Зверь внутри

POV Джона. Нельзя сказать, что утро принесло особое облегчение, ясность мысли или еще что-то такое (или что-то подобное). Кофе даже проснуться толком не помог: неприятная сонливость буквально сбивала с ног. Дверь в комнату Шерлока была не просто закрыта, а заперта. Это что-то новенькое и… раздражающее, что ли. Он никогда не запирал свою дверь. Я никогда не входил без стука, но он все равно не запирал ее – (это было демонстрацией доверия) демонстрация доверия, – а что тогда получается сейчас? Кажется, что дом просто вымер. Я принюхался. Запаха нашей доброй ведьмы не было, не было морского запаха от келпи, даже страхом не пахло. Стоп! Шерлоком тоже не пахло. Я не на шутку разволновался, но все же удержался от того, чтобы выбить дверь в его комнату. И все же… я всегда мог учуять его, даже если он далеко. Нет, ну не могли же они уйти без меня? Хотя, это же Шерлок. Другое дело, что он больше привык посылать куда-то меня, если ему скучно. Чтобы окончательно развеять свои сомнения, я поднялся на крышу. Шерлоковский богомол смотрел на меня стеклянными глазами-фарами. Это немного успокаивало: Шерлок никуда не ушел бы без этой груды металла. С другой стороны, зачем этот богомол, если есть телепортация. Вернувшись в гостиную, я заметил письмо в пневмопочте, терпеливо дожидавшееся меня. Это озадачивало. Не то, чтобы нам с Шерлоком редко приходили такие письма, но обычно они адресованы ему и связаны с новым делом. С каким-то мрачным предчувствием я вытряхнул письмо из колбы, развернув листок, и почти с ненавистью уставился на короткий текст. «Нортамберленд-стрит, 22. И советую поторопиться, Джонни, а то опоздаете». Во всем этом грешном городе был только один человек, называвший меня «Джонни», и то, насколько меня это бесит, не сравнить с тем, насколько я не хочу больше сталкиваться с этим психом. И как это понимать? Опять ловушка? Нет, разумеется, это ловушка. Не мог же он знать о нашем деле, и уж тем более нам помогать? Да, утро выдалось в высшей степени странным. Несмотря на то, что при одной мысли об этом человеке неприятный холодок пробирался по позвоночнику, я все равно забрал из своей комнаты револьвер и поднялся на крышу. Богомол меня нервировал, но Нортамберленд-стрит находится почти на другом конце Лондона, и по воздуху я туда доберусь значительно быстрее, другое дело, что придется оставить его прямо на крыше, больше я там нигде не сяду. Богомол летел на удивление легко и без особого шума, видимо, его наконец нормально отремонтировали. По дороге я невольно задумался над запиской, стараясь не думать, какого черта я туда вообще лезу в гордом одиночестве. Джим всегда обращается на «ты», и тем страннее звучит множественное окончание. Или это вовсе не уважительное, а простой расчет на то, что Шерлок тоже будет дома? Как и всегда, когда дело касается этого психа, вопросов больше, чем ответов. Ладно, на месте разберусь. На крыше никого не было. Слезая с богомола, я подумал, что это забавно. Когда-то, в самом начале нашего с Шерлоком знакомства, мы поджидали тут серийного убийцу. Тогда все пошло совсем не так, как мы планировали, но я снова почувствовал себя живым. После всей этой истории трость, с которой я вернулся с войны, была закинута в угол моего шкафа, и больше я о ней не вспоминал. Все же это совершенно невероятно, как так получилось, что я нашел свой смысл, свое место рядом с этим совершенно невыносимым вампиром. Рядом… если подумать, то мы всегда действуем вместе. Всякий раз, когда мы действуем поодиночке — неизменно во что-то влипаем. Оставив богомола на крыше, я вышел на лестницу. Так, и куда теперь? Я снова принюхался. За дверью чердака кто-то был. Я снова вдохнул воздух. О, ну конечно. С мрачной решимостью я потянул дверь чердака на себя. Темнота не смутила меня, тем более, что тут были небольшие окна и солнце оставляло квадраты ярких пятен на полу, подсвечивая полумрак чердака. Я прекрасно видел в этом полумраке, но Мориарти, которым все еще отчетливо пахло, нигде не было видно. — Какой быстрый песик, — раздалось почти возле самого моего уха. — Неудивительно, что Шерлок любит тебя посылать, — я почти чувствовал усмешку. Я моментально обернулся. Мориарти стоял на расстоянии вытянутой руки от меня и, как всегда, буквально светился самоуверенностью. Кажется, протяни руку, и можно просто порвать его на куски и с ним будет покончено. Другое дело, что маг есть маг, тут еще вопрос, кто окажется быстрее. А Джим был очень