За горизонтом

      Нило в страхе бросился к Эйсу. Только бы успеть. Только бы не дать Эйсу натворить глупостей. Омежка нутром чует, что сейчас его альфа способен даже на убийство. Он из-за одной его слезинки свернёт все горы. А Нило несколькими минутами позже не то, что плакал — ревел, как раненный зверь. Нило со всех ног бросился к волку и, упав на коленки, успел схватиться за его шею и потянуть на себя. В этот момент Герад и слова не мог вымолвить от страха. Только лишь смотрел на белоснежные острые клыки зверя и с ужасом представлял, как они сомкнуться на его шее. Страх смерти настолько силён, что альфа в одно мгновение забыл обо всём: о том, что хотел вернуть в особняк Нило, предстать перед его родителями влюблённым идиотом, после утащить парнишку в свою спальню и, не дожидаясь течки, разложить красивого, но своевольного и дерзкого омежку на кровати. Сейчас вертелась в голове только одна мысль — только бы спасти свою жизнь. Но, как это сделать, если всё тело словно онемело? Ни одна мышца не желала слушаться отчаянных команд разума. Всё тело словно свинцом залито. Тяжело, горячо и нет возможности убежать.       — Нет, Эйс! Стой, стой, мой хороший! Нет, не трогай его! Пожалуйста! — голос Нило звонкий и надрывный почти не достигал слуха альфы. Вот только он видел, с какой нежностью омега прижимается к большому псу, как ласково поворачивает к себе его морду и тут же целует пса в чёрный, влажный нос. Как крепко обнимает мощную серую шею и как его губы двигаются, что-то нашептывая псу на ушко. И Герад не верил своим глазам. Огромный, серый пёс учтиво поджал свои ушки и, почти полностью потеряв интерес к Гераду, стал поскуливать и ласково тыкаться мордой в Нило. А после и вовсе присел на задние лапы и начал горячо и жадно вылизывать лицо и шею омежки. Паренёк только лишь улыбнулся, пряча в ней свою печаль и с тихим всхлипом уткнулся личиком в серую, почти серебристую шерсть.       — Нило, кто… кто это? Почему этот пёс такой огромный? И что он вообще здесь делает? — увидев, как пёс присмирел от голоса омеги, Герад пришел в чувство. Парень мгновенно подскочил на ноги и, медленно отступая назад, принялся озираться по сторонам в поисках чего угодно, что могло бы его защитить от огромного пса. Нило, услышав голос Герада, весь затрясся от страха. Парнишка не знал, что и делать. Если раскроется то, что Эйс вовсе не пёс, за которого его принял Герад, то это конец всему. Конец надеждам на то, что он вместе с Эйсом будет счастлив. Такого нельзя было допустить. Омега не глуп и потому знал, что даже в обличие волка Эйс его прекрасно понимал. Парнишка, сделав вид, что всё ещё старается утихомирить пса, склонился к его уху.       — Эйс, любимый, помоги мне. Пожалуйста. Я не смогу жить без тебя, если вся правда вскроется. Они заберут тебя у меня. Помоги, прошу. — Горячий шёпот парнишки достиг слуха огромного волка. Тот едва сдержался от воя полного счастья и любви. Его маленький омега назвал оборотня любимым. Из его уст это всё равно, что сладкий приговор, заставляющий парня подчиниться хрупкому Нило. Волк смущённо и радостно что-то проурчал и, лизнув мальчишку в щёчку, припал на передние лапы мордой к земле и, поджав уши, покорно завилял хвостом. Эйс с полуслова понял, что нужно подыграть пареньку и у них появится ещё немного времени, чтобы решить все проблемы.       — Герад, не тронь его! Это Эйс. Я спас этого пса, когда он раненым оказался в реке и чуть не умер. Он мой. И только попробуй рассказать родителям или самому попытаться с ним что-нибудь сделать, я сотру тебя в порошок. Всё, мне надоело быть разменной монетой в ваших играх в голубую кровь. Я сам волен выбирать. Я сам найду того человека, с которым свяжу свою судьбу. Смирись с тем, что я никогда не стану твоим мужем и ты не вольёшься в род императора. Я, как только достигну зрелости и перетерплю первую течку, отрекусь от права наследования престола и от титула члена императорской семьи. И только попробуй что-либо предпринять. Даже, если вы силой заставите меня выйти за тебя замуж, я всё равно отрекусь. И для тебя это будет в тысячу раз хуже. Ты прекрасно знаешь наши законы и понимаешь, чем мой отказ грозит для тебя. Супруг, не принадлежащий к роду императора, при отказе второго от этого титула лишается всего. Готов к такому? Пошёл прочь! Не хочу видеть ни тебя, ни родителей. И не смейте подходить к моему дому. Эйс может просто разорвать тебя. Уходи! Прочь! — Нило в конце почти сорвался. Крепко ухватившись за шерсть волка, он зло смотрел на Герада и кричал во всю силу голоса. В голове творилось что-то невообразимое, всё тело дрожало и горело. Парнишка словно весь пылал от ярости и гнева. Нило никогда с таким вызовом и огненно-ледяным взглядом не смотрел на Герада. Альфа за все те месяцы, что жил в особняке Хайз бок о бок с омегой, всегда встречал его злой и одновременно напуганный взгляд. Сейчас же карие глаза омежки полыхали ненавистью, презрением за его низменные желания и полным безразличием к этому человеку. Герад совершенно не интересует Нило ни как человек, ни как альфа, ни как простой прохожий. Он вообще уже видит перед собой пустую оболочку наполненную похотью и алчностью.       — Так, ладно. Я подожду. Думаю, пару деньков, чтобы успокоиться тебе хватит. И на пса твоего блохастого мне плевать, пока он меня не трогает. Запомни одно, малыш, как бы ты не старался, всё равно будет только так, как я хочу. Я тебе повторял сотню раз — я всегда получаю то, что хочу. На данный момент, это твоё красивенькое тельце в моей постели и титул члена императорской семьи. Эй, утихомирь его, иначе я вызову службу отлова! — Герад, понимая, что пока Нило рядом, этот довольно сообразительный блохастый пёс не тронет его и заметно осмелел. Но всё равно испытывать судьбу не стал и, злобно процедив всё, что думал, заторопился прочь от домика Нило. Не дай бог, кто слышал из охраны. Хотя они находятся довольно далеко от домика. Это же неприкосновенное место Нило, чёрт бы побрал этого нахального омегу!       Как только Герад скрылся из поля зрения, Нило мгновенно вскочил на ноги и бросился к арке. Не решаясь сделать за пределы территории домика и шага, только и наблюдал за тем, как силуэт ненавистного альфы, размытый из-за большого расстояния, быстро исчезает за углом особняка. Нило, весь трясясь от страха, на почти негнущихся ногах вернулся обратно к Эйсу. Огромный серый волк послушно ждал омегу. Только его пушистый хвост метался из стороны в сторону, слегка шурша опавшей огненной листвой.       — Эйс, я… — внезапно перед глазами Нило всё потемнело. Тело, в одно мгновение превратившись в мягкую безвольную вату, отказалось удерживаться в пространстве. Видя перед собой только бархатную темноту, Нило услышал встревоженный вой Эйса, который постепенно перерос в крик. Не громкий, но до ужаса перепуганный. Эйс выкрикивал его имя.       