Тропинки

Эйлин Фелисити Дент, урождённая Одли, была хорошим человеком. У неё был ясный, любознательный ум и доброе сердце, а стойкость и отличное чувство юмора не раз помогали ей с достоинством преодолевать все те преграды и трудности, которые так любит подбрасывать жизнь. Эйлин была замечательной племянницей своему дяде Генри, которому она неизменно дарила свои тепло и дружеское участие, несмотря на недовольство практически всех членов их большой семьи. В семейном кругу Генри Томас Одли приобрёл дурную славу авантюриста и прожигателя жизни, человека ненадёжного и непонятного. Но для Эйлин всё это не имело никакого значения, она была рада стать дяде Генри преданным другом. Единственным из всех родственников, на долгие годы. Эйлин Дент была прекрасной женой, нежной, любящей и внимательной. И пускай она частенько не соглашалась с взглядами и принципами дорогого Джорджа, любовь и преданность мужу Эйлин сохранила на всю жизнь. Эйлин, милая маленькая Эйлин, стала чудесной матерью. Артур, её дорогой мальчик, был её гордостью и радостью. И всё же, всегда беспокоясь о нём, она смогла отпустить сына, когда пришло время, позволила ему искать свой путь, ничего не навязывая и не требуя. Даже в нынешнем своем почтенном возрасте, Эйлин Дент сохранила совершенно искренний интерес к жизни и деятельную натуру. Да, в те сложные годы, когда Артур освоил профессию журналиста и переехал в предместье Лондона, поближе к работе, а вскоре после этого и любимый муж, милый, ворчливый, честный трудяга Джордж тоже покинул её — увы, навсегда, — Эйлин будто лишилась всей своей неуёмной жизненной силы. Она ничего не хотела, ни к чему более не стремилась, да что там — Эйлин, казалось, приветствовала это тихое угасание. Вот только… Дядя Генри, светлая ему память, это был великий человек, и он всегда говорил ей, что жизнь заканчивается тогда, когда человек опускает руки. И Эйлин Фелисити Дент заставила себя подняться. Потом она весело удивлялась своей слабости — с чего это она, в сущности, так отчаялась? Ведь сын по-прежнему звонит ей, чтобы узнать, как Эйлин поживает, и приезжает в гости — нечасто, но ведь ему и пора бы уже жить собственной жизнью! А Джордж, её ласковый, тихий, спокойный Джордж, дождётся её. С тех пор Эйлин запретила себе отчаяние и тоску — только светлую, кроткую грусть и счастливые воспоминания. Как и все жители Земли, Эйлин Дент не помнила ни разрушения родной планеты флотом Строительной корпорации вогонов, ни того, как умельцы с далекой Магратеи в точности восстановили её. Она знала, что Артур, её сын, отправился путешествовать по миру, не подозревая о том, что путешествовал он на гораздо больших просторах необъятной Вселенной. Эйлин справедливо полагала, что Артур, человек неприкаянный и одинокий, как и его дядя, скитался в поисках чего-то или кого-то очень важного — смысла жизни ли, родственной ли души, — и, беспокоясь, старалась всё же не вмешиваться. Дай-то Бог, её мальчик найдёт то, что ищет. Эйлин не подозревала, что в это самое время на борту сверхсовременного звездолёта, бороздящего холодные просторы далёкого космоса, известный на всю галактику беглый преступник и бунтовщик, Хан Нуньен Сингх налаживал систему связи корабля — и всё для того, чтобы его спутник и любимый человек, Артур Филипп Дент, смог связаться с ней. Сам землянин, заметно нервничая, неловко топтался рядом. Подумать только, он не говорил с матерью почти год! Артуру было невыносимо стыдно. Сказать по правде, с тех пор, как он, по милости Форда Префекта, стал автостопщиком и отправился в опасное и захватывающее путешествие по галактике, у него не было ни времени, ни возможности связаться с родной планетой. Жизнь Артура напоминала яркий, непредсказуемый калейдоскоп, безумную гонку с препятствиями, довольно часто — смертельно опасную и невероятно сложную. Нет, автостопщик с Земли не жаловался, хотя порой и тосковал по дому — всё же, это было во сто крат интереснее, чем его серое, беспросветное прозябание на родной планете. А потом Артур встретил Хана — и его жизнь стала ещё более непредсказуемой и невероятной. Артур, наконец, нашёл то, что так долго и бестолково искал — свою вторую