Звездное небо

Селим, услышав топот копыт лошадей, закрыл собой Нурбану, словно чего-то опасался или кого-то. Странное, дикое чувство настигло его, и шехзаде хотелось спрятать свою любимую. Он только-только ее обрел, и сейчас ему казалось, что может ее потерять. - Что такое, Селим? – непонимающе спросила девушка, обнимая сзади его. - Ты слышишь это? – напряженно ответил Селим. - Что? – Нурбану прислушалась и тоже стала различать нарастающие звуки топота копыт лошадей. Селим развернулся к ней лицом и взял за руку. - Нам лучше уйти. Они собрались идти обратно, ко дворцу, подальше от этого места, но тут из-за небольшого бугорка, по которому шла проселочная дорога, показались четыре всадника на лошадях. Вид у них был не самый приятный. Одетые во все темное, чтобы всегда быть незаметными, бандиты, а это именно были они, заметив Нурбану и Селима, оскалились и переглянулись между собой. Они ударили в вожжи и быстро преодолели расстояние, отделяющее их от их «жертв». Почти все они были одеты одинаково: в потертые местами штаны, разорванные рубашки и пояс, за которыми были многочисленный кинжалы и сабли. Самый крупный из бандитов, у которого на голове была черная повязка с нарисованными на ней двумя перекрещенными саблями, слез в лошади и в развалку направился к паре. - Посмотрите кто тут. – усмехнулся он, оскалив свои желтые зубы, - Богатенькие какие, да без охраны. Остальные трое, что остались сидеть на лошадях зло хихикнули, переглядываясь. - А девица для развлечения подойдет, - заключил главарь, чем вызвал гнев Селима, который от этих слов вспыхнул недовольством и схватился за рукоятку меча. - Ты потише , герой, - ухмыльнулся бандит, выплевывая изо рта травинку, которую он до этого жевал, - твоя смерть будет быстрой, раз вызвался сам на бой. Он моргнул одним больным глазом и вынул из ножен саблю, на которой виднелись следы запекшейся крови, а на лезвии были следы от многочисленных боев. Бандит пошатнулся слегка на ногах. Видимо он был пьян, но это было только на руку Селима, который тут же встал в боевую стойку. Конечно, он не был мастером в военном деле, но так как он был шехзаде, его обучали этому. Он более был склон к наукам, лирики и творчеству, нежели ко всем походам, в отличии от Баязида, который видел будущее государства только в военных наступлениях на другие страны. Шехзаде понимал, что шансы у него небольшие, но он ни за что не позволит этим бандитам и пальцем тронуть Нурбану, которая от происходящего сжалась в комочек и стояла за спиной Селима. Бандит напал первым, а шехзаде, выставив вперед свой меч, отразил его сильную атаку. Остальные же, сидя на лошадях наблюдали за происходящем с усмешкой, надеясь, что скоро не станет еще оного героя. Главарь вновь сделал попытку атаковать шехзаде, и вновь по лесу разнесся звук ударяющих мечей. Бандит уже начинал злиться и попытался повредить ноги Селима, но шехзаде прежде сделал выпад вперед, превосходя грузного мужчину по ловкости и изворотливости, и меч проткнул большой живот разбойника, а алая кровь заструилась из брюха. Мужчина непонимающе посмотрел на рану, затем перевел взгляд на шехзаде и замертво пал на холодную землю. Нурбану прикрыла рот руками и вскрикнула , а бандиты удивленно приподняли свои головы и посмотрели на мертвого друга. Несколько секунд они лишь смотрели на остывающее тело собрата, а затем ринулись на Селима. Самый грузный бандит долго слезал с лошади, в отличии от своих товарищей, который стали атаковать шехзаде. Он умело отражал их