Карманные монстры

В кабинете Оука было слишком ярко. Белый свет бил по глазам, и Эш только сейчас почувствовал, как горят исцарапанные руки. Запястье, с которого Майкл в коридоре снял наручник, ныло тупой болью. Эш машинально тер красный след на коже, стараясь не тревожить Пикачу под майкой. Плечо оттягивал вес покемона, а грязь на одежде казалась здесь позорным пятном. Но сильнее всего в глаза бросалось другое — взрослые. Профессор Бёрч стоял у окна, Майкл застыл у двери, а Джо Брауни, как врач, уже готовил инструменты на столе. На их лицах читалась запредельная усталость. Майкл провернул замок — два щелчка отрезали их от мира. — Всем сказал, что они помогали с инвентаризацией, — негромко бросил он, проходя к столу. — Застряли из-за генератора. Он, кстати, опять сдох. Самуэль коротко кивнул. Его взгляд на миг замер на руках Гэри, прижимавших Поливага, но лицо осталось каменным. — И еще, — Майкл повернулся к пацанам. — Их видел Мэтт Оуэн. Завтра я с ним потолкую. Думаю, проблем не будет. При имени Мэтта Эш невольно сжал кулаки. Левая рука, еще не привыкшая к свободе, дернулась. Из тени за книжным шкафом раздалось тяжёлое, сердитое сопение. На свет ламп, упрямо переставляя толстые лапы, вышел Бульбазавр. Его широкая морда была измазана в сухой хвое, а на загривке застрял обломок ветки. Покемон остановился прямо между мальчишками и демонстративно, с глубокой обидой отвернулся от мальчиков, усевшись на холодный кафель. Он был чертовски недоволен. Джо Брауни нарушил тишину первым. Голос у него был сухой, как у хирурга. — Начнем с главного. Вы ушли с территории. Без спроса. До темноты. — Он поднял глаза от планшета, и Эш почувствовал, как этот взгляд буквально выворачивает его наизнанку. — Вы понимаете, что за забором лагерь за вас не отвечает? Что если бы вы… — он осекся, подбирая слово, — не вернулись, мы бы даже не знали, где вас искать? — Если бы Бульбазавр не взял след у старой коряги и не вывел нас прямо к пролому под кустом, мы бы до сих пор по кустам круги нарезали, — глухо добавил Бёрч, отходя от окна. Камуфляжная куртка профессора была насквозь мокрой. У его ног, оставляя на чистом кафеле влажные следы от земли, устало переминался травяной покемон. Он преданно прижимался к сапогу Бёрча, шумно шевеля широкими зелеными листьями на макушке. — Мы ведь думали, что вы через центральные ворота в лес сиганули. Вам просто чудом повезло не наткнуться на диких хищников Виридиана, пока вы там ползали. Гэри кивнул мгновенно, не поднимая глаз от Поливага. Эш — с запозданием; он стоял, чуть ссутулившись, чтобы скрыть шевеление под майкой. — А это значит, — Брауни понизил голос, — что за любые ваши травмы… головой отвечаем мы. Взрослые. Которые это профукали. Он бросил взгляд на Самуэля. Тот не отвел глаз, только сильнее нахмурился. У Эша всё сжалось внутри: мысль, что из-за него у профессора будут проблемы, была невыносимой. — Любой выход за периметр — это ЧП, — монотонно продолжал Брауни. Эш слушал, и внутри у него всё закипало. Опасны были браконьеры и их ящики, а не лес! Кулаки сжались, и Пикачу под ладонью тревожно дернулся, почуяв гнев человека. Прямо под смотровым столом медленно качнулись тяжелые, багровые лепестки огромного, похожего на ядовитый цветок существа. Оно улавливало это внезапное изменение атмосферы, но оставалось сидеть неподвижно, доверяя своему человеку. Эш видел этих созданий впервые и с