Возможна ли жизнь после?

Рицка смотрел на ухмыляющегося Юмэйнару и его просто выворачивало от ненависти. Она просто захлестывала, сжигала изнутри… – Знаешь, а ты ведь не всё рассчитал. – Правда? И в чем моё упущение, мой сладкий малыш? – Откровенная издевка стучала в висках, словно кто-то на башне звонил в колокол. – В наказании. – Рицка не любил наказывать, но только так можно было сладить с Эйдзоку. Он попытался стянуть на его шее ошейник, но Юмэйнару, судя по всему, было на это просто наплевать. Он разве что не смеялся во весь голос. Зато Кёйчи, как оказалось, было больно. – Что это значит?! – Рицка повернулся и подхватил падающего Бойца. – Да, малыш, жизнь тебя ничему не учит… я с твоим именем, но он твой природный Боец. Все наказания, в первую очередь доходят до него. Зато твоя любовь будет разделена между нами поровну. – Как?.. что?! – Ну, прежде чем использовать какие-то свои способности, неплохо бы их досконально изучить. Тебе так не кажется? Так что, перед тем как убить меня, тебе придется сначала убить его. - Черные глаза смотрели изучающе, и как-то... похотливо. Было видно, что Юмэйнару хочет Рицку... снова и снова. А парень чувствовал это кожей и был бы не прочь избавиться от скальпа, но знал, что это не поможет. Так плохо Рицка себя ещё не чувствовал. Его не просто унизили, его растоптали… почти убили. – Я найду способ избавиться от тебя. – Рицка поднялся и помог встать Янасе. – Кёйчи, мы идем домой. – О, как скажет моя любимая Жертва. – Юмэйнару сделал шаг в сторону Рицки, но был остановлен. – А вот ты не смей показываться мне на глаза. – Заметив удивление в глазах Юмэйнару, практически пригвожденного к полу одним только взглядом Жертвы, Рицка усмехнулся: – Ну, вот в этом я могу разобраться нормально. Не приближайся ко мне и моему Бойцу. Если я увижу тебя возле своего дома – убью. Это приказ. – О, да… это та Жертва, о какой я мечтал. Как прикажете, мой господин. – Юмэйнару плотоядно облизнулся, отвесил поклон и рассмеялся так, что Рицке захотелось оказаться от этого места как можно дальше и как можно быстрее. – Кёйчи, у тебя хватит сил перенести нас домой? – Рицка бережно поддерживал Бойца со спины и едва сдерживал слезы. Он чувствовал себя виноватым перед Янасе, он хотел кричать от той боли, которую чувствовал его Боец от его импровизированного предательства. – Не уверен, что моих сил хватит на это… рядом с этим проклятым домом мой мотоцикл… – Янасе избегал смотреть на Рицку. Он просто держался за него как за спасательный круг, не желая отпускать ни на секунду… – Ками, что за хрень… сплошная нежность. – Юмэйнару сплюнул, достал сигарету и через плечо, не оборачиваясь, кинул: – Могу доставить в ваши апартаменты. – Заткнись. – Медленно, но верно Рицка закипал, желая одним приказом убить Безумного, но понимал, что пока не разберется со своими способностями, может убить и Янасе. – Вот так, Кёйчи, осторожно, поднимайся. Loveless шли, поддерживаемые друг другом, старательно избегая смотреть друг другу в глаза. Это было больно. Очень. Юмэйнару обернулся, как только хлопнула дверь за его спиной. Отбросив сигарету, он коснулся пальцами имени. – Не борись с этим, Аояги, тебе придется принять меня. Даже ты не сможешь найти выход из этой ситуации. Не сможешь… Пронзительная трель звонка чуть не оглушила Рицку и Янасе. Боец достал телефон из кармана и ответил: – Да. – Кёйчи, твою мать, где ты, олух?! – Складывалось впечатление, что Кио было слышно всем и вся. – Не ори. Мы скоро будем дома. – Мы… ты нашел Рицку? Как он? Он в порядке?! – Нет, Кайдо впрямь был похож на заботливую мамашу. – Я думаю, что всё не так плохо, как мы себе представляли. – Более Янасе не реагировал на крики Кио, он просто нажал отбой. Рицка стоял рядом с ним, уцепившись за рубашку и опустив глаза в пол. – Почему ты так сказал? – А я что, должен был сказать, что теперь мы одна большая семья с Юмэйнару? Рицка поморщился: – Не будь эгоистом. Я не мог позволить ему убить тебя. – Не тебе говорить мне об эгоизме, Рицка, не тебе. Поехали, все волнуются. – А ты? – Хах… а я уже отволновался и сдох. – Янасе вернул к жизни своего железного коня, и уже был готов ехать. – Ты долго будешь стоять как истукан? Может, сядешь уже? Рицка устроился позади Янасе и думал, как бы сидеть так, чтобы не касаться Бойца. Подождав минуту, и ничего не дождавшись, Янасе заглушил мотор и повернулся к Жертве: – Если ты не будешь за меня держаться, то обязательно навернешься. – Но я… – Кого из нас двоих ты считаешь недостойным