Страсти в Эреборе.

Стараясь скрыть скуку на лице, Торин уже битый час делал вид, что внимательно слушает маленького, одетого в тяжелую бархатную мантию старичка, сидевшего напротив него в королевском кабинете. Его сморщенное лицо было чрезвычайно сосредоточенным, как и положено королевскому секретарю, исполнявшему также обязанности казначея, пока он важно зачитывал составленный им отчет по расходам и доходам за прошлый месяц. - Итак, мой гошподин, - прошамкал старик, деликатно откашлявшись, - как вы помните, мы активно сотрудничаем с эльфами и за прошлый месяц закупили у лесного короля новую партию превосходных клинков. Причем весьма отменного качества, должен заметить... - белоснежные брови старого гнома деловито дрогнули, когда он сделал паузу. - И надо отметить также тот факт, - продолжил он, поправив свой монокль и снова сосредоточенно уткнувшись в кипу своих листков, - что... кхм... да, нам удалось сторговаться и сэкономить кругленькую сумму. Мирквудский король после заключения с нами союза стал на редкость уступчивым, вы не находите? - Еще бы, - буркнул Торин, положив руки на подлокотники своего большого жесткого кресла и рассеянно потирая темную бровь, - после того, как этот белобрысый лось опустошил мою казну почти на треть, он стал очень любезным, вы правы. Секретарь снова деликатно кашлянул и собрался продолжить, но в этот момент в дверь постучали, и в комнату робко вошла служанка с подносом еды, которую Торин уже отчаялся дождаться. - Продолжайте, - махнул Торин слегка растерявшемуся секретарю, когда служанка вышла, и аккуратно пододвинул поднос к себе поближе. Кивнув, тот снова открыл рот, но продолжить ему вновь не дали. Через пару секунд дверь снова распахнулась, и в комнату бодро вошел Фили. - Не занят? - спросил он Торина после быстрого кивка в сторону насупленного секретаря, который явно был недоволен тем, что его важную работу уже второй раз прерывают. Торин сделал ему знак присесть, твердо намереваясь закинуть в свой пустой желудок хоть что-нибудь съедобное. Правда, две пары внимательных глаз, нацеленных на него, никак не способствовали улучшению аппетита. - Ты слышал, что Бильбо сегодня вернулся из Дейла? - сказал Фили, плюхнувшись в глубокое кресло, не обращая внимания на сухонького секретаря на стуле рядом. Торин уставился на серебряную ложку, которую не донес до рта. Опустив ее обратно в тарелку, он постарался сделать вид, что эта новость его нисколько не взволновала. - Неужели? – спросил он равнодушно. - Да, еще утром. Торин незаметно поморщился. Должно быть, прошло уже часа два или три с тех пор, как Бильбо приехал, прикинул он мысленно. И за это время Бильбо не нашел даже минуты, чтобы заглянуть к нему? Торин знал, что вчера был с ним чересчур суров и резок в своих высказываниях. Но, будь он трижды проклят, ему уже надоело быть все время мягким и терпеливым. Если Бильбо так нравится страдать из-за Гэвина - пусть страдает. И если ему хочется торчать в одиночестве в людском городе - пусть сидит. Торину до смерти надоели вечные метания Бильбо, его холодность и бесконечные отговорки, лишь бы избежать его общества. Торин порядком устал от этого, ему хотелось, чтобы после долгого тяжелого дня, после переговоров с многочисленными послами в спальне его ждал покой. Торин хотел почувствовать себя окруженным лаской и заботой, которые от Бильбо он видел только в свои редкие визиты в Шир. Как же он скучал по тем временам... По временам, когда они не вылазили из постели... когда подолгу сидели по вечерам перед камином, попивая вино, даря друг другу чувственные ласки... целуясь и разговаривая обо всем на свете часами кряду. Очень часто Бильбо читал ему что-нибудь, и Торин любил слушать его голос. Или же ему просто нравилось, что в это время его голова лежала у Бильбо на коленях? В то время они чувствовали себя беззаботными и свободными в своем собственном маленьком мирке... Здесь же все так закрутилось и завертелось, стоило Бильбо только перешагнуть порог дворца... Очнувшись от раздумий, Торин заметил, что Фили что-то ему говорит, и через силу попытался вникнуть в слова племянника. - ...