любопытством рассматривал сначала этот мрачный живой бутон под столом, а затем — синеватый круглый комочек с пучком сочных зеленых листьев на макушке, который смешно переминался с лапы на лапу. — Вайлплум и Оддиш, — едва слышно шепнул Гэри, заметив его взгляд. В углу кабинета Бульбазавр глухо, утробно рыкнул, недовольно пошевелив головой. Он словно отчитывал их на своем языке. — За такое вылетают из лагеря. Минимум, — вставил Майкл, по-прежнему подпирая дверь. — И начнутся разборки, — Бёрч отошел от окна к ближе к Поливагу в руках у Гэри. Оддиш послушно засеменил следом, уставившись круглыми глазами на раненого водяного покемона. — И уже не наши, внутренние. — Правила нужны, чтобы никто не пострадал, — отрезал Брауни. Его колючий взгляд на секунду замер на бугре под майкой Эша, но он промолчал. — А они? — вырвалось у Эша. Голос прозвучал как выстрел. — Те, кто в ящиках... это тоже «никто»? — Сейчас не об этом речь! — жестко осадил его Брауни, делая шаг к нему. — Но почему?! — Мы всё поняли, — быстро перебил Гэри. Он шагнул вперед, закрывая Эша плечом, и уперся ему ладонью в грудь, не давая сорваться. — Это была моя идея. Нарушение — на мне. Эш дернулся. Он ненавидел, когда Гэри выставлял его обузой, подставляясь под удар. Он вцепился в локоть друга и с силой оттолкнул его руку, вылетая прямо под свет ламп. — Нет, это всё я! — выпалил он. Глаза горели упрямством. — Я нашел лаз! Из-за меня Поливаг сбежал! И побили его тоже из-за меня! В запале Эш забыл, что надо придерживать одежду. Он замахал руками, и подол майки задрался. Пикачу, оставшись без опоры, сполз ниже, и его желтый хвост на миг выскочил из-под ткани прямо перед носом опешившего Брауни. Бульбазавр в углу резко выпрямился. Но вместо того, чтобы атаковать чужака, он в пару тяжелых прыжков подскочил вплотную к Эшу. Потеснив Брауни широким плечом, травяной покемон замер перед мальчишкой, воинственно выставив вперед лапы и загораживая его от нависшего врача. Бутон на его спине угрожающе задрожал, но взгляд маленьких красных глаз был прикован к Эшу. Вайлплум под столом мгновенно приподнялся на коротких ножках, издав глухой предупреждающий звук, защищая своего хозяина, а Оддиш испуганно спрятался за мокрую штанину Бёрча. — Пикачу, это Бульбазавр! Бульбазавр — Пикачу, — мальчик живо представил покемонов друг другу. Травяной покемон издал вопросительный звук, на что электрическая мышь пискнула пару раз. Поняв, что опасности нет, Вайлплум Джо медленно опустился обратно, продолжая внимательно наблюдать за происходящим. — Гэри? — Профессор Оук выразительно посмотрел на внука. — Это долгая история, дед. — Про дыру в заборе и откуда вы взяли Пикачу — потом, — медленно произнёс Брауни, осторожно обходя Бульбазавра и не сводя глаз с замершей под майкой мыши. — Сначала показывайте свои раны. Он снова шагнул к Эшу и присел. Движения стали точными, как у хирурга. Брауни осторожно взял Эша за левое запястье. Взгляд быстро отметил багровую полосу от наручника и рваные царапины. Он не совался слишком близко — чувствовал, что Пикачу под майкой сжался в пружину и вот-вот выдаст разряд. Бульбазавр рядом настороженно вытянул шею, шумно обнюхивая содранную кожу на руке мальчика и недовольно фыркая от запаха. — Так, — голос врача стал тихим, почти опасным. — Где еще болит? Говори как есть. — Да почти нигде! — выпалил Эш. Он подался вперед, и Пикачу, зажатый между ним