Второй слой

      Тонкий ручеек, идущий вдоль бордюра, утекал в сточную решетку. В ней не хватало пары сегментов и получившейся дыры было достаточно, чтобы из дренажной системы могли спокойно вылезти крупные крысы. Стайлз присел рядом и поскреб металл. Помимо ржавчины под ногтем осталась слизь, словно от подсохшей сопли. Все указывало на то, что огарок был здесь. Стайлз вернулся к машине и начертил на разложенной посреди капота карте очередной крестик. Стилински огляделся. Это была самая окраина, помимо кафе, которое так любил Кайл, и почти всегда закрытой заправки здесь ничего не было. Что мог забыть здесь огарок? Стилински еще раз посмотрел на закусочную.       «Стоит зайти туда, наверняка что-нибудь всплывет».       — Определенно, стоит, — вторил его мысли, как всегда, внезапно нарисовавшийся Ногицуне, — нам нужно трахнуть официантку.       — А я уже начал беспокоиться: целых пять минут тебя не видел, — буркнул Стайлз.       — Я тоже тебя люблю, — съязвил Ногицуне, – ну, идем или будем здесь торчать?       — Не сегодня, — Стайлз посмотрел на часы, — нам нужно успеть на собрание.       — Как же без них… Анонимные наркоманы не переживут нашего отсутствия.       — Я тоже не писаю кипятком от радости, когда туда хожу, но легенда обязывает. И на этот раз не выпендривайся.       Стайлз свернул карту и запрыгнул в джип. Ногицуне уже сидел внутри, закинув ноги на торпеду, и теребил грязные бинты на голове. Они уже серьезно поистрепались и открывали часть лица.       — Я пытаюсь, но, блин… Стайлз, не могу сдержаться. Когда они со скорбным видом начинают нудеть, меня просто прорывает.       — Твои шутки людям жизнь ломают!       — Если бы ты был действительно против, то я бы молчал. Ой, не делай такое лицо, — Ногицуне закатил глаза, — ты хочешь этого не меньше, а может, даже больше меня. Думаешь, можешь скрыть свои эмоции? От меня? Ты же изошелся в экстазе, когда мы спровоцировали рецидив у той девчонки. Не забывай, это ты питаешься хаосом и болью, я лишь наслаждаюсь процессом, помогая достать тебе это.