удары, но понимал, что не сможет долго так держаться. Третий бандит слез , наконец, с лошади и двинулся на Нурбану. Девушка не успела ничего понять, как он схватил ее за предплечье и больно сжал его. - Твой муженек убил нашего друга, - зло прошипел он, - ты и он поплатитесь за это! Глаза девушки расширились от ужаса, она видела лицо мужчины так близко, что страх покрыл мурашками кожу фаворитки. Лицо бандита было покрыто рытвинами и язвами с морщинами, и может даже похожего человека Нурбану видела тогда, когда на Парос напали турки. Страх наполнил душу девушки, она боялась впервые, но не за свою жизнь, а за жизнь Селима, который сейчас отчаянно боролся с двумя другими. - Селим, - тихо прошептала девушка, закрывая глаза, а мужчина буквально взял ее в охапку. Шехзаде, будто услышал ее ,повернул голову и увидел, что его любовь, за которую он и сражался, схватили. Он пронзил одного бандита мечом, а от другого получил ранение. Подбежав к Нурбану и третьему разбойнику, Селим занес свое оружие и убил несчастного, который явно не ожидал этого. - Селим, - отчаянно крикнула Нурбану, увидя за спиной любимого бандита, который заносил над ним свою изогнутую саблю. Но тут кто-то сзади, подойдя к разбойнику, убил его. Показались двое стражников, который все-таки нашли шехзаде и Нурбану. - Селим, - девушка подползла к шехзаде и взяла его руку, осматривая рану на предплечье. Ее глаза наполнялись слезами, и она, всхлипывая, перевязывала рану любимого частью оторванной от платья ткани. - Ну чего ты плачешь? – вытирая ее слезы, струящиеся горным потоком из глаз, улыбался Селим, - Все ведь хорошо. Нурбану лишь всхлипнула, не в силах что-либо ответить. - Карим-ага, - обратился шехзаде к стражнику, что стоял в сторонке, не мешая семейной тираде, - узнайте, что эта за банда, много их и сколько населения пострадало от нее. - Как прикажите, - отозвался стражник. Селим встал с земли, а вместе с ним и Нурбану. Она не желала расставаться с ним и поэтому обнимала его раненую руку, не сильно сдавливая. Она могла потерять в один миг смысл своей жизни, только обретя его вновь. Нурбану посмотрела в его светящиеся глаза и легкую улыбку, а затем нежно поцеловала его. Селим был ошарашен, но ответил на столь желанный поцелуй. - Ты мой герой, - гладя его волосы, прошептала девушка. - Ты для меня лучшая награда, -улыбнулся он. *** Наконец шехзаде после произошедшего в лесу мог отдохнуть. Он с легкой улыбкой на устах зашел в теплый хамам, воздух которого дарил спокойствие и расслабленность. Стоявшая возле лавочки, на которую сел Селим, хатун поклонилась и принялась мыть уставшее тело мужчины от грязи и запекшейся крови. Тихо скрипнула дверь, и в хамам вошла Нурбану, но увидя шехзаде и моющую его девушку, тут же вспыхнула ревностью. Она недовольно поджала губы и тихо подошла к хатун, которая при виде ее поклонилась и передала в руки мочалку. Открыв глаза из-за шума хлопнувшей двери, шехзаде увидел свою возлюбленную и улыбнулся. Нурбану же стала мыть тело шехзаде, изредка поливая его водой. Она, наклонившись к его уху, горячо прошептала: - Ты мой герой, ты заслуживаешь лучшей награды. Усадив себе на колени девушку, Селим улыбнулся ей. - Будь рядом – большего не надо. Нурбану улыбнулась и нежно поцеловала своего героя. Вечер Покои шехзаде Селима. Сидя на тахте и дожидаясь, пока лекарши развяжут его рану, Селим изредка смотрел на Нурбану, которая внимательно изучала ранение. Руки женщин тряслись, ведь они могли что-то сделать не так, хотя рана была