и врачом, предупреждающе затрещал искрами. Эш испуганно отшатнулся. — Но Поливаг… и Пикачу… им нужнее помощь! Бульбазавр, скажи ему! Травяной покемон согласно топнул лапой, глухо рыкнув на Брауни, словно подтверждая слова Эша. — Они подождут! — отрезал Брауни, выпрямляясь и нависая над Эшем. — Мне нужна правда. Что с тобой? Если не скажешь — сейчас же везу в город, в больницу. Мне некогда играть в твои секреты. Эш прикусил губу до боли. Если их сейчас потащат в город, покемоны останутся без помощи. Он бросил на Гэри отчаянный взгляд: «Выручай!» — Мы… — торопливо встрял Эш. Он выставил правую руку прямо перед лицом Брауни, стараясь отвлечь его от Пикачу своими сбитыми костяшками. — Мы просто поцарапались! В лесу всегда так, разве нет? — «Просто»? — сухо переспросил Брауни, всё еще сжимая его запястье и скептически задрав бровь. Эш уверенно кивнул и вдруг замер. Осторожно пошевелил плечом, ожидая, что сейчас полыхнет болью, но она лишь глухо отозвалась где-то в глубине. Сжал кулак, разжал. Царапины тянули, но уже не жгли. Эш покосился на друга. Гэри стоял, чуть согнувшись, и осторожно щупал голень сквозь плотную ткань джинсов. Его брови сначала поползли к переносице, а потом удивленно взлетели вверх. — Странно… — вырвалось у него. Профессор Оук подался вперёд, уперевшись ладонями в край стола. Весь его строгий, профессорский вид испарился, уступив место чистой тревоге. Бульбазавр у ног Эша тоже насторожился, переводя взгляд на Гэри и тихо заурчав. — Что там, Гэри? — быстро спросил Самуэль. — Я думал, будет хуже, — Гэри надавил сильнее, почти вминая пальцы в мышцу. — А сейчас… почти не болит. Будто я и не вылетал из того фургона на ходу. — Вы о чем вообще? — не выдержал Брауни, переводя взгляд с одного мальчишки на другого. Эш почувствовал, как внутри что-то щёлкнуло. В памяти всплыла голубая ягода, тёплая на ладони. Он посмотрел вниз: Пикачу в его руках дышал ровнее; тяжелые веки опускались уже без той лихорадочной резкости. — Оран-ягоды! — выпалили пацаны хором. Взрослые аж вздрогнули. Брауни от неожиданности выпустил руку Эша, и тот сразу прижал ее к Пикачу. Мальчишки переглянулись и фыркнули. Берч вскинул голову, переводя взгляд с одного на другого: — Что-что вы сказали? — В лесу, — Гэри изо всех сил пытался не заулыбаться, хотя глаза блестели. — Покемоны… они принесли нам ягоды. Мы тоже съели. Оук медленно кивнул. Лицо стало сосредоточенным. Он выпрямился и кивнул Бульбазавру, жестом указывая на израненного Поливага. Травяной покемон понял команду мгновенно: вытащив из-под бутона две гибкие зелёные плети, он аккуратным, отточенным движением забрал водного покемона из рук Гэри и бережно перенёс на смотровой стол. — Это многое объясняет. Оран-ягоды не исцеляют тяжелые раны мгновенно, но стабилизируют состояние. Похоже, на людей их сок действует схожим образом. Эш чувствовал, как по телу разливается тепло. Дикие звери, которыми всех пугали, спасли их. Эта мысль жгла изнутри тихой, железной уверенностью. Брауни выпрямился и сложил руки на груди, переводя взгляд с Эша на Гэри. — Если так, — сухо заметил он, — показатели всё равно снимем. Мало ли, какая побочка от диких плодов. — Займись этим, — Бёрч уже не смотрел на него, он полностью сосредоточился на пациенте. — Сэм, глянь сюда. Вайлплум Брауни, до этого тихо сидевший в углу, подошёл ближе, его массивный лепесток тускло поблёскивал в белом свете