ему сейчас нелегко, я его понимаю. И меня беспокоит, что Бильбо все время один да один, - Фили сочувственно вздохнул и тут же, без всякого перехода, как это с ним часто бывало, снова обратился к Торину: - Это что, гороховая похлебка? - кивнул он на фарфоровую миску с супом, стоявшую перед дядей на столе. От чаши в воздух поднимался пар. - Не советую, - сказал он, не дожидаясь ответа. - Утром Кили мне жаловался, что у всех солдат из его отряда от этой баланды скрутило животы, и в итоге окрестные горы, куда они делали вылазку, весьма сильно пострадали. Кили даже сказал, что можно несколько дней не появляться в той стороне - даже гоблины побрезгуют пройти через то место. Торин, успевший проглотить несколько ложек супа, со вздохом отодвинул тарелку. После красочной картины, описанной Фили, у него пропал последний аппетит. Сделав знак притихшему секретарю, чтобы тот продолжал, он снова откинулся на спинку кресла и попытался внимательно вслушаться в слова престарелого гнома. Получалось это у него не очень хорошо. Мысли Торина все время возвращались к Бильбо, хотя он всеми силами старался хоть на какое-то время выкинуть его из своей головы. Точно так же, как и все ночи прошедших двух недель. Слушая монотонный дребезжащий голос старого гнома, Торин снова рассеянно принялся за суп, пребывая в собственных мрачных размышлениях о том, как быть с Бильбо. Как быть с Бильбо? Вечный вопрос. - Знаешь, я беспокоюсь за него, - снова встрял Фили, будто прочитав его мысли. - Зачем ты вообще здесь сидишь? - выразил недовольство Торин. - Или у тебя разом закончились все дела? Не обратив внимания на его грубоватое высказывание, Фили улыбнулся и подмигнул ему: - Разве я не могу просто так навестить моего дражайшего дядю? - Будь ты помладше, я бы подумал, что ты снова пытаешься выклянчить у меня сладости, которые ты поедал в детстве, словно саранча свежий посев, - ответил Торин с добродушной усмешкой. Фили только фыркнул: - Это было сто лет назад. - Но сладости ты до сих пор ешь горстями. - Зато Кили все еще невозможно заставить умываться по утрам и заплести, наконец, свое всклокоченное гнездо на голове в косы. Кстати, он мне все уши прожужжал про свою несчастную избушку в Эсгароте, говорит, что Тауриэль наотрез отказывается входить в дом "с душком мертвого гнома". - Я говорил, что ему с его подружкой-эльфийкой, обладающей столь тонким обонянием, будет крайне нелегко, - скептически заметил Торин. - Тем более нашему-то Кили, - хохотнул племянник. - Он же всегда чумазый, как будто целыми днями напролет чистит дымоходы. Как Тауриэль еще не задохнулась от его "мужского духа"! Секретарь негромко кашлянул, очевидно, решив напомнить о своем присутствии, и Фили, посмотрев на него, смущенно поерзал в кресле. - Дядя, что я хотел тебе сказать, кстати, - сказал он, понизив голос, как будто таким образом старичок не мог его услышать. - Тебя это наверняка позабавит. У меня есть одна девушка на примете, ох и разбитная, скажу я тебе! - Избавь меня от подробностей о своих похождениях, - сухо проговорил Торин, - мне достаточно твоего неуемного брата. - Да ты не понял, она не для меня, - хитро заявил Фили. - Эта девица