Карманные монстры

Гэри махнул рукой: «За мной». Эш пригнулся, мышцы натянулись, как струны. Он шел след в след, контролируя каждый выдох, боясь, что стук собственного сердца выдаст их с потрохами. Голоса за кустами становились отчетливее. Подобравшись к самому краю, мальчики замерли. Эш осторожно раздвинул ветки — ровно настолько, чтобы видеть просеку. Там стоял грузовик. Тяжелый, угрюмый, он глухо рычал, выплевывая едкий черный дым. Задние двери были распахнуты, и внутри, в полумраке фургона, Эш разглядел штабеля металлических ящиков. Тесные, холодные, с узкими прорезями... У Эша внутри всё перевернулось. Он еще не понимал, что это, но нутро кричало: «Опасно!» — Черт бы побрал эту Джесси… — на дорогу вышла блондинка, брезгливо оттирая сапог. — Если б не ее мамаша, эта курица давно бы клетки в подвалах драила. Мадам ей всё прощает, а нам — разгребай это дерьмо. Она замерла, разглядывая руку, и лицо её перекосило. — Ноготь… Я ноготь сломала об эту чертову задвижку! Намба увидит — решит, что мы в край расслабились. С этими идиотами и сам тупеешь. — Заткнись ты уже, Кэсс, — из-за кабины показался парень. Его короткие волосы с зеленым отливом слиплись от пота и воды. — Тут лагерь под боком. Если спалимся — плевать всем будет на наш «опыт». Нас просто в расход пустят. Он с тяжёлым стуком поставил очередной ящик в фургон. Изнутри донёсся тихий, жалобный писк. Эш вздрогнул. Этот звук прошил его насквозь. Он почувствовал, как Гэри рядом тоже напрягся — его пальцы так сильно вцепились в землю, что костяшки побелели. — Закрой рот, Буф, — бросила Кэсседи, ледяным взглядом провожая напарника. — Я — Бутч! — парень даже не повысил голос, но в его тоне прорезалась опасная усталость. — Пять лет в одной паре, Кэсседи. Не можешь имя запомнить? Работай одна тогда. Посмотрю я, как ты грыжу себе заработаешь на этих клетках. Он вытер мокрые руки о штаны, оставляя на ткани тёмные полосы, и направился за новой партией груза. — И стоило из-за этого задохлика время тратить? — фыркнула Кэсседи, кивнув на ящик. — Столько возни ради одного головастика. Головастик. Эш почувствовал, как мир перед глазами на мгновение поплыл. Они поймали его. Его Поливага. Того самого, который испугался петарды. Который доверился людям и попал в эту железную коробку. Ярость вспыхнула так внезапно, что в ушах зашумело. Эш подался вперед, напрочь забыв об осторожности. Его Поливаг там, в темноте, задыхается в этом дыму, а эта женщина жалеет о сломанном ногте?! Он уже готов был выскочить на просеку, но почувствовал, как железная хватка Гэри легла ему на плечо, буквально вжимая обратно в землю. Его взгляд был ледяным. — Сиди тихо, — выдохнул Гэри. Эш чувствовал, как пальцы друга впиваются в его плечо, почти вминая в грязь. — У этого доходяги скорость зашкаливает, — Бутч с лязгом выдвинул засов. — В отделе за него душу продадут. А для нас это — билет из этой дыры. Из ящиков донеслось царапанье и жалобный писк. Эш и Гэри в бешенстве переглянулись — они без слов поняли, кто заперт внутри. Эш чувствовал, как его тело мелко вибрирует. Каждый скрежет из клетки отдавался в его собственных мышцах колючим импульсом. Это неправильно. Так не должно быть. — Говори за себя, — буркнула Кэсседи, массируя виски. — Я просто хочу отдохнуть и в душ, где не воняет соляркой. — Перетрудилась? — хмыкнул Бутч. — Весь день только и делаешь, что сапоги