Карманные монстры

Долгожданный звонок грянул с точностью до секунды. Его звонкая трель пронеслась по коридорам и так же резко смолкла, оставив после себя оглушительное эхо. Тишину тут же разорвал многоголосый крик — радостный и неистовый. Сотни детей, предвкушая долгие недели свободы, рванулись прочь от парт. Лето звало их за собой, прочь из душных классов и от строгих взглядов учителей. Эш ждал этого момента с лихорадочным нетерпением. Стоило звонку смолкнуть, как он буквально катапультировался со своего места. Его тело требовало движения. Он начал в охапку сгребать учебники, запихивая их в старый, изрядно потрепанный рюкзак. Тетради выскальзывали, молния опасно трещала, но Эш не сбавлял темпа. Рядом, перекрикивая друг друга, раздавались возбуждённые голоса одноклассников: — Ура-а! Свобода! — Ты домой сейчас? Пошли ко мне, мама вкусняшек напекла! — Стэф, а меня угостишь? — Обойдёшься, Дрейк! К своим иди! — Наконец-то эта пытка кончилась! Слава Аркеусу! — Дети, у меня есть ещё одна новость! Сядьте, пожалуйста, обратно! — голос учительницы, мисс Марлоу, безуспешно пытался перекрыть этот шквал. Быстрее, быстрее — пока его не заметили. Запихнув последнюю тетрадь в раздутый рюкзак, он начал медленно, почти бесшумно сползать со стула под парту, стараясь слиться с тенями, пока все внимание было приковано к учительскому столу. — Ребят, кто в футбол? — выкрикнул Келл, перекрывая гвалт. — Те придурки реванша требуют! — Пошли лучше купаться, жара же! — отозвались с задних рядов. — Де-ти!! Сядьте! — мисс Марлоу, которую дети между собой звали «Глазастой», напрасно стучала указкой по доске — её никто не слышал. Пользуясь моментом, Эш, пригнувшись почти к самому полу, начал пробираться вдоль стены к выходу. Каждая мышца была напряжена, как пружина. Сколько раз Глазастая обламывала его попытки слинять раньше времени! Но сейчас удача была на его стороне. Эш чувствовал себя героем того боевика, который они с Гэри тайком посмотрели на прошлой неделе: несправедливо осужденным, совершающим дерзкий побег из сверхсекретной тюрьмы. В его воображении мисс Марлоу превратилась в сурового надзирателя, а школьный коридор за дверью — в заминированный путь к свободе. Мальчик едва слышно хихикнул, чувствуя, как тело вибрирует от возбуждения. Проползая мимо последней парты, где Гэри с раздражающим спокойствием складывал вещи, Эш на секунду поднял голову. Зелёные глаза друга насмешливо прищурились. «Опять? Тебе ещё не надоело?» — читалось в этом взгляде. Эш в ответ дерзко сверкнул глазами: «Сегодня я вырвусь первым, вот увидишь!» Он двинулся дальше, по-пластунски преодолевая последние метры, морщась от пыли, но не сбавляя темпа. Под самым ухом проорал Стэн: — А кто видел вчера по телеку, как Ланс остановил ту гигантскую волну?! Полёт его Драгонайта — это просто вжух! — И как он только не боится? Это же Драгонайт! Он же его одним когтем раздавить может! — Тишина! — голос мисс Марлоу окончательно утонул в галдеже. Эшу даже стало её немного жаль. Учительница стояла у доски, нервно вертя в руках указку и пытаясь утихомирить класс, напоминающий стайку неугомонных Пиджи. Мисс Марлоу вела их всего несколько месяцев, и между ней и учениками так и не возникло доверия. Отношения оставались холодными, почти отчуждёнными. Совесть Эша робко шептала, что стоит вернуться, но жажда свободы орала во всё горло: «Беги!». Голова гудела от знаний, затекшая спина ныла, а мозоль на пальце болезненно