Брат воина

Идя по улицам Эрхкильга, Ирвин чувствовал себя неуютно. Все рассматривали его с интересом, который даже не пытались скрыть. Оно и неудивительно: странная одежда, вышедшая здесь из моды уже пару столетий назад, такая же устаревшая прическа – длинные волосы, заплетенные в тугие косы, грубая обувь, разительно отличавшаяся от аккуратно сшитых красивых сапог и туфель горожан. Уже с первых дней ему начало казаться, что он попал в какой-то совершенно другой мир. Мужчины здесь носили одежду исключительно из ткани, и лишь иногда встречались те, кто одевался в кожу. Все женщины и большая половина мужчин ходила с проколотыми мочками ушей, в которые были продеты разнообразные украшения, порой тяжелые настолько, что место прокола растягивалось в щель. Ни один мужчина не носил бороды, практически все нещадно остригали свои волосы настолько коротко, что они едва прикрывали шею. И такие люди смогли взять в плен их мужчин? Ирвин все больше и больше поражался этим странным людям и той жизни, которой они живут. Дома сплошь были каменные, с большими окнами. Некоторые даже имели в высоту два ряда окон, и Ирвин задумался о том, как же надо изловчиться, чтобы поднять туда камни для стен и дерево для рам. Он не понимал, для чего нужно делать помещения с такими высокими потолками, ведь чем больше комната, тем сложнее ее обогреть. Это казалось ему, по меньшей мере, глупым. А вот выложенные камнем улицы он оценил по достоинству. Сейчас, когда дело близилось к зиме, и все чаще шли дожди, не приходилось грязнуть в слякотной жиже, в которую обычно превращаются дороги. И телеги точно не застрянут колесами в грязи. Еще одной новинкой оказалось для него то, что в селениях, которые местные жители называли городами, а себя горожанами, путников вроде него принимали на ночлег в специальных домах – постоялых дворах. Так же здесь за все требовали деньги, но об этой дурной наклонности южных племен он знал и раньше, поэтому в поисках своего брата помогал, где мог. Полезными оказались и деревянные украшения, которые он захватил с собой. Женщины и мужчины охотно меняли их на деньги. Похоже, ценность любой вещи здесь выражали с помощью этих маленьких металлических кружочков с непонятными знаками. Он уже немного научился ориентироваться в этих непривычных ему селениях так, чтобы не блуждать кругами по одним и тем же местам. Расположение домов и проходов между ними, называвшихся улицами, было довольно простое: они расходились лучами от центральной площади. И именно в первом кругу обычно были постоялые дворы и главные здания города. Но прежде чем искать себе место для ночлега, Ирвин решил осмотреться. Он уже узнал, что именно из этого города шли воины в сторону леса. У него ушло немало времени, чтобы выяснить это. Пришлось обойти не один город. Жители не любили говорить о военных делах. Нужную информацию проще всего было узнать в тех местах, куда люди приходили, чтобы выпить. Именно они охотнее всего делились новостями и сплетнями за кружкой хмельного напитка, поставленного им гостем. Кроме того, когда они видели, что этим интересовался совсем еще зеленый мальчишка с горящими глазами, поток слов из них просто бил ключом. Из всего услышанного Ирвин смог сложить полноценную картину того, что происходило. Кое-что из этого он слышал впервые, и ему действительно было интересно слушать. После поражения в битве при Олтис-Или кочевые племена вынуждены были заключить вечный мир с государством мистиков, которое впоследствии стало называться Касвеей. Почти сразу же кочевники осели. Нашлось немало ремесленников, захотевших вести торговлю с более развитым государством. Однако король отказался, поскольку из-за не утихающих междоусобных войн между племенами могли пострадать купцы и более мелкие торговцы, решившие отвезти свои товары к кочевникам. Тогда-то вождь одного из сильнейших племен и объявил, что объединит всех и встанет во главе