сильным магом. Очень. И хотя он говорит, что не любит пачкать руки, но я уверен, случись что, и отскребать тебя от пола будут долго, если вообще останется, что отскребать. Поэтому все, что я мог, это проигнорировать оскорбительный комментарий. Любопытно, от Мориарти все еще пахло тем самым, смутно знакомым оборотнем. Хм… — А твой песик, видимо, ходит исключительно на коротком поводке. Боишься, что убежит? Преступный гений усмехнулся. — Пробуешь кусаться? Ты прямо весь такой предсказуемый, как он и говорил. Что еще за «Он»? Так, что на этот раз затеял этот псих? — Так ты позвал меня сюда для обмена любезностями? С другой стороны, убивать меня он явно не собирается, тогда что? —И для этого тоже, — его губы тронула улыбка, почти безобидная. — Видишь ли, я прекрасно осведомлен о том, чем вы с Шерлоком сейчас заняты. Мне совершенно не нравится, когда мне мешают, а все это зашло слишком далеко. Неужели все так очевидно, и за действиями той вампирши стоит Мориарти? Это даже немного скучно. — И? —Твой Хозяин слишком долго возится, — Джим раздраженно передернул плечами. — Что бы вы без меня делали… — Жили бы себе нормально. — Что может быть скучнее? — Джим почти вплотную придвинулся ко мне, пристально глядя в глаза. Вроде бы у него самые простые темные глаза, но такое ощущение, что заглядываешь в бездну. Мориарти лениво махнул рукой, разворачиваясь с явным намерением уйти. Вот сволочь, знает же, что я не нападу на него. Кулаки сжались сами собой. Боже, только он умудряется быть пугающим и раздражающим одновременно. — Лучше посмотри, что внизу. Но не один, а то этот мальчик опять на возню с тобой отвлечется. Так, он что, и правда собрался помогать? Да ладно. — А что же ты тогда сам не разберешься со всем? — Мне интересней наблюдать за вами. — А может, просто боишься, что пострадает твой ручной зверек? Я и сам не ожидал от себя, что скажу это вслух, но вывод был очевиден. Мориарти замер на пару секунд прежде, чем выйти. Все-таки я метнулся следом, но, разумеется, он пропал вместе со своим запахом. Вот черт! Осталось два вопроса. Стоит ли доверять его словам? И где, черт возьми, Шерлок? Получается, что проблема с этими медальонами затронула и его интересы. Довольно странно думать, что он может быть заинтересован. Вернее, заинтересован в таком ключе. В голове снова рассерженным насекомым загудела мысль о запахе оборотня. Смутно знакомым и странным образом цепляющим меня. — Джон? Я дернулся на голос, ожидая снова увидеть Джима, но у выхода на крышу стоял Шерлок, а за его спиной маячили Акер и Анат. — Куда вы все подевались? — возмутился я. — Сложно было разбудить меня? — Нет, Джон, что ты, когда мне что-то мешало тебя разбудить? — отмахнулся детектив. — Ну разумеется. Я фыркнул: вот чертов эгоист. — Но вампиры не любят оборотней, и мой клан — не исключение. Анат за его спиной вздохнула, просочившись мимо Шерлока, и, хмыкнув, бросила: — Этот гений пытается сказать, что мы были на совете клана, и он беспокоился, что у тебя могли бы быть проблемы, если бы мы взяли тебя с собой. Шерлок беспокоился обо мне? Сегодняшний день что, задался целью добить меня? — Джон, что ты тут делаешь? — Шерлок тут же перевел тему. Вот как бы так объяснить? Не могу же я сказать, что Мориарти дал нам подсказку? Тем более, я все еще не уверен, что это именно подсказка, а не ловушка. — Эта вампирша, Фрида, она здесь. Я решил просто ткнуть пальцем в небо. Угадаю — отлично, ошибусь, ну это тоже не страшно. — Ты ее выследил? Вот кто все это время занимался делом, — хмыкнул Акер, обходя меня и Шерлока. Шерлок, тем временем, пристально смотрел на меня. — Тебе лучше остаться тут, чтобы не попасть под влияние… — Шерлок, хватит уже, я в курсе последствий, в этот раз все будет нормально, я не поддамся! Шерлок, чуть нахмурившись, положил руку мне на плечо, заглядывая в глаза. Опять пытается прочитать мысли. Как же это иногда раздражает… Внизу послышался страшный грохот, от которого содрогнулось все здание. Черт, дом же жилой, если развалится, то жертв будут сотни. Только сейчас, отведя от Шерлока взгляд, я заметил, что Акера и Анат нет. — Проклятье! Они что, решили в одиночку с ней разобраться? — последние слова я уже договаривал на бегу. Нижний этаж напоминал место боевых действий, несколько перегородок снесло взрывом, и я всерьез опасался, что здание рухнет. Стены были оплавлены, на обгоревшем полу были какие-то почти полностью прогоревшие кучи. В воздухе удушающе пахло гарью и горелой