небольшая. Это слегка начинало раздражать девушку. - Так, - резко встав с кровати, сказала она, отчего лекарши недоуменно посмотрели на нее, - я сама перевяжу рану шехзаде, вы же ступайте. Недоуменно посмотрев на фаворитку, лекарши пожали плечами и , оставив все необходимое, вышли из покоев. Сев рядом с любимым, Нурбану стала перевязывать ему рану. - Кто бы мог подумать, что такое может случиться, - выдохнула она, обмазывая рану лекарственной мазью. - Да, - сморщившись слегка от того, что рана заболела, Селим повернул голову к девушке и улыбнулся. Нурбану наложила стерильную повязку, и теперь шехзаде полностью развернулся к ней. - Ты давала мне стимул бороться. - Я так боялась тебя потерять, - в глазах девушки блеснули слезы, но шехзаде, погладив ее по щеке, нежно прошептал: - Ну что ты! Все теперь хорошо, я здесь, мы вместе. Улыбнувшись, девушка ближе подсела к Селиму, обнимая его. - Я никогда не хочу тебя терять, - отчаянно прошептала она и взглянула в его прекрасные серо-голубые глаза, которые стали такими родными. - Я всегда буду рядом, - прошептал Селим, за что получил прекрасный, отчаянный поцелуй. Нурбану слегка отстранившись, дрожащей от волнения рукой погладила по щеке Селима. - Если бы ты умер, я бы этого не пережила. Не смогла бы. Мое сердце бы остановилось вместе с твоим, глаза бы перестали видеть, тело двигаться, я бы не смогла дышать. Ты тот человек, без которого я бы не смогла жить. Шехзаде прижал к себе Нурбану, сам понимая, что исход этой битвы мог быть летальным. Но он отгонял эти мысли прочь. Нурбану всем телом прижималась к Селиму, стараясь наконец успокоиться в его объятья. Подняв на него свои карие глаза, девушка слегка улыбнулась и подарила возлюбленному жаркий поцелуй. Так давно Нурбану не ощущала сладких губ любимого на своих. Она своими маленькими пальчиками стала расстёгивать пуговицы на его рубашке. - Ты уверенна? – оторвавшись от ее губ, прошептал Селим. Девушка кивнула и отдалась жарким объятья своего любимого, которых так давно не ощущала. Мир ушел у нее из под ног, голова закружилась от дурманящих, жарких поцелуев, а воздух в покоях накалился настолько, что им стало трудно дышать. Долгие дни отчаянья – и вот наконец они вновь вместе. - Ты выглядишь счастливой. - Я счастлива. *** Утро следующего дня. Проснувшись достаточно рано, Нурбану с улыбкой посмотрела на мирно спящего Селима. Около десяти минут она рассматривала его такое родное и любимое лицо, покрытое щетиной. Затем, встав в постели и запахнувшись в шелковый халатик, Нурбану подошла к двери, слегка приоткрыла ее и прошептала что-то своей служанке. И вскоре хатун передала на руки фаворитки Эсмехан, которая увидев знакомое лицо матери, улыбнулась. Нурбану залезла на постель вместе с Эсмехан и положила девочку аккуратно рядом с Селимом, придерживая головку. Она своими маленькими пальчиками стала трогать то щеки отца, то нос, а он постоянно морщился, но все же сдался и открыл глаза. Его взору предстала его пухлощекая дочка, которая слегка улыбалась своим беззубым ртом. - Эсмехан Султан пожелала видеть своего отца, - хихикнув, произнесла Нурбану. Селим, тепло посмотрев на нее, сел в постели и взял на руки свою дочь. - Доброе утро,- Нурбану легко поцеловала шехзаде в щеку. - Самое лучше утро рядом с нашей красавицей, - усмехнувшись, произнес Селим и дотронулся носика дочери своим. - Один Аллах ведает, как же я счастлива, Селим. Тут в покои раздался стук, который слегка расстроил девушку, ведь она хотела подольше побыть с