своего народа. В ответ на его письмо, король заверил его, что заключит торговый договор сразу, как только он объединит все племена. Неизвестно, откуда ему стало известно о племенах на севере за лесом. Поскольку они все еще оставались независимыми, король отказался от всяких торговых отношений, пока те не присягнут на верность единому вождю. Но заставить их преклониться перед ним ему так и не удалось. Племена не желали никому подчиняться. Встретившись со старейшинами, вождь заверил, что не будет больше никаких нападений, если они согласятся покориться. Также он объяснил им причину, по которой повел войско на их селения. Старейшины ответили, что мало заинтересованы в присутствии чужаков на своей земле и что они будут продолжать так же мирно жить, не показываясь по ту сторону леса, если к ним не будут пропускать никого из чужеземцев. В свою очередь они пообещали время от времени посылать нескольких воинов от каждого племени на службу вождю, дабы показать свой мирный настрой. Такие условия устроили обе стороны. Немногочисленные племена, цепляющиеся за древние традиции, могли продолжать свое тихое существование, а у объединенных племен появилось доказательство того, что все племена сосуществуют в мире. Однако со временем давние договоренности стали забываться, и уже новым вождям приходилось идти войной на север, поскольку новые старейшины ничего и слушать не желали о каких бы то ни было требованиях. Хоть Ирвин и узнал все это, он понятия не имел, что случилось со всеми теми, кого взяли в плен. Как он не спрашивал — ответа так и не получил, поскольку все на один лад утверждали, что ничего не знают об этом. И вот, наконец, он в Эрхкильге и здесь можно получить ответы на все вопросы и вернуть брата и остальных домой. Этот город отличался от остальных только размерами, количеством больших домов, мощеными дорогами и длинным торговым рядом. Во всем остальном он был таким же, как и другие города. Решив, что этого ему вполне достаточно, он повернул к центральной площади, туда, где можно было остановиться на ночь. Вместо ожидаемой небольшой комнатки, он оказался в одном из тех больших залов с множеством столов, где люди собираются, чтобы выпить. Никто из находившихся здесь мужчин не обратил на него абсолютно никакого внимания. Все были поглощены своими делами: одни тихо сидели, в одиночку потягивая из кружки местное пиво или что покрепче, другие шумной толпой играли за большим столом на деньги, третьи небольшими компаниями болтали о своем и щипали за зад проходивших мимо девушек, разносивших заказы. Осмотрев весь зал, Ирвин увидел мужчину, которого искал. Судя по тому, что все девушки неизменно подходили к нему, отдавая полученные деньги, он и был хозяином. — Это у вас можно переночевать? — стараясь говорить громче, чем шумели вокруг, спросил Ирвин. Мужчина внимательно осмотрел его и выдал вполне ожидаемый ответ: — Можно, если у тебя есть чем заплатить. Если нет – лучше проваливай отсюда по-хорошему, — грубо бросил он. Вместо ответа Ирвин выложил перед ним монету. Мужчина снял со связки на поясе ключ и дал его юноше. — Пятая комната слева. И не вздумай водить девок. Узнаю – тут же вышвырну. Ирвин молча поднялся к себе в комнату. Водить кого бы то ни было он не собирался - некого было. Сердце снова сжала тоска по дому. Интересно, как там отец с матерью? Сон никак не шел. Пустой желудок противно урчал и ныл, требуя хоть чего-нибудь съедобного. Вздохнув, Ирвин сел на кровати, обуваясь. Затем взял сумку, которая была всем, что у него имелось с собой, и спустился в общий зал. За прошедший час здесь ничего не изменилось. Те, кто пил – пили, игроки, все так же ругаясь, оспаривали результаты очередной игры, грозно рыча друг на друга и изрыгая проклятия и угрозы. Пройдя мимо всех в самый дальний угол со свободными столиками, Ирвин уселся за один из них. Спустя некоторое время к нему подошла девушка и поинтересовалась, что