Карманные монстры

Лес, казалось, затих.  После криков и грохота всё вокруг настороженно смолкло. Где-то вдалеке, слишком ровно и низко, прогудел мотор. В этом звуке не было ничего живого. Эш замер. Всё его тело превратилось в натянутый лук, готовый к выстрелу. И только спустя мгновение судорожно втянул воздух носом. — Слышал? — выдохнул Эш, пытаясь поймать направление звука. Гэри ответил не сразу. Стиснув зубы от пульсирующей боли, он перенес вес на здоровую ногу и присел. Между корнями темнели рваные борозды — следы шин. Колено после падения из фургона ныло, напоминая о сухом хрусте при встрече с землей. — Могут и не вернуться, — прошептал он, стараясь не шевелить ногой. — Но у них точно есть сообщники. Если я тебя нашел по примятой траве, то и они справятся. Гэри поднял глаза на Эша. Тот выглядел так, будто прямо сейчас готов лезть в драку. «Идиот, — пронеслось в голове Гэри. — Активный, неуемный идиот». Но именно этот вид — когда Эш стоял над покемоном с обломком сука в руках — заставлял самого Гэри забыть о боли и соображать. Эш поймал его взгляд. Напряженный, короткий. Он чуть крепче сжал Пикачу, и тяжелое кольцо на запястье болезненно съехало. Под металлом уже багровел след. Они потратили кучу времени, пытаясь разбить замок камнем, но только погнули дужку. Теперь вторая половина наручника бесполезно болталась на цепи, звякая при каждом движении. Пикачу тихо пискнул во сне. Гэри увидел, как между шерстью и пальцами Эша проскочили искры, и невольно отстранился. Это пугало. Покемоны убивали, но Эш держал эту живую молнию как самое дорогое сокровище в мире. Сам Гэри поправил Поливага, пытаясь согреть его сухую, ледяную кожу. Темные пятна на боку покемона выглядели скверно. Только слабое движение груди выдавало жизнь. Гэри ненавидел это чувство — когда ты ничем не можешь помочь. — Он… — Эш сглотнул и отвел взгляд. Плечи мелко дрожали, пальцы беспрестанно теребили край майки. — Дышит еще? Гэри склонился к Поливагу, слушая свист в легких, и кивнул. — Да. Но едва-едва. — А если это опять они? — Эш сорвался на голос, тут же испугался и перешел на шепот: — Если найдут — их… — он глянул на Пикачу. — Опять заберут. Эш выпрямился. — Не отдам, Гэри! Убегу, далеко, но больше запереть не дам! Гэри стиснул зубы. Активность друга пугала, но только она и тащила их сейчас вперед. — Тише ты! — Гэри вцепился в локоть Эша, удерживая от рывка. Боль в колене полыхнула огнем, но он лишь крепче сжал челюсти. — Укрытие нужно. Сейчас же. Щель между камнями и корнями дуба нашлась почти чудом — узкая дыра, скрытая папоротником. Работали молча. Эш греб листву яростно, на пределе. Свободная часть наручника с лязгом втыкалась в землю, цеплялась за корни, мешала, но Эш будто перестал чувствовать руку. Гэри, не вставая, подтаскивал ветки. Стиснув зубы от пульсации в суставе, он укрывал лаз так, как учил Бёрч: внахлест, чтобы тени не выдали. Когда залезли внутрь, в тесную и сырую пустоту, Гэри замер последним, вслушиваясь в лес. Покемонов уложили в центре, на листья. Пикачу сразу приткнулся к руке Эша. Мальчик сидел, поджав ноги, всё еще готовый вскочить в любую секунду. Гэри полулежал, привалившись к холодному камню. Каждое движение ногой высекало искры из глаз. В слабом свете Гэри наконец увидел, как сильно досталось другу. Лицо в ссадинах, на руках — синяки. Гэри заметил, что Эш почти не двигает правой стороной, прижимая локоть к ребрам. Внутри всё похолодело — этот придурок даже не пикнул. — Эш… у тебя раны… — выдохнул Гэри. Эш качнул головой, не поднимая глаз. Протянул правую руку и осторожно тронул Поливага. Скованная левая тяжело лежала на колене, цепь едва слышно звякнула. — Я в норме, — упрямо отрезал он. — Правда. Потерплю. Главное — они. Гэри, глянь