***

      Место, которое выбрал чернокнижник для ритуала, находилось метрах в двадцати от более-менее нормальной дороги, дальше к нему вела размытая грунтовка. Массивный полноприводный внедорожник проехал по рыхлой земле достаточно легко, и Кайлу удалось припарковаться прямо на поляне. Чуть сбоку от ее центра стояли два здоровых камня, один из них имел такую ровную и почти параллельную земле поверхность, что идеально подходил под алтарь.        — Да это место просто создано, чтобы приносить жертвы, — усмехнулся Кайл, выпрыгнув из машины.       — Это не флуфайно, — чернокнижник, подсвечивая себе зажатым в зубах карманным фонариком, начал развязывать веревку, скрепляющую брезент с кузовом пикапа. Запутанный узел никак не хотел поддаваться, и Луи, неразборчиво матернувшись, просто разрезал его ножом. Кузов был забит мешками и еще каким-то барахлом, которое было трудно разглядеть в темноте. Изобразив реверанс с вытаскиванием фонарика изо рта вместо снимания шляпы, маг нарочито галантным жестом пригласил Кайла разгружать вещи. — Мы не первые, кто проводит здесь ритуалы. Это камень облюбовали все подряд: от друидов до школьников-сатанистов. Нам повезло, что сегодня здесь нет толпы каких-нибудь хиппи-виканок.       — Зачем же ты выбрал такое популярное место? — Кайл дернул один из мешков. Тот оказался значительно тяжелее, чем выглядел, и повалил парня на землю. — Блять!       — Выбор был невелик, — пожал плечами чернокнижник, меланхолично наблюдая за тщетными попытками Триксера выбраться из-под груза, — альтернативу составили участок шерифа и перекресток центральных улиц. Нет, если, конечно, здесь тебе не нравится, то давай поедем туда, — издевался маг, глядя, как кряхтит Кайл. — Да еб твою мать, — Луи со вздохом закатил глаза и одной рукой без видимых усилий поднял мешок.       — Поляна сойдет, — фыркнул Кайл, поднимаясь и стряхивая с себя грязь.       — Тогда приступим.       В мешках оказалась смесь мелких камней, песка и листьев. Ей Кайл насыпал защитный круг по периметру поляны. Чернокнижник изредка что-то поправлял, но в основном ходил туда-сюда, бурчал себе под нос и заламывал руки.       — Может, поможешь? — спросил Триксер.       — Нет, — покачал головой Луи, — у каждого из нас своя роль в ритуале, моя самая сложная, и мне надо подготовиться.       — Заебись, а я, значит, в роли штатного ишака, — проворчал Кайл и продолжил работать.       Таская тяжеленные тюки, Кайл здорово заебался. Когда последние камушки замкнули круг, Триксер отбросил опустевший мешок и грохнулся плашмя на землю лицом вниз. Он чувствовал сверхъестественный характер своей усталости. Червоточина, словно пиявка, прицепилась к позвонкам и выпивала его. Подошел чернокнижник, Кайл увидел прямо перед носом потертые носы его ботинков и сразу встал. Триксер не хотел подставлять темному магу спину, а еще не хотел светить пистолетом, спрятанным за поясом.       — Перерыв? — спросил Луи.       — Ага, — Кайл оперся руками о свои же колени, словно пытался восстановиться после спринта. — Круг готов. Что нам еще надо сделать?       — По мелочи, но пока еще рано, — чернокнижник почесал подбородок и, сохраняя будничный тон, продолжил: — Теперь, когда все почти готово, можно приступить к соитию.       — Что, блять? — Кайл резко распрямился.       — К соитию, — с совершенно непроницаемым лицом повторил Луи и помахал ладонью в сторону импровизированного алтаря, — ложись.       — И нахрена нам с тобой сношаться? — Кайл скептически поднял бровь.       — Так велели духи.       — Духи? — Триксер цокнул языком. — Вот скажи, что во мне навело тебя на мысль, что я на это поведусь?       Чернокнижник посверлил парня взглядом, но Кайл только еще наглее посмотрел в его лицо, всем своим видом выражая, что не купится.       — Ну, стоило попытаться, — чернокнижник пожал плечами, — как думаешь, со Стайлзом прокатит?       — И не думай! — возмутился Кайл. — Что-то ты слишком игривый.       — Я волнуюсь, — Луи прикусил щеку, — а когда я волнуюсь…       — Можешь не рассказывать, — фыркнул Триксер.       Небо прояснилось окончательно, и на поляне стало чуть светлее. Чернокнижник посмотрел на набирающий яркость месяц и закивал какому-то внутреннему голосу. Кайл вернулся к машине и достал мешок со свечами. Светом они запаслись основательно: приготовили помимо свечей фонари и пару факелов на длинных ножках. Триксер взял один и пошел устанавливать рядом с алтарем.       — Иди сюда, — крикнул чернокнижник и кинул ему фонарик. Он стоял прямо над защитным кругом и сосредоточенно грыз пальцы. — Будешь подсвечивать мне и дашь вот это, когда скажу.       Луи дал Триксеру резиновый жгут. Хотя Кайл понятия не имел, что маг собирается делать, но он приготовился к действию. Чернокнижник мялся, закусывал губу и нервно подхихикивал каким-то своим мыслям. Это раздражало.       — Твою мать, жопа колдунская, ты соберешься или нет? — не выдержал Триксер.       — Да, да. Сейчас, — суетливо закивал Луи.       Он засучил рукава и достал из кармана острый металлический предмет, похожий на стержень ручки, только длиннее. Кайл не сразу сообразил, что это. Чернокнижник облизнул губы. Его руки дрожали, и это добавило волнения и без того настороженному Триксеру. Он приготовился достать пистолет, если эта заточенная штука будет направлена в его сторону. Луи сдул с лица прядь непослушных волос и, зажмурившись, всадил металлический крючок себе в запястье.       — Блять! — взвыл чернокнижник и сложился пополам.       — Твою дивизию! — опешил Кайл.       Чернокнижник, не дожидаясь вопросов, разогнулся и рывком выдернул себе вены. От боли он упал на колени. Кровь брызнула во все стороны. Кайл облизнул губы и почувствовал ее металлический вкус.       — Давай жгут! — прошипел маг.       Кайл протянул резинку. Чернокнижник наложил жгут так, чтобы вместо пульсирующего фонтанчика из раны кровь текла лишь тоненькой ниточкой.       — Челюсть подбери, — буркнул Луи, — и давай свети мне под ноги, я должен видеть, куда падают капли.       Они пошли вдоль защитного круга. Кровь лилась — чернокнижник с каждым метром становился все бледнее. На последних метрах он тяжело дышал и раскачивался, и Триксер начал всерьез опасаться, что маг рухнет замертво. Завершив круг, Луи рухнул на колени и прохрипел:       — Дай руку…       — Что? — переспросил Кайл.       — Мне нужно… восполнить… кровь, — с трудом выговорил маг, — дай руку, дай тебя укусить.       — Что? Нет! — Кайл сделал шаг назад.       — Черт… Вот как с тобой всегда сложно.       Чернокнижник рывком поднялся и, в одно мгновение оказавшись за спиной парня, вонзил ему в шею зубы. Кайл не успел даже заорать. Картинка перед глазами потемнела, и он отключился.