он будет заказывать. — Что-нибудь простое, но сытное, — попросил он. Девушка окинула его подозрительным взглядом, но ничего не сказала. Простым и сытным оказалось жареное мясо с лепешками. Впрочем, Ирвин был доволен. Хоть он и умел готовить гораздо более сложные блюда, но предпочитал им простые. Ему гораздо больше нравилось, например, обычное свежеобжаренное мясо, чем, допустим, заранее засоленное и обжаренное с овощами. Тем более, он не видел причин тратить лишние деньги, когда можно было обойтись и без этого. Он как раз доедал, когда к его столу подошел, шатаясь здоровенный детина с кружкой в руке. Мужчина грохнул ею о стол, а затем и сам упал на свободный стул. — Ты тут, похоже, новенький, — борясь с икотой выдал здоровяк. Ирвин ничего не ответил, продолжая срывать сочное мясо с кости. — Чего угрюмый такой? Не нравится что-то? – начал повышать тон мужчина. — Дворак, оставь мальчонку в покое. Видишь, он ест, — подходя к товарищу, попытался вразумить здоровилу другой мужчина. Он был намного ниже, но не менее крепок телом. — А мне плевать! Надо отвечать, когда с тобой разговаривают, — не отступал первый. — Ну, и чего ты от него хочешь? – снисходительным тоном поинтересовался товарищ. — А я, может, хотел предложить ему потягаться со мной на щитах, — обиженно протянул здоровяк. — Ну-ну! Тебе сейчас только на щиты и становиться, — рассмеялся второй. – Ты на ногах не можешь ровно стоять, куда тебе на щиты взбираться. — Тогда я доверяю это тебе. Ты должен обойти этого сопляка вместо меня! – снова грохая кружкой о стол и расплескивая ее содержимое, проговорил здоровяк. — Да зачем тебе это? — А что он сидит как неродной? Логика этого пьяного детины, как Ирвин ни пытался ее уловить, все время от него ускользала. Хоть внешне он и старался выглядеть спокойным, но на самом деле ему было страшно. Скажи он сейчас что-нибудь не то, и эта громадина тут же кинется на него. А уж против такого огромного соперника его сил точно не хватит. — Малыш, мой друг все равно не успокоится, пока не добьется своего, — извиняющимся тоном сообщил товарищ здоровяка. – Не обижайся, но тебе придется выйти против меня на щиты. Кто-то из соседей, услышав их разговор, громко выкрикнул: "Щиты!". Народ в зале оживился. Те, кто были проворнее, вскакивали со своих мест и снимали со стен, увешанных щитами, первый попавшийся. Зал словно охватило безумие: те, кому не досталось щита, лезли его отбирать у других. Уже через несколько минут все мужчины со щитами стояли плотно в проходах вокруг длинного центрального стола, образовывая очень вытянутый круг. — На щиты! – взревел здоровяк, подбрасывая вверх руку с кружкой. Мужчины разом подняли щиты над собой. Ирвин совершенно ничего не понимал. Он недоуменно переводил взгляд с выстроившихся со щитами на товарища здоровяка и обратно. — Вставай, пошли на щиты, — скомандовал мужчина, хлопнув Ирвина по плечу и скидывая куртку на ближайший стол. Парень неуверенно встал и, следуя его примеру, снял через голову висевшую на шее сумку. Куртку он снимать не спешил, поскольку под ней скрывались его кинжалы. — Ну же, смелее, — подбадривал его мужчина. — А ну покажи, что ты мужик! – ревел здоровяк то ли своему товарищу, то ли Ирвину. Последний все еще не понимал сути происходящего и очень удивился, когда низкорослый крепыш взобрался на один из щитов. Державший щит мужчина немного просел, но все же выдержал его вес. — Давай, теперь ты. Поняв, что пока ничего плохого ему не угрожает, Ирвин довольно легко забрался на щит с противоположной стороны. — Условия просты. Выигрывает тот, кто сможет нагнать соперника, либо тот, кто останется на щитах и не упадет, — сказав это, он перепрыгнул на следующий щит, потом еще на один. Не став дожидаться пока его догонят, Ирвин тоже прыгал по щитам. Это было далеко от тех ужасов, которые он успел себе напридумывать, и теперь ему хотелось смеяться оттого, как просто