все время спрашивает про Бильбо, и я сегодня подумал: а почему бы не послать ее к нему? Он как раз сейчас в библиотеке. А то знаешь, он все один... Торин в это время снова принялся за свой несчастный суп. Услышав последние слова заботливого племянника, он подавился и громко закашлялся, пролив на себя половину содержимого своей миски. - Что?! - прохрипел он, вытаращив глаза на Фили. – Что ты сделал?! Тот удивленно воззрился на дядю, облитого супом. Потом переглянулся с секретарем. Тот выглядел не менее изумленным. - Ээ... послал ему девушку легкого поведения, а что? Погоди, ты куда? - воскликнул он, удивленно глядя вслед ринувшемуся прочь Торину. - Я скоро вернусь, - рявкнул тот, чуть не сбив по пути ошарашенного старичка вместе со стулом. Кинувшись к двери, Торин с грохотом выбежал из кабинета. После его ухода Фили снова озадаченно переглянулся с гномом, гадая, что бы все это могло значить и почему Торин ломанулся из комнаты, словно раненый медведь. Потом он резко прищелкнул пальцами, словно пришел к какому-то решению: - Все ясно, - лицо его просветлело, и он, успокоившись, снова присел в кресло. - Гороховая похлебка, - коротко пояснил он секретарю и прицокнул языком. - А я предупреждал его, между прочим. Старичок в ответ вскинул брови, а потом сочувственно покачал головой, вновь поправив свой монокль. - Бедный хозяин, - проговорил гном со вздохом. С гороховой похлебкой он тоже, увы, был знаком не понаслышке. Торин за это время успел одним махом преодолеть несколько добрых сотен метров. Через пять минут, тяжело дыша, он с безумным видом ввалился в библиотеку, изумив Бильбо, мирно читавшего там книгу. Подскочив от неожиданности, хоббит уставился на Торина, не понимая, что с ним такое. - За тобой что, демоны гонятся? – удивленно спросил Бильбо, когда немного пришел в себя. Он озадаченно наблюдал, как Торин грозно оглядывается по сторонам, будто кого-то ищет. - Кого ты высматриваешь? Наконец глаза гнома переместились на Бильбо. - Сюда еще не заходила девушка? - требовательно спросил Торин, вновь с подозрением обшаривая взглядом книжные стеллажи, словно коварная девица пряталась где-то среди полок. Выражение лица Бильбо мгновенно стало холодным. Он сузил глаза и с презрением процедил: - Так вот зачем ты здесь. Уже подыскиваешь себе любовницу? Прибежал на свидание? Торин оставил в покое стеллажи и непонимающе посмотрел на Бильбо: - Что? Тот резко отвернулся и начал собирать со стола книги и письменные принадлежности. Торин нахмурился, все еще не понимая, почему Бильбо выглядит таким сердитым. - Поверить не могу, - услышал Торин его гневное бормотанье, - честное слово, не думал, что ты такой кобель! Ноздри его были раздуты, губы поджаты, а светлые брови нахмурены. Глядя на него, Торин наконец осознал, что Бильбо... ревнует. Бильбо ревнует его? Быть такого не может... - А если и так? - Торин решил проверить свою неожиданную догадку. - Разве тебя это волнует? - спросил он небрежным тоном. Тот с раздражением поднял книгу, которую уже в третий раз уронил, и бросил на Торина ледяной взгляд. В серых глазах его, однако, полыхал огонь, хоть он и пытался из последних сил казаться спокойным и сдержанным. - Поступай как знаешь, - резко ответил Бильбо тоном таким же теплым, как снег на вершинах гор. - Можешь переспать хоть со всеми гномками в Эреборе, это не мое дело, - отчеканил он. Все его поведение только подтверждало догадку Торина, и он обнаружил, что едва сдерживает глупую довольную ухмылку, которая норовила прокрасться на лицо. Видимо, Бильбо это заметил, потому что разозлился еще больше, что было заметно невооруженным глазом. Он уперся ладонями