Карманные монстры

Гэри сделал шаг, и гул защитных барьеров за спиной внезапно отрезало. Навалилась тишина — густая, пахнущая сырой землей и гнилью. Солнце еще висело высоко, но здесь, в Виридиане, оно казалось бессильным: кроны-великаны пожирали свет, пропуская вниз только редкие, пыльные столбы лучей. Было около четырех дня, но лес уже вовсю готовился к сумеркам. Гэри глянул на часы на запястье. Цифры на дисплее безумно замерцали и сдохли — поле Виридиана превращало любую технику в бесполезный хлам. — Ну что... идем? — голос Гэри в этой пустоте прозвучал как-то жалко. Позади зашуршало. Бульбазавр вышел из тени. В косых лучах его шкура казалась не зеленой, а какой-то древней, мшистой, а красные глаза вспыхивали угольками, когда он поворачивал голову. Покемон не боялся. Наоборот — он будто наконец-то вернулся домой. Вдруг сверху, где-то в черном сплетении ветвей, раздалось басовитое жужжание. Рой Бидрилл. Гэри заледенел, чувствуя, как по хребту пополз холод. В учебниках писали четко: к вечеру эти твари звереют. Одна царапина — и через час легкие просто отключатся. В этих зарослях даже наемники со стажем умудрялись теряться за десять минут. Дед взял с него клятву не переступать черту, бубня про «особые риски». Но клятвы для того и нужны, чтобы их нарушать. Тем более теперь, когда за ним шел настоящий защитник. Мальчик сглотнул и решительно шагнул под своды деревьев. Бульбазавр бесшумно скользнул следом, его когти сухо клацали по корням, которые в сумерках смахивали на клубки змей. Гэри осторожно раздвигал ветки, стараясь не шуметь, и перепрыгивал через гнилые стволы. Под подошвами хрустела прелая хвоя. Бульбазавр шел чуть впереди — уверенно, по-хозяйски, лишь иногда оборачиваясь на своего неуклюжего спутника. Кругом стояла ватная тишина. Гэри уже начал верить, что лесные страшилки — это просто сказки для пугливых малышей, и только-только расслабился... В этот миг Бульбазавр вкопался в землю. Его луковица напряженно пульсировала. Впереди, под дикой яблоней, сидела Пиджи. Она вообще ничего не подозревала: лениво топталась с лапки на лапку, выклевывая мякоть из упавших плодов. Удача! Гэри юркнул в густой куст. Бульбазавр припал к земле рядом, почти сливаясь со мхом. — Смотри! — возбужденно выдохнул Гэри, не сводя глаз с птицы. В голове лихорадочно запрыгали таблицы типов. — Давай! Эти... как их... «Листья-лезвия»! Бей её! Бульбазавр медленно повернул голову. Он не двинулся с места, только лиана под лепестками нервно дернулась. Гэри раздраженно зыркнул на него, сжимая кулаки: «Кто тут главный, в конце концов?» Покемон издал короткий, презрительный фырк, но спорить не стал. Он плавно подался вперед, выходя из тени кустов. Гэри затаил дыхание, судорожно стискивая холодный покебол в кармане. Момент — лучше не придумаешь: Пиджи уткнулась в яблоко и вообще ничего не видела. В голове всплывали дедовские инструкции: «ранить и захватить», «дождаться падения биоритмов»... Гэри тряхнул головой. Плевать на теорию, сейчас главное — просто не промазать. Рано еще делить шкуру неубитого Урсаринга. Бульбазавр замер, выбирая угол. Пиджи вдруг вскинула голову, её лапки напряглись — почуяла. — Сейчас! — выдохнул Гэри. Бульбазавр ударил без раздумий. Из-под лепестков вылетел веер изумрудных полумесяцев. Они прошили воздух с противным свистом, как настоящие клинки. В лучах солнца края листьев полыхнули так, что у Гэри мороз пошел по коже: попади такая штука в человека — и привет, истечешь кровью за пару минут. Но Пиджи оказалась не новичком. Услышав свист, она рванулась вверх. Изящно выгнулась, пропуская основной рой под собой. Мимо! Бульбазавр тут же всадил вторую порцию на опережение. Но птица раскусила приём: вместо взлета она на долю секунды зависла и камнем рухнула вниз, в густую траву. Листья ушли в «молоко», с хрустом зарывшись