Середина ночи. Все обитатели особняка и маленького домика уже давно спали крепким сном. Даже охрана изредка дремала, пропуская пару минут своей ночной вахты. Только один человек уснуть не мог. Да он и не старался. Все мысли молодого парня были заняты только милым омежкой, что уже в течение нескольких часов не приходил в сознание. Нило, выпроводив Герада восвояси, просто повалился на землю прямо на глазах Эйса. У парня чуть сердце не остановилось. Будучи на тот момент волком, он взвыл и бросился к любимому, на ходу обращаясь в человека. Эйс схватил Нило на руки и принялся слегка потряхивать бесчувственного паренька и постоянно выкрикивать его имя в надежде, что его малыш отзовётся. В голове промелькнули самые страшные мысли, но Эйс всё же смог заставить взять себя в руки и прислушаться. Омега чуть рвано дышал, а его сердечко, слава богу, отбивало слышимые удары. Живой, просто потерял сознание. Ну, это и не удивительно, учитывая всё, что он сегодня пережил. Ведь кое-что несомненно напугает его, когда он очнется. Это уже пугало Эйса. У малыша началась течка. Именно из-за стресса она и привела к тому, что Нило лишился чувств. Просто организм решил таким образом обезопасить себя. Доктор Брайсен оказался прав — у Нило течка в провоцируемой форме. Первая может наступить только после того, как парнишка встретит своего истинного и организм омеги, среагировав на его запах, запустит процесс созревания и он потечёт. Только тогда малыш и признает своего истинного. И второй вариант, с помощью которого можно вызвать у паренька течку — это переспать с альфой. Именно с альфой. Тогда организм очнётся ото сна, осознав, что омега на самом деле уже созрел и гормональный всплеск, вызванный первым сексом, поставит всё на круги своя. Организм Нило среагировал на присутствие Эйса и в течение трех недель постепенно, мягко готовил омегу к тому, что скоро он станет зрелым, готовым к рождению малыша. Да только эмоциональный стресс, вызванный таким отношением родителей к пареньку и ненавистью к Гераду, чуть ускорил этот процесс. Нило потёк на пару дней раньше.       Вот и сейчас Эйс, сидя у огромной кровати, чувствовал, как его окутывает невыносимо прекрасный аромат течной омеги и его истинной пары. Самый чудесный, возбуждающий и порабощающий аромат на свете. Не удивительно, что у альфы в штанах было так тесно, что от лёгкой боли хотелось выть. Но он лучше будет терпеть, чем вот так вот. Только если его малыш захочет, только если он согласится, тогда Эйс позволит себе прикоснуться к омежке. Нило тяжело застонал и немного дёрнулся, поелозив попкой по простыням. Смазка уже давно перепачкала его пижамные штаны, в которые его переодел оборотень, да и саму простынь. Аромат разливался густой волной по всему домику и только каким-то чудом дальше зарослей орешника не распространялся. Иначе его бы почувствовал Герад и родители Нило. Тогда они точно наплевали бы на неприкосновенность этого маленького кусочка свободы. Эйс только ещё сильнее впился глазами в вымученное личико парнишки. Первая течка, да ещё и столь специфическая — не трудно догадаться, что Нило даже в бессознательном состоянии очень плохо. Плохо от того, что он не чувствует, что в безопасности, что любимый рядом, что всё у них будет хорошо. Внезапно Нило и вовсе стал метаться по постели, тихонько вскрикивая и постанывая. Прошло уже больше восьми часов с того момента, как он потерял сознание и разум, видимо решив всё же вернуться в тело, неожиданно для себя столкнулся с первой течкой.       — Нило, малыш, успокойся! Всё хорошо, я рядом. Господи, дай мне сил всё вытерпеть! — Эйс подхватил метавшегося паренька и крепко прижал его к себе, устроив его голову у себя на груди. Сильные руки альфы обвили хрупкую спинку омежки и парень принялся раскачиваться из стороны в сторону, словно пытался убаюкать своего любимого.       — Эйс… Эйс… Эйс… — голос Нило раздавался огненными всполохами в ушах оборотня. Голос его мальчика полный желания и страсти. Желания близости, тесного переплетения тел и полного единения. Только с ним. Только с Эйсом.       — Малыш, я рядом. — Альфа едва держал себя в руках. Омега, лежащий на его груди, так соблазнительно пахнет, что просто сил нет. Но нельзя, ни в коем случае нельзя заставлять его страдать. Пусть он и знает, как облегчить его нынешнее состояние, эти муки ничто по сравнению с тем, что альфа возьмет его в бессознательном состоянии, лишит невинности и причинит горькую боль, сделав всё это без его согласия.       Утро не принесло никакого облегчения. Течка обычно длится три или четыре дня и прекратить её можно только переспав с альфой. Беты не способны унять этот пожар в теле и секс с ними приносит лишь краткое облегчение желаний. Нило, окончательно придя в себя, заворочался, чувствуя себя в оковах крепких рук. Мальчишка приоткрыл карие глаза и с изумлением уставился на Эйса, что, прислонившись к спинке кровати, спал, всё так же крепко обнимая омежку. Но тут же стоило Нило немного сильнее принюхаться, как сердце чуть не выскочило из груди. Он и раньше чувствовал запах Эйса — свежий и приятный. Нет, не просто приятный, а самый лучший в этом мире. Аромат истинной пары, того единственного, кто готов за любимого жизнь отдать, просто если он попросит. Того, рядом с кем не страшно. Того, с кем хочется прожить всю жизнь и даже больше.       — Эйс! Эйс! Господи, я знал, что ты не врёшь! Эйс, я так сильно люблю тебя! Очень люблю! Ты моя пара и я просто умру, если не буду с тобой! — Нило не смог сдержать всех своих чувств. И самое прекрасное то, что он осознавал, что влюбился в Эйса ещё до того, как почуял в нём свою пару. Просто боялся признаться в этом. Он влюбился в хорошего, доброго парня, что просто был с ним рядом. Просто любил его и ничего не требовал взамен своей любви. Просто потому, что он есть. Нило толком ещё не проснувшись, всё же вдыхая аромат Эйса, которой от его голоса в одно мгновение распахнул глаза и изумрудными удивленными омутами уставился на омежку, почувствовал, что вся его попа влажная, внутри ощущается приятный и нестерпимый зуд, всё тело горит и плавиться, как лёд под жарким солнцем, а пах и живот скручивает тугая раскалённая тяжелая спираль.       — Малыш, ты очнул… — дальше Эйс и сказать-то ничего не смог. Нило забавно, умоляюще и жалобно пискнул и, подавшись вперёд, впился в губы оборотня поцелуем. Хныкал сквозь него, вертел попкой и всё плотнее прижимался к альфе, ища у него всё, что он мог дать. Любовь, ласку и неземное удовольствие. С этой секунды ни омега, ни альфа ничего не говорили. Только лишь растворились друг в друге и, наплевав на весь мир, видели перед собой только любимого всем сердцем.       Эйс несколько секунд пытался хоть что-то сообразить, но его разум, под действием аромата течки и истинной пары, вкупе с нежным и жадным поцелуем Нило, просто сдался на милость чувствам и инстинктам, отдав тело почти в полную власть. Альфа зарычал во всё горло, утверждая свое право на тело этого омеги и, вцепившись в плечи Нило, повалил его спиной на белоснежные, пропахшие смазкой, простыни. Нило только лишь пискнул, ощутив на себе вес Эйса, но не сделал ни одной попытки отстраниться или сбежать. Он только скользнул ладошками по груди и плечам оборотня и крепко обвил руками его шею, притягивая Эйса к себе ещё сильнее. Сладко заурчал, когда язык парня нежно пробежался по розовым губам омежки и настойчиво, но ласково проник между ними. Нило, понимая, чего хочет Эйс, послушно приоткрыл губки и впустил язык