в стол и угрюмо уставился в сторону: - Значит, ты говорил это серьезно? - Насчет любовницы? А почему бы и нет? - с напускным равнодушием отозвался Торин, не спуская глаз с его напряженного лица. От внимания Торина не укрылась ни одна мельчайшая деталь. Он отметил, что Бильбо, скорее всего, был с утра у цирюльника - русые волосы его были аккуратно подстрижены, и та потрепанная одежда, что была на нем прошлым вечером, тоже исчезла, - ее сменил свежий наряд. Сегодня Бильбо был больше похож на себя, чем вчера. Если быть честным - Торина изумило то, чем занимался Бильбо в Дейле. Разгружал телеги? Таскал бревна? Бильбо?! Да он же аристократ до мозга костей! Кроме всего прочего, вчера Торина охватило безумное раздражение, когда он увидел измученное лицо хоббита. Почему Бильбо не хочет поговорить с ним, поделиться своими мыслями? Проклятье, неужели ему больше нравится пребывать в своем добровольном одиночестве? Торин уже привык, что тот всегда под боком и под его присмотром, и ему решительно не нравилось, что теперь Бильбо решил показать свою независимость. У него же было все, зачем ему нужно было копаться в пыли и грязи? Одно дело, если бы на его месте был Торин. Но Бильбо - это совсем иное дело. Бильбо и бревна несовместимы... определенно несовместимы. Это глупо, как и все, что касалось его поведения. Торин отчетливо видел, что его что-то гложет изнутри. И одна часть Торина рвалась к нему. Он желал утешить его, поговорить и расспросить о том, что омрачает его мысли, как он всегда поступал, когда Бильбо был чем-то расстроен. Но другая часть Торина не позволяла ему этого сделать. В конце концов, у него тоже была своя гордость. Если Бильбо не хочет разделить с ним свои переживания, то это его дело. Поэтому Торин каждый день делал вид, что его это не волнует. - А как же... Что насчет нас с тобой? - с трудом выговорил Бильбо после тяжелой паузы, так и продолжая хмуро смотреть в сторону. - Я больше не желаю бегать вокруг тебя на цыпочках и ждать, когда ты соизволишь вспомнить о моем существовании. Думаю, с любовницей у меня таких проблем не будет, как ты думаешь? - с сарказмом спросил Торин. - Захочешь - приходи. Не захочешь - твое дело. Считай, что избавлен от тяжкого бремени разговаривать и делить со мной постель. Разве ты не этого хотел? Торин замолчал, глядя на него и прекрасно понимая по его лицу, что Бильбо едва сдерживает свой гнев. - Да, - процедил Бильбо, не сумев скрыть ярость в голосе. Отвернувшись, он кое-как собрал свои книги со стола. - Именно этого я и хотел. Желаю удачи с поисками. Потом, не глядя на Торина, он с каменным лицом прошел мимо. - Кстати, - Бильбо остановился, с презрением ткнув в сторону Торина кончиком пера, - у тебя какая-то субстанция на тунике, - и, с силой пнув дверь, он быстро покинул зал. Торин рассеянно посмотрел на остатки горохового супа на своей груди, нисколько не огорченный испорченной одеждой. Его мысли были о другом. «Так вот почему ты так быстро примчался из Дейла», - усмехнулся он мысленно, посмотрев на дверь, за которой только что скрылся Бильбо. Стоило ему упомянуть про любовницу, как хоббит тут же прибежал обратно. Бильбо всегда твердил, что он от природы не ревнивый. Но, как оказалось, и ему не чуждо это сильное чувство. - Упрямец, - произнес Торин вслух, и с усмешкой покачал головой. - Я заставлю тебя взять свои слова назад. И я заставлю тебя познать всю силу настоящей ревности. Даю слово. А пока что ему предстояло дождаться девицу, которую послал сюда Фили, и препроводить ее восвояси. И заодно постараться доходчиво ей объяснить, чтобы она больше никогда даже не смела смотреть в сторону Бильбо.

