Возможна ли жизнь после?

Такой тишины в этой школе ещё никогда не было. Было ощущение, что ещё немного - и у всех присутствующих будет коматозное состояние. – Рицка, ты же пошутил по поводу раскрытия системы? – голос Йоджи дрожал. – Нет. И я, кстати, не понимаю, почему мой Боец ещё не загрузил систему. – Рицка выразительно посмотрел на Кёйчи, тот смотрел на свою Жертву и на Безупречных какими-то совершенно пустыми глазами. – Янасе, раскрыть систему! – Нет. – Ты будешь мне перечить? – Нелюбимый мысленно затянул на шее Бойца ошейник настолько сильно, что тот не удержался на ногах и упал на колени. – Загружай систему, Янасе, это приказ. – Аяоги-кун, если ты ещё пару раз так сделаешь, то твой Боец не сможет сражаться за тебя в системе. – Минами смотрел на действия Жертвы Loveless без одобрения. – Рицу-сенсей, он мне будет нужен только в самом начале, потому что дальше за меня будет сражаться новый Боец. – Минами, этот мальчишка такой самоуверенный… надо сбить эту спесь, тебе так не кажется? – Кацу приобнял Жертву и говорил так, чтобы Рицка слышал каждое его слово. – Ты точь-в-точь произнес всё, о чем я думал только что. – Ну, ведь я твой Боец. Рицка смотрел на них с усмешкой, он не принимал слова Кацу так, как тому хотелось. Боец Безупречного надеялся вывести Нелюбимого из состояния равновесия, чтобы он нервничал и начал делать ошибки. Но, к его неудовольствию, этого не произошло. Рицка как был спокоен и уверен в себе, так и оставался. – Слушай, а ты не мог бы хоть капельку нервозности показать, а? Что я тут стою, так распинаюсь? – Кацу надул губы и состроил забавную обиженную мордашку. – Извини, но у меня были лучшие преподаватели по предмету “Контроль эмоций”. Может, мы начнем? – Боковым зрением заметив, что Янасе поднялся с колен, Рицка бросил ему через плечо: – Раскрывай систему, и не смей спорить. Делай, что я приказываю. – Да, хозяин. – Закрыв глаза, Янасе взмахнул рукой, что-то прошептал и открыл систему. Обе пары следовали правилам и для начала активировали имена. – Янасе, твоя задача состоит в том, чтобы отражать атаки. Никаких атакующих заклинаний. Понял меня? – Кёйчи кивнул, не сказав ни слова. – Рицу-сенсей, прошу, ваш ход. – Малолетний наглец. Минами, я его проучу? – Только не сильно, Кацу. Всего лишь, чтобы он понял и прочувствовал. Безупречные оправдывали своё имя. Их атаки были просто великолепны. Но и Янасе был не промах. Он не пропустил ни одного заклинания. Его Жертва была без повреждений. В какой-то момент Рицка просто застыл, на его губах появилась блуждающая улыбка, он хихикнул и сказал: – Янасе, пропусти следующую атаку. – ЧТО?! – Он не собирался этого делать, но из-за того, что отвлекся на Жертву, это и произошло. Руки Рицки были закованы в ограничители. – Рицка! Янасе хотел было к нему броситься, в то время как Безупречные изумленно на них смотрели: – Стой где стоишь! – Рицка встал, посмотрел на свои запястья и перевел взгляд на Кацу. – Безупречный Боец. Безупречная внешность. Безупречная система. Безупречные заклинания. Безупречная Жертва. – Он поморщился от боли, из его рта начала стекать тонкая струйка алой крови. Но даже через боль, которая его пронзала, Рицка продолжал улыбаться. – Но руки твои – руки Нелюбимого. Возлюбленная Жертва твоя станет нелюбимой. А Нелюбимый станет твоей возлюбленной Жертвой. Едва он успел закончить, как с пронзительными криками Кёйчи и Кацу упали на пол. Рицу-сенсей держался из последних сил, но и он упал на одно колено, с шоком глядя то на Рицку, то на своего Бойца, у которого запястья были в крови, словно до этого на его руках были ограничители с шипами. – Рицу-сенсей… вы… признаете… поражение?.. – слова давались с трудом, потому что имя прожигало насквозь. – Да. Да, черт возьми! – Минами с беспокойством смотрел на своего Бойца. – Янасе, сворачивай систему. – Тот с огромным удовольствием, хоть и из последних сил, сделал это, после чего, тяжело дыша, откинулся на спину. Рицка встал на четвереньки, пытаясь справиться с болью. Рицу-сенсей смотрел в спину своего Стража и не мог преодолеть несколько