ламп. Покемон принюхался, улавливая исходящий от Поливага запах, и покачал головой. Брауни загородил обзор, и только сейчас стало ясно, что Поливага уже вовсю осматривают. Оук наклонился ближе. Эш замер, боясь дышать, не сводя глаз с приборов в руках профессоров. — Выглядит паршиво, — пробормотал Оук, разглядывая синие бока. — Тут явно другой покемон замешан. Характерные следы от укусов и когтей. Нарушители периметра использовали живое оружие. — Он… он поправится? — Эш дернулся, когда Брауни туго затянул фиксирующий бинт на его пострадавшем запястье. — Снаружи всего не увидишь, — ответил Бёрч, ведя стетоскопом по влажной коже Поливага. — Похоже на внутренние повреждения. И он выжат досуха электрическими блокираторами. Он выпрямился и сорвал с шеи прибор. — Спреи не помогут. Срочно в шар! Нужен стационар лаборатории и нормальное медицинское восстановление. — А второй? — спросил Майкл, наблюдая, как профессор Оук передает Бёрчу пустой покебол. Тот коснулся Поливага кнопкой шара. Устройство сработало мгновенно: яркая вспышка красного света на секунду ослепила всех, покебол раскрылся и тут же захлопнулся, бесшумно поглотив пациента. Смотровой стол внезапно опустел. Сфера в ладони Бёрча несколько раз мягко мигнула, издала короткий технологический щелчок и затихла. — Вот и славно, — профессор Бёрч убрал шар в глубокий карман халата и повернулся к Эшу. Эш ощутил, как маленькие коготки Пикачу мгновенно впились в его плечо через плотную ткань майки. Не больно, но предельно ясно: покемон уловил угрозу, увидел вспышку шара и явно не собирался добровольно отправляться вслед за товарищем — А вот с этим будет сложнее, — Брауни хмуро глянул на Пикачу. Он как раз закончил обрабатывать голень Гэри и с сухим щелчком закрывал медицинскую аптечку. — Эш, клади его на смотровой стол. Мальчишка замялся. Пикачу на его плече сжался в жёлтый комок, прижав уши к затылку, а на его алых щёках то и дело с треском проскакивали сухие, злые искры. Вайлплум отбежал в угол и настороженно повёл массивным бутоном, а Оддиш Бёрча поспешно спрятался за ногу своего тренера. — Он боится, — тихо сказал Эш. Он медленно накрыл покемона ладонью. — Он видел, как исчез Поливаг. Думает, что с ним сейчас сделают то же самое. Запрут в коробку. — Мы понимаем твои опасения, Эш, но на столе я смогу хотя бы визуально оценить степень повреждений, — мягко, но твёрдо произнёс Оук. Он отошёл в сторону, освобождая пространство у ламп. — Я попробую… — Эш осторожно потянулся к плечу, но Пикачу только сильнее впился коготками в мокрую ткань майки и упрямо зарылся носом ему в шею, ища защиты. Профессора переглянулись. Гэри молча наблюдал за ними, привалившись здоровым боком к шкафу. — Осмотрим прямо на парне? — Майкл Перес осторожно шагнул вперёд, оценивая риски. — А если он нас всех тут поджарит? — буркнул Бёрч. — Кто потом Делии объяснять будет, почему её ребёнок обуглился? Электрические типы в состоянии стресса не контролируют вольтаж. Майкл с сомнением поднял покебол, но стоило матовой сфере приблизиться к Эшу, как Пикачу взбесился. Щёки полыхнули багровым, шерсть встала дыбом, покалывая кожу Эша в самую щеку. Бульбазавр у стола предостерегающе зарычал на вожатого, призывая убрать прибор. — Воу-воу, малыш, полегче! — Майкл поспешно спрятал шар за спину и отскочил на шаг. — Ишь какой ранимый. — Он не ранимый, а раненый, дурья башка! — Бёрч решительно выхватил сферу у