Карманные монстры

Холод. Сначала он почувствовал именно его. Не стерильный холод кондиционеров Блока «С», а тяжелый, сырой запах подземелья: ржавой воды, плесени и слежавшегося бетона. Эш открыл глаза. Мир плыл. Вместо потолка пульсировали белые пятна, а в висках изнутри молотил невидимый молот. — Тише... — прошептал девичий голос. — Папа скоро придет. Если датчики будут спокойны, он разрешит тебе поесть. Эш дернулся. Слова девочки ввинчивались в мозг, как раскаленные иглы. Ему чудилось, что по груди ползают фантомные провода, которых там не было. Перед ним сидела тонкая фигура с прозрачной кожей и странными, светящимися глазами. Она перебирала пальцами невидимые нити у него на груди, словно настраивая сломанный механизм. — Эмбер?.. — его голос прозвучал, как сухой хрип. — Мы... мы выбрались, верно? Получилось? Но в ту же секунду пустота внутри отозвалась резкой, колючей тревогой. Связь, которая гудела в затылке тихим статическим разрядом, оборвалась. Тишина была абсолютной. И мертвой. — Пикачу... — Эш резко выпрямился, и мир вокруг него накренился, словно ускользнув из-под ног. Тусклый свет над головой мерцал в такт его пульсу. — Эмбер... где Пикачу?! Девочка исчезла. На её месте перед ним возникли огненно-рыжие волосы и лицо, перемазанное в жирной копоти. Кто-то мертвой хваткой вцепился в его плечи, пытаясь удержать на месте. Пальцы больно впились в его худые руки. — Эй! Ты чего? — рявкнула Мисти напряженным голосом. — Эмбер? О чем ты говоришь? Ложись давай! — Ты был без сознания три часа, — добавила она, невольно затаив дыхание. — Мы едва дотащили тебя сюда. — Пусти! — Эш резко и отчаянно оттолкнул её. Его взгляд метнулся по бетону, выискивая тени. — Где он?! Верни его! Живо! Эш едва не свалился с самодельной постели, из последних сил пытаясь ползти на звук слабого, свистящего дыхания в углу. Брок, сидевший у стены с разложенной портативной аптечкой, мгновенно оказался рядом. В его руках был желтый сверток, туго обмотанный серыми техническими бинтами. — Он здесь, Эш. Тише, парень, в таком состоянии ты его только уронишь, — Брок предельно осторожно опустил Пикачу на колени мальчика. — Он в глубоком медикаментозном сне. Я влил в него тройной концентрат Оран-ягод, метаболизм понемногу восстанавливается. Держи его крепче. Эш замер. Его пальцы, всё еще онемевшие на кончиках, зарылись в опаленный, свалявшийся мех. Едва уловимое тепло покемона ударило в ладони сильнее и ярче, чем та синяя вспышка в Центре. Эш уткнулся лбом в макушку друга, и только тогда его бешено колотившееся сердце начало медленно успокаиваться. — Прости... — прошептал он, глотая соленые слезы и горькую пыль. — Прости меня, Пикачу. Я больше никогда тебя не отпущу. Мисти резко отвернулась и громко шмыгнула носом, нервным, рваным жестом поправляя лямку сумки. — Хватит соплей! Брок говорит, ты чуть коньки там не откинул. Еще раз так напугаешь... Она не договорила. Эш едва услышал её. Он огляделся, наконец осознав происходящее. Они находились где-то под городом, в техническом коллекторе. Стены здесь сочились сыростью, а воздух был застоявшимся. — Где она? — Эш схватил Мисти за рукав, крепко сжимая её. — Девочка… она только что была здесь. Мисти и Брок обменялись коротким, тяжелым взглядом. Эш заметил, как она закусила губу — точно так же, как в Секторе «С», когда пыталась скрыть за злостью страх. — Здесь никого не было, кроме нас, Эш, — тихо произнес Брок, не отрываясь от мониторинга состояния Пикачу. Его низкий голос гудел в замкнутом пространстве, как затихающий гром. Он старался звучать буднично, но его плечи были напряжены, словно натянутая струна. Эш кожей чувствовал: врач что-то недоговаривает. Эш опустил взгляд на свои ладони. Они мелко дрожали. — Я видел её... — сказал он теперь тише, но упрямее. Внутри ворочалось что-то тревожное. — Я видел кого-то... Эш с силой прижал ладони к вискам, пытаясь унять гул, который, казалось, вибрировал в самых костях. В коллекторе стало неестественно тихо, лишь