прикосновений? – Себя… – Дурак. – Янасе вновь завел мотор, и добавил: – Держись за меня крепче. “Я не хочу потерять тебя ещё раз…” – Только после этой мысли Бойца Рицка обхватил его со спины за талию и, уткнувшись носом в плечо, всхлипнул: “Прости меня… прости… я люблю тебя…” “Я знаю”. Их встречали как самых дорогих гостей – всей толпой и на улице. Только ко всем друзьям добавились ещё Рицу-сенсей и Кацу. Вид у всех был более чем взволнованный. Разумеется, кроме Безупречных - на их лицах было полное равнодушие. Янасе плавно затормозил около дома, но ни он, ни Рицка не торопились слезать с мотоцикла. – Может, им настолько хреново, что они даже самостоятельно слезть не могут? – Мизуки смотрел на Нелюбимых с подозрением и волнением. – Не говори ерунды. Посмотри, как они живенько выглядят. – Минами, это себя или их успокаиваешь? – За всем напускным равнодушием Кацу скрывал страх. Он знал, что за человек Юмэйнару и уже догадывался, что тот мог сделать. – Ну, что, пошли? А то ещё немного и они сами нас снимут с мотоцикла. – Не хочу никого видеть сейчас, кроме тебя. – Рицка ещё крепче сжал Бойца в объятиях, боясь, что стоит ему только отпустить Янасе, как он тут же исчезнет. – Понимаю, но потерпеть придется, ибо сейчас начнется допрос. Ну же, Рицка, пойдем. – Он гладил руки Жертвы, словно обжигаясь. Умирая и воскресая вновь. – Ты меня всё ещё любишь? – Неуверенность и страх. Пронизывающая боль и надежда. Ему было больно говорить это, а Кёйчи было больно это слушать. – Как ты только додумался до такого дикого вопроса. Конечно, люблю. И всегда буду любить, что бы ни случилось. Ведь по-другому и быть не может. – В тебе сейчас говорит Боец… – Нет, вот именно сейчас это мои слова, Рицка, как простого человека, до одури влюбленного в одного бунтаря с аметистового цвета глазами. Всё, пошли, чем раньше мы с ними пообщаемся, тем раньше они уйдут. Янасе освободился из кольца рук Жертвы и плавно соскользнул с мотоцикла, всё ещё чувствуя дикую слабость во всем теле. Он подал Рицке руку и помог ему, ведь, как ни крути, а физически Рицке было больнее. С трудом преодолев лестницу, Нелюбимые предстали пред светлые очи друзей. – Ааафффииигггееетттььь… кто вернулся. – Сарказм Йоджи был попыткой подбодрить друзей, но заметив их слабые кривые ухмылки, он понял, что попытка оказалась более чем неудачной. – Ну, я думаю, что вы уже поняли, что разговор предстоит довольно долгий и насыщенный. И по большей части о кое-чьей беспечности. – Рицу-сенсей показал рукой и на Бойца, и на Жертву Loveless. – Сенсей, я… – На губы Рицки легла тяжелая ладонь. – Малыш, лучше с ним тебе сейчас не спорить. – Кацу улыбнулся уголками губ, и немного подтолкнул Рицку к двери. – С возвращением, кот, что гуляет сам по себе. – Он не сам по себе. Он со мной. И, Кацу, будь добр, убери от него свои загребущие грабли. – Янасе ненавязчиво попытался оттеснить Кацу, но разве его можно оттеснить, да ещё и ненавязчиво? – Я его бывший Боец, так что… – Заметив то, как оба – и Рицка и Кёйчи дернулись, Кацу осекся на полуслове. – Мне не нравится такая реакция. Что, малыш, за время отсутствия обзавелся Безумным Бойцом? Все замерли и замолкли как по команде. Именно такого поворота не ожидал никто. Они ждали чего угодно: унижения, изнасилования, драки… чего угодно, но не этого. – Добровольно или принудительно? – Принудительно. – Янасе второй раз попытался освободить Рицку из рук Кацу. – Добровольно. – Тихий, глухой, но уверенный голос Рицки заставил Кацу опустить руки. – Что же ты наделал, Рицка… ты же даже не понимаешь… черт… – Бойца Безупречного, кажется, успокоить было невозможно. – Ты не представляешь, какую глубокую могилу ты вырыл себе и Янасе. Он же сожрет вас заживо. – Не успеет. Подавится. – Рицка попытался ухмыльнуться. Звонкая пощечина, отвешенная сенсеем, сбила у него всё желание показывать какие-либо эмоции. – Два малолетних идиота. – Рицу отошел в сторону и махнул рукой в сторону открытой двери: – Прошу вас, детишки. Будем думать, как можно разгрести то дерьмо, которое вы прямо лопатой себе накидали. – Минами, Минами, ты даже не представляешь как ты прав… ох, и натворили делов твои любимые Loveless… ну, если бы ты раньше не сопротивлялся, то такого бы не произошло. Вот только теперь ты мне интересен исключительно как соперник в системе. – Юмэйнару наблюдал из своей машины - и приказ Рицки не нарушил, и понаблюдал - и ухмылялся так, что могло пробрать до костей. - Ну что ж, вы пообщайтесь, а я до своей природной Жертвы доеду.