Майкла. Он подошел к Эшу вплотную. Мышь на плече пригнулась, предупреждающе затрещав, но Бёрч проигнорировал искры. Он просто взял свободную правую руку Эша и уверенно вложил холодный покебол ему в ладонь. — Он верит только тебе, — веско сказал биолог, глядя парню в глаза. — Так что давай сам. Помоги ему. Бёрч отступил, давая им пространство. Гэри и профессор Оук тоже замерли, внимательно наблюдая. Эш остался один на один с Пикачу. Шар казался неподъемным. Пикачу на плече почувствовал движение, скосил влажный карий взгляд вниз и, увидев покебол в пальцах мальчика, внезапно затих. Искры погасли, остался только густой запах палёной проводки. — Что мне… что делать? — глухо спросил Эш. Его голос сорвался. — Просто коснись его кнопкой, — мягко подсказал Самуэль Оук. — Объясни, что так он быстрее поправится. Бёрч шумно выдохнул и потёр переносицу, пытаясь справиться с нахлынувшим напряжением. — Механика сработает сразу. Он слабый, сопротивляться не должен. Эш опустил взгляд. Он медленно, затаив дыхание, провел пальцами по гладкой поверхности устройства. В этот момент крохотная желтая лапка осторожно, почти невесомо коснулась его лица. — Пи… ка-чу… — едва слышно прошептал покемон. Эш почувствовал, как сердце ухнуло вниз. Красно-белая сфера в его руках сейчас казалась точно такой же ловушкой, как металлические ящики в фургоне — массивной, пугающей и чужой. — Давай, Эш, — негромко подбодрил Самуэль Оук. — Ему плохо. Действуй. Мальчишка замер. Он понимал: стоит нажать кнопку — и Пикачу исчезнет в этой железке, растворившись за слоями непонятных ему вещей. — Всё хорошо, — прошептал он, и его голос мелко задрожал. — Слышишь? Я здесь. Я рядом. Пикачу в последний раз доверчиво прижался к шее Эша. Тот осторожно погладил его, пытаясь успокоить, но внезапно почувствовал, как маленькое тельце обмякло. Покемон прерывисто вздохнул и начал медленно соскальзывать с плеча вниз. Эш дёрнулся. Перехватить его с зажатым в ладони покеболом было почти невозможно, но лесные инстинкты сработали быстрее мысли — он успел прижать Пикачу к груди локтями, едва не выронив красно-белый шар на кафель. В углу Вайлплум тревожно зашуршал лепестками, а Бульбазавр сделал шаг вперед, взволнованно выпустив лианы. — Критическое опустошение! — отрезал Брауни, стремительно шагая к ним. — Живо в покебол! Пикачу слабо пискнул. Он смотрел Эшу прямо в глаза — умоляюще, из последних сил шевельнув хвостом. Этот взгляд прошил Эша насквозь, оставив внутри ледяную пустоту. — Эш, — Оук подошел ближе. Голос звучал мягко, но давил авторитетом. — Пойми, внутри система сразу начнет поддержку его здоровья. Это единственный способ спасти его. — Нет. Эш упрямо покачал головой. Под ладонью лихорадочно, со сбоями билось маленькое сердце. — Пожалуйста, — выдохнул он хрипло, отступая назад. — Есть же другой способ? Вылечите его без этого шара! Ему казалось: нажми он кнопку — и это станет предательством. Что Пикачу, доверившийся ему, этого не простит. Никогда. — Эш… — Брауни сделал еще шаг, сокращая дистанцию почти вплотную. — Он не хочет! — перебил Эш, переходя на крик. Он инстинктивно попятился к стене и мёртвой хваткой вцепился в покемона. Пикачу в ответ еще крепче впился когтями в майку, издав тихий, дрожащий звук. Бульбазавр выкатился наперерез Брауни, глухо и предупреждающе зарычав. — Вы же доктор! Вы меня вылечили! Спасли! И его... его тоже спасите! На столе! Профессор