Второй слой

      Лицо Скотта приобрело виноватый вид. Казалось, он даже немного прижал уши.       — Твой отец… Он хотел сразу с тобой поговорить, но я убедил его, что тебе надо выспаться… — начал оправдываться МакКолл, — он боялся, что с утра его вызовут, как, впрочем, и случилось, а ты сбежишь… В общем, он согласился с условием, что я буду не один тебя сторожить.       — И ты решил выбрать его? Почему? — Стайлз откинулся на спинку стула и отхлебнул остывший кофе, всеми силами стараясь игнорировать присутствие Дерека.       — Ну, он теперь в моей стае, — голоc Скотта прозвучал так, будто он одновременно извинялся и хвастался.       — Дерек теперь твой бета? — усмехнулся Стайлз.       — Да, и ты бы об этом знал, если бы не пропадал непонятно где непонятно с кем, — резонно заметил сам Дерек, нарочито спокойно насыпая себе сахар в кружку.       — Это я непонятно где пропадал? И это говорит человек, который имитировал свое отсутствие в городе! — парировал Стайлз. — Если верить твоему инстаграму, то ты с утра еще жарился на пляжах Мексики!       — Я имею право немного отдохнуть от всех и не устраивать вечеринку по случаю своего прибытия, — Дерек с театральным спокойствием глотнул кофе. Только благодаря волчьей выдержке не выплюнул обратно эту переслащенную жижу, способную отправить слона в больницу с гипергликемической комой. Не подав виду, он аккуратно поставил кружку и, облокотившись на столешницу, продолжил говорить в максимально назидательном тоне: — А ты рассекаешь по ночам непонятно с кем в тонированном внедорожнике и в непонятном состоянии.       — Ладно, — вздохнул Стайлз, — вы тут занимайтесь своими оборотническими делами, а я пойду к себе и подожду отца там.       Стайлз удалился с кухни, оставив Дерека с поднятой бровью, а его нового альфу — с лицом в ладони. Как же Хейл бесил! По большей части он бесил Стайлза сам по себе, но особенно парня раздражала манера Хейла появиться из ниоткуда и залезть в чужие дела с видом спасителя ситуации. «Ведь наверняка не пройдет мимо огарка и этого чудища из морга и разведет бурную деятельность. Вот только этого мохнатого засранца нам не хватало для полного баланса говна с дерьмом, — думал Стайлз, поднимаясь по лестнице в свою комнату, — к вопросу о нас… Где, черт возьми, носит Кайла?».       Стилински посмотрел на часы: все говорило о том, что напарник пропал. Свалить из-под конвоя можно было даже не пытаться: оборотни внизу прислушивались к каждому его шагу. Походив из угла в угол, Стайлз полез за нитками. Раз уж он здесь заперт, то хоть попытается получше разобраться во всем, что произошло. Вечером он поговорит с отцом, Скотт и Дерек свалят, и он сможет отправиться искать Триксера. Главное — чтобы с ним ничего серьезного не случилось… Стайлз замотал головой, отгоняя тревожные мысли.       Стилински порылся в бардаке и нашел запасной комплект ниток, но, подойдя к любимой истыканной кнопками стенке, отказался от этой затеи. Кое-что не стоит показывать даже отцу, даже лучшему другу, даже несмотря на то, что он альфа, особенно учитывая, что он альфа. Стайлз достал мятый листок и, неосознанно покусав кончик карандаша, начал чертить схему.       «Итак, по факту есть четыре жертвы: Мартин, Макс, Роуз, Ви. Макс и Ви живы… пока, — Стилински задумчиво посмотрел в окно, — и что? Получается четыре попытки суицида, из которых только две удачных, мощный ливень — и все? Где портал в ад, восстание зомби, мор скота? Почему ничего не происходит? Червоточина взяла отпуск по болезни?» Стайлз взял карандаш в зубы и заходил по комнате. А что еще случилось в городе? «Кренг», поедающий животных, и вандализм в морге, но это дело рук их с Кайлом, а не червоточины, грозящей миру. «Это еще могилу мистера Харриса не заметили», — усмехнулся Стайлз и сразу стал серьезнее от пугающей догадки, посетившей его. Если они со своей охотой причинили больше вреда, чем червоточина. Что если они стреляют по мухам из огнемета? Да, они никто, пока по их вине не умер ни один человек, но еще не известно, как поведут себя те монстры, которых они выпустили в погоне за чернокнижником.       