Мои любимые детки.

В отличие от многих провинций, чьи начальники не могли позволить себе потратить хоть сколько-то много денег на дом или квартиру для воплощения, которые особо там жить и не будут, боссы Новгородского его любили и умели выбивать бюджет. И пусть им не хватило на по-настоящему шикарные хоромы, а жить в Детинце было все же нельзя, новенькая квартира в не менее новом ЖК ждала своего хозяина денно и нощно. Здесь даже как будто кто-то убирался. Или просто никто не сорил. Псков умел привносить живости в любой, даже самый идеальный пейзаж. Разбросанные вещи, смятые одеяла и подушки на всех пригодных для сна плоскостях и прочие приятные сердцу мелочи, делающие из квартиры квартиру, а не выставочный стенд IKEA. Вот только если обычно вокруг было много других сестер и братьев, которые помогали с уборкой и прочим поддержанием дома в чистоте, то сейчас они были вдвоем. И Новгородский явно один не справлялся. - Зачем вообще мыть пол?..- Псковщина валялся на кровати, свесив голову с края так, чтобы видеть брата - пусть и в перевернутом варианте. Старший хмыкнул, поправляя то и дело слетающий крепеж швабры. - Потому что он грязный,- впечатляющая логика не поразила мастера обороны крепостей, и он наморщил нос. - Просто забей... - Я не хочу жить в свинарнике. И тебе тоже стоило бы над этим подумать,- нравоучительно заметил старший, поднимая подушку и бросая ее на ближайшее кресло. Рука постепенно восстанавливалась. С помощью пары не очень лицеприятных шаманских практик, которые провели еще в общем доме, регенерация наконец пошла правильно. Постепенно восстанавливалась кость, сухожилия, уже начинало появляться мясо. Процесс этот был не самый красивый, поэтому Новгородский даже дома носил кофту с длинным рукавом, свободно болтающимся туда-сюда. - Ммн... Похер,- подумал младший вслух. Но чего-то такого Новгород и ожидал, а потому особо не расстроился. Последняя скомканная футболка отлетела на стул, к своим подружкам, а старший торжественно поднял швабру. И стукнул ей об пол. Никого это особо не впечатлило. - И че?- так и не дождавшись торжественной речи, переспросил Псков. - Ты моешь пол. Я не могу сделать это одной рукой,- как будто даже извиняющимся тоном пояснил Новгородский, но его лицо скорее походило на довольное и, совсем немного, ехидное. Псковский страдальчески закатил глаза. - Да нахера...- только начал он, но его прервал стук швабры об пол. - Нахера! А кто вчера на обуви притащил кучу грязи? И ты ходил по всей квартире еще час, пока я тебя не заставил ее снять!- вся выдержка и холодный разум Новгорода, так выгодно выделяющие его среди окружения и внушающие доверие и желание внимать и слушать, пропадали, как только стоило рядом оказаться вечно не такому младшему брату. И если в общем доме еще было немного стыдно ронять свой авторитет, поэтому цапались они обычно в их комнате, то наедине можно было ничего не стесняться. Отсутствие руки также абсолютно никак не мешало. Даже вчера, когда Новгород буквально пинками согнал уставшего Пскова с кровати и отправил снимать уличную одежду и обувь. - А че я виноват, что дождь был?- просто так не собирался сдаваться Псковщина, переворачиваясь на живот, чтобы выглядеть более грозным. Вышло, конечно, так себе. - А кто вообще предложил ехать в этот монастырь, еще и в дождь!?- напомнил Новгородский о том, что инициатива наказуема. Псков недовольно надул щеки. - Я ж тебе помочь хотел!..- буркнул он уже куда тише, отводя взгляд. Новгородский вздохнул. - Я знаю...- он немного помолчал, будто собирался с силами.- Спасибо. Но сейчас ты гораздо больше поможешь, если помоешь пол. Псковщина выдохнул, почти душераздирающе, а потом все же сел на кровати, лениво зевая. - Ладно, давай ее сюда... Не то чтобы у Пскова был богатый опыт в уборке помещений. Но он же великий и могучий, и дальше по списку заслуг. Он как-нибудь справится. Тем более Новгородский вызвался морально помочь, устроившись на кровати с миской черешни. Вялые попытки просто размазать грязь водой по всей квартире были прерваны гневным окликом. Пришлось, закатив глаза, начать работать нормально. Швабра плотоядно чавкнула водой в ведре и начала без энтузиазма скользить по действительно грязному коридору. - Давай, развлекай меня,- буквально через пять минут понял Псковщина, что мытье полов не самое веселое занятие и в гнетущей тишине, нарушаемой только листанием страниц очередной книги и падением косточек черешни в миску, становится еще грустнее. - Мне спеть?- с толикой насмешки предложил старший. Он нашел идеальное положение, в котором было удобно и есть, и страницы переворачивать, и при этом ничего не падало и само не перелистывалось. И терять это положение не хотелось. - Упаси Господь...- хмыкнул Псковщина, размазывая по белому паркету отпечаток кроссовка. Вчера и правда шел дождь, а они неосмотрительно решили поехать загород. Не просто так, конечно, а в один из многочисленных монастырей. И людей проведать, и на всякий случай. Вдруг на намоленной земле рука будет чувствовать себя лучше. Уехали, правда, в ночи, в самый ливень, еле отбившись от доброжелательных и гостеприимных людей и их гостинцев. Ну, большей их части. - Можем обсудить планы на неделю,- пожал плечами Новгородский, закладывая книгу и окончательно отвлекаясь от глубин выдуманных миров. - А мы че-то планировали?..