***

День обещал быть тяжелым. Бильбо понял это с предельной ясностью, когда на следующее утро явился к завтраку в общую залу и увидел там во главе стола Торина, хотя хозяин Горы почти никогда не принимал пищу вместе с солдатней и рабочими, как делал Бильбо. Откуда у него вдруг нашлось на это время? Рядом с ним сидели еще несколько гномов, а также Двалин, Фили и Бофур. За столом царил оживленный разговор и попеременно слышался дружный смех гномов. Но Бильбо поразило даже не то, что Торин смеялся вместе со всеми и, по всей видимости, пребывал в отличном настроении. Его поразило другое: когда к их компании подплыла пышногрудая служанка, Торин вдруг подмигнул ей и принялся открыто флиртовать с гномкой. Бильбо видел это даже с дальнего расстояния. Он даже видел, как девица покраснела и кокетливо захлопала глазами, после чего рассмеялась... Бильбо не верил своим глазам. Его захлестнула такая злость, что перехватило дыхание. Ноги почему-то сами понесли его в ту сторону, хотя больше всего ему сейчас хотелось уйти отсюда. Сбежать от этой мерзкой картины. Или схватить со стола что-нибудь потяжелее и запустить им в голову Торина, чтобы стереть с его физиономии эту ленивую улыбку, предназначенную для нахальной девицы. "Как он смеет улыбаться ей таким образом? Он вообще не имеет права улыбаться кому-то подобным образом!" Бильбо злился все сильнее, не замечая, что все его эмоции отражаются на лице, а руки сжимаются в кулаки. На негнущихся ногах Бильбо подошел ближе и встал рядом со столом, рассеянно кивнув своим друзьям. Но мрачный взгляд его был прикован к Торину. Тот, будто не замечая его появления, продолжал любезничать с девушкой, лениво перечисляя ей блюда, которые желал отведать на завтрак. Бильбо никогда не видел Торина таким. За одну минуту он превратился из обычного Торина в какого-то ловеласа и дамского угодника! Этот ленивый, слегка прищуренный синий взгляд, расслабленная поза... Все это всегда предназначалось только для Бильбо, когда они оставались наедине! Видеть, что Торин ведет себя так же с кем-то другим, было невыносимо. Бильбо снова вспомнил слова Торина про любовницу, и в груди его все сдавило от нехватки воздуха. Неужели Торин уже нашел кого-то? Или он спит с этой девицей? Стоило Бильбо представить Торина в спальне с этой девушкой, как в глазах потемнело и его замутило. Почти на каждое слово хозяина Горы кокетливая гномка отвечала хихиканьем, и этот звонкий смех резал слух Бильбо. Торин даже не смотрел на него, полностью поглощенный беседой со своей симпатичной собеседницей. Чувствуя себя униженным и оскорбленным, Бильбо молча уселся за стол между Фили и Бофуром. Он склонил голову над своей тарелкой, которую ему услужливо пододвинул один из гномов, и изо всех сил пытался сохранить на лице спокойствие, хотя внутри у него все клокотало от бешенства. Фили склонился к нему и принялся что-то рассказывать, но Бильбо даже не пытался вникнуть в его слова, косясь на Торина тяжелым взглядом. Через минуту пышногрудая служанка, к неимоверному облегчению Бильбо, куда-то упорхнула, и Торин, наконец, соизволил заметить присутствие хоббита, встретившись с ним глазами. В синем взгляде его читалось понимание. Губы Торина дрогнули в чуть заметной усмешке. "Он знает, - вдруг понял Бильбо, - он знает, что я чувствую, глядя на него с этой девушкой". Задохнувшись от гнева, Бильбо до скрипа сжал зубы. Он снова устремил глаза в свою тарелку, отчаянно пытаясь сохранить жалкие остатки самоконтроля. Но разве можно быть спокойным, когда внутри полыхает разрастающаяся злость? Он догадался, чего добивался Торин. "Ты хочешь, чтобы я ревновал и бесился из-за тебя, пытаясь таким образом отомстить мне за мою