оборотня. Эйс навалился на Нило и, хозяйничая в его горячем и нежном ротике, руками оглаживал тело омеги, забираясь под тонкую ткань рубашки. Каждое его прикосновение отзывалось новым стоном и всхлипом Нило, которые тут же проглатывал жадный, изголодавшийся по любви и ласке альфа. Его язык и вовсе творил что-то невероятное, заставляя парнишку плавать в своих ощущениях и терять ход времени и связь с реальностью. Он чувствовал, как оборотень быстро пробегал по его зубкам, щекотал десны, кончиком языка нежил внутренние стеночки щёк. А когда едва ощутимо прикоснулся к язычку Нило, то сам чуть не завыл. Малыш тут же перешёл в активное наступление, отвечая на каждую ласку. Их языки сплелись в бешеном, рваном танце, потому что воздуха от их поцелуя уже давно не хватало. А после Нило и вовсе сам проскользнул в рот альфы и начал ласкать его, расплачиваясь за своё недавнее удовольствие. Эйс от такого рычал и рвано дёргал бёдрами, потираясь внушительным бугром о пах парнишки, где у него и самого всё было твёрже стали. Нило успел только провести кончиком язычка по щеке альфы в тот момент, когда разорвав поцелуй и глотнув немного воздуха, вновь потянувшись к губам Эйса, был ловко перевёрнут на живот. Обиженный всхлип и после тяжёлый, но сладостный стон от того, что Эйс, схватившись ладонями за его попку, с силой сжал упругие ягодицы. После ладонями заскользил вверх и, добравшись до плеч омежки, схватил ткань и рывком сорвал её с паренька. Нило чуть пискнул, а после приподнял попку и принялся активно потираться ей о пах альфы, ощущая, как ласковый и проворный язык любимого нежно облизывает его ушко. Пальцы альфы уже давно прогуливались по оголённой груди парнишки и, как только нашли затвердевшие бусинки сосков, нежно огладили их, чуть надавили и прищипнули. Нило забился под парнем, уже не постанывая, а чуть ли не хрипя от удовольствия.       — Маленький мой! Ласковый, отзывчивый, нежный малыш! Ты себе не представляешь, как я сейчас счастлив. Котёнок, я хочу сделать тебя своим. Ты только мой! Любимый! — Эйс и сам уже хрипел от возбуждения и страсти. Нило ему хотелось до безумия. Но не нужно было торопиться. Нужно дать Нило понять, что он не сделает ничего плохо, а будет любить его больше всего на свете. Потому ласково оглаживая нежную, бархатную и до безумия горячую и чувствительную кожу омежки, ладони альфы медленно спустились к пижамным штанишкам. Пальцы ухватились за пояс и так же медленно принялись стягивать с тела паренька глупую ненужную ткань. Одно мгновение и они уже где-то за пределами постели. Нило, почувствовав, что полностью обнажён, внезапно осознал весь стыд происходящего. Щёчки в одно мгновение раскрасились нежным румянцем и паренёк, повернувшись на бок, поджал стройные ножки и прикрыл ладонями свой пах. Эйс только улыбнулся таким милым попыткам прикрыть наготу. Улыбнулся и судорожно сглотнул. Для него Нило и так самый красивый во всём мире омега, но сейчас, видя чуть смугловатую кожу, все нежные, плавные черты и самые сокровенные интимные места мальчишки, альфа понял, что раньше сам приуменьшал красоту своего омежки. Эйс и не понял того момента, как сам оказался полностью обнажён. Ткань просто слетела с него, не сопротивляясь, иначе и вовсе превратилась бы в жалкие клочки от страсти альфы. Нило чуть приподнял голову и впился взглядом в пах любимого. По телу мгновенно побежала толпа мурашек и возбуждение новой волной накрыло парнишку с головы до ног. Эйс же просто повалился вперёд, накрыл мальчишку собой и тут же увлёк его в горячий, терпкий поцелуй. Руки альфы блуждали по всему телу, оглаживая