Оук медленно вышел на середину кабинета. Он молча смотрел на мальчика. В глазах мешались тревога и какой-то новый, острый интерес исследователя. — Джо, — спокойно и веско сказал Оук. Он положил руку на плечо Брауни, мягко, но твердо его притормозив. — Я беру это на себя. Брауни недовольно дёрнул плечом, стряхивая руку Оука. — Сэм, ты с ума сошёл?! Это же прямое нарушение медицинского протокола РКЦП! — Он обвиняюще ткнул пальцем в сторону Пикачу. — Он нестабилен! Его зафиксировать нужно! Если он сейчас здесь жахнет от перегрузки — мало не покажется! — Иногда правила нужно отложить, Джо, — Оук покачал головой и посмотрел на Эша с редкой теплотой. — Пикачу будет под моим личным наблюдением в лаборатории лагеря. Я не дам его в обиду. Брауни поджал губы и отступил к шкафу, сердито скрестив руки на груди, но спорить больше не стал. Профессор Оук снова повернулся к Эшу: — Это исключение, Эш. Как только он придёт в себя и его показатели стабилизируются — он вернётся к тебе. Даю слово Оука. Эш внимательно посмотрел на него. Кажется, в эту минуту они впервые по-настоящему друг друга поняли без лишних слов. Эш медленно кивнул. Его пальцы судорожно свело от напряжения — так крепко он сжимал холодный шар. Он в последний раз взглянул на Пикачу, стараясь запомнить каждую деталь: подрагивающие кончики ушей, израненную шёрстку, тускнеющие алые щёчки. — Мы не прощаемся, — прошептал он. Пикачу в ответ едва заметно, из последних сил ткнулся носом ему в щёку. Эш поднял правую руку. Коснулся лба покемона кнопкой — и тяжесть с плеча мигом исчезла, уступив место яркой вспышке красного света. В ладонях остался только тёплый, потяжелевший шар, который через секунду глухо щелкнул и погас. Кабинет будто сразу опустел. Эш стоял неподвижно, не сводя глаз с пустого места на плече. Руки с покеболом мелко дрожали. — Ему… — он запнулся, голос был чужим и хриплым. — Им там не больно? Эш перевёл взгляд на карман Брауни. Тот, уже протянувший руку за покеболом, замер на полпути. Профессор Оук подошёл ближе и осторожно накрыл ладонью плечо Эша. — В активном шаре боль отключается, — сказал он ровным, спокойным голосом. — Это как глубокий сон. Покемон чувствует, что ему легче. И послушай, Эш... это экспериментальная модель. Как только он наберется сил и захочет выйти — он сам это сделает. Шар его не удержит. Эш судорожно выдохнул. Напряжение наконец начало уходить. Он опустил руки, прижимая теплый шар к груди. — Значит... он не мучается? — Нет, — твердо подтвердил Оук. — Сейчас он в полной безопасности. Эш облегченно кивнул. Именно это ему и нужно было услышать, чтобы не сойти с ума от вины. — А теперь расскажите всё с самого начала. Без пропусков, — Бёрч сменил тон на деловой, отсекая остатки сочувствия. Он отодвинул стул, приглашая мальчиков сесть, но Гэри остался стоять. Гэри вздохнул и начал рассказ. Он говорил четко: о фургоне, маркировках «Ракеты» и тесных контейнерах. Пока он чеканил факты, его пальцы судорожно сжимались в кулаки, выдавая волнение. Взрослые слушали молча. Майкл помрачнел, а Бёрч начал быстро делать пометки в планшете. Эш не вмешивался. Его привычка перебивать куда-то делась — он просто выпал из реальности. Он сидел на краю стула, уткнувшись носом в воротник грязной майки, и чувствовал ладонями, как остывает покебол. Перед глазами всё еще стояли тесные клетки и слышался плач покемонов. Эта память жгла сильнее любой