Ночь приходит в Тедас

Когда Зевран предложил понырять со скалы голышом, Терон Махариэль сделал вид, что увлечен созерцанием надсадно скрипящей длиннорукой мельницей, однако острые долийские уши заинтригованно подрагивали. Морриган надменно фыркнула, повернувшись задом, весьма недурным, кстати говоря, сладкоголосая Лелиана хихикнула, но покачала головой, и только мабари поддержал Аранная громким лаем. Эльф горестно вздохнул. — Что, совсем никто не хочет? — под его ногами призывно серебрилось озеро и осыпался опасный обрыв. Жуткого вида храмовник косился на их пеструю компанию со жгучей смесью подозрения и любопытства. — Такой жаркий день… лично я не прочь окунуться. — Надеюсь, что глубин озерных ты не покинешь, — процедила Морриган, царственно вскинув голову. — Моя дорогая, жестокость тебя нисколько не красит. Но очень меня заводит, признаю. Когда весь их отряд ужинал в таверне бараньей ногой с квашеной капустой и луком, Страж вдруг заявил, что ему надо проветриться, и, свистнув собаку, выскользнул на улицу. — Прогуляться? В такой час? — тревога в голосе Лелианы разбилась о захлопнувшуюся дверь трактира, а Зевран, одним глотком допив сидр, тоже поднялся со скамьи. — Никак надеждой себя тешишь Стража одного застать? — медоточиво пропела колдунья, и ее глаза искрились злорадством в зыбком золоте свечей. Эльф тонко улыбнулся — Милая, я так же надеюсь и с тобой побыть наедине. — Мечтай. — Только этим и занимаюсь долгими одинокими ночами, — и, прежде чем ведьма успела ответить или схватиться за посох, бывший Антиванский ворон покинул таверну. Небо над головой казалось шатерным пологом, расшитым мерцающими звездами, а внизу, у церкви, одиноким светлячком трепетал фонарик. Зевран огляделся по сторонам в поисках Терона. Куда свободолюбивому сыну долийцев могло захотеться пойти больше всего? В церковный садик, поближе к растениям? Или же на верфь, где озеро ласкает берег нежнее, чем куртизанка любимого клиента? Острый взгляд эльфа выхватил из сумерек одинокий темный силуэт у мельницы, и коварная усмешка пробежала по губам Аранная. Да неужели?!.. Когда Зевран добрался до мельницы, босой Махариэль стаскивал через голову рубашку, а мабари был больше увлечен говяжьей костью в его пасти, чем крадущимся к его хозяину эльфом. Шаг — и вышитые долийские перчатки были осторожно уложены на землю рядом с клепанным нагрудником. Тем временем Терон нагнулся, спуская бриджи. Через мгновение Араннай по-звериному текучим и стремительным движением бросился вперед, и Страж полетел вниз, белея голым задом в осенних сумерках и барахтаясь в крепких объятиях наемного убийцы. Не прошло и десяти ударов сердца, как эльфы плюхнулись в воду, разбив зеркальную гладкость озера тучей брызг. Терон пихнул ворона острым локтем в живот и угрем выскользнул из его объятий. — Сдурел?! — выпалил Махариэль, отплевываясь и страшно тараща малахитово-зеленые глаза. Мокрые волосы облепили его острое лицо, черные пряди казались продолжением валласлин. — Что, все-таки решил выполнить свой контракт, да? Променял меня на Логейна? — Вздор, мой грозный Серый Страж. Я лишь немного разбавил нашу серую рутину. И вообще, это я должен сердиться, — Зевран демонстративно надулся, отплывая подальше от гневно побагровевшего Терона, — ты собирался купаться без меня. — Я тебе сейчас покажу купаться, засранец ты антиванский! — прорычал долиец, ныряя с головой. Цепкие пальцы ухватили сдавленно охнувшего ворона за лодыжку и дернули вниз. Под водой лицо Махариэля казалось демоническим ликом, а руки стальными клещами впились в плечи Аранная. Зевран в ответ лягнул его в живот, змеей выворачиваясь их хватки Терона, но Страж успел схватить его за волосы. Вцепившись друг в друга, они всплыли, и долиец тут же попытался запихнуть Зеврана обратно под воду. Ворон бил конечностями по воде, поднимая брызги и распугивая мальков, пока Терон полоскал антиванца в озерной воде. — Думаешь, Логейн твои выкрутасы терпеть будет? Да он бы прирезал бы тебя сразу, при первой же встрече! — Так и ты… меня… разглядел лишь со второй, — пробулькал Зевран. Он наглотался воды и Махариэль выдрал у него не иначе, как половину волос. Араннай уже подумывал прикинуться мертвым, когда хватка Терона ослабла, и эльф спешно перевернулся на спину, силясь отдышаться. — И ты бы себе не простил, если бы убил столь обворожительного эльфа, — заключил убийца, подмигивая круглолицей луне. Серый Страж ударил ладонью по воде. — Знаешь, иногда жалею, что не убил. — Мой бессердечный Серый Страж, — лукаво обронил Зевран, подплывая к Махариэлю. У поцелуя был привкус ила и тины.