каждый сантиметр кожи. От соприкосновения обнажённых тел обоих, словно током прострелило. Нило прогнулся в спине и упёрся своим маленьким, аккуратным членом прямо в живот альфы. Эйс же наконец-то перестал пожирать поцелуем губы парнишки и дорожкой мокрых, горячих поцелуев спустился по раскрасневшейся щёчке, тонкой шее, попутно приласкав языком нервно бьющуюся венку, и добрался до груди. Нило и не знал, что может так смешно пищать, перемешивая этот звук со стонами. И всё потому, что Эйс принялся ласкать тёмно-розовые соски. Жадно облизав горошину соска, он нежно втянул его между губ и принялся посасывать, перекатывать и слегка прикусывать его. И сам, отвечая на стоны любимого омежки, мычал или рычал сквозь сомкнутые губы. И, не переставая елозил бёдрами, потираясь собственным членом о пах Нило. Проделав те же самые сладкие пытки и со вторым соском, заставив мальчишку и вовсе потеряться, Эйс, хитро улыбаясь, принялся спускаться губами к самому заветному и сладкому, по его мнению. Руки не оставались без дела и непрерывно нежили паренька, оглаживая бедра и бока. Альфа, достигнув паха, прервал свои поцелуи и, чуть приподнявшись, посмотрел на омегу. Паренёк сейчас был не здесь. Глаза прикрыты, щёки алеют краше маков, припухшие от поцелуев и покусывания губы горят, как алые лепестки роз и постоянно шепчут какую-то несвязную ерунду. Нежные ладошки Нило едва достают до плеч альфы и потому неумело, хаотично, но со всем чувством ласкают шею парня, изредка зарываясь в короткие каштановые пряди. Улыбаясь тому, что его любимому сейчас хорошо, парень вновь склонился к паху омежки. Проворный язык едва прикоснулся к головке, как Нило широко распахнул глаза и взвыл. Эйс тут же облизал его полностью сверху вниз и, ухватив яички губами, немного поиграл ими, перекатывая и посасывая. Нило метался под альфой, стонал и просил большего. Зуд в попке становился просто невыносимым. Пах крутило и жгло желанием, а грудь распирало душным воздухом. Эйс же, прекратив свои ласки, вернулся вверх и вобрал член омежки полностью в рот. Хватило пары движений, чтобы вязкая, жемчужного цвета жидкость с чуть сладковатым вкусом выстрелила прямо в рот парня. Он не отстранился, чем чуть ли не свёл Нило с ума. Проглотив всё до последней капельки, альфа полностью облизал член мальчишки и хотел было спуститься к пульсирующей мокрой дырочке, как понял, что сам уже лежит на спине. Нило и не знал, что в нем столько силы и ловкости. Он вообще сейчас не понимал своих действий, но знал одно наверняка — он хочет чтобы и Эйсу было хорошо. Было хорошо с ним.       — Нило, малыш, что такое? — Эйс испугался, что мог сделать что-то не так и, даже не смотря на течку, у паренька пропало желание и могло возникнуть отвращение к близости.       — Я хочу… я хочу так же… — Нило едва мог нормально шевелить губами, стараясь пробиться сквозь сладкий, бархатный туман в голове. Альфа так и не понял, чего хотел его малыш до тех пор, когда он, быстро юркнув вниз, ухватился ладошками за основание члена парня. Эйс инстинктивно подался бёдрами вверх и омега расценил это, как приглашение. Нило склонился и нежно прикоснулся губами к мокрой, блестящей головке. После язычком облизал её, очертил контур и немного пощекотал уздечку. Придерживая ладошкой за основание, мальчишка принялся облизывать едва подрагивающий член по всей длине. Эйс гортанно рычал и, запустив пальцы в нежные волосы омеги, поглаживал и ласкал любимого, показывая, что он всё делает правильно. В голове не осталось ни одной трезвой мысли. Их вышибли горячие губы и мокрый язычок паренька, ласкающие