The one who saw the future

Пока выбираешь двоих, теряешь обоих

Время перед Рождеством летело привычным темпом: ребята занимались в Выручай-комнате; игроки в квиддич также посещали тренировки, несмотря на выпавший снег; домашки не становилось меньше, а СОВ приближался все ближе. Ко всеобщему ажиотажу прибавлялась Амбридж со своей инспекцией, в которую она приглашала всех желающих. Ребята из «Общества» прозвали всех желающих «стукачами», потому что иначе назвать их было нельзя. На данный момент было известно несколько человек из Когтеврана и Слизерина, кто решил присоединиться к жабе. Эдвард также отметил еще одного старшекурсника с Пуффендуя, кто возможно входил в эту свиту. И только Гриффиндор держал оборону, чем непременно начинал симпатизировать Диане. О последнем она узнал от Грейнджер, с которой она пересекалась на Рунах. Девушка незаметно подсела к ней, заставляя Нотта и Тодорова сесть за ними. Если рыжая и удивилась действию гриффиндорки, то не показала этого, а только кивнула ребятам, мол, все в порядке. За весь урок Гермиона не вымолвила ни слова, задумчиво смотря в словарь, а когда урок подошел к концу, то она взглянула на Поттер и попросила ее поговорить. — У вас ведь сейчас «окно», — констатировала она, словно изучила расписание пятого курса Слизерина. Ди только хмыкнула, но кивнула, подтверждая ее слова: — Что случилось, Грейнджер? Зеленый взгляд прошелся по девушке изучающим взглядом, отмечая усталый взгляд. Потом слизеринка перевела взгляд на ребят из «Общества» и отрицательно покачала головой, чтобы те не ждали ее. У Нотта тоже было «окно», в то время, как у Эдди было маггловедение. — Нет желания перекусить? — странно спросила кареглазая, заправляя пушистую прядь за ухо. — В коридорах небезопасно о таком говорить. — Боюсь представить тему для разговора, — сжала губы Поттер, прислушиваясь к своему желудку. Тот подтвердил, что голоден. — Но я не против. Только садиться к вам не буду. — Основная толпа ушла, поэтому никто не заметит, — попыталась заставить ее шатенка, на что слизеринка отрицательно покачала головой. — Ты ведь подсаживалась к пуффендуйцам, какая разница? — Там мой друг, Грейнджер, это большая разница, — холодно отрезала рыжая, заставляя Гермиону неуверенно нахмуриться. — Мы не друзья с тобой. — Я знаю, — как-то жалостлива проговорила она. — Хорошо, я подсяду к тебе. Надеюсь, это будет того стоить. — Смотря, что тебе нужно от меня, — улыбнулась довольно Диана. — Можешь хотя бы намекнешь, что нужно-то? Гриффиндорка отрицательно покачала головой, целенаправленно идя в сторону Большого зала: — У замка есть уши, нужно поговорить там, где точно бы не стали подслушивать. — Ага, Большой зал — лучшее место, — иронично бросила зеленоглазая, плетясь следом. — Если хочешь что-то скрыть, то скрой это на видном месте, — проговорила задумчиво Гермиона, когда они переходили от одной двигающей лестницы к другой. — Тут даже картины могут быть источником сплетен. А там их нет. — Конечно, конспиратор, — понятливо кивнула Поттер. В Большом зале и правда оказалось мало людей: основная часть обедала, когда они были на Рунах, а сейчас небольшие группки были раскиданы по разным столам. Среди львов протиснулись несколько барсуков, а за столом орлов сидел какой-то третьекурсник с Гриффиндора. И только немногочисленные змеи сидели за своим столом, распределившись по небольшим группам. Диана кивнула Гермионе и они опустились за стол в конце, чтобы не привлекать внимания. За профессорским столом сидела только мисс Бабблинг, но и она была заинтересована больше каким-то пергаментом, чем детьми за столом. Когда еда возникла за столом, рыжая принялась за рыбный суп, в то время, как шатенка взяла жаркое. — И о чем разговор? — закинув пару ложек в рот, Ди заинтересовано взглянула на Грейнджер, перед этим осмотрев окружающих. Гермиона отложила ложку и отпила тыквенного сока: — До меня дошел слух, что в школе появилась