напоминала о бесконечных записях. Видя, что хаос не утихает, мисс Марлоу набрала в лёгкие воздуха и рявкнула так, что стекла в рамах дрогнули: — ТИШИНА! Звонок — для учителя! Эш Кетчум, немедленно прекрати ползать по полу и сядь на место! Эш замер в паре шагов от спасительной двери. Пойман. — Вот же неугомонный ребёнок! — продолжала она, краснея от гнева. — Рано ещё беситься! Клянусь, даже дикий Манки посидит спокойно, а ты не можешь. В тебе энергии больше, чем мозгов! Под издевательские смешки одноклассников Эш медленно поднялся с пола. Повесив голову и едва волоча ноги, он поплёлся обратно к своей парте, чувствуя себя поверженным чемпионом. Гэри, демонстративно выпрямив спину и сложив руки перед собой с видом идеального ученика, насмешливо фыркнул, когда Эш проходил мимо. Эш в ответ показал ему язык — дерзко и быстро, — и с громким, полным страдания вздохом рухнул на стул. Никто в этом классе не понимал, что усидеть на месте дольше десяти минут для него — физическая пытка. Сорок минут урока казались вечностью в кандалах. Его ноги под столом продолжали мелко подергиваться, готовые к бегу. Единственное, что удерживало его от повторного прыжка к выходу — лицо Делии. Он мог вытерпеть крики учителей и подколки Гэри, но не хотел видеть разочарование в глазах женщины, которая подарила ему дом. — Стэн Беккер, не кидайся бумажками! — мисс Марлоу продолжала наводить порядок. — После уроков останешься и уберёшь весь мусор. Паркинсон, Рассел, перестаньте тыкать ручками в Вуди! Томсон, вылезь из-под парты... Осторожно! Тц... Ну вот, только скорой помощи нам не хватало. Ты в порядке? — Да, мэм, — пробормотал Найджел, потирая наливающийся красным лоб. — Надо слесаря звать! — заржал светловолосый Уилл. — Он скорее парту сломает, башка-то у него как камень! — Очень мило, мистер Голдман, — фыркнула учительница. — Так, класс: чем быстрее вы замолчите, тем быстрее пойдёте гулять. Понятно? Дети вразнобой закивали. Эш, всё еще уткнувшись лицом в парту, что-то согласно промычал. Его тело зудело от несправедливости, а слух был прикован к радостным воплям за окном — там была жизнь, а здесь только пыль и скука. — Вот и славно, что мы поняли друг друга, — продолжила мисс Марлоу. — Так вот, сегодня ко мне подошёл директор и сказал, что нашему классу и ещё паре других дают путёвки в лагерь. Он совершенно новый, его открывают экспериментально и всего на три дня. Это уникальный шанс, и устроил всё профессор Оук — знаменитый на весь мир исследователь существ. При звуке этого имени Эш мгновенно «воскрес». Он резко вскинул голову, едва не смахнув пенал со стола, и подался вперёд всем телом. Усталость и обида испарились, уступив место лихорадочному блеску в глазах. — Покемонов, — громко и четко поправил учительницу Гэри. Он выпрямился, словно проглотил аршин, и обвёл класс победоносным взглядом. Мисс Марлоу на мгновение замерла, сжав указку, но Гэри, не давая ей вставить ни слова, продолжил: — Их сейчас называют покемонами, мисс Марлоу. Терминология важна, если мы говорим о проектах моего дедушки. В классе повисла пауза, а затем все разом уставились на него. По рядам, как рябь по воде, прокатился шёпот — до одноклассников будто только сейчас дошло, что рядом с ними сидит наследник самой влиятельной фамилии в регионе. Эш посмотрел на Гэри с восхищением, смешанным с легким раздражением. Этот парень всегда знал больше! Но сейчас это было неважно. Лагерь Оука означал покемонов, лес