альфу. Член Эйса оказался большим и потому Нило не смог полностью взять его. Поэтому, обхватив губами только головку, омега принялся двигать головой, одновременно проворным язычком лаская плоть альфы. Эйса надолго не хватило. Он и так чуть с ума не сходил, а тут ещё его малыш вытворял такое, что перед глазами не то, что звёздочки — вся вселенная плясала. Альфа зарычал во всё горло, резко приподнял омегу и притянул его к себе, устроив любимого так, чтобы попка паренька упёрлась в его член. Одна рука парня обхватила все ещё стоящую плоть омеги, а вторая, скользнув в ложбинку, одним пальцем прикоснулась к горячему, мокрому колечку мышц. Нило двинул бёдрами вперёд, одновременно прогибаясь в спине и оттопыривая попку. Эйс, пару раз огладив вход и смазав собственный палец в густой ароматной смазке, осторожно и медленно проник внутрь. Нило ухватился ладошками за запястье альфы и закрыл глаза. Он уже давно и натружено дышал, а сейчас и вовсе начал немного задыхаться. Эйс, едва сдерживая себя, всё же растягивал любимого, не желая причинять ему боли. Нет, она всё равно будет, так как Нило ещё невинен, но всё же есть возможность уменьшить её. К первому пальцу прибавился второй и Нило начал слегка шипеть, ощущая лёгкий дискомфорт от того, как Эйс двигал ими внутри и чуть разводил в стороны, растягивая напряжённые мышцы. Третий палец принёс боль и Нило, всхлипнув, упал на Эйса. Парень согнул ноги в коленях, приподняв бёдра, пододвинул паренька к себе. Продолжая растягивать уже хлюпающий от смазки вход, оборотень пробежался свободной ладонью по телу паренька и, подцепив его подбородок, приподнял личико, чтобы тут же нежно поцеловать мальчишку. Нило обвил шею альфы и стал страстно и горячо отвечать на его ласки, стараясь отвлечься от боли и лёгкого жжения. И уж совсем не ожидал, что почти в ту же секунду пальцы Эйса покинут его тело. Прямо в губы омежка обиженно замычал, прося их вернуть обратно, так как сквозь все неприятные ощущения начало пробиваться что-то томно-сладкое и пробирающее до дрожи. Эйс, зная, что нужно действовать осторожно, приставил головку члена к анусу и чуть надавил. Она довольно легко проникла внутрь. Альфа замер, прислушиваясь к омеге. Нило же уткнулся личиком в изгиб шеи любимого и часто-часто дышал, старался хоть как-то расслабиться. Пока выходило плохо. Эйс, немного подождав, начал продвигаться вперёд. С каждым новым сантиметром он чувствовал, как сильно вздрагивает и напрягается омега в его руках.       — Эйс, мне больно! — внезапно Нило захныкал и от несильной, но неприятной боли впился маленькими ноготками в кожу парня.       — Потерпи, котёнок, пожалуйста! Малыш, я люблю! Люблю тебя очень сильно! — Эйс, чувствуя крохотные горячие капельки на своём плече, повернул голову к омежке и начал лёгкими поцелуями утешать мальчишку. В висок, ушко, волосы или щёчку. Омега непрерывно всхлипывал, но к удивлению альфы сам начал постепенно насаживаться на плоть любимого, рвано двигая бёдрами. Оборотень, крепко перехватив паренька за талию, начал двигаться. Первый, второй, третий толчок. Комнату постепенно наполнил мерный скрип кровати, едва слышимое хлюпанье обильно выделяющейся смазки, тихий рык альфы, не способного от наслаждения сдерживать голос, и неясные сдавленные стоны омежки. Эйс терпел из последних сил, медленно и осторожно наращивая темп и не переставая целовать паренька. И с каждым новым толчком чувствовал, как омега расслабляется, его стоны становятся громче и приобретают оттенок наслаждения. Вскоре Нило сам начинает двигать бёдрами, помогая и доставляя обоим ещё большее