половину, единственного для себя человека, — и был совершенно счастлив. Правда, им по-прежнему приходилось противостоять могущественной Федерации планет — давним врагам Хана из другой вселенной, а также многочисленным охотникам за головами и наёмникам. Артур, несмотря ни на что, чувствовал себя в полной безопасности рядом с Ханом. Но несколько дней назад, они, посоветовавшись, решили отправиться вглубь галактики, подальше от густонаселённых районов, чтобы собраться с силами и подготовиться — Хан жаждал нанести врагам ответный удар. И Артур осознал, что должен поговорить с матерью, успокоить её — потом возможность связаться с далёкой маленькой Землёй может долго не представиться. Убедить Хана оказалось непросто — затея была рискованной, их звездолёт запросто могли отследить по исходящему сигналу. Но Артур умел быть совершенно невозможно упрямым, когда это было действительно необходимо, и, в конце концов, мужчина сдался. Один короткий разговор по видеосвязи, который Эйлин примет за звонок по Скайпу — и Хан с Артуром покинут пределы галактики. Они выбрали достаточно скрытое от чувствительных радаров место за скоплением астероидов, и Хан долго настраивал канал связи с Землёй, а если точнее — с одним небольшим, уютным домиком на западе Англии. Артур постарался установить объектив камеры так, чтобы он не захватывал кабину звездолёта — маме будет казаться, что они с Ханом стоят на фоне звёздного неба, допустим, на вершине холма в какой-нибудь южной стране, где звёзды ярче и ближе. Автостопщик очень гордился этой своей идеей, как и тем, что ему удалось уговорить Хана поучаствовать в этом коротком разговоре. Глубоко вздохнув, он нажал на кнопку вызова. Эйлин возилась в саду, когда услышала мелодичное чириканье своего ноутбука. Она наскоро вытерла руки и вернулась в дом — наверное, это звонит председатель Клуба садоводов, чтобы узнать, остаётся ли в силе её обещание поучаствовать в ежегодной выставке цветов. Каково же было её изумление, какой сильной была радость, когда на экране появилось взволнованное лицо ее сына! Артур беспокойно переступал с ноги на ногу, — этот милый отцовский жест! — а за его спиной сияло звёздное небо, необычайно яркое и большое. Эйлин почудилось, что, несмотря на плохое, подрагивающее изображение, некоторые звёзды находятся буквально на расстоянии вытянутой руки. Кроме того, Артур был не сам — Эйлин с любопытством рассматривала высокого статного мужчину, остановившегося за правым плечом её сына. — Мама! Здравствуй, мам! — прокричал Артур, силясь преодолеть сильные помехи и шумы. — Артур, милый! Как я рада, что ты позвонил, — Эйлин удержалась от того, чтобы провести пальцами по волосам сына на экране, и ласково улыбнулась. — Как проходит твоё путешествие? — Всё отлично, мам, не беспокойся. У меня всё хорошо, и мы с Ханом… Да, мам, познакомься, это Хан. Мы с ним… ну, вместе, — Артур нервно сжимал и разжимал ладони, вглядываясь в её лицо в ожидании реакции. К счастью, Эйлин относилась к тому типу родителей, которые хотят для своих детей настоящего, а не общепринятого счастья. Этот мужчина, Хан, казался надёжным и сильным, и это, по мнению Эйлин, было очень хорошо для её сына. А главное — Артур выглядел по-настоящему счастливым, это было заметно по его глазам. Могла ли она осуждать то, — того, — кто, наконец, принёс ему счастье? — Это чудесно, дорогой. Я рада за вас, — теперь Эйлин заинтересовал необычный покрой одежды сына и его спутника. Она, пожалуй, чем-то напоминала костюмы для катания на лыжах, но была не привычных кричащих расцветок, а ровного тёмного цвета. Воодушевлённый Артур, тем временем, тараторил что-то о юге, где они с Ханом якобы находились, и о том, как там тепло и красиво, и какое прекрасное небо ночью и ещё что-то в этом роде. Было кое-что, чего Артур не знал о матери. К примеру, в юности Эйлин посещала школьный Клуб астрономии, ночами пропадала на всех доступных возвышенностях и успела досконально выучить карту звёздного неба. И сейчас она готова была поклясться, что таких звёзд и созвездий, как те, что мерцали за спиной её сына, вообще нельзя увидеть с Земли. Эйлин ещё раз внимательно вгляделась в лицо Хана — необычные, резкие, но