Never Surrender

Ньют быстро приближался к выходу, грубо расталкивая окружавших его ребят. Парень раздраженно бросал короткие отрывки фраз, когда кто-то с удивлением хлопал его по спине или ложил руку на плечо. Ньют испытывал смешанные чувства: недоумение, растерянность, гнев, который постепенно трансформировался в панику, которая быстро передавалась приютелям друг от друга. Только когда блондин оказался у копий и штыков, он понял, что девушка находилась здесь не по своей воле. – Только попробуй это сделать, я тебе кишки все выпущу! – прогремел за спиной земледела ледяной голос Гэлли. От неожиданности Ньют вздрогнул, а затем по привычке потянулся за своим мачете. Но пальцы нащупали только пустовавшее место на поясе. Юноша сжал кулаки так, что на них проступили вены. – Думаешь, ты теперь за главного? – прошипел блондин. Страж строителей нагло улыбнулся. Только после этого Ньют заметил внезапно появившийся широкий нож. Гэлли медленно перекладывал его из руки в руку, неотрывно глядя на блондина. – Зачем ты это делаешь? – Ньют, осознавая своё плачевное положение, постарался отойти от драки и решить всё мирным путём. Вдруг за одно короткое мгновение все звуки в Приюте стихли, потонув в протяжном заунывном вое. Гриверы приближались и, как почудилось Ньюту, сегодня в этом вое было что-то торжественное. «Конечно, добрались до лакомых кусочков», – подумал блондин, размышляя о том, как похожи они сейчас на свиней на Живодёрне, ожидающих мясника. Гэлли медленно обошёл вокруг связанной Холли, высекая неровные линии на копье чуть повыше рук девушки. – А ты сам подумай, Ньют, – приютель говорил так, словно надвигающиеся киборги его вовсе не беспокоили. Гэлли лениво ворочал языком, с упованием глядя, как импульсивно дергается Холли, пытаясь сказать хоть одно разборчивое слово. – Она слишком много помнит, она слишком много знает. Какая-то девчонка, Ньют, девчонка, которая здесь без года неделю. Ты никогда не задумывался над её предназначением? Парень помолчал немного, но воздух тут же заполнил собой вой с еле-слышимым скрежетом металла о металл. «Скоро они доберутся до Приюта». Нужно было что-то делать, и чем скорее, тем лучше. Ньют метнул в толпу быстрый взгляд, надеясь разглядеть хоть одну нужную спину. Но он не увидел в темноте ни Томаса, ни Минхо. – Она говорит, что здесь скоро всё изменится, – между тем продолжал Гэлли. – И вот, пожалуйста! Она говорит, что сюда будут приходить гриверы. И что? Не слишком ли много совпадений для одного человека? Страж строителей говорил с нескрываемой издевкой. Он явно считал, что избавившись от Холли, а затем и от Терезы, приютели избавятся и от проблем, а жизнь станет прежней. – Неужели ты совсем тупой и не понимаешь, что их смерть ничего не изменит? Ньют почувствовал во рту горьковатый привкус, к горлу подкатила волна тошноты, когда до носа долетел запах горелого мяса и машинного масла. Но юноша надеялся, что он стоит на ногах так же твёрдо, как и прежде. Нужно что-то делать… Что-то делать… Мысли хороводом кружились в голове, и каждый раз, когда Ньют судорожно пытался схватиться за одну из них, почти придуманный план действий таял в мгновение ока. – А что будет, если мы проверим? В тот момент, когда горизонт прохода озарило призрачное свечение, а затем оттуда показалось несколько пульсирующих силуэтов, издававших отвратительные звуки, от которых затошнило ещё сильнее, кто-то из темноты метнул хорошо заточенный нож. Услышав, как его острие со свистом разрезает воздух, Ньют отскочил в сторону и посмотрел в направлении, откуда прилетело оружие. Блондин тут же узнал лицо Минхо, на которое в свете факела падали длинные тени, скрывавшие большую его часть. Ньют тут же схватился за рукоять ножа, а затем разрезал грубые верёвки, которыми Холли была привязана к столбу. Девушка опустилась на колени и низко наклонила голову так, что её длинные волосы скрыли собою лицо. Холли тут