мерно, с металлическим звоном капала вода где-то в глубине тоннеля. Эш ощущал странную, пугающую пустоту, словно из него вынули батарейки, оставив лишь оболочку. — Тебе нужно отдохнуть, — голос Брока оставался ровным, но Эш заметил, как врач украдкой вытирает вспотевшие ладони о подол халата. Брок наблюдал за ним слишком пристально, словно пытался разглядеть в его движениях что-то странное. — Твой организм многое пережил. Мисти резко встала, поправляя пустую кобуру, лишь бы чем-то себя занять. Она смотрела куда угодно, только не на Эша. Но её взгляд раз за разом, против воли, возвращался к его рукам. Эш проследил за ее взглядом и замер. Тонкая ткань пижамы на рукавах полностью истлела, превратившись в черные, ломкие лохмотья. Он смотрел на мертвенно-белую кожу до самых локтей, на иссиня-черные кончики пальцев, и в коллекторе стало слышно только его прерывистое, свистящее дыхание. Он попробовал сжать кулак, но пальцы двигались неохотно, словно продирались сквозь невидимый слой густой смолы. — Ого... — выдохнул он, и в этом звуке не было страха, только чистый шок. — Такое ощущение, будто Гэри включил на кассете эффект замедления. Это так стра-анно-о... Он попытался рассмеяться, но звук вышел сухим и ломким, больше похожим на кашель. Мисти резко отвернулась к темному зеву тоннеля. — Нам нужно уходить, — отрывисто бросила она, и в её голосе прорезалась едва скрываемая дрожь. — Группы зачистки расширяют периметр. Если патрули спустят Гроули в стоки, нам конец. Псайдак в её сумке беспокойно заворочался, издавая тихий, вибрирующий писк. Эш судорожно огляделся. Его взгляд метался по теням, выхватывая дрожащие пятна сырости на стенах. Он с трудом сглотнул горький ком, вспоминая последние секунды в коридоре: дым, искры и ту бесконечную тяжесть. — А как же Марип? — Эш рванулся вверх, но тело внезапно превратилось в вату. Резкая судорога скрутила мышцы, заставив его вскрикнуть и рухнуть обратно на холодный бетон. Брок стальной хваткой удержал его за плечо, не давая удариться головой. — Тише! Я же тебе говорил — совсем вымотался. Ты потратил очень много энергии, Эш. Слышишь? Без резких движений. — А… что с Марипом? — голос Эша сорвался на рваный шепот. Он судорожно сглотнул, чувствуя вкус металлической пыли на языке. — Тот, из капсулы... Я держал его... я пытался... но потом эта вспышка... Брок, я не смог его защитить? Он... он остался там, да? Мисти резко обернулась. В её глазах на мгновение вспыхнуло искреннее уважение, которое она тут же привычно спрятала за маской раздражения. — Твой Марип уже на свободе, герой, — она фыркнула, нервным жестом поправляя лямку сумки. — Нам чертовски повезло. Когда мы бежали оттуда, в нижнем ярусе почему-то разом вышибло все протоколы безопасности. Грузовые шлюзы просто… открылись сами собой, представляешь? Словно система Арка на секунду ослепла и решила выпустить всех покемонов наружу. — Брок успел дотащить Марипа до технического подъемника, — продолжила она. — Он выводит к внешним складам у подножия холмов. Там уже дикая зона, Эш. Он в лесу, далеко от Голденрода. Так что не трать энергию на самобичевание Она замолчала, внимательнее разглядывая его. — А вообще… откуда ты тут взялся?? Где твой дом? — Я из Канто, — сказал Эш, невольно смягчив голос. — Из Паллет-тауна. На мгновение показалось, что те зеленые холмы, открытое небо, солнечный свет находится где-то невозможно далеко. Брок замер. — Паллет? — повторил он, поднимая взгляд. В его глазах мелькнуло узнавание. — Это совсем рядом с Пьютером. Моим родным городом. На его лице мелькнула едва заметная улыбка. — Мир тесен. — Хех, это точно, — Эш улыбнулся. — Получается, мы соседи. — Мой родной город — Цируллин, — встряла Мисти. — Думаю, я тоже вхожу в вашу компашку "Соседей по несчастью". — И не говори, — усмехнулся Брок. — В Паллете… у вас же профессор Самюэль Оук, верно? — Ага, — Эш слабо улыбнулся в ответ. — Это дедушка Гэри. Он… ну… член семьи моего лучшего друга. Мисти моргнула. — Ты действительно знаешь Оука? — спросила она, на этот раз даже не пытаясь скрыть своего удивления. Эш слегка нахмурился, недоумевая по поводу её реакции. — Да. Он замечательный, — просто сказал он, пожав плечами. — Постоянно ругает нас за то, что мы громим его офис, но всегда нас защищает. То, что сказали ему Мисти и Брок подействовало, как глоток воды. Марип на свободе. Пикачу жив. Профессор Оук... Гэри...  