группа студентов, которая создала кружок по магии. Рыжая усмехнулась, но мысленно напряглась. Как она и предполагала, кто-то проболтался. Но кто? Почему проклятие не сработало? Нет, сейчас главное, что было нужно Гермионе? Со своими она разберется позже. — Даже так? — постаравшись создать впечатление того, что она удивлена, рыжая положила подбородок на сложенные руки и заинтересованно посмотрела на гриффиндорку. — И с каких пор ты собираешь слухи, Грейнджер? Сама ведь знаешь, что данная деятельность под запретом по инициативе Амбридж. Гермиона внимательно посмотрела на Диану, как будто пыталась считать ее реальные мысли, но получив в ответ мощный блок, она вздохнула и сжала губы. — Я просто думала, может ты слышала что-то об этом, — сдалась Грейнджер, на что Поттер прищурилась. — Мы тоже думали насчет занятий отдельно от Амбридж, но нам не хватает человека, который мог бы обучать нас. — И это мне говорит отличница? Гриффиндорка как-то грустно улыбнулась, словно данный комплимент от слизеринки был для нее в новинку, но Поттер имела ввиду не это. Из нее сейчас сочился яд, потому что она не могла понять, кто их выдал и выдал ли вообще. — Я? А что я — ум и книги, вот и всё, — девушка опустила взгляд, ковыряясь в тарелке. — Я могу преподнести теорию, объяснить, как работает то или иное заклинание, но на практике я полный ноль. Но этого ведь не достаточно! Диана выпрямилась, складывая руки под грудью. Попыталась считать ее по повадкам, отметить хоть какое-то лицемерие, а потом вспомнила то, как она сама подставлялась перед Амбридж. Тоже задавала вопросы насчет обучения. У Дианы закрылись сомнения. Кем была Гермиона на самом деле? — Разве Амбридж не достаточно теории? Ты ведь в выигрыше так и так, — попыталась выкрутиться Поттер, присматриваясь, как лицо заучки озаряется недовольством. Ярким и динамичным. Открытая книга. Снейп с Малфоем тоже видел ее также? — Да какая теория поможет нам в будущем?! — кое-как совладав с эмоциями, девушка оглянулась, а потом наклонилась к рыжей ближе. — На одной теории невозможно противостоять Темному Лорду! Разве ты не понимаешь? — А есть ли он, этот Лорд? — вспомнив все издевательские слова общества насчет возвращения Тома, Диана кое-как сдержалась, чтобы не показать, что она думает на это счет. Ей было интересно мнение гриффиндорки. — Неужели ты веришь, что он… вернулся? Не считаешь моего брата безумцем? — Ты что?! — недоверчиво нахмурилась шатенка. — Считаешь своего брата… обманщиком? Рыжая показательно приподняла брови, поведя плечами. Если бы за спиной была спинка, то она бы еще нагло бы откинулась назад и всем своим видом показала, как она сомневается во всем этом фарсе. Ей нужно было мнение Грейнджер. Настоящие мнение. — Не понимаю, ты ведь всегда на его стороне, даже когда он был против Амбридж… — У меня с ней свои терки, — равнодушно бросила рыжая, подвигая кубок с кофе ближе. — Поэтому я всегда за то, чтобы довести ее до ручки. Гриффиндорка сжала губы, отведя взгляд в сторону. Подумала о чем-то с минуту, пока слизеринка потягивала сладкий кофе, а потом вернула взгляд на Поттер и серьезно заявила: — Ты врешь. Ты не считаешь Гарри обманщиком. Рыжие брови поднялись в удивлении, но зеленые глаза неотрывно наблюдали за сомневающейся шатенкой. Что она знала о Грейнджер? Отличница, учиться у львов, дружит с Уизли, на третьем курсе помогла Дафне вытащить их из жопы, благодаря маховику времени, который ей дала ее декан. Маховик времени тринадцатилетний девчонке. Это говорило либо же о сильном доверии, либо же о глупости Макгонагалл. Но глупой Диана ее не считала ни в коем случае. И если декан львов доверил ей такой артефакт только, чтобы она посещала все пары… Гермиона была умной волшебницей с хорошим чувством ответственности. Поттер хотела надеяться, что чутье ее не подводит. — Вру, Грейнджер, — согласилась с усмешкой Диана. — Откуда у тебя информация о том, что появился кружок? — Не