Возможна ли жизнь после?

Прошу прощения за такую задержку. Глава небольшая, что-то вроде филлера. В следующей главе начнут разворачиваться события. Постараюсь больше так надолго не теряться)))

Ваш Огурчик.

Нелюбимые оккупировали беседку, вытурив оттуда группку первокурсников. Хотя сильно даже стараться не пришлось, - увидев гневное выражение лица Кёйчи, они просто испарились оттуда, словно их и не было. Рицка стоял за спиной Янасе и разминал его плечи, пытаясь хоть как-то сбить то напряжение, что просто сковало Бойца по рукам и ногам. – Нет, Рицка, вот как сенсей и Кацу могли до такого додуматься?! Да я же убью их, как только мы окажемся в системе! – Успокойся… эти тренировки с ними пойдут нам на пользу. Мы как раз сможем выдать всё, что умеем. На друзьях же мы все свои умения не продемонстрируем. – Рицка улыбнулся и, наклонившись, поцеловал Бойца в висок. Янасе откинул голову назад и уткнулся в живот Жертвы. Печально вздохнув, он попросил: – Рицка, а ты просто разорви связь с этим Юмэйнару и нам не придется терпеть занятия с этими придурками. Рицка тут же отстранился и нахмурился. – Кёйчи, это ты придурок. Если я попытаюсь разорвать с ним связь, то Юмэйнару сделает всё для того, чтобы связь порвалась не с ним, а с тобой. А я не смогу без тебя. Боец схватил Жертву за руку и усадил на свои колени, печально вздохнув. – Я понимаю, но меня просто выворачивает всего наизнанку, как только я вспоминаю, что он сделал… – Кёйчи уткнулся лицом в грудь Рицки и прижал его к себе настолько крепко, что ещё мгновение - и захрустели бы кости. – Это только моя вина. Прости меня, Кёйчи… – Рицка провел рукой по волосам Стража и поцеловал в макушку. – Это наша вина. И даже не пытайся спорить со мной. Я прекрасно знаю, о чем сейчас говорю. – Хмурый вид парня выдавал всё его настроение, а связь разве что только искры не посылала. Рицка только усмехнулся, глядя на сердитое лицо Бойца. Он просто молча поцеловал его и крепко обнял, зная, что эта простая ласка успокоит Янасе. Внезапно поднявшийся ветерок закружил в хороводе листья деревьев, которые сорвало от порывов, и лепестки цветов, которые уже стали отдавать свои наряды земле. Небо хмурилось, но не спешило рыдать, пока только накапливая слёзы для очередной истерики. Кое-где солнце ещё пыталось бороться, пропуская лучи и грея землю, но скоро сопротивление стало бесполезно. Первые капли упали на листву и крышу беседки, сопровождаемые раскатами грома. – Может, пойдем в школу, пока не начался ливень? – Янасе высунул нос из беседки, и на него сразу приземлилось несколько капель. – Мы же не на самой улице, так что не промокнем. – Рицка слизнул дождевые капли с лица Бойца и добавил: – Если сейчас вернемся в комнату, туда обязательно набежит толпа, а я хочу тишины. – Весомый аргумент… Договаривать Янасе даже не захотел и с неприязнью уставился на пришедших в беседку, уже изрядно вымокших, братьев Хигаши. – Ух ты, Loveless. Кажется, мы помешали вашему уединению, да? – С каждым словом Бойца Непокорных в Янасе всё больше росло желание вбить речь парню прямо в глотку. Жертва же стояла и не смела даже смотреть на Рицку и Кёйчи, зато Рицка во все глаза смотрел на Сейджи. – Хигаши Сейджи-кун, угомони своего брата, пока мой Боец не сорвался и не пришиб его, оставив исключительно небольшой кусочек человечинки для местных псов. Разве вы забыли слова Рицу-сенсея: не контактировать вне системы? Или правила на вас не распространяются? – Рицка нежно водил рукой по спине Бойца, касаясь активных точек, чтобы успокоить его. Он смотрел на Непокорных с интересом, даже, наверное, с каплей жалости. Но без страха. И почти без ненависти и злобы. Весь вид Рицки говорил о том, какой он “добродушный” по отношению к гостям школы, представленных Непокорными и Бездушными. – Правила распространяются на всех, и я прекрасно помню их, Аояги-сан. Прошу извинить моего брата за недостойное поведение. – Сейджи легонько затянул на шее Сайеки ошейник, чтобы сбить спесь и истребить едкую ухмылку с его лица. – Вы не возражаете, если мы здесь переждем ливень? – Да пожалуйста, пожалуйста. Более эти двое Рицку не волновали, и он полностью сосредоточился на Янасе, который до сих пор пылал праведным гневом. – Ну, и чего ты такой свирепый? – Рицка, но ведь… – Ты можешь не обращать внимание? – Но Рицка… – Кёйчи, останешься без сладкого. – Эх, Рицка… Так они и продолжали сидеть: Янасе молча, уткнувшись носом в грудь Жертвы, а Рицка, нежно прижимая его к себе и поглаживая его волосы. За этой идиллией из окна