удовольствие. Внутри омежки безумно тесно, горячо и мокро. Так восхитительно, что Эйс уже не просто стонет, а воет от наслаждения. Уже ощущая, что Нило не чувствует боли и готов к чему-то большему, парень срывается на сумасшедший, рваный ритм. Вбивается в нежное и желанное тело, чувствуя, что готов просто раствориться в нём. Нило стонет во весь голос, чувствует, как ему невозможно хорошо, как приятно перекатываются мышцы альфы под ним, пока он вбивается в него, как хрипло и жарко дышит любимый прямо в его ушко. Чувство наполненности до предела и горячей плоти, таранящей его тело уносят далеко. Так хорошо, что нет сил остановиться. И не нужно. Он уже пошёл против родителей ради любви и свободы. И ни капли об этом не жалеет. Прощай, золотая клетка!       — Малыш я уже… позволь мне повязать… — Эйс хрипел, чувствуя, как тугой комок в паху скрутился до своего предела. Тут же, после его слов, губы паренька накрыли его и альфа, двинув бёдрами вперёд до самого предела, с рыком, который тут же проглотил Нило, продолжая целовать любимого, кончил внутрь. Узел набух невероятно быстро и теперь омега, вскинув голову вверх, вскрикнул от ощущения горячего семени внутри и плоти, что приятно-болезненно распирала нежные стенки. У обоих тугая спираль, что жгла и болезненно колола желанием, мгновенно разорвалась на тысячи кусочков, заставляя каждую клеточку тела томно дрожать от нахлынувшего оргазма и нежиться в приятном тепле. Тут же Эйс притянул омегу обратно и впился клыками в нежную кожу в том месте, где шея плавно переходила в плечико. Нило заскулил и забился в руках альфы, но не от того, что хотел его оторвать от себя. Просто острая боль пронзившая шею настолько желанна и сладка, что сил не было сдерживаться. Теперь он принадлежит только Эйсу и лишь костлявая с косой способна разлучить их. Пока они живы, они всегда будут вместе и не только Эйс будет бороться за счастье и за своего любимого. Нило тоже не отступит до последнего. И не важно, что возможно его врагами будут собственные родители. Он слишком сильно любит Эйса.       — Эйс, ты зачем остриг волосы? — Нило, пока его сознание все ещё держалось в теле и не собиралось покидать его, дав возможность прийти в норму после сумасшедшего и первого оргазма, спросил альфу, жалея о его роскошных длинных прядях. Он увидел, что Эйс остриг волосы ещё в тот момент, когда очнулся в его объятиях, но коварная течка не позволила ему поинтересоваться.       — Так нужно, сладкий. Оборотень перед близостью с истинной парой обязан остричь волосы в знак того, что оставляет свою вольную жизнь. Потом он снова может отпустить их, но если его половинка позволит. Ох, Нило! — альфа, улыбаясь, блеснул своими изумрудными омутами и потянулся к пареньку за новым поцелуем, как его и одновременно омежку накрыл новый оргазм. И это был не последний. Сцепка продолжалась около часа. За это время сил у влюблённых от многочисленных оргазмов почти не осталось. Хоть последние полчаса они были сухими и какими-то спокойными и мягкими, всё равно их тела каждый раз вздрагивали, оба в голос стонали, целуясь словно сумасшедшие. Они так и уснули, переплетя свои руки. И им ничего сейчас неважно, кроме того любимого существа, тепло которого греет не только тело, но и душу. Сердца уже успокоились и мерно отстукивали свой ритм. Пусть бьются не в унисон. Главное — они бьются ради того, кого любят. И этого уже достаточно. Вот только ни Нило, ни Эйс не знали, что завтра им придётся оскалиться и обнажить клыки, чтобы защитить самого дорого в мире человека. И всё потому, что Герад более ждать не хотел.