знаю, — заторможено ответила девушка, сглатывая. Она еще не видела такую Диану: внимательную, но мрачную. Короткие волосы, которые доставали ей кое-как до подбородка, невольно колыхались, когда девушка кивала на слова гриффиндорки. Поттер, конечно частенько укорачивала волосы, но чтобы настолько коротко и так долго… Это придавало ее внешности некую холодность, хорошо очерчивая заострившие скулы. Больше не было высоких хвостов или легких кос. Перед ней сидела расчетливая слизеринка. И слово «расчетливая» не казалось Грейнджер плохим. Нет, скорее, как само собой разумеющееся. — Это было похоже как на слух, который возник непонятно из откуда. Никто конкретно не говорил об этом, но многие подхватили и стали строить теории на этом счет. И я подумала… что ты что-нибудь знаешь. — Почему я? — не поняла рыжая, анализирую слова девушки. Гриффиндорка сжала губы, а потом странно усмехнулась. Диана нахмурилась: — Честно, не знаю. Возможно, ты единственная из Слизерина, кому я доверяю. — Мы не друзья, — напоминала Поттер, на что Грейнджер кивнула. — Доверяю настолько, на сколько можно доверять «не друзьям». Диана сделала очередной глоток кофе и скривилась. Остыл и стал приторным. Она не любила такой. Грейнджер не была похоже на человека, который смог слукавить для чего-нибудь. Особенно для Амбридж, на которую она могла бы работать. — С вашего факультета есть люди, которые могли поступить в делегацию Амбридж? — отставив кубок с кофе, слизеринка перекинула сумку на другое плечо и начала вставать со скамьи. Гермиона, если и удивилась вопросу и действиям слизеринки, не придала значение и только пробормотала неуверенно. — Никого не видела… младшие не полезут, потому что боятся, старшие, потому что ненавидят… Диана кивнула, поправила юбку и посмотрела на кареглазую. Она могла бы поговорить с «Обществом» и поставить вопрос о присоединении новых лиц… А сколько людей нужно было пристроить? И ведь нужно будет опять заняться проклятием для предателей и усовершенствовать его. Ведь для новеньких они решили придумать другое. — Сколько людей тебе нужно обучить? — сформулировала вопрос рыжая, попутно придумывая причины для присоединения. Одна была: Грейнджер помогла им на третьем курсе со своим маховиком времени и если бы не она, то сейчас они с Гарри возможно не были бы так близки. Гриффиндорка разинула рот, а потом произнесла, заикаясь: — Я н-не знаю… может четверо, пятеро или чуть больше. А ты знаешь что-то? — Давай так, — поняв, что девушка сейчас ей мало что объяснит, рыжая дала ей фору. — Я дам ответ тебе после Рождества, а ты за это время выбери людей, которые точно не подведут. — И все же ты что-то знаешь, — расслабилась гриффиндорка, растягивая губы в усмешки. Поттер косо на нее посмотрела, а потом прокашлялась, чтобы не рассмеяться: — Я знаю людей, которые могут знать. — Тогда после Рождества, Диана. Слизеринка только кивнула, спеша в привычном направлении. В библиотеку. За неделю до Рождества они также продолжили изучать магию защитников. Дуэли также присутствовали на тренировках, но по глазам ребят Поттеры видели, что патронус их интересовал намного больше. Дафна, как и обещала, взяла все обучение на себя. Гарри был ее помощником, подсказывая нужные эмоции, которые нужно испытывать при вызове защитника. Как Диана поняла, для вызова патронуса нужны были счастливые воспоминания, коих у нее было не столь много. Судя по тому, что за первые тренировки у нее не получилось вызвать даже огонька, ее «счастливые» воспоминания были не такими уж и счастливыми. Гарри говорит, что возможно все дело в том, что она забыла их из-за вмешательства Снейпа в ее голову, ведь ее тренировки были не так давно. В то время, как «счастливые» воспоминания были дальше. Диана ничего не отвечала в ответ, потому что он был прав. Не особо приятные воспоминания затмевали счастливые и выходили на первый план. Наблюдая за тем, как Забини с громким вскриком выпускает из палочки