бережешь. Он вытащил матовый, угловатый покебол и начал лениво его подкидывать. Эш не сводил глаз с этой странной штуки. — Были б это обычные твари, сдали бы в Центр и не надрывались, — Бутч поймал сферу, намертво зажав её в широкой ладони. — Когда они уже наклепают этих блокираторов побольше? Надоело ящики таскать. — Перебьешься, — Кэсседи перехватила шар на лету. — Это прототип. Штука дорогая, капризная, за каждый заряд потом голову открутят. Но работает чисто, признаю. Трахнул разрядом — и в клетку. Без всяких этих соплей про «дружбу». Времени экономит — вагон. Она с силой постучала корпусом устройства по металлу ящика. Звук вышел сухим, коротким. В ответ изнутри раздался отчаянный скрежет когтей и приглушённый скулёж. Эш почувствовал, как в животе завязался тугой узел. Перед глазами на миг потемнело. Он почти физически ощутил этот «разряд» — холодный, лишающий воли, стирающий тебя в пыль. Ему захотелось закричать, броситься туда и разнести эти ящики голыми руками. — Заткнись, мясо! — прошипела Кэсседи, пнув край ящика так, что металл жалобно загудел. — Радуйся, что живыми нужны. Была б моя воля — всех бы в один мешок утрамбовала ради компактности. Она швырнула прибор Бутчу, не глядя, поймает он его или нет, и направилась к кабине, брезгливо перешагивая через корни. — Заводи уже. У меня чувство, что в этом лесу слишком много лишних ушей. До Эша донёсся жалобный, тонкий писк из глубины фургона. Эш стиснул зубы так, что заныли челюсти. В голове пульсировала только одна мысль: «Надо им помочь!». — Гады…— прошептал Гэри, не отрывая взгляда от грузовика. — Не просто украли разработки деда, они еще и этой дрянью покемонов калечат. — Мы должны их освободить, — тихо, но жестко отрезал Эш. Он уже рванул вперед, но Гэри мертвой хваткой вцепился в его майку, вжимая обратно в траву. — Совсем дебил?! — Гэри едва не сорвался на крик. — Их двое, они взрослые. И у них эти чертовы блокираторы. Это профи, Эш! Нас просто пришибут! — И что — будем смотреть, как они уезжают? — Эш обернулся, в упор глядя на друга. Глаза его потемнели. Каждая секунда в кустах была пыткой. Гэри на мгновение прижал ладонь к покеболу на поясе, но тут же отдёрнул руку. — Не знаю пока, — он закусил губу. — Если у них покемоны на подхвате — нам крышка. Они не станут щадить детей. Эш смотрел на клетки. Изнутри доносился тихий скулеж. В горле встал ком. Как можно вот так спокойно стоять, пока за спиной кто-то мучается? От этой мысли его едва не вывернуло. На мгновение показалось, что в одном из тёмных отверстий он различил взгляд — дикий, полный боли. Он отчётливо почувствовал этот отчаянный зов. — Значит, план Б, — прошептал Эш. Ноги уже пружинили для рывка. — Какой еще «план Б»? У нас никакого нет! — Гэри в панике снова вцепился в него. — Залезем внутрь и выпустим всех, пока они не тронулись. — Ты рехнулся! — Гэри побледнел. — Это тебе не школа, Эш. Поймают — живыми не выпустят! — Они мучают их, Гэри! Прямо сейчас! — Эш резко обернулся. В его глазах было столько решимости, что Гэри осекся. — Я не буду сидеть и смотреть. Гэри зло выругался. — Кетчум, это самая тупая идея в твоей жизни, — Эш уже набрал воздуха, чтобы огрызнуться, но друг его перебил: — Но раз ничего умнее нет… пошли. Только без самодеятельности. Дождавшись, когда Бутч заберётся в кабину, мальчики сорвались с места. Пригнувшись, они прокрались к задней части фургона