сантиметров до него. А Кацу смотрел на Рицку стеклянными глазами. А в остальном… все вокруг не просто молчали. Чувство было, что никого и не было. Рицка тяжело поднялся и, шатаясь, пошел к Кацу. Выудил из кармана носовой платок, бухнулся на колени рядом с Бойцом и попросил куда-то в сторону: – Дайте воды. – Через несколько секунд ему уже протягивали бутылку с водой. Он смочил платок и, взяв Стража за руки, вытер окровавленные запястья. Вытерев, где-то с минуту Рицка просто неотрывно смотрел на его руки, а потом выдавил из себя: – Ахренеть. Это единственное слово оказалось рычагом для всех. Раздались шепотки, пошло движение по залу, все норовили приблизиться к Loveless и Flawless. Нацуо и Шишио кинулись к Янасе, Юкихито и Мизуки к Рицу-сенсею, Кио и Йоджи подошли к Рицке и Кацу. Йоджи наклонился вперед, его глаза увеличились до устрашающих размеров, он распрямился и сказал: – Ахренеть. – Что, Йоджи, что?! – Имя. Loveless. – Он огляделся и ещё раз шокировано сказал: – Рицка дал своё имя Безупречному. Рицу-сенсей расстегнул рубашку и посмотрел на имя. Оно стало гораздо тусклее, чем было до боя. Он подошел Кацу и, подняв его пуловер, посмотрел на его имя. Та же самая история. Имя Flawless почти незаметно, зато имя Loveless на запястьях светится ярким огнем. – Надо же, Аояги-кун, ты сделал это. Ты дал имя МОЕМУ Бойцу. Можно сказать, что ты его приручил. Признаюсь честно, я от этого не в восторге и хотел бы заполучить своего Бойца обратно. Есть мысли по этому поводу? Рицка отрицательно помотал головой: – Никаких. Сенсей, я вот только не могу понять, почему имя проявилось на обоих запястьях, и вообще не там, где расположено имя у меня? – Ты у меня спрашиваешь? Мне самому хотелось бы это знать. – Он коснулся плеча Бойца: – Кацу, ты как? – Внутри… пустота… чувство, будто у меня вырвали сердце и на замену ему поставили искусственный имплантант. Я так долго добивался, чтобы стать твоей Жертвой, а какой-то мальчишка взял и за какие-то несколько мгновений лишил меня жизни. – Эй-эй, ничего я тебя не лишал. Это всё временно. Я не собираюсь отбирать тебя у сенсея. – Рицка положил руки на его запястья, посылая приятные импульсы. Кацу поднял на него свои глаза цвета серебра и спросил: – Правда? – Истинная. У меня уже есть Боец. Правда, он дурак, каких свет не видывал, но всё же… – Рицка обернулся и испуганно замер, глядя на Янасе. Только через несколько секунд он понял, что, чем лучше и больше он общается с новым, прирученным Бойцом, тем хуже Бойцу природному. – Твою мать… Сенсей, я понял, как эта хрень работает, а теперь давайте придумаем что-нибудь, чтобы сделать всё как было, ага? – Ага. То есть да. А ты сильнее, чем я думал, Рицка. – Он странно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Янасе. – Отведите его кто-нибудь в лазарет, пока мы будем разговаривать у меня в кабинете. – Сенсей, мой Боец пойдет с нами. Если что, я его сам подлечу. Хотя я уверен, что ему всего лишь надо отдохнуть. – Рицка, ему надо в лазарет… – Я же сказал, что он должен быть постоянно у меня на глазах. – Весь вид Рицки говорил, что перечить ему бесполезно. Он встал и, глядя в сторону, сказал: – Ну, что, Бойцы мои, вперед, на военный совет. И снова по залу поползли шепотки, когда сначала вышел сенсей, а за ним Рицка Аояги в сопровождении двух Бойцов. Изрядно измотанных, но не побежденных. – Этот Аояги псих. – Точно, точно. – Хоть он и сильный, но полный придурок. Мы его запросто победим. – Одна из Жертв скалила зубы и радостно хохотала. – Ты, хрен с горы, сначала нас победи. – Йоджи смотрел на того парня просто уничтожающим взглядом. – Э? Чего?! – У нас силы вполовину меньше, чем у Loveless. – Его слова заставили чужого Агнца отступить на несколько шагов назад. – Да кто вас, Зеро, победит?! Ты псих, Саган? – Кто нас победит? Рицка и Кёйчи. Минуты эдак за три. А для вас вообще больше минуты не понадобится. Ещё есть желание это проверить? – Присутствующие отчаянно замотали головами в знак протеста. – Умнеете на глазах. Не может не радовать. И да, к слову, ни один из вас не имеет права