притягательные черты, пронзительно-светлые глаза. Оценила и «лыжные костюмы», каждый из которых стоил, по меньшей мере, как целый горнолыжный курорт. Миссис Дент задумалась, прикусив тонкую губу и машинально поддакивая болтовне сына — чудный мальчик, он никогда не умел врать! — Я вполне допускаю, Эйл, что существуют другие миры, жизнь в космосе, и всё такое прочее, — говорил Джордж, сидя на крошечной кухоньке их первой съёмной квартиры. Эйлин только что закончила с жаром доказывать мужу существование разумной жизни на других планетах, и теперь, раскрасневшись, слушала его ответ, положив тонкие пальчики на крепкую и широкую мужскую ладонь. — Но я думаю, что жизнь, если она и есть где-то там, в сущности, мало отличается от здешней. Люди там, — назовём их для удобства людьми, — точно так же огорчаются, радуются, любят и ненавидят, и переживают по пустякам, и совершают глупости. Так что, как видишь, Эйл, у нас с ними больше общего, чем кажется твоим любимым писателям-фантастам! Жизнь везде остается жизнью, — рассмеялся муж, откидываясь на спинку стула и осторожно пожимая её нежную маленькую руку. Эйлин Дент усмехнулась — ну разве её Джордж не был чрезвычайно мудрым и проницательным человеком? И, в сущности, он оказался совершенно прав. Хан осторожно коснулся плеча Артура, словно напоминая о времени, и тот тут же спохватился: — Мам, нам уже пора, заряд на телефоне кончается. Я просто хотел сообщить, что всё хорошо и тебе не о чем волноваться. — Да, Артур, сынок, я понимаю. Это очень здорово, что ты дал о себе знать, — Эйлин умела приспосабливаться практически к любым обстоятельствам. К слову, это же качество не раз спасало жизнь её сыну, вздумавшему путешествовать по Галактике автостопом. — Мы отправляемся вглубь страны, и, честно говоря, я не знаю, когда смогу снова позвонить, — замялся Артур. — Это ничего милый, не переживай. Я теперь совершенно спокойна, — Эйлин поймала взгляд Хана, и на мгновение между ними установилось полное понимание. — Удачного вам путешествия! — Спасибо, мама! Пока! — Артур неуклюже взмахнул рукой на прощание, Хан медленно кивнул и открытое для видеозвонка окно погасло. Эйлин аккуратно опустила крышку ноутбука и вернулась в сад. Какое-то время Эйлин Фелисити Дент, мудрая и чуткая женщина, прекрасная жена и мать, один из лучших садоводов-любителей графства, стояла на вымощенной гравием дорожке перед цветником и полной грудью вдыхала пряный закатный воздух. А потом вдруг откинула назад свои уже начавшие седеть, но по-прежнему роскошные тёмно-рыжие волосы и задорно подмигнула темнеющему небу. Нечего ей раскисать — в конце концов, в саду ещё полным-полно работы. Хан Нуньен Сингх быстро вводил в бортовой компьютер тщательно рассчитанные координаты для нового путешествия. Они с Артуром ненадолго укроются на далёкой неприметной планете в другой галактике и, пока Федерация и наёмники будут сбиваться с ног, разыскивая беглецов, Хан сможет досконально продумать свой план. Он надолго отобьёт у врагов охоту преследовать их небольшой звездолёт! — Спасибо, Хан. Теперь всё хорошо, — Артур терпеливо дождался, пока мужчина закончит возиться с компьютером, и благодарно уткнулся лбом в его плечо. — У нас на хвосте висит чуть ли не половина космофлота Федерации планет, а ты говоришь «всё хорошо»? — иронично фыркнул Хан, ловко пробегая пальцами от запястья Артура вверх по руке до самого предплечья, привлекая его к себе. — А сколько кораблей ты насчитал в последний раз? — с искренним любопытством поинтересовался землянин, едва ощутимо вздрогнув, когда рука Хана настойчиво прихватила его талию. — Около сорока. Недоумки, они так сбились в кучу со всеми этими истребителями и крейсерами, что начисто лишили себя возможности маневрировать! — Вот видишь! Сорок два — моё счастливое число. Значит, всё хорошо, — засмеялся Артур. Он хотел добавить что-то ещё, но тут Хан, как всегда решительно, обхватил пальцами его подбородок, приподнимая голову, и заткнул поцелуем, потрясающим и глубоким — все слова Артура затерялись в движениях губ и языков, в тихих стонах и сбившимся у обоих дыхании... Впрочем, до прибытия к месту назначения у них было ещё полно времени.