все оказалось. Перепрыгивать со щита на щит было совсем не трудно, тем более, что те, кто их держал, стояли близко друг к другу. К тому же, это было до того похоже на те камни, по которым он прыгал, пересекая реку. — А ты неплохо справляешься, — одобрительно хохотнул его соперник. – Пора бы и ускориться. Ирвин, не забывавший следить, насколько близко от него был мужчина, убедился, что тот и в самом деле начал понемногу нагонять его. Но, войдя в азарт, он уже не хотел уступать. Щиты перед его глазами замелькали быстрее, на скорости перепрыгивать стало легче, но и опасность сорваться тоже увеличилась. Один раз он чуть не свалился, наступив ближе к краю. Мужчина под щитом качнулся, и Ирвин поспешил поскорее перепрыгнуть на следующий щит. Он слышал подбадривающие крики зрителей, которым не удалось поучаствовать ни в качестве игроков, ни в качестве опор. Большинство поддерживало его соперника, но были и те, кто болел за него. Прыгнув на очередной щит, Ирвин услышал грохот и ругательства. Не переставая бежать, он повернул голову и увидел, что его соперник упал, а значит он выиграл! — Вот черт! – выругался мужчина, подходя к Ирвину. – Малыш, ты выиграл. Пива ему, я плачу! — Не стоит, — парень попытался уйти, но схватил его за левый рукав, таща на себя. Нитки треснули, рукав куртки остался в руках, а Ирвин пролетел вперед, врезавшись в кого-то. — Эй, что это у тебя? – услышал он грозный голос над самым ухом. Державший его мужчина недобро скалился. — Что там? – спросил крепыш, рассматривая татуировку, а потом воскликнул, — Разрази меня гром! Да она такая же как у тех, что живут по ту сторону леса! В зале наступила полнейшая тишина. Теперь все присутствующие смотрели на него, позабыв о своих занятиях, которыми еще несколько мгновений назад были так увлечены. Ирвин чувствовал, что добром это все не кончится - так оно и оказалось. — Да он шпион! – первым нарушил тишину здоровяк. Он был все так же неразлучен со своей кружкой. — Убить шпиона, — подхватил один, за тем второй. Вскоре весь зал гудел, требуя смерти мальчишки. — Может, оставите мальца в покое? – предложил высокий мужчина, выходя в передний ряд образовавшегося из зрителей круга. Он был так же крепок, как практически все здесь. Он так же не носил бороды, его длинные рыжие волосы были стянуты в хвост, и взгляд его темных глаз был таким, словно мог, при желании, прожечь насквозь. — Если тебе не хочется смотреть как он умрет – можешь выйти, — спокойно ответил товарищ здоровяка. — Я не люблю напрасных смертей и беспричинных убийств. — Причина? Да одного того, что он шпион уже достаточно! — воскликнули в толпе. — А если он и шпион, не разумнее было бы его допросить, прежде чем убивать? — Ну, что, малыш, — товарищ громилы схватил Ирвина за подбородок, больно впиваясь цепкими пальцами. – Расскажешь, зачем пожаловал? С минуту они смотрели друг на друга, но парень не проронил ни слова. — Вот видишь, Орик, шпионы никогда не признаются. Предлагаю его просто убить. Толпа одобрительно загудела, а Ирвин глядел на этого мужчину, который вступился за него, как на последний шанс остаться в живых. Ему совсем не хотелось умирать. По крайней мере, не так. — Брось его. Он совсем еще ребенок. Что он сможет сделать? Если тебе так важно, чтобы он ничего не натворил, тогда я согласен присмотреть за ним. Вдруг он одумается и заговорит. Крепыш странно посмотрел на него, но выпустил. Ирвин был несказанно рад тому, что все решилось в его пользу. Сейчас надо просто смирно себя вести. Уже поздний час, на улице никого нет, и если они вместе с этим Ориком выйдут, ему наверняка удастся сбежать. — Собирай свои пожитки и иди за мной. Весь зал снова замолчал, следя за каждым шагом Ирвина - и это заставляло его нервничать. Он боялся, как бы кто не передумал, поэтому как можно скорее схватил свою сумку и оторванный рукав. Орик уже ждал его, стоя в дверях. September 5, 2010-May 18, 2011