Стилински побледнел. От потока орущих в его голове мыслей закружилась голова, и он сел на край кровати, запустив пальцы в волосы. Стайлз потянулся к ящику стола, где хранил запасной аддералл, но вспомнил, что его там нет. Парень с надеждой выглянул в окно и облегченно выдохнул: джип, оставленный им на парковке у кладбища, стоял во дворе. Таблетки должны лежать в бардачке. Стайлз вприпрыжку спустился вниз и у самой двери столкнулся с Дереком, перегородившим ему дорогу.       — Куда намылился? — спросил оборотень и сложил руки на груди.       — Не ссы, я к машине, сейчас вернусь.       — Зачем?       — Твою ж мать, Дерек! — закатил глаза Стайлз. — За таблетками, я там их оставил.       — Можешь не ходить, — меланхолично пожал плечами Хейл, — их там нет.       — Как так? Это почему их там нет! — опешил Стилински.       — Твой отец забрал, — как и всегда, Дерек дал исчерпывающий ответ.       — Блять, чау-чау-переросток, ты можешь говорить поконкретнее, — замахал руками Стайлз, — почему он их забрал?       — Он так решил, — отрезал Дерек.       Стайлз взвыл и посмотрел на Скотта, сидевшего на кухне над учебником биологии.       — Я пытался его отговорить, — поджал губы МакКолл, — но он даже не стал слушать. Я так понял, он счел, что аддералл может влиять на твою психику и стоит забрать их, пока все не прояснится… Как-то так.       — Серьезно? — Стайлз в отчаянии опустил руки. — Прекращение приема таких лекарств без контроля врача? Да он сам лучше всех в мире знает, что так нельзя! Он сам мне постоянно об этом твердил!       — Я без понятия, что на него нашло, — развел руками Скотт, — кофе будешь?       — Нет, спасибо, я лучше пойду посплю, пока отец не вернулся. Что-то меня рубит.       «Вот так внезапно взял и решил, что прием аддералла надо прекратить. Эта мысль сама пришла ему в голову. Ага, как же!» — думал Стайлз по дороге в свою комнату. Когда он открывал дверь, его догнал Дерек, уже по его лицу Стайлз сразу понял, кто натолкнул отца на эту идею.       — Я не стал говорить при Скотте, рассказал только твоему отцу… — начал оборотень.       — Да ты прямо образцовый бета! — прервал Стайлз. — Ладно, что ты там ему ляпнул?       — Я рассказал ему про то, что случилось летом…       Этот ответ, мягко говоря, обескуражил парня, он нахмурился, пытаясь понять, о каком событии идет речь.       — И что случилось летом? — Стайлз понимал, как дебильно звучит его вопрос, учитывая, что лето вместе со всем предыдущим годом были на редкость насыщены событиями, которые в корне поменяли его жизнь. Про оборотней и сверхъестественное в Бейкон Хиллс шериф уже был в курсе, и Стилински никак не мог уловить, что именно имеет в виду Дерек и что из произошедшего можно было хоть как-то увязать с аддераллом.       — Я про ту ночь, когда мне пришлось забрать тебя посреди дороги, — продолжил Дерек, глядя на непонимающее лицо парня, — после какой-то вечеринки в лесу.       Стайлз зарылся в глубины памяти. И ведь точно. Как-то летом он отправился вместе с Ви на эпохальный рейв в заброшенной гостинице далеко за городом. Все пошло не так радостно, как хотелось, и он ушел один задолго до окончания упоротым и в расстроенных чувствах. Повинуясь какому-то странному душевному порыву, Стайлз попросил именно Дерека забрать его с дороги и подкинуть до дома. Что, собственно, тот и сделал, и на этом вся история.       — Блин. Дерек, это было сто лет назад! Я давно забыл об этом, как о страшном сне. И, насколько помню, я просил тебя никому не рассказывать.       — Да-да, и грозился вырвать то ли почку, то ли печень, если проболтаюсь. Это было чуть более полугода назад, ты был обдолбан по самое не могу! Вместе с событиями последней недели это говорит о том, что у тебя проблемы с наркотиками… И давно. Это не шутки, Стайлз! — Хейл стал на удивление многословен. — И я думаю, все началось со злоупотребления аддераллом.       — Ты думаешь? — вспылил Стайлз. — Ты что, врач? Или у тебя СДВГ? Блять, да ты же даже не пьянеешь! Что ты можешь думать? Какое тебе дело вообще!       — Ты часть стаи!       — В которой ты состоишь вот уже… Сколько? Сутки хотя бы есть? — поиздевался Стайлз. — Знаешь, если воспринимать стаю как единый организм, где есть мозг, кулаки, сердце, то ты, определенно, ее геморрой.       Стилински развернулся и зашел в свою комнату. Дерек хотел последовать за ним, но ему в лицо сначала прилетел мешочек с аконитовой пылью, а затем вдоль порога образовалась тонкая ниточка рябины. Пришлось отступить.       Прогнав Дерека, Стайлз подошел к стенке и несколько раз несильно стукнулся о нее лбом. Основной проблемой СДВГ для него была бесконечная свистопляска мыслей, в которой терялось действительно важное. Дерек — засранец… Разговор с отцом.. Где Кайл… Червоточина… Червоточина.       Стайлз достал смятый листик со своими каракулями и восстановил по ним ход потерянной мысли.       «Главная проблема — червоточина. Для ее закрытия все и делается. И могила Харриса, и морг, и этот огарок… И собаку Лидии я покалечил ради… — задумался Стайлз, — так, не отвлекаться! Если все это не стоило таких усилий? Если червоточина не так страшна…»       Стайлз посмотрел на то, как солнце в окне медленно клонится к закату.       «И к чему ты ведешь, Стайлз? — спросил он сам у себя. — Хочешь сказать, само рассосется? Ты же видел, кто ее создал. Видел чернокнижника. Видел, что он сделал с бараном».       «Ничего страшного, по сравнению с тем, что сделали с животным мы», — возразил Стайлз сам себе.       «Не суть. Чернокнижник — мужик серьезный, он бы не стал все это мутить из спортивного интереса. Зачем все эти жертвоприношения для червоточины? Чтобы она разродилась сильным дождем?» — Стайлз заходил по комнате. Голова закипела, и мысли в панике начали носиться из стороны в сторону, но Стилински все же поймал за хвост вопрос, в который все упиралось: «Что сейчас с червоточиной?».       Стайлз сел за стол и, сбросив с него ненужный хлам, начал лихорадочно записывать варианты. «Первое: исчезла сама по себе — очень хотелось бы, но вряд ли, и с какой такой радости она должна исчезнуть? Если только она не выполнила свою роль. И это явно не дождь. Может я просто не в курсе, а в лесу уже ждет очередной сюрприз… Так, ладно. Второе: червоточина никуда не делась и скоро даст о себе знать, а сейчас просто антракт. Вполне возможно. Третье: червоточина сломалась? Логично. Если план Кайла сработал, то связь между червоточиной и чернокнижником нарушена и он не может закончить то, что начал», — Стайлз победоносно посмотрел на получившуюся писанину. Три варианта ответа на искомый вопрос дали ему почувствовать, что он вот-вот приблизится к разгадке. «А как ведет себя в таких случаях червоточина? Входит в стазис до востребования? Если верить Кайлу, то точно не исчезает сама, нужно ее уничтожить… Как уничтожить, написано… должно быть, написано в гримуаре… И мы подходим к вопросу дня… Где, черт возьми, Кайл?» — Стайлз бросил карандаш и, закусив губу, с досадой посмотрел на листок. Он пришел к тому, с чего начал.       Голова гудела, как старая трансформаторная будка. Он с размаха рухнул на кровать и развалился звездочкой. Покинуть дом, пока его сторожат оборотни, не было никакой возможности. Единственным вариантом оставалось дождаться отца, который отпустит конвой, и только потом улизнуть на поиски напарника. По непонятной причине Стайлз был уверен, что тот жив.