За горизонтом

      Нило всё никак не мог привыкнуть к присутствию альфы. Он только отошёл от лёгкого, мягко говоря, шока, вызванного его появлением. Как снова чуть не лишился дара речи, когда всё же осознал, что альфа перед ним абсолютно обнажён. Альфа, почувствовав, что Нило, по крайней мере, больше не боится его, кинулся к мальчишке и сгрёб его в свои объятия. Слава богу, омежка не поддался панике и не закричал. Иначе бы вся охрана сбежалась сюда. Еле вырвавшись из сильных и невероятно тёплых и ласковых рук парня, Нило отскочил от него на безопасное расстояние.       — Да прекрати ты меня так пугать! Господи, у меня от неожиданности чуть сердце в пятки не ушло. Пожалуйста, не обнимай меня больше! — Нило, стараясь смотреть на волосы парня, мог едва шевелить губами. Такого с ним раньше не было. Это что-то странное. Парень является альфой и в этом нет никаких сомнений. Его выражение лица, его сильное мускулистое тело, волевой, резкий и, кстати, очень вкусный запах и то, что Нило не решался назвать даже про себя, находившееся ниже пояса прямое тому подтверждение. Омежка в миг залился краской стыда и вообще отвёл взгляд в сторону от парня. Тот же, наконец-то отойдя от счастья, что любимый впустил его в дом, всё понял и тихонько, ласково попросил у паренька что-нибудь, что могло прикрыть его наготу. Омежка, сказав ждать его в холле, быстро шмыгнул в свою спальню и тут же набрал номер телефона, что стоял на кухне в особняке. На этот раз трубку взял один из охранников. Постаравшись не выдать своего волнения, Нило попросил позвать Питера. Омега так и не понял, для чего его господину понадобилась одежда Герада. Но беспрекословно выполнил просьбу маленького господина и через десять минут стоял на крыльце дома с небольшой корзинкой в руках. Нило впустил прислугу в дом и тот прямо на пороге зажал рот руками, чтобы не закричать. Питер уже зрелый омега и потому безошибочно, даже с большого расстояния, сможет отличить по запаху альфу от того же беты. Мало того, что в доме его господина находился незнакомый молодой парень, так он ещё и альфой оказался. А уж то, что этот парень сидел в гостиной, укутанный в тонкий плед и из-под него проглядывалась обнажённая грудь и вовсе добило Питера. Он просто представить себе не мог гнева супругов Хайз и Герада, вскройся сейчас такое. Плевать он хотел на их чувства. Беспокоился за Нило, потому что вся их злость непременно выльется на мальчишку.       — Питер, прошу тебя никому ни слова об этом. Иначе его выкинут отсюда и вообще неизвестно, что отец с ним может сделать. И я очень прошу тебя — помоги мне! — Омежка, схватив упавшую на пол корзинку с одеждой, метнулся к альфе и, всучив её ему в руки, быстро выпроводил его на второй этаж, велев одеться. Альфа, на удивления Питера, беспрекословно слушался маленького омегу и вообще смотрел на парнишку такими глазами, что у парня невольно дыхание перехватило. Он однажды видел такой взгляд. У своей пары. Деймос — альфа, работающий в соседнем поместье охранником. Они случайно повстречались на автобусной остановке, когда Питер собирался в столицу по делам, а альфа возвращался домой после суточной смены. Хватило одного взгляда, чтобы оба поняли, что они истинная пара. К тому времени Питер уже пережил около двенадцати течек с постоянным трёхмесячным циклом. Потому зрелый омега, как и альфа, способный в любом возрасте почуять свою пару, чего не тёкшие ещё ни разу омежки были лишены, признал в Деймосе того самого, единственного и неповторимого. И навсегда в его памяти отпечатался взгляд альфы. Полный дикой, необузданной и нежной любви, желания быть рядом и никуда не отпускать его, любить до самой смерти и даже после неё. Защитить от этого жестокого мира и наслаждаться вскриками и стонами любимого тёмными холодными ночами, согреваясь нежным и сумасшедшим теплом друг друга. Точно такой же взгляд был сейчас у этого молодого альфы, которого Нило выпроводил из гостиной. Только чуточку отличался. Кажется, этот парень, совершенно не зная Нило, готов за него порвать весь мир и подставить свою грудь под острые ножи, защищая омегу. В зелёных глазах альфы не просто любовь. Там обожание, покорность и готовность на всё, что прикажет ему малыш. И конечно же любовь. Не слепая и бездумная, какая часто бывает у истинных пар. Она просто сильная и всепоглощающая, осознанная и взращённая с самого детства. Словно этот альфа не просто знал, что когда-нибудь найдёт свою пару, а сам долго и упорно искал его, шёл по пятам и старался догнать и просто сказать, что он рядом. От таких чувств впору было бы задохнуться. Питер и почувствовал, что воздуха в домике катастрофически не хватает. Но всё же успокоился и, присев на диван, посмотрел на Нило.       — Господин Нило, прошу вас, объясните мне всё. Я ничего не понимаю, но то, что в вашем доме находится незнакомый альфа ставит вас под удар. Я волнуюсь за вас. — Питер с мольбой в голосе попросил Нило всё рассказать ему. Информация в нынешнем мире самое действенное оружие. Как для нападения, так и для защиты. А защита для Нило в такой ситуации очень важна.       — Питер, я сам ничего не понимаю толком. Хоть и не дурачок и о кое-чем догадываюсь, но в голове сейчас такая каша, что и за год не разгрести. Ты не заметил, какие у него глаза? Такие же зелёные, как и у того волка, которого мы вчера спасли. Он и есть этот волк. Он мне всё показал. Я не верил, но глаза не могут так нагло врать. Он — оборотень. Помнишь, я говорил тебе, что в отцовском кабинете наткнулся на записи о далёком городке, где все жители признаны особой общиной? Я тогда маленький был и ничего не понимал, но всё же чётко запомнил, что их называли перворождёнными. Помнишь, в школьной программе есть занятия по истории нашего происхождения? Там есть теория, что некогда, ещё до становления технического прогресса, люди были оборотнями. Именно от них пошло разделение на омег, альф и бет. Кажется, он именно оттуда, из того городка. Я видел, как он обернулся волком, а после вновь стал человеком, когда я его впустил. Те документы подписаны самим императором и потому не верить им оснований нет. К тому же… к тому же он сказал, что я его истинная пара. Мне немного страшно, Питер. Я-то его не чувствую. Как же плохо, что я до сих пор не потёк. Тогда бы я сразу понял, что врёт он или нет. Питер, а вдруг я вообще не стану течь? Как Мирс. Мне страшно. Если я бракованный, то он откажется от меня. — Нило присел на диван и, обхватив руками свои коленки, начал забавно покачиваться. Так парнишка всегда делал, когда был сильно встревожен.       — Господин Нило, вы сами только что ответили на свой вопрос. Стало бы вас волновать отношение совершенно чужого альфы? Герад же вам совершенно безразличен, хоть он и ваш жених. Значит, вы неосознанно что-то чувствуете к этому альфе. И это точно что-то хорошее. И простите меня за откровение, но такого взгляда, которым смотрел на вас этот парень, я ни у кого не видел. Но он оборотень. Это всё усложняет. Да и вообще само существование вашего истинного партнёра нежелательно для ваших родных. Господин Нило, что вы намерены делать? — Питер немного дёрнулся, представляя себе искажённые гневом лица родителей Нило и его жениха. Он прекрасно видел, каким плотоядным взглядом Герад смотрит на Нило. Того и гляди, сдадут нервы и он просто изнасилует парнишку. Ведь Нило — красавец и пахнет очень сладко и нежно. Омеги не чувствительны к запаху друг друга, то есть, он их никак не волнует. Но это не говорит о том, что они их вообще не чувствуют. Питер, ощущая насколько необычен и нежен аромат паренька, понимал, что во время его течки только альфа сможет приглушить запах, проведя её с ним. Современная фармацевтика, конечно, изобрела невероятное количество препаратов, скрывающих течку и Нило ещё пару месяцев назад, запасся ими в огромном количестве. Он надеялся с их помощью скрыть от Герада первую течку и не оказаться под ним, расставаясь с невинностью с нелюбимым человеком. Питер говорил ему, что все эти таблетки, пенки и маскирующие запах спреи не помогут парнишке. Его запах, наверняка, пробьётся сквозь них и тогда… Питеру об этом и думать не хотелось. У самого было не лучше. Невинность потерял с одним женатым бетой, который оказался очень уж чувствительным к запахам. Беты от природы рождены с более притупленным обонянием, но это не мешает им находить свои пары. Просто принюхиваются намного дольше альф. И конечно же они бесплодны. Но они, благодаря современной медицине и суррогатной беременности, могут