под прикрытием вонючего дыма из выхлопной трубы. Кузов оказался гораздо выше, чем казалось из кустов. Не теряя ни секунды, они с усилием приоткрыли одну из запертых дверей. — Давай, Гэри! — Эш присел, подставляя плечо. Гэри замялся на долю секунды, но времени на гордость не было. Он оперся на плечо друга, подтянулся, тихо кряхтя, и перевалился внутрь фургона. Эш, не теряя ни мгновения, подпрыгнул, вцепился пальцами в край борта и подтянулся с такой скоростью, будто за ним гнался рой Бидрилл. Гэри уже протягивал ему руку, но Эш, ловко перекинув ногу, сам заскочил внутрь и приземлился на корточки рядом с другом, почти не издав шума. Быстро закрыв дверь, они затаились в узком проходе между холодными ящиками. Сердце Эша колотилось так сильно, что, казалось, его стук перекроет рокот двигателя. Темнота ударила по глазам. Внутри воняло соляркой и чем-то кислым. Эш сидел, прижавшись спиной к холодному металлу, и чувствовал, как его колотит мелкая дрожь — не от слабости, а от избытка адреналина. Сердце стучало в самые уши, мешая слушать, что происходит снаружи. — Тише-тише… — прошептал Эш, наощупь касаясь холодного металла. Он чувствовал, как покемоны в клетках начали тревожно возиться, почуяв людей. — Мы свои. Мы сейчас... — Не болтай, двигай быстрее, — отозвался Гэри. Он щелкнул подсветкой на часах — крохотный луч едва разрезал мрак. На металле клеток тускло поблескивали маркировки «РД-04». — Времени в обрез. Ищи замок или засов. Мальчики навалились на крышки, но те сидели намертво. Эш в отчаянии рванул засов на соседнем ящике, содрал кожу на пальцах, но сталь не поддалась. Голыми руками тут было не справиться. — А если этим? — Эш нащупал у стенки тяжелый стальной лом. — Давай сюда! — Гэри перехватил инструмент и втиснул его в щель ближайшего ящика. Они навалились вдвоем, используя лом как рычаг. Крышка медленно поползла вверх с противным металлическим скрежетом. Эш затаил дыхание. — Слышала? — донёсся из кабины голос Бутча. — Чего еще? — огрызнулась Кэсседи. — В фургоне… Будто железо лязгнуло. Подохнуть они там не могли, но вдруг… — Так иди и проверь, чего расселся! — Хлопнула дверь кабины. Мальчики в ужасе переглянулись. Эш выхватил лом у Гэри, бесшумно вернул его на место. С поразительной ловкостью они юркнули в самый дальний угол, за высокие ящики. По гравию зашуршали шаги. Двери фургона с грохотом распахнулись, впуская полосу едкого света. — Ну чего там? — крикнула Кэсседи. — Кто-то вылез? — Да нет, сидят... — Бутч заглянул внутрь, подозрительно сощурившись. — Слушай, Кэсс, тут лом... Сдается мне, он не так лежал. Эш замер. Сердце колотилось о ребра так, что, казалось, оно бьет по самому кузову. — Бутч, не беси меня! — донесся голос напарницы. — Ты сам его туда кинул. Залезай в машину, иначе Намба нам за простой все премии срежет! — Да просто... — Бутч запнулся. Послышался лязг — он пнул лом, поправляя его. — Ладно. На кочке съехал, наверное. — Щеколды не забудь. — Да помню я! Двери снова захлопнулись, снова погрузив мальчиков в темноту. Раздалось два тяжелых щелчка — внешние засовы встали на место. Гул мотора усилился, переходя в ровный рокот. — Приплыли, — коротко выдохнул Гэри. В темноте было слышно, как он судорожно пытается отдышаться. Грузовик дернулся и набрал скорость. Пол под ногами начал мелко вибрировать, передавая каждое движение колес по гравию. — Всё, давай! Надо их