- удивился новоявленный уборщик, победивший пару отпечатков своей же обуви. Ему вчерашних приключений хватило на неделю вперед, да и грешно не воспользоваться таким отпуском и наконец провести его в спокойствии, вдали от семьи. Не то чтобы им не нравилось в общем доме. Но все же отдохнуть, действительно отдохнуть, там сложновато. Оно и к лучшему, чаще всего. Но иногда хочется тишины. - Мы же не будем все... несколько месяцев сидеть дома,- ответно удивился Новгород.- Тут нечего делать. - Спать,- у Пскова всегда было чем заняться без привлечения сторонних ресурсов и мест. Старший скривил укоризненное лицо. - Нет. - Ну в смысле блять нет...- проворчал Псковщина, окуная швабру в ведро с водой и щедро ее там полоская. Уборка не то чтобы пока еще изменила помещение, но надо было продолжать. Особенно если все скатится в драку по выяснению культурной программы. - У меня и день рождения на выходных,- напомнил больной невинным тоном. - Та бля-я-ять...- только вспомнил об этом младший брат, не обремененный желанием запоминать различные даты и регулярно забывающий о том, что их надо помнить. - А потом у тебя через месяц. - Бля-я... Да че такое ваще,- обиделся Псков на календари и условность существования дат в человеческом обществе. И необходимости их отмечать, шумно, с размахом, иногда на несколько дней - и с обязательным присутствием виновников торжества. И если раньше кое-как можно было отмазаться дальностью пути, то теперь, когда они уже в городе, это не прокатит. - ... может не пойдем...- протянул Псковщина без всякой надежды, но наткнулся на взгляд "ты сам прекрасно знаешь ответ" от старшего брата и горестно вздохнул. Ответ он знал, но веселее от этого не становилось. Уборка продолжилась в куда более гнетущей атмосфере. Швабра скользила по полу, как будто стараясь быть тише, чтобы не сердить и без того мрачного уборщика, вода тихо плескалась в ведре, постепенно чернея. Коридор вернул себе первозданный, чистый и модный вид, и постепенно все переползало в большую гостиную комнату. Благо между собой они особо отделены не были. Новгород вздохнул. Ему вроде ничего не мешало вернуться к чтению и поеданию черешни, но обречено-недовольное лицо брата и мрачная атмосфера не давали просто так бросить главного семейного ленивца наедине с мыслями о скорой социальной интеграции. Ну и вина тоже чувствовалась. - Нам не обязательно постоянно быть с начальниками. Отведем официальную часть и пойдем праздновать,- примирительно улыбнулся старший, глядя как ножки кресла безжалостно избиваются шваброй в попытках помыть все хотя бы без перетаскивания мебели. - У тебя оставшаяся рука отвалится, пока ты со всеми там побазаришь,- Псковщина был реалистом. Брат, давно не появлявшийся в своем городе лично, совершенно точно станет мишенью для всевозможных директоров, министров и их заместителей. Дел всегда много, обсуждать их всегда все хотят и даже праздник никого не остановит. - И че ты с рукой сделаешь?- вспомнил младший об еще одной детали быта. Которую не скроешь одеждой подлиннее и не объяснишь простудой или бытовыми травмами. Слишком уж она заметна. - Ну...- Новгородский задумчиво закусил губу.- Можно, конечно, сказать начальнику, но... - Тут начнется ебанная паника вселенских масштабов,- продолжил за него Псков, отжимая бедную швабру. Старший согласно кивнул. Людям все же трудно легко и беззаботно принять подобные увечья и не увидеть в них какой-нибудь дурной знак или что-то вроде того. И даже если от обычных людей скрывался факт наличия воплощений, и для них Новгород был бы каким-нибудь молодым специалистом, заместителем заместителя, вид инвалида в первых рядах мог и подпортить праздник. - Тогда просто надену протез. Или что-то вроде того,- легко помотал Новгородский ладонью. Вариантов у них так и так было немного. - И где ты его возьмешь?- со скептицизмом, но принятием отнесся Псковщина к этой идее, в частности, потому что другого плана и правда не было. Не надевать же куртку или что-то подобное, чтобы скрыть пустоту на месте руки, в летний день. Это будет выглядеть еще страннее. - Куплю, блин,- логично отозвался старший.- Нет. Ты сходишь и купишь. - Да с хуя ли!?- не согласился Псковщина, ударяя шваброй по полу. Истерзанный пластик печально скрипнул. - Потому что,- важно кивнул Новгородский, будто это все объясняло. И ничего больше пояснять не собирался. Младший брат какое-то время пилил его взглядом, явно взращивая в себе идею запустить в наглое лицо шваброй, а может и целым ведром, но потом только нахмурился и поджал губы. Новгородский, чувствующий себя то ли Мордовией в кофточке с вырезом, то ли Сахалином с умильными кошачьими глазками, немного виновато улыбнулся. За свое очарование больного старшего братика он ручаться не мог. - Но это не значит, что мы будем сидеть дома все остальные дни. - Да ты издеваешься?!