называть Аояги психом. Как только переживете всё, что пережил он, тогда, может, сможете. Если ещё будет желание. Но сейчас вы не имеете на это прав. Если кто-то не согласен, позже мы готовы обсудить это в системе. Правда ведь, Нацуо. – Его Боец кивнул с обворожительной улыбкой на устах. С этими словами они покинули зал. Вслед за ними ушли Безгрешные и Безмолвные. – Ну что, подлечишь своего Бойца или сперва подумаем, как вернуть всё на свои места? – Рицу-сенсей устало опустился на свой рабочий стул. – А как одно может помешать другому? – Рицка присел на край дивана, где устроился Янасе, и протянул к нему руки, чтобы начать лечить. Кёйчи аккуратно отодвинул руки Жертвы: – Не надо, я сам неплохо могу регенерировать. – Я буду тебя лечить, и точка. Мне не нужен наполовину контуженный Боец. И ты не будешь мне мешать. Это приказ, Янасе. – С этими словами Рицка расстегнул рубашку Кёйчи и нежно провел пальцами по имени, активируя его, заставляя Бойца дрожать. Эти прикосновения были настолько невесомыми и ласкающими, что Янасе тут же раскраснелся. – Черт возьми, Аояги, прекращай этим заниматься! У меня из-за твоих манипуляций уже встает! Представляю, что творится с Янасе, – Кацу фыркнул, стоя за спиной сенсея, прислонившись к стене. Рицка перевел на него недоуменный взгляд. – И что ты на меня так смотришь? Да, я тоже это чувствую, потому что я до сих пор твой временный Боец. Черт… Минами, сделай с этим что-нибудь! – Что сделать? Прости за мой французский, тебе что, подрочить? – Рицу смотрел на Бойца поверх очков и ухмылялся. Рицка же продолжал лечить Кёйчи, которому почему-то не слабо досталось при “приручении” Кацу. – Я сам, если что. А вот если ты продолжишь смотреть на меня такими глазами, то я не выдержу и изнасилую тебя прямо при Loveless’ах. – Ты сейчас и сам Loveless. – Сенсей прямо-таки издевался над Кацу. – А вдруг при половом акте это имя исчезнет. Не хочешь проверить? – Нет, спасибо. На данном этапе я откажусь от этого заманчивого предложения. – Рицка и Янасе переглянулись, когда заметили, что сенсей покраснел. Минами краснел всё отчаяннее, и Рицка прислушался к мыслям Кацу, которые до этого момента блокировал. После двухминутного прослушивания лицо Рицки залилось краской. – Рицу-сенсей, давайте поскорее вернем вам Кацу, а то с такими мыслями, как у него, далеко не уехать. – Он, ухмыляясь, посмотрел на Бойца: – И кто это ещё тут будет возмущаться по поводу подгребающего стояка, а? – Ах ты, маленький паршивец! Эти мысли предназначались не тебе! – Знаю, но интересно же, отчего сенсей краснеет так, словно его… – Аояги! – Минами Рицу гневно зыркнул на него из-под очков. – Извиняюсь, извиняюсь. Перегнул палку. – Рицка тихонько хихикал, наблюдая за Безупречными. – Знаете, вы идеальная пара. Как в системе, так и в жизни. – Ты тоже так думаешь? А то он постоянно бубнит, что мы друг другу не очень-то и подходим. – Кацу, если бы он так считал, то никогда бы не дал тебе своё имя. – Рицка подмигнул Бойцу. Перевел взгляд на Янасе, который хоть и посвежел после лечения, всё равно возлежал на диване. Нелюбимый думал, что ему, кроме этого своенравного идиота, в сущности никто и не нужен, так что зачем ему эта способность приручать Бойцов, он не понимал. Если есть один Страж, которого, ко всему прочему, любишь, зачем… вот зачем ещё кто-то?! – Ой-ёй… Рицка, а поаккуратнее связь разрывать нельзя? – Рицка перевел ошалелый взгляд снова на Кацу и увидел, как у того из носа идет кровь. – Да, мой сенсей, твой ученик пойдет далеко. – Рицу, Янасе и Кацу смотрели на Рицку. Двое с не наигранным шоком, а третий с усмешкой. – Спасибо, что вернул меня законному владельцу. А теперь валите отсюда оба, я намерен полностью восстановить связь и нарушенную гармонию с моей Жертвой. Рицка и Янасе, скорее на автомате, чем осознанно, вышли и плотно прикрыли за собой дверь, из-за которой через мгновение раздалось: – Кацу, что ты?!... Дальше была тишина. Почти тишина. Рицка выдохнул и улыбнулся, взял за руку своего Бойца и потянул в сторону их комнаты: – Нам с тобой надо очень серьёзно поговорить.