ИИ

      Более инфантильного человека, чем Максвелл Брайс, автопилот больше никогда не встречал.       Надо было выбрать кандидатуру на пост капитана. M-Monroe дала определенные инструкции, по которым учитывалось несколько характеристик, и тот, кто в большей степени соответствовал им, назначался на должность. По определенным параметрам людей начинали отбирать чуть ли не с грудного возраста. Поскольку людей «воспроизводили» партиями, то присматривались сразу к нескольким детям. С пятилетнего возраста этих «счастливчиков» обучали по дополнительной программе, примерно через десять лет с кандидатом можно было определиться.       Брайс занял свой пост в шестнадцать лет. Но на фотопортрете записали год его рождения. В дальнейшем автопилот стал придерживаться этого правила.       Все общение с Максвеллом Брайсом сводилось к нескольким фразам: «да», «нет», «хорошо», «нехорошо», «плохо». Автопилот так долго управлял Аксиомой, что мог сам принимать решения в любых нестандартных ситуациях. Брайс это прекрасно понимал. Возможно, он считал, что ему оказали великую честь, назначив на эту должность. Поэтому он выполнял свои обязанности уж очень рьяно. Состояние систем космического корабля Максвелл проверял ежедневно. Каждое утро на Аксиоме начиналось с его обращения к пассажирам. Своими действиями он как бы показывал автопилоту: «Видишь, я работаю, я стараюсь». Когда делали фотопортрет, капитан стал поближе к роботу, хотел этим подчеркнуть, что они слаженная команда.       — Наверное, самая худшая вещь на свете — быть никому ненужным, — сказал однажды Максвелл.       Да разве это самая худшая вещь на свете? Далеко не самая худшая. Даже близко не стояла.       Сразу после проверки систем и утреннего анонса капитан спускался к себе. В остальное время автопилот его не видел. Робот стал подсылать к нему РОЛИК-4.

***

      Автопилот спустился в каюту, чтоб доложить о подготовке отчета по ежегодной исследовательской экспедиции. Капитан просматривал файлы, присланные с Земли. Рядом с его аэро-креслом неизменно присутствовал РОЛИК-4. Серо-коричневые пейзажи, полученные с зонда, мелькали на экране.       — На что они надеялись? Во что верили? — сказал капитан, повернувшись к роботам. Он смотрел не на них, а на портреты своих предшественников.       Как можно было вообще такое объяснить? Подвести под это теорию и философию. Прошлое было серо и расплывчато. Людям приходилось преодолевать его, каждый раз начинать все заново, создавать машины с искусственным интеллектом, что утверждали: одиночество — нормальное состояние, с ним надо смириться.       — В жизни не видел ничего подобного. — Максвелл Брайс выключил видео. — На это нельзя смотреть без содрогания. Никогда на Земле больше не будет ничего живого.