и свободу. За последние семь месяцев Эш научился сдерживать свой каноничный энтузиазм ради спокойствия Гэри. Когда одноклассники донимали Гэри вопросами, тот превращался в неприступную крепость: лицо становилось скучающим, а ответы — сухими и короткими. Эша это удивляло. Он привык к другому Гэри — заносчивому, но искреннему, который спорил с ним до хрипоты и смеялся над его вопросами. Не получив ответов от Гэри, ребята переключались на Эша. Тот лишь неопределённо пожимал плечами, мастерски изображая неведение. Это была осознанная ложь. Эш не понимал всех причин такой секретности, но решил: раз Гэри молчит, значит, дело важное. А раз так — он тоже будет стоять горой за их общую тайну. Но сейчас... сейчас всё было иначе. Эш прожигал Гэри вопросительным взглядом. Его подмывало вскочить и вытрясти из друга подробности: почему лагерь? Почему сейчас? Но Гэри упрямо смотрел в окно, избегая зрительного контакта. Эш чувствовал, как внутри закипает. Гэри явно что-то скрывал, и это «что-то» пахло самым грандиозным приключением в их жизни. «Ну и ладно, — подумал Эш, до хруста сжимая кулаки. — Раз ты молчишь здесь, я заставлю тебя заговорить по дороге домой!» Тем временем класс, вдохновленный темой покемонов, оживлённо загалдел: — Точно, он же внук Оука… — …неудивительно, что он такой умный… — …будет как Ланс, когда вырастет… Эш краем глаза видел, как подбородок Гэри задирается всё выше, а на губах расцветает самодовольная ухмылка. И тут — резкий, словно удар хлыста, шепот с соседнего ряда: — …да мне мама говорила, что его отец вообще алкашом был, — раздался за спиной ядовитый шепот. — Нажрался тогда и за руль сел... — Тс-с! Тихо, Мари, он же услышит! — шикнула Джун, толкая подругу. — Да чё ты толкаешься?! — огрызнулась Мари. — И так все знают! Эш среагировал мгновенно. Стул под ним жалобно скрипнул, когда он резко развернулся всем корпусом. — А ну… — его лицо горело от ярости, он ткнул пальцем в сторону Мари. — Закройте рты! Вы вообще ничего не знаете! Мари высокомерно вскинула бровь и скривила губы. — Ой, смотрите-ка, приёмыш голос подал! — протянула она противным, писклявым голосом. — «Вы ничего не зна-а-аете»! — Ага, дикарь из леса учить нас будет! — поддакнула Джун, и они обе противно захихикали. Эш рванулся было с места, готовый перемахнуть через парту, но перед ним выросла широкая спина Келла. Тот бесцеремонно грохнул кулаком по столу девчонок — так, что подпрыгнули пеналы. — Слышь, курицы, — ледяным тоном процедил Келл, нависая над ними. — Рты захлопнули. Обе. — Келл, а че он… — попыталась было пискнуть Мари, но тут же стушевалась под его взглядом. — Я два раза не повторяю, — Келл даже не повысил голос, но в нём было столько угрозы, что девочки мгновенно вжались в стулья. — Ещё хоть слово вякнете про Эша или про семью Оуков — я лично устрою вам весёлую жизнь. Поняли? Девчонки испуганно закивали и уткнулись в парты. Шёпот в классе мгновенно стих, но атмосфера осталась тяжёлой. Эш медленно выдохнул, чувствуя, как кулаки нехотя разжимаются. Он снова посмотрел на Гэри. Тот всё ещё сидел идеально ровно, сохраняя позу «наследника», словно не слышал ни яда за спиной, ни заступничества парней. Но Эш не обманулся. Он увидел, как побелели пальцы Гэри, до хруста впившиеся в край деревянной парты. Зелёные глаза друга потускнели, словно в них выключили свет. Вся спесь Гэри мгновенно испарилась, оставив лишь тень того самоуверенного лидера, которым он пытался