же принялась растирать отекшие запястья. Ньют отбил несколько выпадов строителя, пытаясь оттеснить его подальше от девушки. Слабость всё больше давала о себе знать, а в голове словно лопнуло несколько крупных сосудов. – Один! Всего один, и они уйдут! – испуганно вскрикнула Холли и отскочила в сторону, когда в нескольких дюймах от неё прожужжал диск пилы. Ньют схватил Гэлли за ворот футболки и потянул на себя, пытаясь оттащить парня от киборгов. Но строитель, казалось, был заворожен чудищами. Он прирос к земле и не делал никаких попыток сдвинуться с места. – Идиот, ты там корни что ли пустил?! – блондин громко ругнулся, всё ещё пораженный тем, с какой огромной скоростью гриверы добрались до ребят. «Ведь всего несколько секунд они были в коридорах!» Вдруг сзади заклацала механическая рука. Ньют резко обернулся, прижавшись спиной к столбу. Слова застряли у парня в горле, когда он понял, что их троих сжимают в плотное кольцо около шести гриверов. Ребята примкнули друг к другу, не дыша от ужаса. Ньют дал себе слово больше никогда не поддаваться панике. Глядя на неравномерно подскакивающую вытянутую конечность, перед глазами юноши всплыл тот день, когда он первый раз глядел в глаза своей смерти. Блондин чуть не сошёл с ума от страха и сорвал голос до хрипоты. Ньют бы и умер в Лабиринте, если бы в последний момент не появились Алби с Минхо. И как они только дотопали до Приюта с его больной ногой? Ньют не отрываясь смотрел на гривера, который когда-то сделал его калекой. Хоть парень и осознавал, что глаз у киборга нет ровно так же, как и морды, Ньюту чудилось, что сейчас он смотрит именно в них, а чудище вспоминает брошенный в него камень. – Кто-то один! Ну же! Юноша почти утратил возможность соображать и владеть собой, но холодный тон девушки вернул его к реальности. Ньют отшатнулся от Холли и несколько секунд тупо пялился на неё одурелыми глазами. Как она может говорить о подобных вещах с таким равнодушием?! Парню вдруг стало совестно: именно Ньют пообещал Холли, что в Приюте никто не желает ей зла, а огромные каменные блоки обеспечат защиту на все времена. От ледяного тона, которым были произнесены слова, Ньюту показалось, что кто-то тяжело ударил его в живот. — Ну тогда я это сделаю, — проскрипел Гэлли. Только сейчас блондин понял, что за ними наблюдает весь Приют, а от него самого ждут каких-либо действий. — Не смей этого делать, слышишь меня, шэнк? — тихо сказал Ньют, не разжимая зубов, всё так же глядя на гривера, противно пульсирующего и гремящего железом. Киборги один за другим медленно остановились на месте, а затем несколько чудовищ покатилось в сторону толпы. Приютели разбежались в разные стороны, словно были кеглями, в которые бросили шар для боулинга. Представив себе эту картину, Ньют еле подавил в себе нервный смешок. — Сколько можно повторять — нужен всего один! — Холли вздрогнула, когда один из гриверов сделал несколько неуклюжих кувырков вокруг столба, намереваясь оказаться за спиной девушки. Ньют удивлённо изогнул бровь, наблюдая за медленными движениями Холли, которые были продуманы до мелочей. От его внимания не укрылось, что губы девушки шевелились. «Она с ними разговаривает?» Когда Холли вновь оказалась «лицом к лицу» с гривером, он угрожающе клацнул механической рукой и замер на месте, пульсируя и позвякивая своими приспособлениями для пыток. Девушка с облегчением перевела дух, сделав неглубокий поверхностный выдох. Воцарилась тишина, нарушаемая тихим монотонным жужжанием моторов. Все киборги замерли как один, выжидая какой-то команды, которую должен был передать им невидимый куратор. Большая бусина пота скатилась по носу Ньюта, мокрые волосы прилипли ко лбу. Юноша вздрогнул всем телом и тут же прижался обратно к копью, возвращаясь в прежнее положение, когда рука Гэлли слабо сжала его плечо. — Не делай, прошу тебя, не делай этого, — с мольбой в голосе прошептал земледел, понимая, что