серебристый шар, который принимает образ летящей птицы. Зеленые глаза прищуриваются, отмечая крупный клюв. Точно не орел. Попугай. Как иронично. — Кто там? Кто? — выкрикивает кто-то из ребят, озираясь по сторонам. — Попугай, — хмыкает Нотт, но в его светлых глазах Диана видит гордость за друга. — Определенно его патронус. — У Софии тоже получилось! — с другой стороны выкрикнула Джейн, наблюдая за грациозным волком, который пробежал вокруг всего помещения и в конце концов столкнулся с патронусом Забини. — Это волк! Ты молодец, София! Флинт на эмоциях приобнимает смущающуюся Тодорову, отчего той даже приходится нагнуться из-за разницы в росте. Ребята аплодируют и свистят, тем самым поддерживая самую скромную в их компании. София заправляет выбившуюся прядь из волос и делает неуклюжий реверанс, чтобы хоть на секунду скрыть покрасневшие щеки. Диана по-доброму улыбается, отмечая быстрый взгляд Софии в сторону Эдди, который, сложив руки, внимательно наблюдал за ней со стороны. Поттер успевает даже перехватить его кивок девушке, от чего та краснеет еще больше. Но под звуки поддержки и вопросов о том, как у них это получилось, никто не обращает на это внимание. Рыжая только усмехается, опуская взгляд на свою палочку. Интересно, а какой будет у нее патронус? Такой же, как у брата? — Как дела, Ди? — пока ребята слушают то, что им говорит Блейз и София на ломанном английском, Гарри подходит к тихой сестре и встает рядом с ней. Как немой охранник, который всегда поддержит. Диана ощущала это. Девушка невесело помахала палочкой и уныло произнесла: — Не очень. Нет подходящих воспоминаний для вызова патронуса. — Ты все использовала? — Да вроде все в голове перебрала: и наши посиделки в гостиной, прогулки по городу, — начала перечислять рыжая слизиринка. — Даже вспомнила прогулку по Лондону, помнишь? На день рождение Дафны. Но все не то. — Что насчет распределения на первом курсе? — предложил он, хмурясь. — Дафне это помогло. — Да, знаю, она говорила, — устало покачала головой Поттер. — Но нет, в тот миг я волновалась, а не испытывала счастье. Парень задумался. Они вдвоем стояли поодаль от остальных, наблюдая за всеобщим ажиотажем и думали, как решить очередную проблему. — Что насчет воспоминаний о Демире? — выдвинул предположение брюнет, слегка наклоняясь к сестре. — Мне это… помогло. Я имею ввиду не Демиру... ну ты поняла. Девушка прикрыла глаза, тихо улыбаясь. Чтобы никто не обратил на них внимание, она подумала: — Целовались? По ощущениям чувствую, что целовались. Брат кротко кивнул, стараясь контролировать тепло на щеках и шее. И если на щеках получилось, то опустив взгляд на его шею, сестра цыкнула, отмечая не только прилив крови к коже, но и небольшое бардовое пятно. Да тут одними поцелуями явно не обошлось. — Тональник что ли тебе подарить на Рождество? — как бы невзначай бросила Ди, отводя взгляд от воротника брата. Она, в отличии от него, скрывала засосы получше. Нужно будет научить и его. — А что насчет твоего предложения… не знаю. Не пробовала. Я стараюсь не думать об этом человеке. — У тебя ведь кто-то появился, да? — понял Гарри, обведя взглядом всех в комнате. — И этот человек кто-то из здешних. — Этот человек не хочет пока раскрывать отношения, — сразу же оборвала его сестра, помня свое обещание Флинт. Брат сразу же прикатил свои поиски. — Поэтому пока нет, Гарри. — Я понял тебя, — принял Поттер, послушно кивая. — Просто… будь осторожна. Чувства иногда приносят боль. — Я знаю. Следующие тренировки продолжились также весело: на следующей встречи вызвать свой патронус смог Малфой, у которого он принял форму хорька. Гарри сначала замер, а потом так громко рассмеялся, что заставил всех из Общества непонимающе на него обернуться. И только Драко скривил брови и недовольно хмыкнул: — Только посмей сказать это, олень безрогий! — Хор-е-е-к, — приторно протянул брат высоким девичьем голосом. — Я знал твою натуру задолго