казаться. Это ударило по нему сильнее, чем он готов был признать даже самому себе. Эш боролся с желанием встряхнуть Гэри, чтобы тот снова стал прежним. Ему хотелось сорваться с места, наплевать на мисс Марлоу и увести друга прочь из этого душного класса. «Только попробуйте еще раз открыть рот», — подумал Эш, не сводя яростного взгляда с девочек. — Ах да, верно. Спасибо, Гэри, — торопливо сказала мисс Марлоу. — Я всё ещё путаюсь в этих новых названиях. Так вот, в лагере вам расскажут, где они живут и от кого лучше держаться подальше. А тех, кто себя проявит, могут позвать на курсы подготовки тренеров. — Но, мисс Марлоу, разве это не опасно? — снова подала голос Мари, нервно накручивая локон на палец. — Мама говорит, они убивают за секунды... — А я слышал, если с ними подружиться, они тебя в обиду не дадут! — перебил её Вуди. — Как у Ланса! И можно будет помогать тем, кто в беду попал! — Слишком много комиксов читаешь, ботан! — расхохотался Мэтт. — Друзья, которые могут откусить тебе голову. Хрум-хрум! — Он изобразил челюсти руками прямо перед лицом соседа. — Чего побледнел-то? — Ничего ты не понимаешь! — вспыхнул Вуди. — Если и откусят, то тебе — за твои дурацкие шутки! А Ланс? Он же герой! — Пф-ф! Повезло им просто, что их не сожрали сразу, — Мэтт пренебрежительно махнул рукой. Эш слушал этот спор, и внутри у него всё клокотало. Они говорили о покемонах как о монстрах из страшилок или героях книжек, но никто из них не знал, каково это — чувствовать их дыхание на своей коже. Он вспомнил Бидриллу: она была опасна, да, но в ней не было той тупой злобы, о которой твердил Мэтт Оуэн. — Мальчики, хватит! — вмешалась мисс Марлоу. — Оуэн, давно известно: покемоны нападают, только если чувствуют угрозу. Именно поэтому профессор Оук и делает лагерь — чтобы вы могли спросить всё у специалистов. — А мой папа говорит, что их надо ловить и держать в клетках! — выпалил Мэтт, ударив кулаком по ладони с хищным блеском в глазах. — Я тоже так думаю. Если они заперты, они не опасны. Слово «клетках» ударило Эша как пощёчина. Он резко втянул воздух и закашлялся — так громко, что едва не подавился. Он согнулся, упираясь ладонями в край парты, а затем резко выпрямился. Стул под ним пронзительно заскрипел, привлекая внимание всего класса. Держать живых существ взаперти против их воли казалось Эшу верхом жестокости. Он на мгновение зажмурился, почти физически ощутив холодные прутья, впивающиеся в спину. — Это неправильно! — выпалил Эш. Его голос прозвучал неожиданно твердо. — Они же живые! Если тебя в клетку посадить, ты тоже кусаться начнёшь! И правильно сделаешь! Он уставился на Мэтта, тяжело дыша от ярости. Тот, довольный эффектом, лишь нагло ухмылялся. Их вражда длилась с первого дня: Мэтт обожал давить на больные точки, а Эш со своим взрывным характером был идеальной мишенью. — Они не сделали нам ничего плохого! — Эш до боли сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не броситься через проход. Четырнадцать пар глаз уставились на него как на сумасшедшего. Гэри рядом замер, переводя взгляд с Эша на Мэтта, его лицо снова стало непроницаемой маской. — Кетчум, ты совсем с катушек съехал? — Мэтт насмешливо прищурился. — Хочешь дружить с монстрами, которые людей жрут? — Я… я просто знаю, что это так не работает! — Эш чувствовал, как внутри всё зудит от желания доказать правоту. — Им тоже свобода нужна! Если их запирать, они никогда нас не послушают! — Кетчум, успокойся