вытряхивать оттуда! — Эш снова вцепился в холодную сталь лома. Пальцы саднило — содранная кожа налилась тупой болью, но он только крепче сжал инструмент. — А там по ходу дела придумаем, что делать. — «По ходу дела»? Это и есть твой план? — Гэри даже в темноте умудрился вложить в шепот максимум сарказма, но Эш почувствовал, как рука друга легла на лом рядом с его руками. Гэри не отступил. Машину швыряло так, что зубы клацали. Приходилось одной рукой хвататься за борт, чтобы не улететь, а другой — орудовать железякой. Грохот рока из кабины был сейчас лучшим союзником: он заглушал и скрежет стали, и их тяжелое дыхание. Когда последняя крышка наконец отлетела, Эш победно оскалился, хотя ладони немилосердно саднило. Синий луч часов Гэри скользнул внутрь. Из ящиков на них уставились три пары глаз. Зубат тенью метнулся в воздух и завис под потолком, едва заметно шевеля крыльями. Эканс, недоверчиво щурясь, наполовину высунулся наружу и предостерегающе зашипел. Абра осталась в тени, но Эш почувствовал, как по коже пробежали мурашки — покемон сканировал их присутствие. Из четвёртого ящика вдруг вырвалось пламя. В тесном кузове сразу стало жарко. Чармандер, зацепившись когтями за край, осторожно высунул мордочку. Убедившись, что врагов рядом нет, он разочарованно протянул: — Ча-а-а… — и тут же спрятался обратно, явно не желая выходить из своего «укрытия» в качающемся фургоне. Когда из последнего ящика не последовало реакции, Эш одним рывком оказался рядом. — Поливаг… — выдохнул он, осторожно забирая малыша на руки. — Бедный… Что они с тобой сделали… Покемон был в пятнах от гематом, дышал тяжело, с хрипом. Эша будто самого полоснуло по ребрам — вина и злость смешались в один жгучий комок. Гнев на тех двоих в кабине стал таким густым, что его, казалось, можно было потрогать руками. — Надо прыгать, пока скорость не набрали! — Гэри вцепился в его плечо, удерживая его при очередной встряске. — Дальше кости переломаем! Эш, прижимая Поливага к груди, с разбегу ударил плечом в заднюю дверь. — Глухо! Заперто! — Снаружи засовы, гений! — Гэри лихорадочно огляделся и замер, уставившись на Абру. — Телекинез! Психические покемоны на это способны. Абра может вышибить их к чертям! — Значит… — Эш с надеждой вскинул голову. — Они дикие, Эш! Она нас и слушать не станет! — Мы же на одной стороне! — упрямо выкрикнул Эш, балансируя на вибрирующем полу. Он шагнул к Абре, игнорируя шипение Эканса. — Абра, пожалуйста! Посмотри на него! Покемон едва заметно повел головой. — Открой двери, прошу! — Эш прижал к себе раненого Поливага. — Нам конец без тебя. Ему врач нужен, видишь, как ему плохо? Помоги нам! Эш замер. Абра застыла, словно прощупывая его мысли, а потом коротко кивнула. В тот же миг снаружи грохнуло — засовы сами собой вылетели из пазов. Тяжелые двери, подхваченные встречным ветром, с лязгом распахнулись. В кузов ворвался шум леса, запах хвои и холодный вечерний воздух. После духоты и солярки Эшу показалось, что он наконец-то может дышать. — Есть! — выдохнул Эш, и его лицо осветила улыбка. — Спасибо, Абра! Гэри стоял рядом, вцепившись в борт, и во все глаза смотрел на покемона. Его лицо, обычно такое уверенное, сейчас выражало полное замешательство. — Но как ты… — начал он, переводя взгляд с Эша на Абру, но тут же тряхнул головой, отгоняя лишние вопросы. — Ладно, забей. Уходим, пока нас не заметили в зеркала!