Мир за пределами бетонных стен начал обретать очертания. В голове Эша образ тесной капсулы окончательно сменился картинкой: покемон-ягненок на свободной опушке, а где-то там, за горизонтом, всё еще стоит его дом, где его ждёт мама. На сердце стало капельку легче. Он опустил голову на колени. Тело все еще болело, пальцы все еще покалывали, но он наконец-то мог дышать. — Спасибо вам, — тихо сказал он. Этого казалось недостаточно. Эш остро, до боли в груди осознал: если бы не эти двое, если бы не их риск и стальные нервы, он и Пикачу бы так и остались там, под тоннами бетона. Один он бы не справился. Брок лишь кивнул, размеренными, отработанными движениями убирая свои припасы. В мерцании красного света его лицо казалось высеченным из камня — спокойное и изможденное. — Не благодари. Мы теперь в одной лодке, Эш. И эта лодка очень быстро идет ко дну. Он взглянул на Эша, и выражение его лица стало жестче. — Если нас поймают сейчас — прошлые «приключения» покажутся тебе детским садом. Валериан Арк не простит такого саботажа. Ему будет всё равно, почему мы это сделали. Пикачу во сне сильнее прижался к плечу Эша, и он почувствовал слабое, но уверенное тепло. Брок выудил из своей сумки помятый сверток, пахнущий пылью и застарелым дорожным ветром. — На, надень. Те тапочки из блока были дрянной затеей, хотя эти тоже будут великоваты. Это из моих старых запасов на крайний случай, — он протянул Эшу обувь и безразмерную серую толстовку. Эш натянул тяжелые ботинки. Они были велики на пару размеров, и каждый шаг в этих «вездеходах» обещал стать испытанием, но после ледяного бетона толстая подошва показалась самой надежной вещью в мире. Плотная серая ткань толстовки скрыла обрывки пижамы, возвращая почти забытое чувство безопасности. — Теперь ты не «семьсот тридцать четыре», — Мисти критически осмотрела его и бесцеремонным рывком натянула капюшон ему на самые глаза. — Эй! — Эш оттолкнул её, бросив на неё раздражённый взгляд. Но раздражение почти сразу же утихло, сменившись чем-то более теплым. Это напомнило ему о Гэри — его постоянные колкости, эту самодовольную ухмылку. Он бы сказал что-то вроде: «Классные ботинки, клоун». Воспоминание успокоило его. К ногам наконец-то вернулась сила. А вместе с этим — боль. У него резко скрутило живот, заставив согнуться пополам. — Ай... — прошипел он. — Брок… у тебя есть что-нибудь поесть? Выражение лица Брока помрачнело, когда он проверил свои карманы. — Всё осталось в медблоке, Эш, — сказал он. — Остались только лекарства и стимуляторы. Он взглянул на Мисти. — У меня неподалеку есть место. Мы остановимся, перекусим, а потом двинемся к границе региона Канто. Мисти хмыкнула, а затем внезапно замерла, засунув руку глубоко в карман пальто. Она немного порылась там, прежде чем вытащить помятую конфету в полосатой обертке. — На, держи, — она неловко протянула её Эшу. — Завалялась с прошлой смены. Эш взял конфету дрожащими пальцами. Когда он развернул её, в нос ударил знакомый до боли аромат мяты и лесных ягод. Точно такие же леденцы им с Гэри всегда давали мистер и миссис Олдридж, когда они забегали к ним в лавку после школы в Паллете. Тот же вкус и запах. Эш отправил конфету в рот, чувствуя, как сладость мгновенно прогоняет горький привкус металлической пыли. На мгновение ему показалось, что он снова дома. Мисти помрачнела, взглянув на экран своего коммуникатора. Мертвенный свет дисплея подчеркнул глубокие тени под её глазами. — Идёмте. Чем дольше мы здесь сидим, тем больше шансов, что Консорциум решит залить эти тоннели бетоном для «профилактики».