наблюдали Безупречные, причем Кацу был зол на свою Жертву так, что готов был убить любого проходящего мимо. Глаза Бойца метали молнии, щеки пылали, волосы развевались от небольшого ветерка, что проскальзывал в приоткрытое окно, грудь ходила ходуном – в общем, страх (прим. автора: ага, ага, страаах… хотела бы я такой страх к себе в комнату XDDD), да и только. Рицу-сенсей, напротив, был удивительно спокоен. Лицо не выражало никаких эмоций, разве что в глазах плескалось легкое раздражение, немного сомнения, чуточка страха и желание угомонить своего Стража. – Минами, скажи, ты сегодня утром в ванной не падал? – Ты принимал ванну со мной, так что тебе лучше знать. – Ладно, тогда скажи, неужели у тебя стал прогрессировать маразм? – Кацу, ещё одно подобное предположение - и секса у тебя не будет полгода. У тебя даже не будет возможности помочь себе рукой. – Хищный взгляд из-за очков заставил Кацу резко вдохнуть. – Чертов садист… – немного попыхтев, Страж всё-таки спросил: – Хотя бы скажи, с какого перепуга ты пришел к такому дикому умозаключению?! Рицу-сенсей выдохнул и прикрыл глаза. – Несмотря на то, что мы с тобой и Нагисой подготовили специальную программу для Нелюбимых, я не думаю, что нам получится избавиться от Юмэйнару так просто. Поэтому я и предложил самый простой вариант. Кацу всплеснул руками и сел по-турецки под окном. Закрыв лицо руками, он тихо сказал: – Они же умрут оба, если согласятся на это… – Не умрут, если сразу после разрыва связи с Аояги, Янасе создаст связь с другой Жертвой. – А Рицка? Если ты сейчас скажешь, что его подлечит Юмэйнару… – Ни в коем случае. Рицка должен будет сразу порвать с ним связь. Чем болезненнее, тем лучше, – голос сенсея дрогнул. – Тогда Рицка просто умрет. А Янасе сдохнет следом от тоски, а вот гарантий относительно смерти Юмэйнару у нас не будет никаких. – Кацу замолчал, слушая как большие дождевые капли ударяются об оконные откосы. – Даже не говори им о подобном варианте. – Я должен сказать им обо всех вариантах. – Собираясь уйти, Рицу всё-таки добавил: – Ты же знаешь, родной, что на войне не обойтись без жертв. Минами шел по коридору, не оборачиваясь на Бойца. Никакой демонстрации эмоций, он даже ни разу не сбился с шагу, вот только завернув за угол, позволил себе выдохнуть и потереть переносицу, предварительно стянув очки. – Жесток и часто несправедлив… черт, за что я тебя только люблю, Рицу? – Кацу, это вправду один из вариантов? – Сайто резко поднял голову и посмотрел на тревожно смотрящего на него Йоджи. Из-за его плеча выглядывал Нацуо. – Один из нескольких, но не лучший. – Вообще не вариант. У Рицки с Кёйчи только начинает всё восстанавливаться в отношениях… – Йоджи, да я всё понимаю, но попробуй сказать это Рицу… сенсею. – Кацу легко поднялся и посмотрел в окно. Дождь затихал, солнце с опаской выглядывало из-за всё ещё темных облаков, раскаты грома уже давно прекратились. Ещё немного - и небо совсем перестанет плакать. Рицка с Кёйчи не стали дожидаться, когда дождь кончится. Они молча встали и, держась за руки, отправились к школе, затылками чувствуя взгляды оппонентов. Прямо в дверях их отловили Безгрешные и, ухватив за руки, поволокли в столовую. Перед дверью Кио рявкнул: – Глаза закрыть. И Loveless’ы закрыли, скорее от неожиданности, чем осознанно. Их тут же втолкнули в помещение, где они услышали разномастный хор голосов: – С возвращением!!! Распахнув глаза, Рицка оглядел присутствующих. Хоть людей было немного, все только свои, но всех, кто там был, Рицка был рад видеть. Янасе тоже был рад их всех видеть, но поскольку он хотел побыть с Жертвой наедине, улыбка у него вышла кислая. Все считали своим долгом развлечь Нелюбимых, вот только взгляд Рицки постоянно возвращался к державшемуся особняком Рицу и хмурому Кацу, что не лип к своей Жертве, как обычно. Именно к Кацу и скользнул Рицка. – Ты не на похороны пришел, нет? – Не знаю, малыш. Рицка моментально напрягся и Кёйчи тут же оказался рядом. А вот Кацу осекся и опустил взгляд, когда увидел, что к ним приближается Рицу-сенсей. – Сенсей. – Аояги, Янасе. Заканчивайте с весельем. Вам надо как следует выспаться перед завтрашним днем. Нам предстоит большая работа. И очень тяжелый разговор. Более не сказав ни слова, он отправился к выходу, потянув за собой притихшего Кацу, который пару раз обернулся и попытался ободряюще улыбнуться. - Тебе тоже всё это не понравилось? - Рицка встал ближе к Бойцу, прижавшись спиной к его груди. - Ты даже не представляешь насколько, Рицка, даже не представляешь...