на него... ему в сто раз хуже. Эш наконец посмотрел на друга. — Ты-то сам как? — он кивнул на покрасневшее колено Оука. — Ерунда, — бросил Гэри, хотя было чертовски больно. Они замолчали. Эш снова склонился к Поливагу, почти коснувшись его лбом. Замер, будто пытался влить в него свои силы. — Всё нормально… — прошептал он. — Всё будет хорошо… Вдруг он резко вскинулся, едва не ударившись о корень. В глазах опять вспыхнул этот лихорадочный огонь. — Вода есть? — Эш уже был готов сорваться с места. Гэри предостерегающе поднял ладонь, упираясь другой в холодный камень. — Здесь нет. Озеро где-то рядом, но забудь об этом. Потеряешься только. Гэри попытался сесть удобнее и тут же скривился — колено прошило злой, пульсирующей болью. Как внук Оука, он пытался соображать: откуда ждать помощь, куда бежать, если их найдут… Но мысли путались. Сколько они тут? Их точно ищут. Если из-за этого лагерь прикроют — дед лишится всего. Поливаг снова вздрогнул. Тело мелко дрожало, плавники дергались — он пытался плыть, но под ним была сухая пыль. Гэри с ужасом понял: он гибнет. Водным нужна влага, а кожа малыша уже начала тускнеть. Он не дотянет до утра. Эш понял это без слов. — Идем в медпункт, — он поднял взгляд. — Сейчас. Я не буду сидеть и смотреть, как он умирает. Гэри резко вскинул голову. Он снова попытался опереться на колено, но вспышка боли заставила его со стоном повалиться обратно на камни. — Рехнулся? — прошипел он, хватая ртом воздух. — Посмотри на себя! На них! Думаешь, что если мы притащим в лагерь полудохлого Поливага и дикого Пикачу, никто ничего не поймет? Эш не отвел взгляда, игнорируя дергающую боль в плече. — Он не выживет здесь, Гэри. Там не просто царапины, всё хуже. Гэри до боли сжал кулаки. Эш был прав, и это бесило сильнее всего. Если поднимется шум… «Дедушка мне доверился, а я всё испортил». — Если в Центре узнают, что Пикачу вообще не с лагеря, то его запрут! — хрипнул Гэри. — Или вообще утилизируют как опасного. Мы не знаем толком откуда он. Эш смотрел на него снизу вверх — упрямо и серьёзно. В его взгляде не было и тени сомнения. — Ты предлагаешь их просто бросить? — его голос сорвался на яростный шепот. — Я не дам им тут умереть! Слышишь? Никогда! Гэри отвёл взгляд и ударил кулаком по холодному камню. Рационализм Оука трещал по швам под напором этой безумной искренности. Он посмотрел на Поливага, чей бок едва вздымался, и сдался. — Есть ягоды… — сказал он, наконец. — Оран. В архивах деда говорилось, что они снимают боль и помогают восстановиться. Он говорил медленно, будто вытаскивая нужное из глубины памяти. Схемы в альбомах профессора Оука всплывали перед глазами как спасательный круг. «Спасибо, дед, кажется, твоя занудная наука — это всё, что у нас осталось». — В дневнике дед писал, что их сложно найти. Но шанс есть. — Тогда я… — Нет. Пойду я. — Но нога! — Эш подался вперед, едва не выронив покемона. — Я не калека, — Гэри отрезал это так жестко, что Эш осекся. — Это лучше, чем если пойдешь ты. Заблудишься в трех соснах, и мы окончательно потеряем друг друга. Сиди тут и не высовывайся. Гэри начал подниматься. Он с силой вцепился в выступ камня, пальцы судорожно свело от напряжения. Перенеся весь вес на здоровую ногу, он медленно выпрямился. Он сделал шаг назад, едва не завалившись на бок, но вовремя уперся плечом в корень дерева. — Гэри! — не выдержал Эш. Тот обернулся. Эш сидел в глубине лаза, пытаясь согреть Поливага. Лицо — белое как мел. — Не попадись там. Гэри выдавил ухмылку, натягивая привычную маску поверх боли. — Расслабься, Эши-бой. Это ты у нас вечно на печенье палился, потому что на месте не сидится. А я буду как тень. Жди. Он махнул рукой и, стараясь не хромать, пока Эш смотрит, нырнул в сумерки. Но