до этого момента! — Иди к Мерлину, Поттер! Беловолосый слизеринец подошел к другу и начал портить ему прическу, которую брат сегодня решил зачем-то зачесать назад. Славу Мерлину, без геля, а то бы Диана не простила ему это. Началась шуточная перебранка, в которой Драко попытался перекинуть друга через себя, но вес брата оказался для блондина неподъемным Поэтому тот попросил Блейза помочь ему, на что Поттер начал истошно орать, что так нечестно и то, что Малфой шулер-дохляк. Но вдвоем они смогли его поднять. Дафна только вздохнула: — Как пикси себя ведут. — Мальчишки же, — фыркнула Ди, незаметно прижимаясь к сидящей рядом Флинт. Та тихо улыбнулась, отворачиваясь. Среди всех из «Общества семи» осталось только четыре человека, которые пока не могли вызвать своего патронуса. Сама Диана, Джейн, Тео и Эдди. И если последний даже особо не пытался, предпочитая токсично комментировать действия остальных, то остальные расстраивались. Нотт этого не показывал, но Флинт очень переживала. Это прослеживалось даже в их личные встречи, когда они находились наедине. В комнате, на прогулках, в библиотеке. — Может я не так взмахиваю палочкой? — грустно задавалась вопросом шатенка, кладя подбородок на раскрытую книгу, пока рыжая записывала кое-какие руны из словаря. — Или не так произношу заклинание? Ди, какое там ударение в заклинание?! Голова девушки тут же поднялась, а карие глаза уставились на девушку, которая только усмехнулась, откладывая пишущие перо в сторону. — Дело не в этом, Джейн, — протянув руку к руке своей девушки, рыжая сжала тонкие пальцы Флинт. — Проблема в воспоминаниях. Ты произносишь заклинание идеально. — Ты уверена? — жалобно переспросила слизеринка, шмыгая носом. Ее очень задевала эта ситуация. — Но что тогда делать с воспоминаниями? У меня их не так много. Я имею в виду, — пухлые губки девушки сжались, — «счастливые» воспоминания. Рыжая втянула щеки, постукивая пальцами по ладоням шатенки, а потом задумчиво уточнила: — Какие воспоминания ты использовала уже? Перечисли мне их. Девушка выпрямилась, задумчиво уставившись на их сцепленные руки. Начала вспоминать: — Некоторые моменты из детства: прогулки с няней; моменты, когда Маркус играл со мной и не заставлял садиться на метлу самой. Или же садился со мной! Мы тогда были в летнем доме и он посадил меня на свою метлу после своего первого курса! Я ведь боюсь сама летать. Но тогда мне очень понравилось, потому что чувствовала себя я в безопасности. Слизеринка усмехнулась, заставляя Ди удивленно хмыкнуть. Она не ожидала от Маркуса таких братских чувств. — Еще вспоминала распределение на первом курсе, — карие глаза потемнели от воспоминаний. — Я была взбудоражена, переживала, что не попаду на Слизерин и отец откажется от меня, — Флинт усмехнулась, заставляя Поттер оскалиться. — Но попала туда, куда нужно было. Я была так счастлива! Отец впервые тогда улыбнулся, а Маркус гордо кивнул мне за столом. Но… этого недостаточно для патронуса. — Мне тоже не помогает это воспоминание, — впервые улыбнулась Поттер, стараясь отогнать мысли о семье подальше. — Я была возмущена количеством соседок в одной комнате и то, что шляпа распределила меня на факультет змей. Хотя я пыталась с ней договориться. Флинт хохотнула, оглянулась по сторонам и не обнаружив никого поблизости, положила свой подбородок на их переплетенные руки. Потом пробормотала: — Ты не хотела жить с соседками? — Я скорей была удивлена их количеством на один квадратный метр, — чмокнув шоколадную макушку, рыжая вытащила одну руку и зарылась ею в волосы Флинт. — А насчет факультета, то тогда я была напугана тем фактом, что на этом факультете учился человек, который убил наших родителей. Повисло недолгое молчание, в котором было слышно только дыхание кареглазой и скрип пера за соседнем стеллажом, где занимались старшекурсники. Диана сглотнула, наслаждаясь этой минутой, пока Джейн не подняла голову и не спросила: — Ты