плотью. Мне пришлось закрыть нос ладонью, чтобы поберечь его чувствительность. Даже вбежавший следом за мной Шерлок закрыл нос шарфом. Посреди всего этого стояла Анат, опираясь на трость и стряхивая со свободной руки пепел. Акер стоял возле нее и о чем-то возмущенно шипел. Казалось, что никто из них не испытывал особого дискомфорта от запаха. Обернувшись, Анат улыбнулась. Наверное, акула и то выглядит безобиднее. — Извините, что оставили без главного веселья, но вы так мило разговаривали, что не хотелось вас прерывать. — И где Фрида? — уточнил Шерлок. — Смылась. — Значит, теперь они будут в курсе, что ты в Лондоне? — я вспомнил опасения Анат еще при первой нашей встрече. — Увы, да, — девушка вздохнула. — Но думаю, что этот фокус она уже не повторит. — Чуть подумав, она добавила: — Я надеюсь. Да уж, хотелось бы на это надеяться. Терять над собой контроль совершенно ужасно. — Значит, дело закрыто? — Да. И я покидаю Лондон. — Почему? Разве не лучше остаться и помогать клану? Анат как-то резко помрачнела. — Что-то случилось на совете? — То, о чем я и говорил, они ждут брата, а не меня, — все еще мрачно хмурясь, ответила Анат. — В любом случае моя цель — его поиски. — А если он в Лондоне? — Почему тогда скрывается? — А почему скрывалась ты? — Даже от меня? — она удивленно изогнула бровь. — Кто знает. Может, ему нужна твоя помощь. Не факт, что он намеренно избегает тебя. — Не знаю. Это все равно, что гадать на кофейной гуще. В голосе Анат сквозила усталость. Интересно, сколько она его ищет? Пару лет, столетие, тысячелетие? — Искать в одиночку — это одно, весь город не перероешь, а когда глаз и ушей сотни, это куда продуктивней и надежней. Шерлок как всегда спокоен и рассудителен. — Может, ты и прав, — неуверенно согласилась Анат. — В любом случае, я собираюсь уходить не прямо сейчас. И все же, так странно, что все закончилось так быстро. Нет, я не возражаю, но мы столько бегали. Да, нужно еще сообщить Лестрейду, хотя такой шум сложно не заметить, думаю, что скоро тут будут полицейские. Совершенно не представляю, как мы будем это все им объяснять. Шерлок оглядывался по сторонам, наверное, искал какие-то детали, заметные только ему. Акер молчал, как обычно. Анат, похоже, задумалась над нашими с Шерлоком словами. В воздухе повисла тишина, почти гнетущая, хотя это, скорее всего, вина запаха. Отойдя к лестнице, чтобы избавиться от мешающего запаха, я сел прямо на ступени. Сейчас от меня было мало толка, а мне хотелось разобраться, почему запах оборотня вокруг Мориарти мне так знаком. У Шерлока абсолютная память на события и предметы, у меня на запахи. Если я с кем-то долго контактирую, то неизбежно запоминаю его запах. И то, что я узнаю этот запах, значит, что и его обладателя я должен хорошо помнить. Закрыв глаза, я сосредоточился. Это старое воспоминание. Еще со времен войны. Там было не так уж и мало оборотней, но был один особый, во всех отношениях, оборотень. Как и я, он был не таким, как остальные. Лучший стрелок, по-настоящему невероятный снайпер. Одних он бесил, а другим нравился, во многом потому, что был красивым. Не смазливым, но по-своему красивым. Молчаливый стрелок в ранге полковника. Мы были в разных частях, но встречались достаточно часто. Всегда находилась причина, чтобы снова встретиться. Он не делал разницы между мужчинами и женщинами. И начисто был лишен милосердия, он смолил, как паровоз, а на вопрос, почему, он тут неизменно отвечал: «Я дерусь просто потому, что дерусь». И все равно с ним было просто общаться, как если бы мы были знакомы задолго до военной службы. А потом случился инцидент, из-за которого он очень спешно бежал, спасаясь от военного трибунала. Не знаю, правдой были выдвинутые обвинения или нет, с его характером все было возможно. Я глубоко вздохнул, все еще не открывая глаза, вспоминая его лицо и имя. То, что Джим совершенно точно навел нас на Фриду, наводило на мысли, что он действительно беспокоится, что эти амулеты могут ему навредить… Да ладно, Мориарти о ком-то заботится? Чушь! Тут что-то другое. — Моран. Себастьян Моран. — Ты о ком, Джон? Я открыл глаза: похоже, что имя я произнес вслух, вот черт. Напротив меня стоял Шерлок и очень внимательно смотрел на меня. — Что-то случилось? — уточнил детектив. — Нет, просто вспомнил кое-кого. Я нахмурился. Нужно было перевести разговор в другое русло, чтобы этот гений не начал допытываться, что и почему. Я совершенно точно не хотел опять вспоминать этого оборотня.