Реабилитация

... я внутренне плачу, изнутри рыдаю. Как и днем. Просто ничего не видно. Ты такая храбрая, Марыся, говорят мне. А я костями вою, сопли рекой, и реву белугой. Снаружи личико приятное, волосы причесаны. А все нутро переворачивается, булькает, как в кипящем котле. Сильвия Хутник. Карманный атлас женщин. - Алекс. Я дошла до угла коридора и осуждающе посмотрела на мужчину. Александр Корсаков врач – реабилитолог, мой коллега, нас познакомил Николай Константинович. И Корсаков немало помог мне, познавать тонкости профессии. То ли в благодарность, то ли в ответ на пылкие ухаживания мужчины, мы одно время с ним пробовали встречаться. Но я рассчитывала, что мы оба поняли, что это не вариант наших взаимных отношений, и решили остаться друзьями. - Что за концерт ты устроил? - Я скучал, Вика! Мужчина искренне прижал меня к себе и положил подбородок на мою макушку. Когда – то мне казалось, что я искренне люблю его но, похоже, я спутала это чувство с обыкновенной благодарностью. Лишившись отца, я всегда выбирала мужчин старше и опытнее, тех, кто мог защитить меня от всех бед на свете. Я поднимаю голову и встречаюсь взглядом со светло – голубыми глазами. Удивительное сочетание в красоте мужчины. Темные волосы и голубые глаза. Аккуратно выстриженная бородка, смуглый цвет кожи. - Алекс. - Тссс. Он прикладывает палец к моим губам. - Что такого собственно я сделал? Вот оно мое надежное спасение от необдуманных чувств – старый знакомый, который все еще любит меня. - Мне предложили здесь работу, и я согласился пройти стажировку, зная, что ты тоже будешь здесь. Невольно улыбаюсь ему, такой он Алекс, и таким был всегда – рисковый, молодой, горячий. - Ты не рада, верно? Я не знала, как ответить, со мной рядом появился человек, которому я доверяла и на которого могла положиться, но в то же время, Александр мог отвлечь меня от Егора и отдалить от парня. Хотя, все можно сбалансировать, было бы желание. - Рада, конечно. Еще раз искренне прижимаюсь к мужчине, чтобы потом отстраниться. - Пообедаем? Киваю. - После занятий с Егором, позвони. Хорошо? - К парню не подходить, я правильно понял? Легко смеюсь ему в плечо. - Правильно, Алекс. Парень ходит на грани, давай пока не трогать его. - Вик, еще один вопрос, ок? Ты видела, как он смотрит на тебя? Сердце пропустило два из шестидесяти ударов в минуту. - Алекс, - предостерегающе оборвала его я. - Вик, я серьезно. Это до добра не доведет, в первую очередь тебя, маленькая. Александру было всего на десять лет больше, чем мне, но мужчина всегда брал на себя ответственность поучать меня. Когда – то я дьявольски хотела завоевать внимание красавца преподавателя, а потом просто крепко сдружилась с ним. - Я знаю. - Тогда в чем проблема? Хотелось бы и мне знать в чем, Корсаков, но даже думать об этом довольно болезненно. - Хорошо, дело твое, любимая. Позвоню. И чмокнув меня в щеку, уходит. - Черт! Слегка стукаюсь головой о стену, нужно возвращаться в палату к Егору. Только глупые люди не прислушиваются к советам и учатся на своих ошибках. - Оля, Егор позавтракал? Девушка виновато потупила взгляд. - Нет, отказался. Чего и следовало ожидать. - Еда осталась в палате? - Да. Ободряюще пожимаю Олино запястье. Это, конечно же, не ее вина. В палате царит арктический холод, и речь не в градусах по Цельсию, а в том, как Егор смотрит на меня. - Есть не будешь? В тон его взгляду, задаю я вопрос. - Нет. - Хорошо, начнем, тренировку не позавтракав. Мне и самой не удалось поесть, в связи с последними событиями, но я была на удивление трудоспособна. Может потому что являлась слишком ответственным человеком, или просто любила то чем занимаюсь. - Нога болит. Напомнил Щукин, похоже, парню хотелось избавиться от меня быстрее сегодняшним утром. - Я понимаю. Ты лежишь на кровати уже два месяца, нужно тренировать и другие группы мышц Егор. Парень и не думает двигаться, освобождая мне место на своей кровати. Не понимаю почему, но чувствую себя виноватой. Всплескиваю руками. - Егор, ты считаешь, что нам нужно поговорить? - А есть о чем? Парень сверлит мне во лбу дырку, и от этого его взгляда начинает скручивать все внутренности. - А как ты считаешь? - Хорошо, - видно, что он сдается, - что это за мужчина, был с утра в моей палате? Не стоило и затевать эту беседу, если я не собиралась отвечать правдиво. - Мой друг. - А друзьям нынче приемлемо так здороваться, просовывая друг другу языки в рот. Мерзко. Такое странно чувство, словно на меня вылили литр помоев. - Вик, прости. Парень протягивает ко мне раскрытую ладонь, но я ее отталкиваю. Обида жжет изнутри. Он не имел права так со мной разговаривать. Я вкладываю все силы в поддержание ее здоровья, а в ответ лишь отбивает руки дающего. - Я прошу не многого Егор, просто помоги себе сам и не отказывайся от занятий. Со всем остальным разберемся позже. Тренировка все равно проходила из рук вон плохо. Щукин ни слышал, ни меня, не своего тела. Парень упорствовал до последнего, тихо ругался и вновь ошибался. Моя кожа уже покрывалась невидимыми язвами от прикосновений к его разгоряченному телу. Хотелось стереть с лица парня это жестокое выражение и вновь восстановить хрупкие мостики взаимопомощи. Но Щукину это было не нужно. - На сегодня все. Мы оба с облегчением выдохнули. - Прости еще раз. Я иногда не контролирую свой язык. - Конечно же, нет, тебе всего восемнадцать. Я знала, что делаю этим заявлением наши отношения еще хуже, но внутри зрел кокон негодования и не хотелось крутиться в этом всегда одной. - Да, правда. - Егор, Алекс не мой парень. Но он мой близкий друг. Это не касается тебя, никаким образом. Я постараюсь, и ты его больше не увидишь. Мы можем дружить с тобой, можем, нет. Но не вреди себе, я устала разговаривать на эту тему с тобой. - И ты будешь, как мы и договаривались приходить ко мне чаще? - Да. Парень улыбается. Все еще натянуто, но все же это сдвиг с мертвой точки. - Последний вопрос. Если он тебе не парень, почему поцеловал? - Егор, это сложно. Когда – то мы с ним встречались и остались в очень хороших отношениях. Я понимала, что эти мои слова звучат жалко, но других подобрать не смогла. - Значит, ты его не любишь? Я была не должна отвечать на этот вопрос, но против своей воли отрицательно качнула головой. - А он об этом знает? - Да. - Вик, тогда сделай нам всем одолжение, не запутывай ситуацию еще больше.