жалеешь, что сейчас учишься здесь? Поттер сжала губы, уставившись в золотистые глаза своей девушки. Обвела взглядом по контору скул, губ, отметила несколько пятнышек веснушек ближе к глазам. Подняла взгляд на лоб Флинт и отметила на самой макушке одну седую прядку. Почти незаметную, спрятанную в косу. Сожалела ли она? Навряд ли. Она была счастлива все эти года, даже несмотря на все препятствия в школе. Ее окружали дорогие ее сердцу люди, она изучала интересные ей предметы. Были свои казусы и проблемы, но ведь не бывает жизни без проблем. Да, она была поломана кошмарами своего восполненного мозга, но у нее было и исцеление, которое помогало ей забыть об этом. — Нисколько, — прислонив лоб ко лбу Джейн, Диана вздохнула. — Я нашла то, что мне по душе. Я нашла вас. Зрачки Флинт расширились, а сердце екнуло где-то в груди. Пухлые губы дернулись в еле заметной улыбке. Это было оно. То самое. Что нужно. То, чего ей так не хватало. В последний понедельник перед Рождеством у Джейн проявился ее защитник. Почему-то ей казалось, что, несмотря на серебристый оттенок, зверь имел рыжую шерстку и хитрые зеленые глаза. Он играючи пробежал возле ее головы, а потом, махнув своим пушистым хвостом, растворился у ног улыбающейся Поттер. И это была лиса. Определенно она самая.

***

За два дня до поездки домой, они задержались в Выручай-комнате. Отправив ребят по очереди в гостиные: сначала ушли Малфой с Гринграсс, потом Забини, Нотт и Флинт, а после всех и Эдди с довольной Софией, которая сегодня опять была на высоте по дуэлям, Гарри с Дианой решили не рисковать и остаться ночевать здесь. Несмотря на уговоры Гринграсс и Малфоя, которые обещали их прикрыть перед Снейпом, двойняшки решили остаться, чтобы заняться новым сглазом для новых людей. Диана сдержала слово и перед самым Рождеством поговорила со всеми о том, чтобы разрешить новым людям присоединиться к Обществу. — Спрашиваю у вас, потому что все находящие здесь — создатели этого кружка, — хлопнула в ладоши девушка, стоя перед всеми, когда всех собрала. — И если будут противники данной идеи, то будем голосовать. Все честно. — Значит ли это, что вы с Гарри уже решили? — спросила Флинт, которая, судя по всему, была в команде сомневающихся. Поттеры переглянулись. Диана кивнула на вопрос девушки, а Гарри продолжил их общую мысль: — У нас есть причина доверять Грейнджер. Но большую роль играет наш долг перед ней. Она очень помогла нам на третьем курсе и если бы не она, то, — парень взглянул на хмурую Дафну и понимающую Диану, — двое в этой комнате сегодня бы не стояли здесь. — Вы? — поинтересовался Тодоров, на что Поттеры кивнули, а потом посмотрели на Гринграсс, которая вздохнула и кивнула, подтверждая слова двойняшек. — И как же она помогла вам? Нам нужны видимые причины, без обид, Поттер. — Если бы не Гермиона, то на третьем курсе Гарри бы стал оборотнем, а Диана, — блондинка запнулась, неуверенно поднимая взгляд на стоящую рыжую подругу. — Она бы умерла. Поттер только кисло хмыкнула, невольно поглаживая правую руку под кофтой. Шрамы странным образом заныли, а в нижнюю область под локтем словно загнали иглу. Флинт ахнула, сдерживая порыв тут же подойти к девушке. Блейз с Тео замерли, в то время, как Малфой отвернулся, чтобы тихо ругнуться. И только Тодоров (Софи непонимающе наклонила голову) равнодушно оглядывал Диану, словно ожидая подтверждения от нее лично. И ей не оставалось ничего, как подтвердить слова подруги: — Она не врет, Эдди. Нас спасло стремление Грейнджер попасть на все пары и то, что ей доверили мощный артефакт под названием «Маховик времени». Они с Дафной вернулись в прошлое и помогли нам сбежать от оборотня. — Оборотень — это который Люпин? — уточнил Теодор. — Его еще отстранили в конце третьего курса. — Именно, — мрачно кивнул брат. — Он не может контролировать себя в этой форме, поэтому мы не виним его. — Ликантропия не контролируется, — вспоминает уроки Снейпа на третьем