раны. Бульбазавр поддерживающе сидел рядом, и Эш, опустив руку, по привычке почесывал его и ни о чем не думал. Он очнулся, только когда Гэри замолчал. В кабинете повисла тяжелая тишина. Гэри так и остался стоять рядом, плечи у него наконец поникли. Эш глянул на друга и заметил темные круги под его глазами. Усталость навалилась свинцовым грузом. Эш не выдержал и зевнул, прикрыв рот ладонью — челюсть аж щелкнула. Взрослые, сгрудившись у стола, на мальчиков больше не смотрели. — Значит, худшие прогнозы сбываются, — негромко сказал Оук. Он поднялся и принялся машинально перекладывать бумаги на столе, лишь бы занять руки. — Они снова действуют в открытую. — Или и не прекращали, — отозвался Майкл. Он отошел от двери и встал напротив профессора. Голос стал сухим и жестким. Эш поймал себя на мысли, что эта перемена в вожатом неприятно его кольнула. — Покебол рассчитан на экстренную помощь, а не на тюремное заключение, — подал голос Брауни. В какой-то момент он обернулся, и его взгляд зацепил Эша. Мальчик мгновенно отреагировал: он крепче, намертво прижал к груди покебол с Пикачу. Брауни тут же отвел глаза, не выдержав этого прямого детского взгляда. — Покемонов превратили в инструмент, — профессор Оук устало потер лоб, глядя на пустой стол, где недавно лежал раненый Поливаг. — А потом удивляются, чего это они кусаются. В кабинете повисла тишина. Эш вдруг остро почувствовал: он здесь, рядом с этими взрослыми, но их правила для него — пустой звук. — Если всё так, — Майкл скрестил руки на груди, — нам нужен профи. Кто умеет работать вне рамок. — Он будет здесь завтра, — отозвался Бёрч, не поднимая головы от планшета. — С самого утра. Брауни замер, его пальцы судорожно вцепились в край стола. — Вы думаете, он согласится? После всего-то? — Он уже сталкивался с подобным, — уверенно отрезал Оук. — И лучше других знает, чем это кончается. Разговор шел дальше, но Эш перестал его понимать. Слова взрослых превратились в гул, будто через слой ваты. — …уникальные экземпляры… — бубнил Бёрч. — …не наше оборудование… — глухо отвечал Майкл. Эш чувствовал, как уплывает. Веки налились свинцом, в голове затуманилось. И тут прозвучали имена. — Кэссиди и Бутч, — произнёс Бёрч. Это подействовало на Эша как удар хлыста. Сонливость испарилась мгновенно. Напугав Бульбазавра, он резко выпрямился, и его тело, секунду назад обмякшее от усталости, превратилось в натянутую струну. В голове вихрем закрутились кадры погони: холодный металл клеток и те самые лица. Это же те… из фургона! — Я их видел! — выпалил он. Голос прозвучал слишком громко, вдребезги разбив тишину. Профессора вздрогнули. Бёрч замер, не донеся палец до планшета, а Самуэль Оук медленно поднял голову. Его взгляд, только что прикованный к бумагам, теперь впился в Эша — серьезно и в упор. — Они издевались над Поливагом! — продолжал Эш, активно жестикулируя. Он почти вплотную подошел к столу, забыв о дистанции. — И у них были странные пульты, чтобы покемонов мучить! Майкл медленно повернул голову к Эшу. В его взгляде вспыхнул острый, почти хищный интерес. Он не перебивал, давая Эшу выговориться, но коротко уточнил: — Ошейники? — Ланс про них говорил, — Брауни нахмурился и отошел к окну. — Недавно. Проблема в том, что в Джото ими тоже пользуются. — У них еще буква на одежде была, — негромко вставил Гэри. Бёрч, не отрываясь от планшета, раздраженно фыркнул: — Какой идиот будет