холодность? - подумал Бильбо, скрипнув зубами. - Но ничего у тебя не выйдет, самоуверенный индюк, я не собираюсь доставить тебе подобного удовольствия". Призвав на помощь все свое самообладание, Бильбо решил высидеть весь завтрак, даже если это будет стоить ему всех его нервов. Если он уйдет раньше, Торин поймет, что его маневр удался, а Бильбо скорее позволил бы себя придушить, чем дал бы ему повод так думать. Это было дело принципа, и он ни за что не собирался уступать Торину! За этими мыслями он даже на какое-то время позабыл о том, что так сильно мучило его предыдущие дни. Сейчас все его внимание было сосредоточено на темноволосом гноме. Но спустя четверть часа Бильбо понял, что терпению его в ближайшие минуты придет конец. Нахальная девица вернулась с подносом, и их прерванная беседа с Торином возобновилась. Слушая бархатный голос Торина и звонкое щебетанье гномки, Бильбо все больше закипал, уже жалея, что так скоропалительно вернулся из Дейла. Зачем он вообще сюда приехал? Бильбо не хотел думать о причинах, по которым он так быстро примчался в Эребор, даже на день раньше, чем планировал. После разговора с Торином он не мог сомкнуть глаз всю ночь, и едва небо стало светлеть, вскочил с постели и начал собираться в путь... Дурак! Раздражение Бильбо искало выхода, и он повернулся к Фили: - Тебе не кажется, что Торин сегодня ведет себя непозволительно распущенно? Я бы даже сказал, он похож на кобеля в присутствии течной собаки! - процедил Бильбо сквозь зубы. Он отшвырнул в сторону покореженную вилку, которую сжимал чересчур сильно, пока искоса прожигал взглядом ненавистных голубков. "Я не ревную, - повторял он мысленно. - Нет. Нет. Я никогда не ревную..." Тогда что с ним сейчас творится? И откуда это желание закопать Торина заживо? Фили удивленно приподнял пшеничные брови, затем посмотрел на дядю и пожал плечами: - Я бы так не сказал. Я даже рад, что он начал обращать внимание на женщин. В конце концов, он мужчина в расцвете сил, сколько можно прозябать в своей работе? Я очень хочу, чтобы Торин нашел себе достойную спутницу жизни. Бильбо сердито посмотрел на него: - Ты считаешь эту грудастую служанку достойной твоего дяди? - Конечно, нет, - усмехнулся Фили, - ты и сам прекрасно знаешь, что такие горячие штучки годятся только для ночных утех. И, похоже, дядя сегодня намерен затащить одну из них в свою постель и снять, наконец, со своей спальни холостяцкий замок. Бильбо непреодолимо захотелось придушить Фили. Он метнул в сторону Торина испепеляющий взгляд и чуть не задохнулся от ярости, когда увидел, что тот позволил хихикающей девице сесть себе на колени. Этого Бильбо уже не мог вынести и, с грохотом отодвинув тарелку, резко встал из-за стола. Торин заметил, что Бильбо решительно идет к выходу. Он бесцеремонно спихнул со своих колен девицу и, быстро нагнав Бильбо, ухватил его за рукав: - Бильбо, - с торжествующей ухмылкой сказал он, - куда ты? Я хотел с тобой погово... Договорить он не успел. С перекошенным от гнева лицом Бильбо обернулся и со всего маху заехал ему кулаком прямо в лицо. Торин никак не ожидал от Бильбо ничего подобного и от неожиданности потерял равновесие. Зашатавшись, он рухнул на пол прямо посреди зала. Все присутствующие изумленно разинули рты, и в воздухе повисла жуткая тишина. Солдаты даже не знали, что им делать: не встревать - так как все они прекрасно знали и хорошо относились к мирному хоббиту - или же кинуться на помощь своему господину. В итоге, поскольку Торин не отдал никакого приказа, никто не решился сдвинуться с места. - Считай, что мы поговорили, - прошипел Бильбо, с удовлетворением посмотрев на разбитый нос Торина. Затем быстрым шагом покинул зал.