как только ветки маскировки сомкнулись за спиной, Гэри тяжело привалился к первому же стволу. Он судорожно выдыхал, зажмурившись и пережидая приступ пульсирующей боли. Гэри оттолкнулся от дерева и сделал первый шаг. Колено тут же отозвалось резкой вспышкой, и он невольно прошептал: — Локализация боли в районе коленной чашечки... Черт, да кого я обманываю, это просто адски больно. Он медленно двигался через кустарник, стараясь опираться на уцелевшие ветки. Память подбрасывала страницы из гербария деда. — Так, ягоды Оран... — бормотал он под нос, чтобы не сойти с ума от тишины леса. — Один из возможных ареалов обитания — затененные участки с повышенной влажностью. Должны быть где-то у воды. Он замер, прислушиваясь. Журчание ручья было едва уловимым, но для Гэри оно стало ориентиром. — Раз влажность почвы растет, значит, ручей близко. А там и озеро. Следовательно, велика вероятность встречи с «активами» нарушителей. Или дикими особями с территориальной агрессией. Он горько усмехнулся. Даже сейчас — «агрессия», «особи»... А на деле он просто до колик боялся, что спасение из фургона было лишь разовой удачей. Поиски шли прахом. Гэри понял это раньше, чем силы окончательно иссякли. Сумерки густели, превращая лес в кашу из черных пятен. Он раздвигал ветки, вглядывался в корни, надеясь выцепить хоть каплю синего в этой серости, но видел только мох. Логично. Оран-ягоды — редкость. В теплицах дохнут, а в природе растут там, куда человек и не сунется. Злость на собственное бессилие жгла изнутри. Не найти даже одну чертову ягоду! У покемонов же проблем нет — может, дело не в зрении, а в чутье? Гэри отцепил покебол с пояса. Иви. Она могла помочь, но вспышка от активации шара могла привлечь к нему нежелательное внимание. — Прости, Иви, не сейчас. Я тебя скоро выпущу. Обещаю. Гэри вернул сферу на место и уже хотел было развернуться, когда между стволами что-то блеснуло. Остатки света зацепились за воду. Он замер и, стараясь не тревожить ногу, сделал осторожный шаг вперед. Озеро было крошечным, но вода в нем стояла неподвижно, как черное стекло. В сумерках она казалась густой и маслянистой. Гэри подошел к самой кромке, чувствуя, как под куртку забирается влажный холод. Он опустился на колено, давя в горле стон, и на секунду замер, глядя на свое изможденное лицо в отражении. Времени на поиски ягод не было. Вода сейчас важнее. Гэри выудил из кармана шуршащий зип-пакет. — Только бы целый… — пробормотал он, проверяя пластик на просвет. Он осторожно зачерпнул воду. Пакет потяжелел, превратившись в холодную флягу. Защелкнув замок, Гэри поднялся, вцепившись в ствол ивы. Колено отозвалось тупой пульсацией. Он прижал пакет к груди, оберегая его от острых веток. Теперь он шел медленно. Лес в сумерках обманывал: кочки казались ямами, ветки — змеями. Гэри замирал от каждого шороха, понимая, что Эш там, в щели, уже на стену лезет от ожидания. Когда Гэри наконец раздвинул ветки и скользнул внутрь, Эш вскинул голову мгновенно. В его глазах было столько надежды, что Гэри на секунду замялся. Эш сидел в центре лежанки, Поливаг лежал у него на коленях. Рядом, прижавшись к бедру, тревожно спал Пикачу. Эш всё равно напоминал сжатую пружину, готовую выстрелить от любой новости. — Ягод нет, — Гэри медленно опустился на пол, стараясь не тревожить ногу. Плечи Эша поникли, но Гэри тут же поднял поблескивающий пакет. — Зато принес воду. Лицо Эша преобразилось в миг — глаза вспыхнули надеждой. — Давай, лей на него! — Эш подался вперед, едва не уронив покемона. — Может, на подстилку его положишь? — Гэри с сомнением глянул на друга, зубами помогая себе открыть тугую защелку пакета. — Да некогда! Прямо так лей. Только осторожно, Пикачу не залей. Гэри вздохнул. Спорить с