курсе Блейз, задумчиво потирая подбородок. — Теперь понятно, почему он раз в месяц пропускал уроки. Была трансформация. В школе, конечно, поговаривали об этом, но услышать от свидетелей — это другое. — Поэтому мы в долгу перед ней, — подвела итоги рыжая, придерживаясь причины брата. — Я не буду заставлять вас подружиться с ними, но хотела бы, чтобы отношение было к ним хотя бы нейтральное. Без конфликтов и пререканий. — С нашей стороны будет такое только в том случае, если они не будут переходить черту, — вздохнул Драко, вставая с дивана. Все перевели взгляд на него. — Поттеры, не смотря на то, что мы все создатели «Общества семи», вы нас возглавляете. И мы пойдем за вами, несмотря на ваше решение. — Я обещаю вежливое отношение с их стороны, — решительно выдавила девушка, впервые почувствовав такую ответственность. Это она просила их принять новеньких. Это она настаивала на хотя бы нейтральном отношении. Она была одна. Да, Гарри была на ее стороне, но его сдерживал только долг перед Гермионой. Она же действовала не только из-за него. Возможно в этом сплочении можно было найти что-то интересное. Особенно против Амбридж. — И мы также не забудем о том, чтобы на них распространялось наказание в случае утечки информации. — Еще бы. Кто знает, кто будет, — хмыкнул Нотт, вставая с места. — Давайте приступим к дуэлям, а то сегодня еще историю списывать. — Скопируй просто, — хмыкнул Забини, который всегда так делал. — Усложняешь себе жизнь. — Ага, нам и так много еще делать, — присоединился Драко. Тео только покачал головой, но все равно остался при своем мнение. Когда новый пергамент для предателей был создан, Поттеры уселись перед камином, предварительно попросив у комнаты кровати. И лежа рядом с друг другом, но только в разных кроватях, брат с сестрой переговаривались обо всех возможных исходах такого присоединения. Диана была готова к самым худшим исходам, поэтому ее особо не напугали предположения Гарри. Повернувшись к сестре, старший Поттер положил руку под щеку и сказал: — Сириус писал, что в этом году у нас будут гости на Рождество. Уставившись в темный потолок, слизеринка прислушивалась к треску огня. Спустя секунду поинтересовалась: — И кто же? — Старые его друзья, которые учились с ним, — сжав губы, парень задумался. — Кажется, ее имя Мэри. Она будет со своей семьей. — Круто, — равнодушно пробормотала девушка, задумываясь о том, что стоило бы присмотреть подарок для тети Петуньи и Дадли на Рождество. Она никогда не дарила им подарки, поэтому не имела никакого понятия, что можно было бы присмотреть. Возможно что для обустройства детской комнаты, потому что, судя по тому, что в семье сейчас не было кормильца, то с деньгами у них было туго. Еще было бы неплохо поговорить с Сириусом и попробовать решить эту проблему. — Она будет с женой и с сыном, — сквозь ее собственный мысли послышалось от брата, отчего рыжая повернулась и удивленно уставилась на него. — Да, тебе не послышалось. — И они друзья с Сириусом? — Не только, с нашими родителями она тоже была знакома, — вздохнул брюнет, едва касаясь пола пальцами. Там где-то валялась полупустая пачка сигарет, которая выпала из кармана мантии Ди. — Они учились на одном курсе, и Мэри была загонщиком. Как Сириус. Поттер пропустила последние слова мимо ушей, больше анализируя первые. Значит, во время их родителей были такие же люди, как она. Диана не могла понять, что испытывает по этому поводу. Облегчение? Возможно. То, что Сириус примет ее? Она точно не знала насчет этого. Если бы родители были живы, то они бы не возражали насчет того, что в семье Поттер возможно будет две невестки? Они уже никогда не узнают об этом. Так много мыслей сейчас крутились в ее голове. Таких ненужных, но таких жизненных. — Сириус примет тебя, если ты решишь ему рассказать, — услышав про крестного, Гарри тут же поддержал ее мысль. — Это ведь Бродяга, наша семья. Наш… Отец. Невысказанное так и