***

      Сознание вернулось вместе с тошнотой. Кайл жадно вдохнул и закашлялся при соприкосновении влажного воздуха с пересохшей глоткой. Шел мелкий дождь. Все лицо было в воде, словно он только что вышел из турецкой парной. Под спиной Кайл ощущал мокрую землю. Охотник открыл глаза: яркий месяц и чистейшее ночное небо в обрамлении из верхушек сосен. Картинка вертелась. С трудом удерживая равновесие, Триксер поднялся на четвереньки. Его сильно штормило. Долбаный вампирский токсин отправил в нокаут его мозжечок.       — Мудило, — прохрипел он, зная, что чернокнижник рядом и слышит его.       — И я рад тебя видеть, — Луи сидел на алтаре и курил. Сигарета трещала от капель воды, курсирующих в воздухе. — Не злись, это было необходимо. Если бы я не восполнил хоть немного крови, то умер бы, а без меня ритуал не закончить.       — Отлично. Я донор. Приятно сознавать, что моя роль в закрытии червоточины не ограничивается тасканием мешков, — хмуро пробурчал Кайл и поднялся.       — Ты важнее, чем думаешь, — тихо сказал Луи, но Кайл его не слышал.       Парень недоумевающе смотрел на звезды.       — Какого хуя? Откуда дождь? На небе ни тучки.       — А как ты думаешь? — усмехнулся Луи.       — Червоточина…       — Она родная, — чернокнижник с полным пренебрежением потушил окурок об алтарь. — Одному богу известно, что сейчас из нее повылезает. Радует, что мы относительно далеко от Неметона.       — В смысле? — нахмурился Триксер. — Почему нас должно это радовать?       — Потому что у Неметона будет твориться главная чертовщина, — Луи закатил глаза, демонстрируя, как ему осточертело все разжевывать, но принялся объяснять. — Сама червоточина там, у школы, — маг махнул рукой вправо, — а сам хаос вместе с сопутствующем зверинцем из демонов и монстров попрет оттуда, — Луи махнул влево, — потому что там притягивающий все сверхъестественное говно пень.       — У Неметона! — глаза Кайла испугано округлились. — Там же Стайлз!       — Да, там Стайлз. Кто-то же должен был туда отправиться за печенью оборотня, это часть его роли в ритуале, — пожал плечами чернокнижник. — Не волнуйся, парнишка справится. Я в него верю.       Чернокнижник похлопал ошарашенного Триксера по плечу и пошел к машине. Маг с сомнением посмотрел на небо, сверяя время, и крикнул Кайлу:       — Не стоит медлить. Когда Стайлз приедет, все уже должно быть готово: с каждой минутой в наш мир приходит все больше и больше хаоса, — с этими словами Луи принялся вытаскивать из кузова что-то громоздкое.       Триксер взял себя в руки и побежал помогать. Каково же было его удивление, когда увидел, что чернокнижник вытаскивает из багажника старые железные носилки. Такие использовали в больницах в прошлом, если не в позапрошлом, веке. Они смущали не столько своим мрачным видом, сколько наличием фиксаторов для рук и ног. Чернокнижник отнес носилки к камням и водрузил их на алтарь.       — Не переживай, это не для тебя, — усмехнулся Луи, видя его смятение.