дых и добился нужного результата, в точности как с тем проклятым звонком. Идти с ним куда бы то ни было — настоящая глупость. В одиннадцатом часу пришла веселая СМСка: «После работы я заеду за тобой в офис, оденься прилично. Вик». Назло коварному манипулятору он твердо решил нацепить самый ужасный из возможных прикидов. Кошмарнейший кошмар. Но почему-то не нацепил, зато достал из недр выдвижного ящика почти новую рубашку и погладил джинсы. — Ублюдок, — сообщил он утюгу, понимая, что с Виктором бесполезно спорить и пререкаться — он работал в каком-то ином поле. — И чего тебе от меня надо? Рабочий день подошел к концу, и Максим надеялся, что про него забудут. Не тут-то было — Виктор забрал его прямо из фойе бизнес-центра, довел до парковки, открыл заднюю дверь, а сам приземлился рядом с водителем. Они поехали спокойно и гладко, ничего не скрипело, не выло от ужаса, не пыталось убежать из под капота. — Куда мы едем? — спросил Макс через несколько минут. Тишина, слабо разбавленная джазом и освежителем воздуха, усыпляла его. Такими темпами в клубе он заснет. — В одно интересное место, сегодня там большая тусовка в честь дня студента, — пояснил Виктор. — Танцевальное шоу, хороший бар и очень строгий фейс-контроль. Максим, который по клубам ходил частенько, навострил уши. Его все еще напрягало общество Виктора, немного смущала разница в возрасте, но строгий фейс-контроль — это было уже интересно. Очередь в клуб была внушительной. Но куда большее впечатление на Макса произвело поведение Виктора — тот подошел к охранникам, игнорируя толпу, поздоровался и просто прошел внутрь. Без вопросов, без колебаний. Толпа снаружи принялась недовольно обсуждать этот инцидент, а Максим проникся уважением к своему знакомому. В шумном пространстве с часто мелькающим светом юный студент чувствовал себя уверенно. Сразу осмотрелся, прикинул, на что тянет тусовка. Заметил пару барных стоек, четыре подиума, огражденные поручнями секции. Оценил масштаб. Виктор провел его в самое сердце праздника, познакомил с какими-то ребятами, и после этого все участники мероприятия стали относиться к Максиму, как к чудесному парню и милейшему собеседнику. Только спустя пару часов Макс выяснил, что его свели с виновником торжества — сыном кого-то там, который владеет чем-то там. Музыка, куча сверстников, дорогой алкоголь — бедный студент был в восторге. На первый же медляк он пригласил очаровательную девицу, они зажгли в самом центре танцпола, поймали шквал аплодисментов и несколько минут возле бара обсуждали классический степ. — Нравится? — улыбнулся Виктор, перехватив протеже у стойки. Весь вечер он пил единственный бокал с коньяком. Уровень коньяка изменился так слабо, что напиток вполне мог просто испариться. В любом случае, Максу вечер определенно нравился. — Пойдем, познакомлю с одним парнем. Они прошли к столику в углу зала и подсели к молодому пареньку, который выглядел на пару лет старше Максима. Вполне могло оказаться, что они были сверстниками, просто природа сыграла с одним из них гормональную шутку. — Артем, — он протянул руку Максу. — Виктор рассказал, что ты в политехе учишься. — Макс, — рукопожатие, — учусь. Разговор пошел про пары, преподавателей, ребят из общаги, дошли даже до сессии — Виктор куда-то испарился. Вдвоем с Артемом было весело, легко и интересно, тот всегда находил новую тему, охотно шутил и с радостью смеялся над шутками Макса. Постепенно Максим понял, что пьян куда сильнее, чем предполагал — он попытался встать, но пошатнулся. Артем подхватил его и осторожно усадил обратно. — С тобой все в порядке? — он смотрел обеспокоенно. — Да-да, я в норме, — отмахнулся Максим. Главное не показывать, что вот-вот сползешь на пол, а там само пройдет. Артем рассмеялся, должно быть, Максу не удалось его обмануть. — Давай, еще одну, на удачу, чтоб сессию хорошо сдать, — Артем буквально влил в него еще одну рюмку, и после этих роковых глотков наступило состояние абсолютной амнезии. Утром Максим пытался наскрести хоть осколочек, хоть крохотную детальку, но не мог. И от этого было одновременно жутко и обидно, потому что проснулся он в незнакомой квартире в обнимку с Артемом от страшной головной боли. Рядом с кроватью на тумбочке стояла пара бокалов с запиской «от похмелья», и один из них тут же вернул Макса к жизни. Он повертел тяжелой головой, посмотрел на голого Тему, посмотрел на себя, на бардак возле постели, рухнул на подушку и закрыл глаза. Ему очень хотелось, чтобы пробуждение было ложным, как в плохих триллерах, где герою приходится открывать глаза несколько раз, и каждый раз он просыпается в новом сне. Пусть с ним будет так же! Пусть все происходящее вокруг — просто сон. — О, доброе утро, — сонно пробормотал Артем, проснувшись от движений Макса. — Ты вчера прямо молодцом. Я-то думал, спать завалишься. Целеустремленный, — он рассмеялся, — уважаю. Вот только за то, что резинку отказался натягивать, я с Вика сдеру по двойному тарифу. Он говорил, что ты умный взрослый мальчик. — Чего? — Максим уставился на лежащего, пытаясь сложить из его слов хоть немного приличную предысторию. Зазвенел мобильник. — Да? — Макс, где ты шляешься, работа не волк! — знакомый голос Криса. Злой, но еще не настолько, чтобы отвесить подзатыльник. — Я вчера, походу, перебрал. — Где? — Да меня Виктор в клуб повез. — Вчера? — Да-да, вчера, — в голове все еще гудело. — Ты вчера с Виком в клуб поехал? — Ну, да, извини, ступил, я просто думал, нормально успею выспаться, — Максим почувствовал, что запахло паленым. — Погоди секундочку, ты вчера вместе с Виком поехал в клуб? Вопрос начал раздражать, Макс тяжело вздохнул и ответил максимально полно: — Да. — Дай угадаю, ты в постели с обаятельным мальчиком? Макс перевел взгляд на Артема — тот возился со своим бокалом. — Да. — О, ну, поздравляю тебя, вечером куплю тортик! — пообещал Крис, настроение у него явно улучшилось. — А теперь живо выметайся из мотеля и дуй на работу. Максим посмотрел на Артема еще раз — теперь парень доставал из кармана мобильник. На спине и в районе поясницы были заметны следы засосов разной степени свежести. В нескольких местах спина была расцарапана до крови, и там сверкали яркие ссадины. Артем обернулся и подарил Максу широкую улыбку: — Телефон оставить? Максим повесил трубку и жахнул кулаком по кровати со всей дури: — Скотина! Убью!       В преддверии Нового года работы стало гораздо больше. Запись на праздничные и предпраздничные дни оказалась колоссальным испытанием — Максим совершенно не успевал совмещать подготовку к сессии, зачетные недели и обзвон клиентов. Крис сердился, Вик подначивал при любом удобном случае, а флегматичный Сергей несколько раз предлагал бедному студенту напиться. Даже обещал оплатить бутылку сносного коньяка.       