осталось висеть в воздухе, но Диана прекрасно поняла его. Семья, отец. Бродяга был таким. Для нее поддержкой и опорой, а для Гарри отцом, который воспитал его. Как бы Диана не силилась, она не могла назвать его отцом, потому что не знала этого чувства. Оно было ей чуждо. Она доверяла Бродяге, но именно Гарри был тем человеком, которому она бы доверила свою жизнь. — Ди… Услышав ее мысли, брат попытался поймать ее взгляд, но девушка отвернулась и пробормотала: — Спокойной ночи. Внезапный стыд прильнул к щекам, из-за которого она не могла связно что-то сказать. Поэтому списав все на то, что она неуравновешенный подросток в самом пике пубертата, она с силой закрыла глаза и провалилась на минуту в сон. Точнее ей так показалось, когда ее разбудил дергающий брат на соседней кровати. Разомкнув слипшийся глаза, девушка с минуту прислушивалась к непонятному скулежу со стороны Гарри. Ей что-то снилось, но из-за постороннего звука в реальности ее видение растаяло подобно туману. Тяжело вздохнув, с секунду подумав о том, что она опять не может вспомнить, что видела, девушка поднялась с кровати, чтобы подойти к вздрагивающему Гарри. Присев рядом с его кроватью, Ди сонно понаблюдала за его скривившимся лицом, а потом нахмурилась. Несколько раз его потормошила, но не получив никакой ответной реакции, девушка осмотрела комнату на наличие какой-либо жидкости. Ничего не было, поэтому не придумав ничего лучше, девушка опустилась с корточек на колени, а потом сильнее замахнувшись, влепила брату хорошую пощечину. Это определенно помогло, потому что лицо Гарри от удара повернулось в другую сторону и спустя несколько секунд послышалось шипение. Девушка скривилась, прижимая горящую руку к матрасу, а потом внимательно присмотрелась к брату. — Извини, Гарри, — тут же пробормотала девушка, наблюдая за тем, как слизеринец сначала поворачивается к ней, а потом поднимается с кровати. — Тебе что-то снилось, а воды поблизости не было. Его щека горела огнем, но при этом отрезвляла получше всяких зелий от похмелья. Понаблюдав немного за отрешенным брюнетом, девушка нахмурилась, а потом прижала прохладную руку к щеке брата. Было горячо и мокро. Он вспотел. А еще он молчал. — Что тебе снилось, Гарри? — спросила девушка, стараясь увидеть лицо слизеринца. Поэтому поднявшись к нему на кровать, Диана пыталась охладить место удара, но брат не поворачивался к ней. Он о чем-то думал, в то время, как его немного потряхивало. Девушка уже подумывала, чтобы сбегать в Лазарет или же обратиться к Дафне (она всегда могла привести их в себя, имея подле себя только подручные средства), но парень прошептал что-то, отчего девушке пришлось наклониться к нему: — Что? — Ты требовала от меня карточки от шоколадных лягушек, — девушка нахмурилась, не понимая, шутит ли брат в данный момент. — А потом ты превратилась в Дафну, которая спрашивала, если ли у меня тональник… Но я пришел в выручай-комнату, чтобы развесить новогодние украшения… Девушка выдохнула, от усталости спускаясь с кровати на пол. Сонный бред. Такое бывает. Но стоило ей только отвернуться, как Гарри схватил ее за руку и сжал с силой. Диана скривилась от колючей боли, но слова брата заставили забыть обо всех ощущениях: — А п-потом я стал змеей опять и я укусил его, Ди. Много раз, — парень с силой прикусил нижнюю губу: — в горло, в руку, в ногу. Я… убил его. Рыжая Поттер замерла, наблюдая за слезливыми глазами брата, за его мокрым лбом и то, как капельки пота, смешанные со слезами, скатывались вдоль носовой переносице. Ее сковал озноб. Она прекрасно знала это чувство жестокого страха, когда она не могла различить реальность с видением. Только между ними было различие. Диана не понимала, как, но она прекрасно осознала разность между тем, когда она видела будущее, и когда Гарри увидел то, что уже совершил. Кое-как справившись с сухостью в горле, девушка только спросила: — Кого ты убил, Гарри? — Это был Артур Уизли.