в кронах деревьев. Бульбазавр гортанно проворчал. Гэри готов был поклясться, что в этом звуке слышалось неприкрытое: «Я же говорил, придурок». — Чёрт… ушла, — выдохнул мальчик. Ладони мгновенно стали влажными. — Куда она делась?! Он неосторожно вывалился из кустов на поляну. Воздух здесь был тяжелым, липким — пахло скошенной травой и кислыми яблоками. Бульбазавр шуршал где-то за спиной, его утробное ворчание эхом отдавалось в ушах. Гэри подобрал надкушенный плод, который Пиджи бросила, спасая шкуру. На кожице виднелись острые зазубрины — щепа от веток, срезанных «листьями» Бульбазавра. — Хм… — Сок брызнул на пальцы, липкий и сладкий. Гэри скривился и брезгливо вытер руку о штаны. — Да уж. Полевой захват — это вам не картинки в тетрадке рисовать. В голове некстати всплыли дедовские лекции: «Выкрикивать команды без стратегии — верный путь в могилу». Здесь не было кнопки «рестарт», и косяк в бою с кем-то покрупнее Пиджи мог стать последним. Гэри выпрямился. Азарт моментально смыло отрезвляющим осознанием. — Ну и пусть, — упрямо бросил он, оборачиваясь. — Не возвращаться же из-за какой-то птицы. В следующий раз найдем кого-нибудь с каменным типом, у тебя же против них преимущество. Что скажешь, Бульбазавр? Тишина. Гэри замер. Шуршание за спиной оборвалось. Он даже не заметил, в какой момент это случилось — пока вытирал руки или пока спорил сам с собой. По затылку пробежал колючий холодок. — Бульбазавр?.. Эй, ты где? Поляна, залитая мертвенным светом заходящего солнца, была пуста. Кусты, из которых он вышел, стояли неподвижно, как нарисованные. А свежие срезы от «листьев» на деревьях белели в сумерках, как голые кости. — Слушай, если ты злишься из-за той Пиджи... — начал он и осекся. В паре метров справа хрустнуло так, будто кто-то переломил вековую ветку. Гэри резко развернулся, рука нырнула в карман, но испачканные в соке пальцы просто скользнули по гладкому металлу. Покебол застрял. Тишину разрезал низкий, вибрирующий гул: — З-з-з-з-тт! В ту же секунду из чащи вылетел Бульбазавр. На лету он выбросил лиану — живой жгут мгновенно обвил талию мальчика. — А-а!.. — вырвалось у Гэри, когда ноги оторвались от земли. Покемон рванул его на себя с такой силой, что Гэри пролетел пару метров и с размаху рухнул в густой папоротник. Он больно прикусил язык и хотел было заорать всё, что думает об этой «помощи», но слова застряли в горле. Бульбазавр уже стоял в боевой стойке прямо перед ним, закрывая собой от леса. Его луковица вибрировала, выпуская едва заметный, приторно-пахнущий туман. В подлеске, выше человеческого роста, мелькнуло первое жёлтое пятно. Рев сотен хитиновых крыльев нарастал, превращаясь в сплошную стену звука. Это был не одиночка. Это был рой. Самый паршивый кошмар Виридиана стал реальностью. Гэри судорожно втянул воздух, бледнея на глазах: в дедовских отчетах здесь вообще не должно было быть гнезд! Одна из Бидрилл выплыла из-за куста — медленно, с какой-то убийственной уверенностью. Её жала, покрытые маслянистым ядом, хищно блеснули в сумерках. Гэри заледенел. Взгляд скользнул по полосатому брюху твари и зацепился за одну деталь: из сочащейся раны в хитине торчал обломок изумрудного листа. Проклятая атака Бульбазавра всё-таки нашла цель. Но это была не Пиджи. — Чёрт… — только и выдохнул мальчик. В голове пульсировала одна мысль: «Мы покойники». Раненая Бидрилла резко наклонила корпус, выставляя пики-жала вперед. Рев сотен крыльев за её спиной превратился в вибрирующий ультразвук, от которого заломило зубы. В ту же секунду Бульбазавр рванул вглубь чащи. Лиана на талии Гэри натянулась так, что из него вышибло дух. Мальчик споткнулся, едва успевая переставлять ноги, чтобы не рухнуть плашмя. Он летел за покемоном, врезаясь плечами в стволы и сдирая кожу в кровь; воздуха в легких катастрофически не