семьей. Но потом она вспомнила, что это скорее всего принесли завтрак. - Да! В покои вошел ага и поклонившись, оповестил о том, что завтрак готов, и спросил, где его достопочтение желает трапезничать. Когда же слуги удалились, перед тем накрыв стол, возлюбленные сели на мягкие подушки и принялись за завтрак. - Мне кажется,- вздохнув, начала Нурбану, - что когда Селимийе родит шехзаде, то мое счастье закончится, наступит тьма. - С чего ты взяла, что у Селимийе родится сын? – поморщившись, произнес Селим. - Что-то подсказывает мне, - пожав плечами и опустив голову, ответила девушка. - Нурбану, ты ведь знаешь, что означает твое имя, не так ли? – на слова шехзаде девушка кивнула, - Тьма не сможет погладить тебя, ибо ты излучаешь свет! И пусть у Селимийе рождается кто угодно, ты и твои дети будут самыми дорогими людьми в моей жизни, не смотря ни на что, запомни это. Подняв голову и улыбнувшись, девушка хотела верить в сказанные слова Селима, но порой ее настигал ужас от осознания того, что может случится, если Селимийе родит сына. *** Покои Селимийе. Распластавшись на кровати, фаворитка еще была в ночной сорочке, улыбалась и мечтательно рассказывала своей подруге: - Артемия Контарини. Раньше меня звали так. Контарини – одно из пяти знатных семей Венеции. Роскошные дворцы, статуи, картины, драгоценности, лучшие ткани – все это принадлежало нам и лежало у моих ног. Еще до нападения татар ко мне сватались три жениха! Представь, у всех на устах было имя Артемии Контарини – одной из самых завидных невест Венеции. Роскошные балы, на которых до самого утра танцевали вальсы, манзурки, были частью моей жизни. Сначала мы танцевали, кружились с герцогами, что предлагали нам подарить им первый танец, - девушка встала с потели и стала кружить по комнате, показывая, как танцевали вальс в паре, - потом мы ужинали. Что только не было на этих столах! Заморские яства, редкие фрукты – все это и многое другое можно было отведать на балах. Потом мы снова танцевали, кружили. Какая беззаботная жизнь была! Девушка вздохнула, понимая какую свободу и влияние потеряла. Ее слушательница, сидя на тахте, ухмыльнулась. - Теперь же мы рабыни, и не видать нам больше роскоши и свободы. - Нет! – вдруг жестко процедила Селимийе, - Я что, напрасно врала шехзаде Селиму о любви, напрасно отдавалась ему? Вот увидишь – я стану госпожой! Никто не затмит моего влияния! Горько усмехнувшись, Амина встала с тахты и поправила свои волосы. - Вот в чем заключается твоя любовь, Селимийе. Предала шехзаде Мустафу ради украшений и власти! - Не смей разговаривать так со мной! – взвизгнула фаворитка, жёстко смотря на Амину. - Роди ты хоть наследника, Артемия, ты для меня останешься предательницей шехзаде! Селимийе закатила глаза, усмехнувшись. - О, Амина. Ты, кажется, тоже любовь к шехзаде предала, так что молчи! Перепалки между двумя «подругами» закончились, но тут в покои вошла вторая служанка Селимийе. - Что случилось? – устало бросила фаворитка, садясь на постель. - В гареме только об этом и говорят. Нурбану Хатун ночью в покоях шехзаде побывала. Стакан с шумом упал на дорогой ковер, а его содержимое растеклось. - Что? - ошарашено проговорила Селмийе, смотря на стакан, который уронила. Служанка быстро ушла, не желая попасть под горячую руку. - Об этой власти и влиянии ты говорила? – усмехнулась Амина. - Замолчи! – рявкнула Селимийе, - вот о каком наказании шла речь… *** Несколько дней спустя… Покои Селимийе. Нервно заламывая пальцы, Селимийе, изредка поправляя