и сядь на место, — с укором прикрикнула мисс Марлоу, но Эш был слишком поглощен спором и даже не обернулся. — Твой отец не знает, что говорит, Оуэн! — Не тебе решать, что говорит мой отец! — Мэтт тоже вскочил, с грохотом ударив ладонью по парте. — У меня дядя погиб из-за одного такого! — Значит, твой дядя сам виноват! — вспылил Эш. — Единственный, кто виноват — тот монстр! — Мэтт брезгливо скривился. — Они мерзкие и опасные. Ничего удивительного, что их боятся. Я думаю, многие со мной согласятся. — Ты про них ничего не знаешь, придурок! — Эш невольно покосился на Гэри. Тот сидел неподвижно, как изваяние, но его взгляд был буквально прикован к другу. Гэри не вмешивался — он словно давал Эшу шанс самому выстоять в этом бою, лишь едва заметно качнув головой, призывая к осторожности. — Они умные и преданные! — продолжил Эш, и его кулаки мелко дрожали. — Если к ним по-человечески, они и ответят так же! Хотя до тебя всё равно не дойдёт, индюк малосольный! По классу прокатился смешок, разрядив обстановку. Мэтт побагровел. — Снова цитируешь книжки? — презрительно протянул он. — Только почему-то в жизни всё иначе. — Ты просто не общался с ними так, как… как мы… — Эш резко осекся, сердце пропустило удар. — То есть я! — поспешно поправился он. — Да вы сами всё поймёте, когда поближе их увидите! Честно! — Да те, что в лагере, наверняка прирученные, — фыркнул Мэтт. — Мы говорим про тех, кто живёт в лесу. Про настоящую опасность! — Они такие же! — Откуда ты это знаешь? — с подозрением спросила Мари, прищурившись. Эш посмотрел ей прямо в глаза. Он стоял посреди класса, тяжело дыша. — Просто знаю, — отрезал он. — Ха! — расхохотался Мэтт. — Какая уверенность, Кетчум! Хотя погоди… У тебя же даже фамилии нет! Эш — ноль без палочки! Пустое место из леса! Он ухмыльнулся, показывая зубы. — Предки бросили тебя в лесу с этими монстрами. Вот ты за них и орёшь. Родную кровь почуял? Эш растерянно моргнул. Его мозг, обычно рождающий тысячи идей в секунду, внезапно заклинило. Слова Мэтта попали в самую цель — в ту пустоту, что была на месте его прошлого. В груди болезненно кольнуло. — Мэтью Оуэн! — резко вмешалась мисс Марлоу. — Следи за языком! — Да ладно вам! — огрызнулся Мэтт, наслаждаясь тем, как погас вечный двигатель внутри Эша. — Я же не выдумываю! Глаза Эша защипало. Ему впервые отчаянно захотелось исчезнуть. Провалиться сквозь землю прямо здесь, под насмешливыми взглядами одноклассников. Вдруг тишину разорвал грохот упавшего стула. Звук был резким, как выстрел. Эш вздрогнул, но головы не поднял. Он и так знал, кто это. Гэри. Оук прошёл мимо тяжёлой, властной походкой. Он намеренно задел плечом парту Мэтта и остановился вплотную к нему, нависая над задирой. Мэтт инстинктивно отшатнулся, вжимаясь в спинку своего стула. — Ч-чего тебе надо, Оук? — в голосе Мэтта прорезался страх. — Ты тут вообще ни при чём! — Завали пасть, — голос Гэри был низким, ледяным и опасно спокойным. Он навис над ним. — Извинись перед ним. Прямо сейчас. — Извиниться за что? — Мэтт предпринял последнюю попытку спасти лицо перед классом. — За то, что его бросили? Это же правда! В голове Эша вспыхнула резкая, ослепляющая боль. Он схватился за виски обеими руками; тело задрожало от перенапряжения, словно через него пропустили ток. «Беги, человек. Беги как можно дальше отсюда». Голос не был человеческим. Он вибрировал в самых костях, лишая воли к сопротивлению. «СЕЙЧАС, ЭШ!» И он побежал.