Реабилитация

Как-то Станиславского попросили описать глаголом, что значит ЛЮБИТЬ. К нему предлагались различные варианты: дарить подарки и цветы, жить интересами любимого, пожирать глазами, петь от счастья и пребывать в эйфории... Станиславский ответил: «Хотеть касаться...» Я провела рукой рядом по подушке и простыням, скоро – очень скоро, пообещала я себе, здесь будет спать Егор. Не открывая глаз, на ощупь выключила надрывающийся будильник на телефоне, отыскала под кроватью голубые тапочки и почти так же, не открывая глаз, прошла в душ. Под окнами зверски орала сигнализация на чьей-то машине, дьявольски знакомый звук, если прислушаться. С моего балкона на пятом этаже, открывался обширный вид на прилежащий к дому двор. Моя серебристая машина стояла прямо под окнами, и ее лобовое стекло было разбито так сильно, что это хорошо виделось даже с пятого этажа многоэтажки. Случайность? Я почти безразличным жестом вытащила зубную щетку из-за щеки. Нет, конечно же, не случайность, у нас тихий двор, мирные жильцы, но вот я похоже перешла кому-то дорогу. Кому-то настолько бешеному и вездесущему, что он добрался до меня и здесь. Все равно я не могу в ближайшие недели садиться за руль, а значит время на ремонт более чем достаточно. Деньги? Машина хорошо застрахована, и на славу моя зарплата позволяет такие расходы, при этом не оставляя меня без финансов в кармане. Вещи приходят и уходят, но что если этот человек решит что, не повлияв на меня так, может начать действовать разрушающе на тех, кто мне дорог?! Боюсь у моей матери не такие крепкие нервы, как у меня. Что если об этом следует, кому то рассказать? Хотя бы если не в полицию заявить, то позвонить Алексу, ведь они с Пуховым друзья, может он объяснит ему, что я не абсолютно желаю зла его дочери? Мужчина ответил мне с третьего гудка, голос был сонным, его квартира находилась ближе к работе, и видимо я разбудила его. - Маленькая? Что стряслось? Вновь мелькнула мысль, а смогу ли я его когда-то хоть чем-то разозлить? Слишком услужливые люди вызывают подозрения. - Алекс, можешь заехать за мной до работы? Молчание немного затянулось, это было не характерной для меня просьбой, но Корсаков мне никогда не отказывал. - Конечно, жди. Дочистив зубы и приняв душ, я с трудом перебинтованной рукой застегнула голубые брюки и белый топ, сунув ноги в бежевые шлепки и перебросив через плечо сумку, я хорошенько заперла квартиру. Неизвестно, что еще придет в голову Пухову, а мне как-то хочется вернуться в целый дом. Сбежав по лестнице, я почти упала в руки Александра, галантно открывающего мне дверь. Находиться рядом с ним было неправильным, противоестественным. Его руки почему-то все еще обнимали меня, а ведь я уже крепко стояла на ногах. Такая близость теперь казалась предательской. - Спасибо, - поведя плечами, я высвободилась из кольца его рук. - Что это, черт побери! Только теперь Корсаков заметил, что стало с моей машиной. Вблизи, ситуация была еще более плачевной. - Ты же не садишься за руль?! Почти укоризненно шипел он, осматривая повреждения. - Не сажусь. Это сделали, пока я спала. - Но? - Пухов, - одними губами прошептала я, - я думаю, это он. Он приходил в больницу, пытался дать мне деньги за молчание, потом угрожал, что доберется до меня и моих родителей. А вчера после смены я видела его с Егором. Алекс, он твой друг, просто объясни ему, что я не вредитель для его ребенка, я пытаюсь помочь! Какой-то странный блеск мелькнул в его глазах. Такой я видела уже однажды, когда он прижимал меня к стенке там в Москве. Алекс мог быть очень жестоким человеком, это я хорошо знала. - Скандал и выяснение отношений не нужен, просто поговори с ним. - Конечно, - одно слово, но произнесенное так, будто он всю обойму пуль выпустил. Я и без того нахмурилась, а когда его губы коснулись моей щеки, почти около уголка губ, я и вовсе поняла, что это было дурной идеей, звонить ему и приглашать за собой заехать. - Лекс, - я как можно мягче отстранила от себя его сильное тело, но к моему удивлению, это было не так и просто сделать. - Что не так? Все не так, Алекс! Все не так! - Просто, давай без этого, хорошо? В глубине души, я еще хранила надежду на то, что мы сможем быть просто хорошими друзьями и дорогими друг для друга людьми, но с каждым днем и новым действием нас по отношению друг к другу, это становилось все более невозможным. - Садись, - он галантным действием раскрывает передо мной дверь автомобиля и приглашает меня внутрь. Плохая, плохая, очень плохая идея! Пронеслось у меня в голове, но если бы я не села в машину прямо сейчас, мы оба бы опоздали на работу. А это было для меня неприемлемым, пациенты ждать не будут. Не делай этого! Прямо кричал внутренний голос, но я, перехватив удобнее сумку, нырнула на переднее сидение машины. В нос ударил цитрусовый запах именно такой, я всегда советовала Алексу, он напоминал мне новогодние праздники. На передней панели в сцепке бус, моя жемчужная невидимка. Когда то я обронила ее в салоне, а потом, шутя, он мне ее не вернул, говоря, что теперь она ему нужнее. Все здесь напоминало о моем присутствии, и это уже не было милым, это было странным до дрожи. - Котенок, если ты считаешь, что это я виноват в том, что Пухов на тебя обозлился, это правда, не так. Я сожалею, и будь спокойна, он больше к тебе не подойдет! Я об этом позабочусь и о твоей машине тоже. В висках стучало так, что я с трудом разбирала его слова в тихом пространстве машины. Не понимая, что со мной, я считала буквально секунды до того, как смогу выйти из машины и избавить себя от его пристального внимания. - С тобой все в порядке? Ты бледная. Я всегда бледная, удалось лишь кивнуть ему головой и отвернуться к окну. С детства я безошибочно знала, от каких людей можно ждать угрозы и сейчас и здесь, я точно знала, что просить о чем - то Александра Корсакова было большой ошибкой, и это еще мне аукнется. - Все в порядке, Лекс. И не стоит заниматься ремонтом моей машины, я и сама в состоянии это сделать. Не показывать слабость Алексу, как и любому хищнику, ведь он мог на этом сыграть. С некоторых пор я перестала рассматривать его как самого безопасного для моей жизни человека. Увы. - О чем он говорил с твоим хоккеистом, ты спросила? Пренебрежение в голосе, почти заставило меня вытряхнуть из него всю дурь и спесь. Если Егор был на полтора десятка лет его моложе, это не ставило их на разные ступени эволюции. - Нет, мне это не интересно. Ответный взгляд был с долей замешательства, конечно же, Лекс не верил в то, что я не узнала, что Пухов, хотел от Егора. - Приехали. Машина только остановилась, а я уже открывала дверь, делая шаг на прохладный утренний воздух. Искоса увидев взгляд Александра, я еще раз за утро, подумала о том, что что-то с ним не так. Что-то чего я пока не могу понять, и чему не могу дать объяснения, но что непременно оставило отпечаток. - Спасибо, - фальшиво поблагодарила я и, не дожидаясь пока он припаркуется и заберет свои вещи, понеслась прочь в отделение. Я знала, благодарность была преждевременной.