Эшем в режиме «спасателя» — дохлый номер. Он перехватил пакет и начал медленно лить. Холодные струйки потекли по синей коже, стекая на руки Эша и моментально пропитывая его штаны. Темные пятна на ткани расползались пугающе быстро. — Бр-р… ледяная, — прошептал Эш. Он вздрогнул от холода, но даже не шелохнулся, боясь потревожить покемона. — Я говорил, — хмыкнул Гэри, вытряхивая последние капли. Сухая кожа Поливага на глазах заблестела. Гэри скомкал мокрый пластик и запихал поглубже в карман. — Если свалишься с температурой, я скажу миссис Кетчум, что это была твоя идея. — Предатель, — беззлобно буркнул Эш, не отрываясь от покемона. Дыхание Поливага выровнялось, дрожь утихла. Вода помогла, но оба понимали: это просто отсрочка. — Надо возвращаться, — Гэри вздохнул и вытащил компас, ловя в тени хоть каплю света. Стрелка дрожала. — Но только уговор: ни слова о том, что тут было. — Это еще почему? — Эш нахмурился, голос стал резче. — Скажем ребятам — те разболтают предкам. Поднимется шум, полиция приедет, — Гэри заговорил быстро, паника прорывалась наружу. — Если узнают, дедушкин лагерь прикроют в тот же день. А нас под замок посадят до совершеннолетия. — Но кто их лечить будет? — Эш почти выкрикнул это, задев плечом корень. Другие вопросы его не волновали. Гэри промолчал. Он знал: без бумажек и регистраций в этом мире покемонов «не лечат». — Давай скажем только твоему деду? — Эш видел, как Гэри трет лоб. — Он-то поймет! Он их любит. — Узнает, что мы вышли за периметр и полезли в тот фургон… — Гэри запнулся. — Нам вообще запретят к покемонам подходить. Навсегда. — Но им помощь была нужна! — Эш выкрикнул это прямо ему в лицо, сжав кулаки. Пикачу недовольно дернул ухом. — Не могли мы их там бросить! — Да, — тихо сдался Гэри. — Ты прав. Всё, хватит болтать. Он осторожно забрал Поливага, прижимая холодное тельце к себе. — Пошли. Надо вернуться, пока совсем не стемнело. Если поймают патрули — историю сочиняю я. Понял? Просто заблудились. Эш молча кивнул, подхватил Пикачу и начал выбираться из ямы, стараясь не звенеть цепью. Двигались медленно. Гэри хромал, вес покемона заставлял его кривиться и заваливаться набок. Лес в сумерках стал чужим. Тени цеплялись за ноги, а каждый треск ветки казался выстрелом. Гэри замирал каждые десять шагов, пытаясь удержать Поливага и хоть что-то разобрать на компасе. — Если пойдем прямо — выйдем к забору, — прошептал он, скорее для себя. — Точно выйдем. Он шел, считая шаги на автомате. Думал только о боли в колене и о том, дышит ли покемон. Поэтому не сразу понял: шаги сзади стихли. Гэри затормозил и медленно развернулся. Эш замер в пяти метрах позади. Он застыл, глядя на расколотое молнией дерево. В его позе не было страха — только какая-то странная, пугающая сосредоточенность. Пикачу на его руках приподнял уши и предупреждающе пискнул. Гэри проследил за направлением их взгляда, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Катерпи сидели прямо на ветвях. Их маленькие тела почти сливались с зеленью, но сотни черных глаз были направлены прямо на мальчиков. Они смотрели спокойно, не двигаясь. Гэри, стараясь не делать резких движений, медленно приблизился к Эшу. Под больной ногой предательски хрустнула ветка — в мертвой тишине звук показался оглушающим. Гэри пошатнулся, судорожно прижимая Поливага к груди обеими руками, чтобы не потерять равновесие. Один из катерпи на уровне его лица слегка дёрнулся, но не уполз, лишь плотнее прижался к коре. — Чего встал? — прошептал Гэри, осторожно толкнув Эша локтем. — Надо уходить, пока они не позвали кого-то покрупнее. Эш! Двигайся! Эш не повернул головы. Даже не моргнул. — Они… — начал он и осекся. И тут до Гэри дошло. Холод ударил в затылок: покемоны вокруг больше