свои светлые локоны, внимательно слушала рассказ Амины. - Все в гареме уже обсуждают возвышение Нурбану, и говорят о твоем падении в глазах шехзаде. А эта хатун буквально ожила, ходит и улыбается, словно шехзаде родила. - Мы еще посмотрим, кто шехзаде родит! – горячо ответила Селимийе,- Я не буду сидеть сложа руки! - Что ты хочешь сделать? – поинтересовалась Амина, сощурив и так свои маленькие глаза. - Карим - ага еще со мной? – взглянув на служанку, произнесла отчаянно девушка. Амина кивнула и увидела на лице своей подруги довольную улыбку. Селимийе, быстро взглянув в зеркало и поправив пару прядей, выбившиеся из прически, гордо произнесла: - Идем, нам нужно с ним встретится. Селимийе с гордо выпрямленной спиной вышла из покоев, а следом за ней нахмурившееся Амина. *** Глухо по коридору разносятся звуки тихих шагов светловолосой наложницы. Следом за ей идет ее, так называемая подруга, сощурив свои глаза от непонимания. Там в конце коридора ее уже поджидал высокий и широкоплечий ага, который при виде фаворитки размашистыми шагами направился к ней. - Карим - ага, - сдержанно проговорила Селимийе и приняла легкий поклон своего слуги. - Что-то случилось, раз понадобилась моя помощь? – вопрошающе посмотрев на свою «госпожу» спросил Карим. - Конечно. Ты слышал о, так называемом, возвышении падшей Нурбану? Думаю, да. Нам нужно не допустить этого. - Приказывайте. *** Вечер. Покои Селимийе. Смотря на окровавленное, остывающее тело, Селимийе с ужасом прикрыла рот рукой и перевела взгляд на Карима, который вытирал руки от крови, уже слегка засохшей. - Молодец, Карим, - еле выговорив эти слова, Селимийе грузно опустилась на тахту, - Никто не заметил тебя? - Нет, -мотнул головою ага,- все спали. - Хорошо, - девушка передала аге мешочек с деньгами, и мужчина, взглянув на мертвую, ни в чем не повинную хатун, молча удалился из покоев. Селимийе, несколько погодя, встала, на негнущихся ногах подошла к девушке, достав из декольте платья свернутую в несколько раз записку, оставила бумажку в платье мертвой. Глубоко вздохнув, она взяла холодную руку девушки, глаза которой были широко распахнуты, а в них горело непонимание, и положила на кинжал, который торчал из живота ее. - Чего ради власти не сделаешь, - отчаянно выдохнула Амина, глядя на мертвенно бледную хатун. - Именно, - подтвердила Селимийе, - иди узнай, видели ли служанки что-либо и если да, то запугай их, пусть молчат. Амина была с радостью готова покинуть комнату, где лежал труп молодой девушки. Через некоторое время, собравшись с силами, Селимийе отчаянно крикнула: - Помогите, прошу! Скорей! – она дала волю своим чувствам и заплакала горькими слезами, которые душили ее. Она сотни раз ненавидела себя, но возможно, она со временем привыкнет к такому. В покои вбежали служанки, что обычно стояли возле дверей и с ужасом воззрились на ту хатун. - Чего вы стоите? - крикнула Селимийе, - Оповестите шехзаде, что его фаворитку пытались убить! Две девушки мигом кинулись исполнять приказ, и вскоре в покоях оказался Селим, явно ничего не понимающий. - Шехзаде, - она кинулась к нему в объятья, продолжая плакать, - она пыталась меня убить! Но я увернулась и…и сама ее убила. Шехзаде. Выпутавшись из ее крепких объятий, шехзаде опустился перед мертвой девушкой и увидел ту самую записку. Он достал и ,развернув ее, стал читать. - Что там? – всхлипывая, произнесла Селимийе. - Здесь написано, что приказ убить тебя отдала Нурбану, - ошарашено ответил Селим, словно не веря написанному..