иметь детей от омег и альф. Тут уж как карта ляжет. Питер помнил, как неприятно было, осознавая, что он спит с тем к кому и симпатии не испытывает. А всё виноваты проклятые деньги. Он продал свою невинность, чтобы расплатиться с долгами за обучение. Отец-альфа потерял работу и до того времени, как нашёл новую, у их семьи скопился немалый долг. В общем, к Деймону он пришёл уже знавшим близость. Альфа немного посокрушался, но винить омегу не стал. Главное он сейчас с ним рядом и остальное как-то плавно отошло на задний план. Но воспоминания остались и такого омега для Нило не хотел. Ведь, честно признаться, он работал у семьи Хайз только из-за маленького Нило. Мальчишка для него был всё равно, что младший братишка. Такой милый, добрый и ласковый, что хотелось его затискать. Маленький зайчик, игривый котёнок, верный и забавный щеночек. Добрый и честный, что в его обществе, среди правящей аристократии, это всё же редкость. И потому такой цветок, что словно в протест всему миру вырос и скоро распуститься в самом центре ледяной пустыни, нужно оберегать.       — Я знаю, Питер. Но ничего поделать не могу. Родители и слушать меня не станут, Герад ни за что на свете не откажется от титула члена императорской семьи. А что я? Я просто хочу быть счастливым. Не знаю, Питер, я ничего не знаю и мне очень страшно. И самое непонятное, что не чувствуя в нем того самого, я не могу и не хочу прогонять от себя этого альфу. Его слова такие нежные. Он смотрит на меня и видит простого парня, а не механизм по достижению своих целей. Я почему-то уверен — скажи я ему, что принадлежу к императорскому роду, то есть являюсь сыном племянника императора и возможным претендентом на трон, он и ухом не поведёт на это. Ему, кажется, на статус плевать. И это всё после того, как я знаю его не больше одного часа. Питер, что это такое? — Нило перестал раскачиваться на диване и уставился красивыми карими глазками на своего друга, словно ждал, что он сейчас всё ему объяснит и спасёт мальчишку от этой путаницы в голове и сердце.       — Не знаю, господин Нило. Но уверен в одном — этот альфа не просто так появился в вашей жизни. Потому вам стоит хорошо обо всём подумать и не рубить с плеча. К тому же, мне кажется, что он хороший парень. Будь у него какие-нибудь тёмные мысли, он давно бы что-нибудь сделал с вами. А так он пока ничего плохого не натворил и вообще мне, кажется, не собирается. — Питер осторожно приблизился к мальчишке и нежно погладил паренька по встрёпанным, как пёрышки у воробья, каштановым прядкам. Омежка забавно сморщил лобик, усиленно размышляя, когда внезапно за их спинами раздалось сердитое предупреждающее рычание. Оба омеги обернулись. На последней ступеньке лестницы стоял альфа и недобро смотрел на Питера. Прекрасно понимал, что парень омега, но всё равно злился, что кто-то прикасается к его нежному омежке без его ведома. Ему самому мало этого малыша. Его единственного любимого.       — Стой, успокойся! Так, Питер, вот как мы сейчас поступим. Ты отправляйся в дом и всем, как и всегда, говори, что у меня вновь вдохновение и я рисую. Герад ко мне не сунется. Предупреди только Джерада, чтобы прежде чем идти ко мне, он позвонил и предупредил. Если нагрянут родители, то немедленно мне позвони. Раньше понедельника, когда надо будет идти в школу, они всё равно меня не хватятся — ни Герад, ни охрана, ни прислуга. В общем, сейчас ты — мои глаза и уши. А я уж постараюсь всё решить так, чтобы никого не задело. И присмотри, пожалуйста, за Арчи. — Нило соскочил с дивана и кинулся к альфе, вставая перед ним и показывая, что цел и невредим. Обернувшись к Питеру, он, слегка помахивая ладонью, показал парню, что ему лучше бы уйти, так как альфа явно рассержен. Питер только лишь кивнул в ответ и в следующую секунду его в домике и след простыл. Нило тут же облегчённо выдохнул и немного прислонился к стене около лестницы. Но только он услышал, как легонько скрипнула ступенька, говоря о том, что альфа сделал шаг, парнишка огромными карими глазками посмотрел на парня и, увидев, как он протягивает к нему руку, отскочил от него, как от огня.       — Малыш, не бойся меня! Я не сделаю ничего плохого тебе. Пожалуйста, позволь мне просто обнять тебя! — Голос у парня был настолько умоляющим, но при этом оставался сильным и отчасти дерзким, что омежка невольно заслушался. Никто и никогда в жизни так с ним не разговаривал. По-особенному. Признавая своё чуточку высокое положение между ними, как альфа и одновременно так, словно парнишка властвовал над ним. От такого контраста становилось приятно и уютно.       — Я с тобой знаком всего ничего, а ты уже обниматься лезешь. Знаешь, как ты меня напугал, когда голым схватил и прижал к себе?! И почему ты вообще оказался без одежды? Я ведь даже твоего имени не знаю. — Нило немного настороженно поглядывал на парня, готовый в любой момент сорваться с места и убежать от него. Всё, что он говорил Питеру, было правдой, но всё равно какая-то неуверенность была в сердце парнишки. Долго живя без любви и только мечтая о ней, просто трудно вот так вот в один момент осознать, что в твоей жизни появился человек, который мало того что от тебя ничего не требует, так ещё и любит так, что готов и жизнь за тебя отдать. Такие резкие перемены сложно принять. К тому же временная неспособность признать в альфе своего истинного тоже немного притормаживала паренька. А вдруг всё же обманет?       — Меня зовут Эйс. Малыш, да пойми ты, что я твоя пара и мне не нужно знать тебя для того, чтобы любить. Я любил тебя с того момента, как впервые почувствовал твой запах. Это было два года назад. К нам в город приехала выставка детского творчества. Там был и твой рисунок. Ты нарисовал наши горы Перикса угольком. Я тогда впервые почувствовал твой запах и понял, что ты и есть мой омега. Я два года искал тебя в столице и её окрестностях. Вчера я почти отчаялся найти тебя. Я напугал семейную пару в виде волка и, убегая, свалился в реку. Ободрал правый бок о ветки, прибившиеся к берегу. Долго старался выбраться, но ничего не вышло. Если бы не ты, маленький, то я точно бы умер, так и не увидев тебя. Мой омега спас меня. Ни у кого в нашем городе нет такого любимого, как у меня. Я самый счастливый оборотень на свете. Прошу, не бойся меня. Обещаю, что без твоего полного согласия и не притронусь к тебе. Не бойся меня. Я просто монстром себя чувствую. Нило! Малыш! — Эйс сделал два мелких шага к омеге, выставив вперёд руки, показывая, что от него нет никакой угрозы. Нило напрягся, но не сделал и попытки удрать. Каждое слово сказанное альфой было правдиво. Нило прекрасно помнил тот рисунок. В него он вложил все свои чувства, всю свою душу. Он впервые увидел эти горы на фотографии в кабинете отца, когда наткнулся на те самые документы об оборотнях. Увидел и сразу же влюбился. Они безумно красивые. Вечно зелёные у подножия и чуть выше потому, что поросли густым сосновым лесом. Дальше — стального серого цвета, на удивление имеющим множество оттенков. А после белоснежные шапки, словно венцы на царственных головах. Красивые. Он красивый. Омежка и не понял того момента, как стал откровенно разглядывать Эйса. Настоящий, истинный альфа. Высокий, около ста восьмидесяти сантиметров или чуть выше, стройный, подкаченный. Длинные, каштановые пряди перехвачены тугой резинкой в хвост. Широкие ровные брови, умопомрачительные изумрудные глаза, короткие почти черные ресницы, широкие мужественные скулы, прямой нос, тонкие губы, хорошо очерченный подбородок. Кожа чуть загорелая и, наверняка, приятная на ощупь. Про тело Нило старался не вспоминать. Оно невероятно прекрасно, сильно и так манит, что паренёк просто пугается этого нового для него чувства. Даже сейчас, когда на парне красовались тёмные джинсы, черные кроссовки и чёрная рубашка, что чуточку была ему маловата. Омеги в своём большинстве до первой течки асексуальны и их инстинкты пробиваются наружу только во время цикла или же… или же когда находиться рядом истинный.       — Подожди, а откуда ты знаешь моё имя? Хотя меня же по имени Питер называл. Извини, но мне просто не по себе. Всё же встретить настоящего оборотня в наше время, когда о них знают не так много людей, это не рядовое событие. И больше всего я ошарашен тем, что ты признал во мне своего омегу. Прости, трудно всё так принять за один раз, — Нило, понимая, что Эйс на самом деле сделает всё так, как он скажет, успокоился и, подойдя к дивану, забрался на него. Кивнул парню, приглашая присесть рядом.       — Малыш, я всё прекрасно понимаю. Вы, омеги, чувствуете нас только после того, как созреете. Оно и правильно. Иначе от любимого можно и разум потерять, и дел натворить. Вы же такие нежные, доверчивые и милые. И вы очень дороги нам, альфам. Для альфы нет большего счастья, чем любить и оберегать омегу. Нило, я подожду до того момента, когда ты сможешь меня почувствовать. Тогда ты поймёшь, что я не вру и ты моя пара. Я ни за что в жизни не стану врать тебе. Просто не смогу. Но, малыш, позволь мне показать тебе, как сильно я люблю тебя. Я просто не смогу без тебя. Позволь мне совсем немного. Обнимать тебя, целовать и просто любить. Позволь мне это. Прошу. — Снова это умоляющий тон, снова эта щенячья любовь в зелёных глазах. Нило от этого просто таял. Рядом с Эйсом он не чувствовал мира. Хоть пока и не реагировал на запах парня и всё ещё сомневался в том, что они пара, неосознанно тянулся к альфе. Опять же то, что он оборотень, пугало паренька. Такое напугает кого угодно.       — Прости, но у меня всё очень сложно. Мои родители, если узнают про тебя, то точно и вовсе запрут меня в спальне. И к тому же… к тому же я уже помолвлен и должен выйти замуж в скором времени. Он из влиятельной аристократической семьи. Отец и папа помешаны на чистоте правящей крови и готовы на всё, чтобы сохранить знатность нашего рода. Знаешь, я родственник правящего ныне императора. Мой отец его племянник. Потому даже если я признаю в тебе истинного, нам всё равно не позволят быть вместе. — Нило испуганно сжался на краешке дивана, понимая, что возможно сказал такое, что заставит сейчас Эйса просто взять и уйти отсюда. Хотелось сказать ему многое, но язык прилип к небу, словно всё оно обмазано клеем. Парнишка ничего не понимал. Так происходило со многими омегами. Сама природа дала им шанс не под действием инстинктов присмотреться к своей паре. Альфы в большинстве своём импульсивны и вспыльчивы и потому омеги должны в трезвом уме привыкнуть к свои половинкам. К тому же сама природа позаботилась о будущем омежки и его детишек. Ранняя половая жизнь всегда оставляет отпечаток. Потому омеги начинали впервые течь в шестнадцать лет, не испытывая до этого никакого сексуально влечения.       — Ты его любишь? — Один-единственный вопрос, что был задан низким грудным голосом встревожил Нило до дрожи. Да как он может любить кого-то, кроме истинного? И тем более такого альфу, как Герад? И боль, что проскользнула в словах альфы, невольно растревожила сердечко омежки. Плохо Эйсу и плохо становится Нило.       — Нет, я его не люблю. Это брак по расчёту. Меня никто не спрашивает. Вообще за человека не держат. А Герад постоянно домогается и оскорбляет. Мне там так плохо. Я не знаю, что такое свобода. Я тут, как пленник. От меня требуется только лишь мило улыбаться и родить ребёнка. Больше я, по их мнению, ни на что не годен. Даже мои родители меня не любят. А ты тут такое говоришь. Говоришь, омега очень важен для альфы? Я для Герада не более, чем постельная грелка. Стану ей, как только за него замуж выйду. Не хочу! Нет! Эйс, не отдавай меня! — Внезапно Нило не смог всё держать в себе. Рядом с Эйсом он просто становился шестнадцатилетним мальчишкой, что по уши погряз в нелюбви и жестокости к нему. Просто расплакался, понимая, что только Эйс сможет его выслушать, утешить и… спасти. Вырвать его из этой золотой клетки, подарить свободу и любовь. Он его чувствует. Чувствует, что альфа на всё ради него готов. Что ни его родители, ни Герад не остановят Эйса. Он не просто хочет получить паренька. Он его любит и хочет сделать счастливым. Нило это чувствует. Не чувствует в Эйсе истинного, но это пока. Связь пары очень сильна и омега, не вступивший в пору зрелости, всё равно ощущает притяжение к альфе. Просто не понимает, почему так происходит.       — Маленький, не говори таких ужасных вещей! Я уверен, что родители всё поймут, если ты с ними поговоришь. И тот альфа, наверное, тоже хочет встретить своего единственного. Он, наверное, только будет рад такому! — Эйс чуть ли не задохнулся от счастья, когда Нило, расплакавшись, кинулся к нему. Прижался, крепко обняв его, уткнулся личиком в грудь и плакал, весь трясясь от обиды и горечи. Эйс притянул малыша к себе ещё ближе, нежно обнял за талию и плечи и склонил вниз голову, словно заключил омежку в большой кокон. Кокон своей любви и защиты. Никто не посмеет его обидеть. Никто не сможет его тронуть. Он его защитит.       — Ну, почему ты такой наивный и добрый? У вас разве всё по-другому? Разве у вас нет плохих оборотней? Не хочу я так больше! Я устал. Я хочу чтобы меня любили! Я сам хочу любить! Эйс, научи меня любить тебя! — Нило плакал, что было сил и чуть ли не кричал от одолевших его в тот момент чувств. Ему даже сквозь его горе и слёзы было невероятно хорошо и спокойно в сильных руках Эйса. Так, словно он и не жил в том кошмаре, где каждый день резал его сердечко бесчувственностью и пренебрежением.       — Малыш, ты понимаешь о чём просишь? Я едва держусь рядом с тобой. Я тебе обещал не трогать тебя, но это очень сложно. Я могу зайти далеко. Потому сейчас я дам тебе только это. Мне мало, но сейчас большее под запретом. — Эйс чуть оторвал от себя парнишку и медленно приблизился к его лицу. Нило округлил глазки и попытался дёрнуться, осознавая, что сейчас хочет сделать Эйс. Но сил словно не осталось. Он только и мог видеть лихорадочный блеск в изумрудных глазах, слышать тяжёлое горячее дыхание, чувствовать властные нежные руки оборотня и его невероятный жар тела. Невыносимо ласковый. А после парнишка просто пропал из реальности. Поцелуй Эйса словно выбил его из пространства и времени. Его первый поцелуй. Такой, каким он его и представлял. Нежный, потому что любит, робкий, потому что боится напугать или причинить ему боль, властный, потому что безумно хочет его и сладко-взаимный, потому что он и сам испытывает то же самое. Эйс, коротко рыкнув в миллиметре от губ омежки, едва прикоснулся к ним и замер, чувствуя, как Нило весь задрожал и сдавленно охнул. Эйс немного подождал и ласково провёл языком по плотно сжатым губам омеги. Попробовал его на вкус. Сладкий с лёгкой кислинкой. Невероятно вкусный. Осторожно облизывая нежные губы Нило, альфа словно уговаривал его их приоткрыть и просто довериться ему. Сначала Нило противился, что есть сил. В душе, где-то в её глубине, до сих пор жил страх, что всё может оказаться просто чудесным сном. Милой сказкой или хуже того, самой страшной ложью. Это сковало сердечко в такие тиски, что не давало возможности открыться и довериться. А хотелось этого безумно. Хотелось стать маленьким и беззаботным в сильных руках. Хотелось перестать скалиться и бороться за себя, осознавая, что каждую секунду могут схватить и посадить на цепь. Он уже в клетке, а ошейник и вовсе задушит его. Как же хочется свободы. А любовь и есть свобода. Свобода любить того, кого хочется. Не это ли настоящее счастье?       Всё же Нило сдался под горячими ласками. Чуть приоткрыв губки, чтобы побольше вздохнуть, он тут же сдавленно и протестующе простонал, ощутив, как в него проник горячий и влажный язык Эйса. Но хватило его протеста буквально на доли секунды. Альфа так нежил его, что всё тело стало ватным. Только бешеный стук сердца отдавался в ушах. И Нило не понимал — его сердце так стучит или это отбивает удары сердце альфы? А разве это важно? Главное они сейчас оба бьются на сумасшедшем ритме, отмеряя каждый удар их любви. И пусть один из них до сих пор в этом не уверен. Всё придёт со временем. Всё станет так, как заложено изначально. Судьба, хоть многим и кажется ветреной и легкомысленной дамой, никогда не ошибается. И соединяя судьбы, знает, что они выдержат то, что она поставит препятствиями на их пути. А если нет — это просто очередной её урок, который следует запомнить.       На дворе давно разгуливает ночь. Прячет всё в свои тёмные одежды, надёжно скрывая тайны каждого. А одну тайну, любуясь ею сквозь идеально чистое окно, она желает сохранить навечно. Там, в маленьком домике на берегу реки, двое уже не представляют жизни друг без друга. Пусть ещё нет полной уверенности — это не беда. Она непременно появится. Сейчас же, сидя около камина, в котором весело играет и пляшет огонь, и, обнимая друг друга, альфа и омега не думают ни о чём, кроме того, кто находится рядом и ласкает, нежит в своих объятиях. Просто наслаждаются теплом друг друга, что в разы сильнее жара огня. Вот бы всю жизнь провести вот так вот — вдвоём, просто зная, что он рядом!