не прятались. Видлы лениво шевелились на листьях, не пытаясь скрыться. Пиджи на низких сучьях перелетали с места на место, тихо хлопая крыльями, но не улетали прочь. Рататты шуршали в траве прямо под ногами, замирали и в открытую разглядывали гостей. Они наблюдали. Без капли страха. Гэри почувствовал, как футболка прилипла к мокрой спине. Покемоны были везде — в траве, на ветках, в тенях. Они не нападали, но их присутствие давило как бетонная стена. Было ясно: правила в этом лесу изменились. — Черт… — едва слышно выдохнул Гэри. Он перехватил Поливага покрепче. Малыш слабо двинул лапкой и снова обмяк. Гэри вдруг понял: если они решат напасть — им конец. Над ними скользнула тень. Пиджи не улетел — просто перепрыгнул на ветку пониже, осыпав их сухой трухой. Эш сделал уверенный шаг вперед. Никакой агрессии — он просто открылся этому лесу. — Эш! — Гэри дернулся, но ноги будто приклеились к земле. Руки заняты Поливагом, даже за шкирку этого идиота не схватить. — Эй! Привет! — Голос Эша зазвенел в тишине. Ни капли страха, только безумная, обезоруживающая уверенность. — Я знаю, вы нас видите! И всё понимаете! Гэри стиснул зубы. Он застыл, ожидая, что сейчас вся эта орава сорвется с веток. Пальцы до боли впились в ремешок компаса. Сейчас. Вот прямо сейчас… — Посмотрите на них! — Эш чуть развернулся, показывая на Пикачу и Поливага. — Им плохо! Мы не враги, нам просто нужно их спасти! Я обещаю! — Пи-ка… — Пикачу тихо пискнул, сжимая лапками майку Эша. — Пожалуйста, дайте пройти! Мы не будем драться! — Эш шагнул еще раз. Он говорил с такой верой, что воздух в лесу, казалось, потеплел. — Эш! — Гэри наконец заставил ноги слушаться. Превозмогая боль, он рванул вперед и почти врезался плечом в друга, пытаясь отпихнуть его назад. — Заткнись! Они не… Он не договорил. Воздух над их головами внезапно задрожал от низкого, вибрирующего гула. Появление Бидриллы он почувствовал раньше, чем увидел. Воздух словно сгустился, стал тяжёлым, вязким. Низкий, вибрирующий гул прокатился между деревьями, отзываясь где-то в груди, до дрожи знакомый. Катерпи замерли, прижавшись к ветвям, Пиджи синхронно умолкли, а Рататты исчезли в траве, будто их и не было. Гэри застыл. Тело среагировало раньше мысли: дыхание перехватило, а сердце сорвалось в бешеный галоп, глухо ударяясь о рёбра. В ушах загудел пульс, заглушая реальность.  Нет. Только не снова. Мир сузился до желто-черных полос и вытянутых жал. Взгляд метнулся к поясу, к покеболу Иви. Пальцы, сжимавшие компас, дрогнули. «Выпустить?» — мысль обожгла мозг. Нет. Бесполезно. Поливаг на руках слишком слаб, а связь с Иви еще никакая. Выпустит сейчас — только спровоцирует атаку. Или она погибнет, пытаясь его закрыть. Нельзя так рисковать. Гэри крепче прижал обмякшего Поливага, закрывая его собой. Замер, боясь дышать. В ушах грохотал пульс, перекрывая стрекот крыльев. Бидрилла опустилась ниже и замерла на расстоянии вытянутой руки. Её крылья гудели ровно, почти лениво, удерживая тяжелое тело в воздухе. Смертоносное насекомое просто… было. Оно изучало их фасеточными глазами, в которых отражались два маленьких человечка. Эш медленно сделал шаг вперёд. В его движении не было ни тени сомнения — он шел навстречу опасности, закрывая собой Гэри и раненого Поливага. Его вера в то, что покемоны чувствуют правду, сейчас казалась Гэри чистым безумием. У Гэри внутри всё оборвалось. Он судорожно прижал к себе холодного Поливага; он хотел схватить Эша за рукав, повалить на землю, закрыть... но не мог пошевелить даже пальцем. Любое резкое движение — ошибка. Последняя. В прошлый раз их спас дедушка и Брауни. Сейчас же — никто не знает, что они за пределами лагеря. Чуда не будет. — Привет, — сказал Эш. Голос был обычным, будничным — так он разговаривал с друзьями на перемене. Гэри хотел закричать, рвануть его назад, но язык прирос к нёбу. Страх парализовал его, оставив только животный ужас перед жёлто-чёрным хищником. Бидрилла не атаковала. Её красные фасеточные глаза скользнули мимо Эша — к Пикачу и замершему Поливагу. Гэри почувствовал, как потеют ладони, сжимающие покемона; он ждал рывка, ждал, что яд закончит их путь прямо здесь. Бидрилла издала короткий, вибрирующий звук. В следующую секунду из её челюстей что-то выпало, с мягким стуком ударившись о мох у корней. Пам-пам. Круглое. Голубое. Эш, не сводя глаз с насекомого, медленно потянулся к земле. Нащупал в траве плод. Поднял и замер, разглядывая его в сумерках. — Это что? — Это… — Гэри едва нашел голос. Сглотнул, прежде чем выдавить: — Это Оран-ягода. — А-а, так вот ты какая! — в голосе Эша было столько искреннего восторга, что Бидрилла качнулась в воздухе, будто опешила. Эш покрутил ягоду в пальцах, глаза так и засияли. — Спасибо! Ты нас спасла! Он звонко рассмеялся, и этот смех разом выжег всё напряжение. — А я думал, ты нас ужалишь… — честно признался Эш, глядя на хищника. — Но ты просто чудо! Гэри, видел? Она помогла! Бидрилла взмахнула крыльями, подняв в воздух ворох сухих листьев, и в мгновение ока растворилась в чаще. На секунду повисла абсолютная тишина. А потом из подлеска начали выходить остальные. Катерпи и Видлы выползали на открытые корни. На ветку прямо над головой Эша шумно приземлилась пара Пиджи. Даже Рататты высунули носы из высокой травы — их бока напряженно вздымались, но они не убегали. Все взгляды были прикованы к раненым Пикачу и Поливагу. Вторую ягоду Гэри заметил не сразу. Она лежала на широком листе папоротника прямо у его сапога — ярко-синяя, со следами крошечных зубов на боку. Словно её долго несли, прежде чем решиться оставить здесь. Потом рядом упала еще одна. И еще. Пурпурные Чери, золотистые Нанаб... Подношения появлялись почти бесшумно. — Что они делают?.. — прошептал Гэри, невольно сильнее прижимая к себе Поливага. — Помогают, — так же тихо отозвался Эш. Он улыбался — светло и спокойно, будто всё так и должно быть. — Видишь? — прошептал Эш, гладя Пикачу по голове. — Они понимают. Не все в мире злые. — Да не бывает такого, — выдохнул Гэри сквозь зубы, но голос дрогнул. — Дикие не должны... Он осекся. Поливаг на руках шевельнулся и тонко, жалобно пискнул. Гэри тут же склонился над ним. — Спасибо вам! — Эш кивнул лесу, как старым друзьям. Одна из Пиджи спикировала и неловко уселась ему на голову. Эш дернулся, когда птица сунула ягоду ему прямо в рот. Эш удивленно замер, пережевывая плод, а затем повернулся к другу с сияющими глазами: — М-м-м… Гэри, вкуснотища! На, попробуй! Если бы Делия видела… она б не поверила! Это окончательно добило Гэри. Эш принимал помощь как нечто само собой разумеющееся. Благодарил. Улыбался. И — не удивлялся. Удивлялся только Гэри. Он сглотнул, чувствуя, как его собственное мировоззрение трещит по швам. Пока он строил барьеры и изучал инструкции по выживанию, Эш просто сделал шаг навстречу — и мир ответил ему тем же. И хуже всего было то, что это сработало. У Эша. Не у него. Гэри стоял, чувствуя, как пот остывает на ладонях. Дикие существа делали то, чего по всем правилам не должно было быть. Слова деда о «мирном сосуществовании» вдруг перестали быть строчками из дневников. «Они ведь не обязаны были помогать». Эта мысль ударила под дых. По спине пробежал холодок — не от страха, а от осознания того, что происходит. Если бы дед это видел... он бы понял, что всё не зря. Гэри медленно выдохнул и впервые за всё это время ослабил хватку. Его пальцы, до судорог сжимавшие ремешок компаса, наконец расслабились, и в них вернулось покалывающее тепло.