хватало. Вж-жух! Первое жало прошило воздух в дюйме от уха. Гэри услышал этот звук — тяжелый, как полет арбалетного болта. Жало с хрустом вонзилось в дуб. Мальчик мельком увидел, как дерево зашипело — яд мгновенно начал разъедать кору, пуская едкий дымок. «Если эта дрянь попадет в меня — я даже вскрикнуть не успею», — мелькнуло в голове, пока он перелетал через поваленное дерево. Они неслись сквозь чащу, буквально прорубая дорогу телами. Лиана на талии чуть ослабла — Бульбазавр подстроился под бег, но не разрывал связь. В этом аду Гэри понял: этот живой канат — его единственная ниточка к жизни. Пока он чувствует рывки на поясе, он еще не труп. Гэри пер напролом, прошибая плечами колючий кустарник. Ветки хлестали по лицу, оставляя саднящие полосы. «Остановлюсь — сдохну», — эта мысль колотила в висках в такт бешеному сердцу. В памяти всплывали лекции деда. Каждое слово, над которым он раньше хихикал, теперь звучало как приговор. Ведь дед предупреждал... И был, черт возьми, прав. Внезапно натяжение исчезло. Бульбазавр втянул плети, переходя на самостоятельный бег, чтобы не запутаться в корнях. Гэри на секунду потерял равновесие и глянул через плечо. Прямо за ним, в каком-то метре, зависла та самая раненая Бидрилла. Она тяжело гудела, крылья вибрировали на пределе, едва удерживая её в воздухе. В голове вспыхнула строчка из инструкции: «Шанс захвата выше при критических повреждениях». «Если я упакую её в шар, рой потеряет цель и отстанет!» — жахнуло в мозгу. Это был шанс. Гэри на бегу рванул сферу из кармана. Рука сама нашла идеальный угол — меткость у него всегда была что надо. — Попалась! — выдохнул он, вкладывая в бросок всё: и страх, и остатки сил. Белый бок сферы уже почти коснулся хитина осы, но в ту же секунду из-за ствола дуба вылетела ещё одна тень. С резким, сухим щелчком Бидрилла отбила летящий шар своим жалом, как бейсбольной битой. Покебол со звоном улетел куда-то в крапиву. Сыграть в героя не вышло. Стало только хуже. Новая тварь издала яростный скрежет и спикировала на него. В её фасеточных глазах Гэри мельком увидел свою искаженную физиономию. Костяной пик уже пошел в замах. Гэри рванулся вправо, вообще не разбирая дороги. В боку кололо так, будто туда уже всадили жало, а от мощных крыльев затылок обдало ледяным сквозняком. Ещё поворот. Перед глазами всё поплыло, туннельное зрение оставило только узкую полоску впереди. Гэри вылетел на прогалину и на всем ходу вписался в кого-то. Этот «кто-то» сидел прямо в кустах. Удар — плечо в плечо. Гэри почувствовал под пальцами ткань, услышал чей-то сдавленный вскрик, и в следующую секунду они оба кубарем полетели вниз. Земля окончательно ушла из-под ног. Гэри катился по склону, собирая спиной все камни и корни в округе, пока мир не замер от выбивающего дух удара. Бах! Когда кроны перестали вращаться, Гэри понял, что не может даже вздохнуть. Он лежал, раскинув руки, и судорожно хватал ртом воздух. Спину нещадно кололо — он приземлился прямо на рюкзак, полный битых склянок. Высоко вверху всё еще мелькали чёрно-жёлтые пятна. Гул роя доносился сквозь листву, как шум далекого поезда. Бидриллы проскочили мимо. Они его потеряли. Из груди вырвался смех — хриплый, сорванный. Гэри хохотал, захлебываясь пылью и адреналином, пока не зашелся в кашле. Старая яма, заросшая плющом, спасла его шкуру. Вдруг в паре метров что-то зашуршало. Смех как отрезало. Гэри резко сел, проигнорировав вспышку боли в ребрах. Перед глазами на секунду потемнело, но он не отвел взгляда от зашевелившейся в углу тени. Там, на дне, медленно поднимался другой мальчишка — то самое препятствие, с которым Гэри столкнулся наверху. Незнакомец опирался на разодранные в кровь ладони. Его светлая майка была перепачкана в грязи, а из-под растрепанных волос на Гэри смотрели глаза, полные настороженного любопытства.