носить открытую маркировку? — Буква «Р»? Красная? — Брауни замер, достав из кармана коммуникатор. Он перевел тяжелый взгляд на Гэри: — Ты уверен? — Ага, — глухо ответил тот. Гэри вдруг покачнулся и мешком рухнул на стул. Стул протестующе скрипнул, но Гэри даже не шевельнулся, просто уронил руки на колени — силы окончательно его покинули. Бульбазавр подойдя ближе, сел и устало ткнулся лбом в здоровое колено Гэри, шумно вздохнув, но продолжая держать мальчишек в поле своего зрения. Эш, увидев это, замер. Он хотел детально показать, как те двое стояли у фургона, но вовремя прикусил язык. Он спрятал руки за спину, боясь, что стоит пошевелиться — и их выставят за дверь. Бёрч сорвался с места. Промчался мимо, едва не задев Эша плечом, тот аж вжал голову. Бёрч на ходу набирал номер, в каждом движении была ярость. — Мне нужно позвонить. Сейчас! — бросил он и исчез в коридоре, хлопнув дверью. Оддиша и Вайлплума в кабинете не было — похоже их вернули обратно в покеболы, когда Эш выпал из реальности. Брауни отошел к окну. Его отражение в темном стекле было бледным и осунувшимся. Он поднес коммуникатор к лицу. — Безопасность лагеря! — отчеканил он, и Эш вздрогнул от этого командного тона. — Да. Срочно. Это не учебная тревога! — …он и так сегодня увидел лишнего, — негромко бросил Оук, заканчивая мысль. Он подошел к Гэри и положил руку ему на затылок. — Майкл, уводи их. Им обоим пора в кровать. Тут зазвонил телефон. Самуэль сразу снял трубку. — Оук. Да, Делия… слушаю. Эш, услышав голос матери, и обрадовался, и напрягся одновременно. Он подался вперед, почти прилип к столу. «Чего она так поздно?» — Что?.. Точно? — Оук перевел взгляд на Эша, но по его нахмуренным бровям ничего нельзя было понять. — Да, я займусь. Перезвоню. Профессор положил трубку и посмотрел на Майкла. — Майкл, отведи Эша в его домик. — А чего Делия звонила? — тут же встрял Эш. Любопытство пересилило усталость. — Что-то случилось? — Ничего серьезного, бумажная волокита, — Профессор подмигнул — чуть неловко, по-стариковски неуверенно. Этот жест выглядел странно на его суровом лице. Эш почувствовал, как Майкл мягко, но настойчиво берет его за плечо, разворачивая к выходу. Эш бросил взгляд на Гэри, который так и сидел на стуле, неподвижно глядя в пол. Внутри всё сжалось от внезапного чувства одиночества. — А Гэри? — Гэри сегодня останется со мной, — ответил Оук, подходя ближе. — Нужно кое-что уточнить. — Он успокаивающе потрепал Эша по взъерошенным волосам. — Утром увидитесь. — Ну… ладно, — Эш кивнул, хотя мозг лихорадочно искал подвох. Почему всё так официально? Почему Гэри не идет с ним? — Тебе надо поспать, — голос профессора смягчился. Он протянул руку. — Я позабочусь о Пикачу. Он поправится. Обещаю. Эш колебался. Пальцы медленно, через силу, разжались. Он переложил покебол в широкую ладонь — металл всё еще хранил его тепло. Перед тем как Майкл увел его, Эш бросил последний взгляд на Гэри. Тот выглядел совсем осунувшимся, во взгляде мелькнуло что-то виноватое. Он подался вперед, будто хотел что-то сказать, но просто едва заметно кивнул. «Завтра» повисло в воздухе тяжелым грузом. Эш кивнул в ответ и, ласково погладив Бульбазавра, наконец развернулся. Его шаги по коридору казались непривычно тяжелыми. Майкл слегка подталкивал его, уводя в темноту коридора. — Идем, Эш, — негромко сказал вожатый, когда дверь кабинета закрылась. — Утро вечера мудренее.