строитель для себя уже всё решил. Гэлли, между тем, продолжал в упор глядеть на одного из гриверов. Парень как зачарованный сделал робкий шажок вперёд. Ещё один. Затем Гэлли, не сводя с чудовища глаз, нагнулся и взял в руки камень. Строитель судорожно вертел его в руках, и Ньют видел, как подскакивал вверх-вниз его кадык. Движения Гэлли были похожи на механического робота, который уже давно перегрелся и вот-вот должен был разрядиться. Приютели лишь молча стояли, все как один парализованные страхом. И Гэлли кинул камень. Пусть маленький, но он попал точно в цель, утонув, а затем выскочив из рыхлой кожи гривера. Вся поляна тут же пришла в движение. Если раньше руки-фонари были направлены строго в центр образованного киборгами кольца, то теперь лучи метались в беспорядочном направлении, а яркий свет бил в глаза. Гриверы врассыпную кинулись по Приюту во всех направлениях; каждый желал оказаться самым удачливым охотником этой ночью, ведь если верить словам Холли, унести можно было только одного. Лучи прыгали из угла в угол, меняя своё направление за долю секунды, пока киборги пытались определиться с жертвой. У Ньюта пересохло во рту, когда на него направили чуть подрагивающий пучок света. Юноша только и смог сделать, что прикрыть глаза рукой. Без сомнения, это был тот самый гривер. Он узнал его. Киборг протяжно взвыл, а затем покатился прямо на Ньюта. Скорость вращения диска циркулярной пилы при этом заметно увеличилась. Неужели эти твари тоже испытывали какие-то эмоции или чувства? Кто-то схватил Ньюта за плечо и со всей силы пихнул в сторону, так что парень чуть не упал. В этот момент гривер врезался в столб, и тот с громким треском разломился надвое. Один конец этого полена мог убить человека, если бы попал тому по голове, подумал Ньют, прежде чем посмотрел на своего спасителя. Ну конечно же, это был Минхо. Кому ещё, как не ему, придёт в голову спасать своего лучшего друга таким изощренным способом? На азиата было направлено сразу несколько прожекторов. Мышцы парня мелко подрагивали, говоря о том, что их обладатель в любую секунду готов оторваться от земли. — Шэнк, побежали скорее, — Минхо качнул головой; голос бегуна возбужденно дрожал, а глаза горели неистовым огнём. Ньют кивнул, подумав, что сейчас ему вновь придётся вспомнить те деньки, когда он сам был бегуном. «Ох и безрадостная у тебя перспектива», — отметил про себя блондин, когда напавший на него гривер очухался и теперь надвигался прямо на парня, выставив перед собой клацающую руку и тяжелый фонарь. Юноша сильно хромал, опадая на больную ногу. От звуков и запахов вокруг затошнило ещё сильнее. Вскоре у Ньюта кружилась голова и плыло перед глазами, и он, шатаясь из стороны в сторону, неуклюже растянулся на земле, споткнувшись о небольшую выемку. Промычав что-то сквозь зубы, Минхо рывком поднял друга и дал Ньюту сильную пощечину. Блондин пришёл в себя, а затем вновь побежал за азиатом, осознавая, что долго он не протянет. — Скажи, куда мы бежим, и где девчонки? —на ходу спросил Ньют, догнав Минхо. — В Картографическую. Все там, —коротко бросил бегун. Азиат несколько раз пихнул Ньюта в спину, заставляя парня бежать быстрее. «Только не останавливайся», — блондин готов был молиться, лишь бы его не стошнило прямо сейчас. Парни всё время меняли направление, петляя точно зайцы, стараясь сбить гривера со своего следа и затеряться в куче приютелей. Путь до бетонной будки казался Ньюту бесконечным. Все крики вдруг утонули в одном душераздирающем вопле, способным разом покрыть собой все звуки. Мурашки пробежали по позвоночнику Ньюта, когда он понял, что произошло. Гэлли исчез в накинувшихся на него гриверах. Киборг издал не менее жуткий вой, которому вторили все остальные чудовища. Затем гриверы, с трудом подавляя заложенное в них желание убивать, развернулись и покатились к выходу следом за киборгом, который держал извивающееся тело.