К алкоголю у Макса выработалось стойкое отвращение. Как только кто-нибудь упоминал спиртное, Максим вспоминал номер в мотеле, разлитую на простыне смазку, хохот Артема и собственные неловкие попытки одеться как можно быстрее. Ему было стыдно, противно и очень обидно, он хотел попеременно удавиться, удавить Артема и Вика. Или совершить двойное убийство, а затем суицид.       Про историю забыли, как ни странно, очень быстро — Крис пошутил по этому поводу еще пару раз, а потом совершенно выбросил из головы. Сергей (Макс был уверен, что он в курсе дел) молчал, как рыба, а Вик только многозначительно улыбался во время встреч. Впрочем, он улыбался так и до злосчастного похода в клуб. Поэтому все горе валилось на Максима исключительно от собственного ума. Он не мог выбросить из головы позор, ежедневно массировал его самобичеванием и дошел до того, что его стало воротить от мужского одеколона и пивных банок в урнах на улице.       Совершенно некстати подобрался кризис. Преподаватели решили оторваться на нем за те семестры, когда он выезжал на наглости и таланте, учебная часть трясла списками пропусков, мать внезапно занялась собой и записалась на йогу, Крис настаивал на регулярных обзвонах, и у исхудавшего, сонного, злого Макса просто не было выхода. Он бродил по улицам тощим скелетиком с приваренной к уху трубкой, вежливо отвечал на входящие, деликатно звонил сам и мечтал о том, чтобы этот Новый Год стал последним в его разнесчастной жизни.        — Чего кислый? — спросил в очередной раз Сергей, подбрасывая студента из института в офис. Они условились об этом на те дни, когда Макс не мог усесться на оба стула без чужой помощи. Крис, Вик, Вероника и все, с кем успел познакомиться Максим, наотрез отказались помогать ему в нелегком бремени, и тогда на сцену вышел вечно расслабленный пофигист Сергей. За это Максим был ему безмерно благодарен.        — Ты не знаешь, где достать травки? Не хочу связываться со знакомыми — запалят, начнется прежний треп, мол, толкай друзьям, а мне бы для себя, — ответил Макс. Больше некому было выложить такой вопрос.        — Забрал бы ты, Максим Иванович, документы из вуза, — Сергей посмотрел на него в зеркало заднего вида, как делал всегда во время их поездок. Смотреть напрямую в глаза собеседнику тихий Сергей не любил, а вот через отражение — запросто.        — Лучше уволиться, — фыркнул Максим. Нервы у него были на пределе.        — Зачем же увольняться? Получается у тебя отлично, голос красивый, сам ты вежливый, чувство такта есть. Клиенты часто про тебя говорят, какой ты хороший секретарь, — сообщил Сергей, которого иногда тянуло на длинные (из двух-трех предложений) тирады.        — И какой мне светит карьерный рост? — нахмурился Макс. Он задавал себе этот вопрос каждый вечер, когда, измотанный и голодный, заваливался в кровать.        — Пока никакого, — ответил Сергей. — Подумай сам, тебе двадцать только в следующем году исполнится, ты совсем молодой, а получаешь уже хорошие бабки. И не за всякую мерзость, как некоторые, а за простые звонки.        — Да я толком не знаю, кому звоню-то.        — Адекватным взрослым людям, в этом можешь не сомневаться, — продолжил Сергей. — И после общения с тобой они остаются такими же адекватными. Чего нельзя сказать о покупателях «Гербалайфа» или пылесосов с ядерным реактором внутри. Хорошая честная работа, Крис еще тебе отпуск даст непременно, я его знаю. Не парься ты про карьерный рост — когда надо будет, вырастешь, а пока прекращай себя загонять.       Максим на заднем сиденье, как обычно, разглядывал Москву. Кататься с Сергеем ему нравилось — тот не навязывался, только поддерживал разговор, если Макс был не против потрепаться. И водил он в сто раз лучше Виктора. Да, если подумать, даже получше Криса. Флегматично, расслабленно и уверенно.        — Сергей, скажи, а ты когда-нибудь был… ну, у Криса? — спросил Макс.        — Какой странный вопрос, — Сергей рассмеялся. — Мы с Крисом живем вместе, почти полтора года. Так что я даже не знаю, что тебе ответить — записывался ли я к нему по телефону? Ты это имел в виду? Тогда нет, не был. Ну, так он и не работает там сам, только присутствует, когда надо.       Макс ничего не понял, но спрашивать дальше ему было совсем неудобно. По крайней мере, разобрался в странных отношениях Криса с Сергеем — живут они, значит, вместе.        — А Виктор что, с вами живет?       Сергей заржал так громко, что Макс подпрыгнул от неожиданности — он и не знал, что флегма за рулем умеет выражать свои эмоции настолько ярко. Казалось, Сергей вот-вот затормозит, чтоб отсмеяться.        — Нет, конечно, ты что.        — Я помню, ты говорил, что западал на него.        — Дураком был, не знал, какая он скотина, вот и запал.        — Ясно.       Информации стало куда больше, только что с ней делать — Максим не представлял даже близко.       За три месяца работы он стал относиться к геям очень спокойно. Никто (за исключением ублюдка Вика!) не попытался к нему «подкатить», никто не давал номера телефонов, никто не зажимал мужиков в коридорах дома или офиса. Все было так культурно, что Макс, не знай он наверняка, с какими людьми связан Крис, решил бы, что работает на консалтинговую фирму для богатых бизнесменов. Что-то вроде коучеров для тех, кому надоели корпоративные тренинги.       Последняя неделя перед Новым Годом превратилась в кошмар. Максим завалил пару экзаменов, улетев таким образом на пересдачи в январе, ухитрился перепутать в расписании Криса две встречи, получив адски громкий нагоняй, да еще к тому же накормил братика с сестрой стиральным порошком вместо манки на завтрак. К счастью, обошлось простым промыванием желудка, но именно эта оплошность стала последним звоночком. Макс понял, наконец, что не может и дальше совмещать несовместимое. Он с большим разочарованием для самого себя признал: с институтом нужно завязывать.        — Объясни, почему тебе это так важно? — спросил Сергей, подбрасывая секретаря в очередной раз.        — Там друзья, подруги, куча клевых людей, — ответил Макс, засыпая возле окошка после напряженного экзамена по философии. Какого хрена в политехе нужно изучать философию, что за несправедливость?        — Давай я лучше познакомлю тебя с кем-нибудь толковым, — предложил Сергей, потом усмехнулся и добавил. — Помню, пару лет назад Дмитрий Сергеевич мне такое же предложение сделал. Послал я его далеко тогда. И зря, кстати.        — Спасибо большое, — нахмурился Макс, — Виктор уже познакомил меня с одним толковым, больше не надо, я лучше как-нибудь своими силами.        — Вик сто лет не имел дела с людьми твоего возраста, — улыбнулся в зеркале Сергей. — Он по части взрослых дяденек, с такими фокус со шлюхой прокатывает на раз два. Ты у нас крепкий орешек, гордись!       Максиму гордиться было совершенно нечем — голый Артем мелькал перед глазами, как будто и не выходил несчастный секретарь из мотеля.        — Мне нравятся компании, тусовки, я со сверстниками хочу общаться, Сергей, а не со… ну, вы поняли, — ответил Макс. Иногда разница в возрасте его нервировала. Вот даже с этим коньяком — ну, какие нормальные люди пьют коньяк? Надо напиться? Водка! Надо расслабиться? Пиво! Все, вопрос с напитками решен на всю жизнь.        — Со стариками и шлюхами, что ли? — Сергей понимающе улыбнулся. — Я свожу тебя в клуб, где бывает много твоих сверстников. Конечно, не самый обычный клуб, но куда лучше, чем вариант Вика. Не волнуйся, пить тебе там никто не даст, да и в постель не потащат. Я побуду рядом. Идет?       Макс поколебался, но кивнул. С Сергеем идти в клуб было не страшно, он уже чувствовал, что нашел хорошего друга, пусть и намного старше себя самого.       К вечеру субботы с Максима можно было снимать скальп — он бы даже не поморщился. Из мыслей остались только мечты о сне, от когда-то обаятельного внешнего вида — завалившиеся внутрь синяки под глазами, каждый с кулак размером. Он был разбит, но обещание помнил, поэтому в семь вечера вышел к подъезду и стал ждать. Сергей приехал с Сергеем — Макс постоянно путался, когда ехал с этой парочкой. Водитель и сисадмин были одинаково представительны, и обратиться к кому-нибудь из них неформально у Максима не поворачивался язык. Вот и уточнял по сто раз, кого имеет в виду.       Доехали до центра, вышли из машины с сисадмином и пошли пешком, игнорируя пробки. Максу такой ход понравился.        — Значит, слушай внимательно, — сказал Сергей. — Мы придем на чужую территорию — окей? Там мои хорошие знакомые, но это не клуб Дмитрия Сергеевича, на которого я работаю, и не клуб Криса, на которого работаешь ты сам. Понял? Мы там простые посетители, за напитки платим сами, ведем себя прилично, не буяним. Вполне могут подойти и спросить, какого лешего я приперся — не обращай внимания, сам разберусь. Я иду туда ради тебя, окей? Посижу в уголке, попью какой-нибудь модный коктейль, может, знакомых встречу. Ты сам там наводи контакты, знакомься, смотри по сторонам. Для тебя это, вроде как, не проблема.       Макс кивнул — проблем с общением у него действительно не было. Конечно, если его не заставляли делать минет по телефону незнакомые мужики. Вот тогда наступал ступор, а потрепать языком о какой-нибудь фигне — это запросто.       В клуб пришлось спускаться, для Макса такой расклад оказался внове. Он-то привык к высоким ярким зданиям из стекла и бетона, а тут подвальчик, серый и убогий. Внутри их проверили охранники, оглушила музыка и ослепили огоньки. Максим вскоре привык, начал осматриваться, с удовольствием отметил, что пришли они достаточно рано для поиска столиков, и ринулся выискивать подходящий. Вот она — родная стихия, и никаких подстав. От мест, которые посещал на досуге первокурсник Максим, это отличалось, пожалуй, лишь отсутствием маргариты в бокалах у женщин и бутылок виски на столиках мужчин. Большинство пило колу, минеральную воду или кофе.       Сергей подошел к паре столиков, поздоровался с сидящими там людьми, а потом догнал протеже и уселся рядом, заказав себе тот самый «модный коктейль».        — Почему никто не пьет, а ты пьешь? — нахмурился Макс, его посетило нехорошее предчувствие: вот напьется Сергей, полезет целоваться, а никто вокруг и слова ему не скажет!        — Потому что сюда обычно парами ходят, им не до алкоголя, а я по-любому домой один приползу, так что хоть выпью. Гляди, какая красивая голубая дрянь там внутри, — он указал на свой бокал. — И вишенка. Видишь? Сто лет не видел вишенки. Всё коньяк, коньяк…        — Я думал, тебе нравится, — удивился Максим.        — Нравится, — вздохнул Сергей, — когда выбора нет.       Людей постепенно становилось больше, Макс ожидал, что теперь включат что-нибудь для танцев, выбегут гоу-гоу-женщины, а потом начнется классический «расколбас», но ничего такого не произошло. Люди рассеивались по столикам, обмениваясь рукопожатиями и улыбками, как будто все вокруг знали друг друга с самого детства. Музыка стала медленной и даже, кажется, немного стихла. Максим заволновался.        — И чего они ждут?        — Да я, если честно, не поинтересовался, — он перегнулся через спинку стула и перекинулся парой фраз с соседом. Макс ничего не расслышал. — Говорят, веревки. Веревки красиво, должно понравиться.       Сергей обернулся к входу, заметил кого-то знакомого и пошел говорить с парой молодых людей. Максим остался один и в растерянности вращал головой, пытаясь хотя бы по намекам на лицах гостей уловить, откуда дует ветер. Неожиданно к нему подсел мужчина. Макс готов был поспорить, что где-то уже видел его.        — Ты с Сережей? — строго спросил он.        — Да, — выпалил Макс, надеясь, что это правильный ответ.        — Первый раз тут?        — Да.        — Ясно, я пойду, поговорю с ним, ты посиди, — незнакомец встал и пошел к входу, видимо, разговариваться с Сергеем.       Максим с большим удивлением провожал его взглядом. Так и хотелось крикнуть вслед: «Спасибо большое за совет, сам бы я не догадался посидеть!» Но привлекать к себе лишнее внимание таким вот глупым образом он не хотел. Если все с клубом сложится удачно, будет ходить сюда почаще, найдет новых друзей, и тогда не так страшно уже забирать документы из вуза.       Вернулся Сергей вместе с наглым незнакомцем.        — Максим, это Семён, вы уже встречались, — широко улыбаясь, объявил предатель сисадмин. Макс тут же вспомнил бедолагу Семёна, который благодаря неловкости секретаря получил легкий ожог.        — До сих пор, между прочим, скандалю с супругой, — Семён строго поцокал языком. — Скоро судиться начнем, прости прощай двушка в центре.        — Крис тебе сколько лет предлагал разойтись с ней? — неожиданно зло вступился Сергей. Семён только махнул рукой и тут же скрылся из вида. — Не расстраивайся, Семён не со зла, просто ему сейчас нелегко.        — Верю, — кивнул Макс. — Не ему одному сейчас нелегко.        — Да брось ты свои шуточные проблемки, — Сергей незаметно указал на столик напротив. — Тамара Петровна, два судебных иска за побои, отвалила сказочные богатства юристам. Рядом с ней Виктория, выплачивает мужу алименты каждый месяц, мечтает увидеть детей. Позади них за столиком Артур Валерьевич, ему вообще пришлось отдать весь бизнес, чтоб фирму не разорили, подрабатывает теперь фрилансом, продал шикарный ауди, купил подержанный ниссан. Мне продолжить?        — Тут что, клуб анонимных алкоголиков? — нахмурился Макс.        — Анонимных трудоголиков тогда уж, — ответил Сергей. — Весело с тобой.       Наконец, началось шоу. На небольшую сцену вышли мужчина и женщина. На девушке был легкий халат, на мужчине простая рубашка и брюки. В зале зашептались, а Макс не мог понять, что удивительного происходит.        — Они редко выходят, — улыбнулся Сергей. — Последнюю пару лет больше по заграницам. Говорят, интересно, сам не видел.       Максим со вздохом налег на спрайт, представляя внутри немного водки — лучше не стало. Ему было все равно, где выступает странная парочка, которая напрочь проигнорировала все законы шоу-бизнеса. Но вдруг девушка сняла халат, и под ним Макс не увидел ничего, кроме ее тела. Законы стриптиз-шоу эти ребята тоже обошли лесом. Молодцы. Теперь могут спокойно уйти обратно, откуда явились, и показывать этот фокус во всех Франциях, Германиях, Италиях и Монако вместе взятых — видать, там народ не насмотрелся на голых баб. Макс подпер подбородок ладонью и невольно зевнул.       Мужчина достал из кармана плотную ленту, завязал женщине глаза и ушел. Зал притих, и Максим представил, как умелец будет метать дротики или стрелять из лука. Атас, Сергей притащил его в клуб фриканутых олдфажников. Пора валить.        — Может, я домой пойду, а? Что-то у меня настроения нету, — пожаловался он своему спутнику, а тот прилип взглядом к девушке. Да, действительно, не соврали — милый бисексуальчик. Самого Макса голая леди не поразила ни красотой, ни формами. Тётка как тётка.       Он решил подождать еще немножко, а потом тихо удалиться, вызвать такси и попробовать выспаться за положенные ему девять часов.       Мужчина вернулся с мотками веревки, чем весьма обескуражил Макса. Зачем нелепому чуваку в допотопном кэжуале столько веревок, он просто не представлял. Во всяком случае, теперь Максу было интересно. Дротики, стрелы и факелы отменяются? Уже хлеб!        — Сереж, я сяду к вам? — их отвлек тихий голос мужчины. Максим в полумраке клуба выхватил только силуэт — среднего роста, средних лет, среднего телосложения. Ничего выдающегося.        — Садись-садись, я с другом — это Максим, а это Игорь, знакомьтесь и не мешайте мне, — он вернулся к созерцанию шоу.        — Игорь, рад встрече, — мужчина сел рядом и протянул руку, хотя в такой тесноте это было неудобно.        — Макс, взаимно, — он ответил на рукопожатие, подметив, что у нового знакомого ладонь твердая и теплая.        — Первый раз тут?        — Да, и у меня уже ощущение, что все в курсе, — ответил Макс, улыбаясь.        — Да, пожалуй, так и есть, — кивнул Игорь. — Тут большинство знает друг друга. И, по крайней мере, пара знакомых есть у каждого.        — Ясно, — Макс кивнул. Он не представлял себе, как поддерживать разговор с таким человеком: Игорю явно было за тридцать, но дальше возраст терялся. Тридцать пять, тридцать девять? Не про новый же мультик трепаться с ним?        — Вас конкретно шибари интересует или просто за компанию с Сергеем?        — Что, простите? — Макс решил, что не расслышал ключевое слово. Ши-чего?        — Просто любопытно, почему пришли сюда, — улыбнулся Игорь и не стал пояснять вопрос. — У вас такой вид, будто вам хочется долго-долго спать, потом проснуться, съесть бутерброд с чаем и спать еще столько же.        — Да вы прямо мысли читаете, — восхитился Максим. — Вот именно об этом я и мечтаю как раз сейчас.       Игорь рассмеялся и перевел взгляд с собеседника на миниатюрную сцену. Макс тоже посмотрел туда. Увиденное поразило его до глубины души: руки девушки были связаны за спиной хитроумными узлами, и теперь мужчина, стоя на коленях возле нее, возился с узлами на ее ногах. Максим украдкой покосился на Сергея — тот внимательно следил за действиями мужчины, будто помимо узлов тот делал что-то еще за пределами видимости Макса.        — Можно я еще раз прочту ваши мысли? — предложил Игорь.        — Давай, — Макс повернулся к новому знакомому, твердо решив больше не смотреть на сцену.        — Вы думаете: «Да какого хера он творит, мать его!».        — Вот как-то так, да, — кивнул Макс. — Ей не больно?        — Модели-то? — Игорь крепко задумался, что-то прикидывая в уме. — Не скажу. Скорей всего, нет, но вот как-то возле плеча странно завязал, я бы так не стал делать.       Максим заткнулся и в довесок к своему решению не смотреть на сцену решил еще и не разговаривать со странным собеседником. Ну, его.        — Хотите, выйдем на свежий воздух? Сергей, ты не против?        — Домой его повезу я сам, — твердо ответил Сергей. — Макс, можешь идти, ничего плохого тебе никто не сделает.       Максим, который поначалу решил никуда не идти с подозрительным Игорем, после такого хамского отношения вскочил со стула и направился к выходу под неодобрительный шепот соседей. Взяли, решили все за него — молодцы, взрослые дядьки. Вот потому он и не хотел уходить из вуза. Правильно говорят, что деньги не главное. Ну их с этим бизнесом куда подальше.       Игорь догнал его на улице.        — Да куда вы побежали-то, молодой человек, — с упреком крикнул он, стоя у входа. — Я просто знаю, что вы пришли с Сергеем, невежливо увести вас от человека, с которым вы пришли. Кроме того, мне совершенно ясно, что вы ничего не понимаете, и вам столько лет, что без Сергея вас бы сюда не пустили. Идите обратно, я ваш стакан с газировкой принес.       Макс обернулся только на газировку, она привела его в чувства, опустив до понятного мира с продуктами питания и нормальным человеческим общением. Подчеркнутое «выканье» раздражало.        — Спасибо, — он вернулся, взял стакан и для приличия отпил немного.        — Не за что, — Игорь пил сок. — Сергей вам, видимо, не рассказал, что к чему, хотел сюрприз сделать.        — Блять, да что за компания-то такая, задолбали своими сюрпризами! — зло выкрикнул Макс.        — Извините, это вы мне сейчас? — вежливо переспросил Игорь.        — Что? Вам? Вам?! Нет, нет, я не про вас, я про этих мудаков, — он обернулся к входу, мечтая увидеть там макушку сидящего рядом со сценой Сергея. — Один нанял проститутку, другой потащил в какой-то стремный клуб, я уже просто боюсь, куда гипотетически мог бы потащить меня шеф.        — Шеф? — заинтересовался Игорь. — А шеф у нас кто?        — Крис, — нахмурился Максим, — может, знаете такого.        — Так вот почему вас Сергей привел, — Игорь облегченно вздохнул. С чего бы. — Ясно, все понял. Пойдемте, я вас по городу хоть повожу, что ли.        — Вы извините, Игорь, но я лучше тут постою, — напрягся Макс. — Вы меня поймите правильно, я уже один раз сходил в клуб с Виком, и мне как-то с тех пор не хочется особо экспериментировать.        — Ага, ясно, — еще раз кивнул Игорь. — С Виктором Степановичем, если я правильно понял?        — Вот именно, — кивнул Макс. — Вы их всех знаете?        — Ну, Криса я хорошо знаю, с Сергеем познакомился недавно, а про Вика просто много слышал. Местная легенда, знаете, как Летучий Голландец. Некоторые его прямо так и называют.        — Не зря, — мрачно отметил Макс. — Давайте погуляем.       Они пошли по улице неторопливо, и Максим постепенно расслабился. Появилось немного сил на то, чтоб передвигать ноги, губы вспомнили, что такое улыбка.        — Вы кем у Криса работаете? — поинтересовался Игорь. Макс отметил в свете фонарей и вывесок, что у него короткие светлые волосы и резкий профиль. Игорю — странная, конечно, ассоциация — очень подошло бы сниматься в патриотических фильмах в роли какого-нибудь немецкого шпиона.        — Секретарем, звонки принимаю и сам обзваниваю, — объяснил Максим. — Первый месяц сидел у него… эм, как бы сказать, дома, наверное. Теперь в офисе сижу, ну, и совмещаю с учебой еще.       Откуда-то появилась потребность рассказать о себе побольше, Макс прикусил язык — спросили-то не про учебу.        — Это из-за совмещения у вас два фингала под глазом? — улыбнулся Игорь. — Или постарался кто? Я видел, к вам Семен подходил — колоритная личность.       Максим подумал, что колоритная личность — это сам Игорь, а Семен обычный бытовой хам, готовый свалить свои неудачи на голову первому встречному.        — Это я в первый рабочий день с ним случайно в коридоре столкнулся, — ответил Максим, невольно улыбаясь. Теперь, когда он рассказывал об этом Игорю, произошедшее казалось забавной шуткой.        — Насмерть, что ли? — пошутил Игорь.        — Хотелось бы. Но нет, просто пролил кипяток из кулера. С пакетиком чая.        — О, — Игорь кивнул. — Ясно.       Максима заинтриговала странная манера выяснять суть ситуации по паре услышанных фраз. За этим стояли либо большой опыт общения со всеми участниками событий, либо невиданная наглость и первоклассный блеф.        — А вы когда с Крисом познакомились? — спросил Макс, решив проверить почву.        — Они тогда с Димой… эм, лет десять назад. Помню, у него была пара ангельских крылышек на плечах. И черепушка на спине. По крайней мере, можно было понять, где там зад, где перед.       Макс расхохотался. Облегченно и довольно. Шутка получилась удачной, да и знакомство с Крисом явно не выдумка для красного словца. Новый знакомый набирал очки доверия со скоростью гоночной машинки.        — Сергей вас просто хотел порадовать, — сказал Игорь, внезапно меняя тему. — Я знаю, что его самого в тему Крис затащил очень внезапно. И он на свой манер хотел оказать вам услугу. Так что вы не подумайте, что он вроде Вика вам гадость устроить хотел. Просто как мог, так и помог. Вам бы выспаться.       Максим зевнул — да, со сном Игорь угадал очень точно.        — Давайте назад, доведу до клуба и попрошу Сергея вас отвезти.       Они развернулись и пошли обратно.        — Здесь бывают вечера без шоу, можно просто встретиться со знакомыми, выпить. По будням тихо, спокойно.        — Вы часто туда ходите? — спросил Макс.        — Не часто, но сейчас чаще, — ответил Игорь. Туманно и непонятно, Максиму это очень не понравилось. Его словно опять водили за нос.        — В каком смысле?        — Да я сейчас без пары, — он поморщился, — не знаю, как вам объяснить. В творческом поиске. Подсел к вам, думал, познакомиться, Сергей бы плохого не привел. Но я без дополнительных вопросов вижу, что вам не тема нужна, а ужин и сон.       Теперь Максиму было не просто неприятно, он испытывал острую смесь досады и обиды, как будто его списали со счетов.        — В каком смысле мне не нужна тема?        — Тема, БДСМ, ни разу не слышали от Криса этого слова? — удивился Игорь.       Макс застыл на месте и покосился на Игоря недоверчиво. Он и раньше понимал, что в доме Криса происходит нечто очень необычное, но ему строго настрого запретили интересоваться, и поэтому он не стал. Кроме того, вокруг были более важные вещи: семья, вуз, бесконечные дороги туда и обратно. Максиму просто хотелось успеть везде, и самого главного в своей работе он не заметил. В упор не заметил, даже с огромными намеками от мироздания.        — Вы себя хорошо чувствуете? — Игорь подошел ближе, с беспокойством глядя на Макса.        — Переживу, — ответил парень. — Я просто как-то только сейчас вроде понял.        — Три месяца с Крисом, и вы только сейчас поняли? — Игорь присвистнул. — Если б не Сергей, я бы начал нехорошее подозревать.        — В смысле?        — В смысле, он редко так печется о случайных людях, — пояснил Игорь, но тут же отмахнулся. — Не обращайте внимания, всякое бывает, возможно, вам так проще было работать. Зря я ляпнул, некстати.        — Нет-нет, очень даже кстати, — Макс неторопливо пошел вперед. — Дураком себя чувствую. Крис работает в БДСМ-клубе?        — Нет, — Игорь улыбнулся, — он скорее тренер. Если грубо.        — Ага, — Максим кивнул. — Дошло. Спасибо вам. Серьезно, как дурак.        — Ладно вам, случайному человеку такое не всегда понятно. Не расстраивайтесь. Хотите, куплю вам выпить? Виски со льдом?       Макс подумал, что виски со льдом звучит очень неплохо, как раз то, что нужно, когда ты, наконец, понимаешь, чем занимается твой шеф. Они спустились в клуб — девушка с ног до головы была перевязана веревками, но мужчина продолжал что-то творить у нее на груди — и сели рядом с Сергеем, тот по-прежнему был вне зоны доступа. Игорь принес себе еще сок, а Максу — небольшую порцию виски.        — Спасибо, — алкоголь растекся по сосудам, успокаивая после пережитого. Максим улыбнулся.        — Да не за что, — пожал плечами Игорь. — Как говорится, для хорошего человека. Вы в каком вузе учитесь, Максим?        — В политехе, — ответил Макс. — Думаю забирать документы. Совмещать с работой слишком сложно. И за ребятами еще надо смотреть.        — За какими ребятами? — удивился Игорь.        — Брат с сестрой, мелкие совсем, — пояснил Макс. — Мать подалась на йогу, теперь еще массаж посещает регулярно. Нет, чтоб песню с ними разучить. Я помогаю.        — На три фронта — неплохо, — уважительно покивал Игорь.       Совершенно внезапно обзор на сцену им загородила шатающаяся фигура.        — Так, ты! — фигурой оказался Семён, и теперь он тыкал пальцем в Макса. — Да-да, ты! Пошли, выйдем, ублюдок! Давай-давай, поднимай свою тощую задницу!        — Филипп! — крикнул Игорь, и поначалу Максим решил, что тот обознался. Но через несколько секунд Семёна уволокли к выходу секьюрити. К ним подошел недавно начавший седеть мужчина с виноватым видом.        — Извините, — он сокрушенно покачал головой. — Очень неловко, юноша первый раз в клубе, и такое. Очень неловко. Игорь, расскажи, что за мой счет. Как неловко-то, извините, — и он ушел, продолжая качать головой.        — Это кто? — шепотом спросил Макс.        — Филипп Михайлович, хозяин заведения, — объяснил Игорь. — У него этот клуб вместо ребенка, любовницы и работы. Видно, у Семёна совсем с разводом плохо. Вы только не расстраивайтесь, это он от безысходности, вы-то ни при чем. Чай разлить пока еще не преступление.       Максим проводил взглядом Филиппа Михайловича, невольно улыбнувшись. Он выглядел как добрый волшебник, а головой качал до смеха потешно. Странный внешний вид для человека, который держит такой клуб.       Шоу, должно быть, закончилось — разговоры вокруг стали гораздо громче. Включили ритмичную музыку, обычную для клубов. Тыц-тыц. Сергей обернулся к Максиму и спросил:        — Ну, как?       Лицо у него при этом было таким сияющим, что Макс понял — Игорь абсолютно прав, Сергей действительно решил сделать как лучше. Ни о каких подставах речи ни шло.        — Да нормально, — замялся Максим. — Необычно.        — Сереж, ты бы его еще ледяной водой окатил, — рассмеялся Игорь. — В самом деле, нашел способ. Я его виски отпаивал.       Макс опять наблюдал, как про него разговаривают взрослые дяди. В прошлый раз от этого хотелось возмущенно уйти в закат, а теперь он с интересом поглядывал на Игоря. Надо же, защитник.        — Не понравилось, да? — огорченно и удивленно спросил Сергей. Максим пожал плечами максимально нейтрально.        — Шибари, да еще с женщиной моделью, — нахмурился Игорь. — Ну-ну.        — Да вы вообще все самое интересное пропустили, — возмутился Сергей. — Конечно, вам не интересно было.       Макс вдруг заржал. Вся сцена была до того нелепой, что напоминала ему детскую песочницу, где трое не поделили куличик.        — Ну, хотя бы смешно, — прокомментировал Сергей.        — Идите уже домой, а? — Игорь смеяться не спешил. — Крис себе реального раба купил, да? Синяки, глаза блестят, килограмм пять за последний месяц потерял, на свет реагирует, как медведь в спячке. Так и передай, что придет злой Игорь и настучит по ушам.       Сергей посмотрел на Максима, особенно задержавшись на плечах, а потом кивнул.        — Идите, все, давайте-давайте, а то вытолкаю сам, — Игорь махнул на выход.        — Рад был знакомству, — Макс встал и протянул руку.        — Взаимно, — улыбнулся Игорь. Его ладонь все еще была сильной и теплой.       Они вышли из клуба, еще несколько гостей стояло снаружи, ожидая такси. Сергей выглядел виновато.        — Извини, Игорь прав, тебе бы выспаться, а я со своим клубом пристал.       Люди потихоньку рассасывались, скоро они остались одни.        — Странно, такси задерживается. Может, пройдемся туда-сюда? — Сергей кивнул в сторону. — Все теплей будет.       Они отошли от клуба. Макс вспоминал необычную встречу, разговор с Игорем, задумался и не заметил, как из-за угла выбежала пара мужчин. Услышал топот и развернулся, когда уже было поздно. Его ударили в солнечное сплетение, и, мгновенно потеряв равновесие, он перестал понимать, что происходит, даже раньше, чем сообразил, в чем же гипотетически может быть дело. Ни лиц, ни фигур разобрать было невозможно. Слова доносились эхом, голова гудела. Даже закрывать живот не было никакого смысла, били с двух сторон. Он попытался кричать, но не смог даже нормально вдохнуть.       Потом удары прекратились, и пока сознание пыталось пробиться под слой боли, он шарил взглядом вокруг себя. Где-то неподалеку валялось тело, очень похожее на Сергея — оно шевелилось, подтягивая ноги к груди. Макс успел обрадоваться этому, прежде чем потерял сознание.       В себя пришел в машине скорой. Рядом, совершенно неожиданно, сидел Игорь. У него был вид человека, который твердо решил в ближайшие пять минут взорвать себя вместе с самолетом во славу Императора.        — Очнулся? — он посмотрел на Макса и поморщился, словно от боли. — Молчи, скоро приедем. С Сережей все нормально, сзади едут. Я попросил Филиппа помочь.       Максим получил почти все сведения, которые интересовали его на периферии сознания, кроме одного.        — Семен друга позвал, — добавил Игорь. — Или не совсем друга, теперь разбираться — целая песня. Утверждают, что напились и не заметили. Не думай, это все потом. Спи лучше.       Макс снова провалился в пространство без звуков, изображения и запахов. Боль тоже отступила.       Следующее пробуждение было уже в палате, Игоря поблизости не оказалось, зато сидела мать. Сжимала бумажный платочек и нервно теребила его.        — Мам? — Макс приподнялся на локтях, ощутив головокружение.        — Тише-тише, лежи, — она с тревогой посмотрела на него. — Нигде не болит?       Он задумался — серьезно болела только рука, остальное саднило, и очаги этих ссадин Макс не смог бы определить без осмотра собственного тела.        — Рука болит, — ответил он. — Так нормально.        — Ну, слава богу, — мама облегченно выдохнула.        — А Люда с Егором где?        — Виктор Степанович с ними остался, ночь сейчас, поспит там, на твоей кровати, они не проснулись даже, когда я уходила, — она встала со стула и наклонилась. — Ты скажи, они тебя за девушку?       Максим помотал головой.        — Случайно вышло, мам. На работе на одного мудака кружку с чаем пролил. Случайно пролил. Он теперь с женой из-за этой кружки разводится. И решил, что я виноват.       Мама удивленно посмотрела, села на место и кивнула.        — Дураков на свете много. Доктор сказал, переломов нет, только сильный ушиб. Сотрясение легкое, полежишь тут два дня, потом домой. Я завтра зайду обязательно, еды принесу, — она решительно смяла платочек и выбросила в урну. — Ну, все, тебе теперь спать надо. Они обезболивающего много дали. Давай, сынок, до завтра, — она поцеловала Макса в лоб и пошла к выходу. Максим улыбнулся, давно он не чувствовал, что матери не все равно, что с ним.       Стоило ей уйти, на пороге палаты появился Крис. Вид у него был мрачный и вместе с тем обеспокоенный. Позади него Макс разглядел силуэт Игоря. Они зашли внутрь, закрыли дверь и подошли к койке.        — Максим, я перед тобой очень виноват, — начал Крис. — Семён сожрал мне мозг, и я решил его послать. У нас такие разборки редкость. Особенно когда два ниж…        — Крис, а ты бы не заткнулся, а? — перебил его Игорь. — Максим, вы, главное, не волнуйтесь, с Семёном мы разберемся обязательно. Тут уже Филипп Михайлович подключился, у него это вопрос репутации. Спи, мы тут, на всякий случай, подежурим по очереди. Сергей в соседней палате, у них тут сервис такой, что в одну никак не хотели. С ним нормально все, завтра встретитесь, поговорите.       Макс слабо кивнул — усталость навалилась с новой силой. Краем уха он услышал:        — … охренел, да? Ты на него еще ошейник нацепи, вот тут, в палате!       Два дня реабилитации оказались тем самым отдыхом, которого Максим так долго ждал. Про себя он решил в следующий раз формулировать желания конкретней. Иначе на следующий Новый Год его собьет фура. Сергей был угрюм, немногословен и зол. Успокаивало его только присутствие Криса. Максим с интересом наблюдал за тем, как шеф таскает «Сереже» бублики из ларька неподалеку. Сам он бублик не осилил — челюсть болела, позволяя лопать только йогурты и бульон.       Мать приходила дважды в день, один раз принесла рисунок от Люды с ярким солнышком, передала привет. Виктор Степанович продолжал, по ее словам, дрыхнуть на постели Максима.       Половину суток в больнице сидел Крис, потом его менял Игорь. Один раз зашел Филипп Михайлович, притащил две огромных корзины с фруктами. Максим еле уговорил мать отнести корзину брату с сестрой. При взгляде на яблоко, он испытывал боль в челюсти даже без попыток широко открыть рот. Сергей на глазах у счастливого Филиппа Михайловича съел абрикос, но даже этот фокус дался ему с большим трудом, а после ухода обеспокоенного мужичка сисадмин попросил укол обезболивающего.       Домой Максима повез Игорь. Собрал вещи — медикаменты, бинты, пластыри — и помог спуститься к машине. Большую часть дороги они проехали в молчании, но потом Игорь спросил:        — Ты не против, если я заеду на днях? Проверю, как ты?       На «ты» он перешел незаметно, Макс не мог вспомнить, когда именно Игорь стал обращаться к нему так. Сам он выдавить из себя «ты» так и не сумел.        — Приезжайте, конечно, у меня теперь фруктов на год, есть некому.        — Спасибо, — ответил Игорь, совершенно не уловив шутки.        — Вы так волнуетесь, как будто это вы виноваты, — сказал Максим. — Вы же ни при чем. Я еще могу понять, почему Крис волнуется — это же его клиент был. Ну, а вы…        — Привычка, — горько усмехнулся Игорь. — Извини, если навязываюсь. Могу не приезжать, у Криса узнаю, как что.        — Да я не об этом! — воскликнул Макс. — Приезжайте, я совсем не против.        — Да и неудобно, что я матери твоей скажу, — продолжил хмуриться Игорь. — Черт, давно я с родителями не разговаривал.        — С родителями? — удивился Макс. — А, в смысле с родителями тех, с кем вы… эм, с кем вы, — он замолчал. В голову пришла фраза: «с кем вы встречаетесь». Но это означало бы, что он имеет в виду, мол, Игорь считает, что встречается с ним, Максимом? Глупость какая-то.        — Да вот именно, — кивнул Игорь. — Я тебе, в сущности, никто. Лучше потом, как придешь в себя, зайду в офис к Крису, поинтересуюсь. Не против?       Максим закивал.        — Я могу вам телефон свой дать, позвоните и узнаете, — ляпнул он. И опять в голове мелькнула нелепая фраза про «встречаетесь».        — Телефон? — удивился Игорь. — Ну, давай телефон. — Он достал из бардачка визитку и отдал Максу. — Вот мой.       Максим быстро набрал номер и оставил пропущенный.        — Мне тут Крис рассказал, — Игорь вдруг повеселел и хитро улыбнулся, — что ты отработал целую смену в его новом грандиозном предприятии.        — Ну, да, конечно, рассказал, — фыркнул Макс. — Еще бы он не рассказал. Он не рассказал, что мне позвонил Вик?        — Рассказал, — Игорь рассмеялся. — Два козла, один другого стоит. Вот Дима умеет себе выбирать пару.        — В смысле? — заинтересовался Максим.        — Не важно, это их дела, сами пусть разбираются.       Макс расстроился, словно ему показали конфетку, а съесть не позволили.        — Заедем в кафе? Там мороженое вкусное, дождешься, пока растает, — предложил Игорь.       Мороженого, пусть даже растаявшего, после десятков безвкусных бутылочек с йогуртом Максу хотелось до дрожи. По крайней мере, оно будет сладким. Вкусным. Настоящим.       Игорь проводил его до двери, помог снять одежду и усадил за столик у окна, откуда была видна припаркованная машина и декабрьский снег. Они заказали две порции мороженого.        — Не бросай вуз, Макс, — сказал Игорь с несвойственной ему просящей интонацией.        — Я как раз думал бросить, — ответил Максим. — Мне не разорваться.        — И что ты потом будешь делать? От работы Криса тебя воротит, уже попал в переплет, без диплома в Москве с двумя, как ни смешно, детьми — увязнешь ведь.       По лицу Игоря было видно, что ему небезразлично.        — Я знаю, что есть шанс увязнуть, — кивнул Макс. — Лучше рискнуть. После политеха мне все равно прямая дорога в Макдональдс, так что я не много потеряю.       Игорь тяжело вздохнул.        — И как ты после всего этого будешь звонить?       Максим пожал плечами:        — Нормально буду звонить, как раньше, может, даже проще будет. Раньше я подозревал их в невесть чем, а так все предельно ясно и просто.       Игорь промолчал. Принесли мороженое, и он начал есть свое, поглядывая на снег за окном.        — Вкусно? — завистливо спросил Макс, которому полагалось подождать.       Игорь рассеянно посмотрел на него, замерев с полной ложкой мороженого, потом улыбнулся и поднес ее к лицу Макса.        — Попробуй.       Максим внимательно посмотрел на ложку, подтаявшее мороженое на ней, потом на Игоря и, не отрывая взгляда от мужчины, открыл рот. Губы сомкнулись вокруг крошечной порции, он аккуратно облизал металлическое донышко и довольно зажмурился. Было вкусно. Когда он открыл глаза, перед носом маячила вторая ложка.       Они просидели в кафе почти час — Игорь неторопливо скармливал две порции пломбира с карамельным сиропом, игнорируя официанток и других гостей. Максим потерял счет времени.        — Пойдем, — Игорь встал со своего места, накинул пальто на Макса и вывел их на улицу. — Заедем по дороге ко мне?       Максим остановился и замер, удивленно глядя на Игоря. Тот тоже остановился, обернулся к парню и сомкнул края пальто у него на груди. Они стояли под снегом, глядя друг на друга.        — Я не понимаю, что вы делаете, — признался Макс. — И не представляю себе, чем это закончится.        — Я хочу отвезти тебя к себе домой перед тем, как ты окажешься у себя, где я много дней не смогу встретиться с тобой, — ответил Игорь. — Я не буду делать ничего серьезней порции мороженого, просто хочу… — он не договорил, внезапно заключив Максима в объятья, для которых подошли бы эпитеты вроде «железный» или даже «стальной». Макс почувствовал себя теплым пластилином, из которого можно слепить что угодно. Ему стало хорошо и спокойно.        — Хорошо, я согласен, — ответил он.       В квартире Игоря было так чисто, будто именно здесь между выпусками рекламы обитал скандально известный ловелас Мистер Пропер. Максим удивленно разглядывал идеально ровный и чистый паркет. Пунктик, что ли?       Максим уселся за кухонный стол, а Игорь достал из шкафа турку и начал готовить кофе.        — Ночью, когда меня привезли в больницу, — сказал Макс, вспоминая, — вы оборвали Криса, когда он хотел что-то сказать. Он вроде имел в виду, что особенно важно, кем…        — Это не важно, — строго прервал его Игорь. — Крис большой любитель додумать. Я злой и сварливый, но затащить в постель ничего не понимающего Сережу с его стороны было подло.       Макс ничего не ответил — просто не представлял себе, о чем идет речь. Сергей в его глазах не выглядел ничего не понимающим.        — Вы тогда еще сказали что-то про ошейник.        — Слышал, значит, — усмехнулся Игорь. — Я думал, ты уже заснул, с обезболивающими они там не шутят, эти ребята в белых халатах.        — Так что с ошейником?       Игорь помолчал, разливая кофе по чашкам.        — Без кофеина, — пояснил он, поставив перед Максом дымящуюся микроскопическую посудину. Макс глушил кофе старыми добрыми поллитровками, а здесь стояло нечто в духе европейских ресторанов.        — Крис любит перегнуть палку, — продолжил Игорь. — Мы с ним по этому поводу часто ругаемся. Благо, до мордобоя ни разу не дошло. Я его подход не одобряю: сбить с толку, опрокинуть, а потом ты просыпаешься утром, и уже, вроде как, совершенно нормально ходить в клуб к Филиппу Михайловичу.        — Я понял, — улыбнулся Макс. — Вы мороженым кормите.       Игорь отвел взгляд и внезапно посерьезнел.        — Извини, я этого не планировал. Автоматически. Я помню, в клубе тебе не понравилось. Никаких сюрпризов, — он немного отодвинулся на стуле, демонстрируя серьезность своих намерений.        — Да нормально все, — Макс улыбнулся еще шире, а потом вспомнил клуб. — Мне не понравилась эта женщина и то, что с ней происходило. Я не понял, что конкретно всех так поразило. По мне, очень посредственное шоу.        — Ну, ты сказал, — Игорь рассмеялся. — Тематик-нигилист. Они смотрели на узлы, на технику, кто-то мотал на ус, кто-то просто восхищался профессионализмом, кому-то нравилась реакция модели. Все за разным пришли.        — Вот я, извините, этого разного не понял, — Максим решительно взял чашечку и опрокинул ее в рот. Во рту остался непонятный привкус.        — Отличный ход, — кивнул Игорь, глядя на то, как Макс пытается сфокусировать взгляд. — Лучше б ты так водки хлопнул.        — Что вы добавили? — испугался Макс.        — Специи добавил, тебе поправляться надо, — нахмурился Игорь. — Говорю же, никаких сюрпризов. Могу прямо сейчас отвезти домой.        — Не надо! — Максиму стало стыдно, и он остро почувствовал, что не хочет уезжать так быстро. — Расскажите про себя. Вы кем работаете?        — Никем, — улыбнулся Игорь. — Мне сорок три, отработал, хватит.        — Вы на пенсии? — удивился Макс.        — Нет, не на пенсии, — Игорь вздохнул. — Передал бизнес управляющему, получаю прибыль, инвестирую, ищу талантливых новичков.        — И это не работа? — Макс удивился еще больше.        — Нет, работа — это когда в пять утра встаешь и ложишься тоже в пять утра, и между всем этим надо еще поспать и поесть, — объяснил Игорь. — Сколько тебе?        — Девятнадцать, — признался Макс.        — Двадцать четыре года, — вздохнул Игорь.        — Что?        — Разница. Двадцать четыре года разницы.        — Отцу вроде столько же должно быть, — ляпнул Максим. Язык совершенно не слушался его в компании с Игорем. Столько косяков за один день.        — Отличный, — хохот, — пример. Я тоже об этом подумал. Мама твоя на меня очень многозначительно посмотрела.       За окном начало темнеть, Игорь снова помог Максу одеться и вместе с ним спустился вниз. По дороге они не говорили совсем. Только когда машина остановилась у подъезда Максима, Игорь спросил:        — Где ты будешь встречать Новый Год?        — Дома, — ответил Макс.        — Ясно, прости, что спросил, — Игорь снял блокировку дверей и начал вылезать из машины, чтобы помочь Максиму с вещами.        — Стойте! — парень схватил водителя за рукав, утягивая обратно в салон. — Я не так понял. Я в том смысле, что всегда встречаю дома.       Игорь посмотрел на него с большим недоумением. Они молчали, глядя друг на друга, очень долго.        — Завтра я заеду, свожу тебя к Филиппу Михайловичу, — сказал, в конце концов, Игорь. — Поговорим немного. Хорошо?       Максим кивнул.        — Отлично, пойдем, я помогу поднять вещи.       Выходя из лифта, они столкнулись с Виком. Макс пораженно смотрел на своего заклятого врага и видел как в замедленной съемке: вот Игорь замахивается для удара, вот Виктор пытается отступить, вот летит по направлению к лицу кулак, замирает, а потом…       Игорь щелкнул Вика по носу.        — Если бы не Дима, я бы тебя по стенке раскатал, — сообщил мужчина, отодвигая собеседника в сторону. — Пойдем, донесу вещи до квартиры.       Виктор смотрел вслед Игорю с тенью испуга и восхищения. Макс проигнорировал Вика, но когда шел мимо, услышал:        — Сергей, скотина, переплюнул!       Максим замер, уронил сумку и, осмотрев Виктора с головы до ног, сообщил:        — Не знаю, при чем здесь Дима, я Диму не знаю, так что мне насрать, — он с размаху отвесил Вику пощечину, оглушив подъезд громким звуком. Эхо разлетелось по стенам.        — Макс, Макс, все, пойдем, — Игорь оттащил его за плечи, притянув к себе ненадолго. Максим сам подался назад. Хотелось почувствовать себя в чужих объятьях.        — Что тут такое? — послышался из квартиры голос матери.        — Приезжайте завтра, — Макс развернулся, напоследок заглянув Игорю в глаза. Он попытался выразить глазами надежду, для которой осталось место только во взгляде — с одной стороны стоял Виктор, с другой смотрела на странную сцену мама.       Игорь подтолкнул Вика к лифту, и когда Максим услышал щелчок дверей, ему стало одиноко, грустно и очень противно. Из-за того, что, хотя он пришел домой, в голове были воспоминания о чужой квартире, а на языке до сих пор остался привкус мороженого. Сладкий и немного острый от соуса.