Мои любимые детки.

- Ну отдай! Это мое, отдай мне обратно! - Оно мне нужно больше, чем тебе, так что потерпи! - Но это мое!- возмущенно топнула ножкой Марий Эл. Юбки красивого и пышного платья зашуршали, как фантики от конфет. Ивановская область показал ей язык и отвернулся, продолжая любоваться собой в маленькое розовое зеркальце, заодно пытаясь пригладить челку. Его личное зеркало немного разбилось, поэтому он и решил одолжить столь нужный предмет у кого-нибудь другого. - Ивановский, отдай ей зеркало,- вежливо попросил Новгородский, который был решительно против того, чтобы обижали милую девочку-паиньку Марий Эл. Потому что в тихом омуте черти водятся. - Ей оно не нужно,- отрезал парень, который иногда мог быть очень самовлюбленным. Обычно это быстро лечилось ударом кулака по голове, но потом следовала истерика об испорченной прическе. - Ну ты и гнида. Девчонку обидел,- покачал головой Псковский, а потом выдернул зеркальце из рук Ивановского. Тот возмущенно эйкнул, но предмет спора уже вернулся к даме. Марий Эл покраснела, сделала немного смущенный реверанс и убежала, пока не отняли. Лишенный зеркала парень возмущенно засопел. - Слы-ы-ы-ышь...- повернулся Ивановский к смелому спасителю зеркал и дам из беды, возмущенно насупливая брови. - Слышу,- хмыкнул Псковский, упирая руки в боки и глядя на прекрасного, но сердитого брата. Ивановский прикинул в голове насколько сильно ему жалко зеркальце и достойно ли это драки. Голова ответила утвердительно. Драка закончилась только вмешательством отца, который за шкирки растащил спорщиков. Но так как пришел Россия минут через пятнадцать, то общая куча мала насчитывала уже не двоих, а пятерых парней. Все-таки драка - дело коллективное. - Ну и из-за чего вы решили подраться, а?- грозно спросил Брагинский-старший, скрещивая руки на груди. Главные виновники драки, один с фингалом под глазом, второй с разбитой губой, дружно надулись и отвернулись друг от друга. Второстепенные участники склоки, почти что все целые, тоже заинтересовались. - Он мое зеркальце отобрал,- буркнул Ивановский с красивым темно-фиолетовым пятном под глазом, прямо в тон рубашке. Но его это дизайнерское решение не устраивало. - Не твое оно, а Марий Эл,- фыркнул Псковский, вытирая кровь с подбородка от разбитой губы. Сама девушка, обладающая предметом спора, сидела на диване и не могла выбрать, кому ей сочувствовать больше. - Нашли из-за чего ссорится,- покачал головой отец, вздыхая и глядя на двух спорщиков. Ивановский, не согласный с тем, что зеркало недостойно драки за него, надулся. Псковский, который просто не мог оставить в покое брата, врезавшего ему по скуле, вздохнул. Марий Эл виновато закусила губу, чувствуя себя виноватой. - Прости,- буркнул Псковский, закатывая глаза и извиняясь сразу и перед отцом, и перед Ивановским. Однако праведно обиженная сторона без зеркальца извинятся не торопилась и все еще дулась. Россия вздохнул и отвесил неизвинившемуся щелбан, как бы намекая на то, что время не ждет. - Извини,- фыркнул Ивановский, потирая ушибленный лоб. Брагинский-старший разулыбался и щедро обнял обоих спорщиков до хруста в ребрах. Парни окончательно помирились и стали предпринимать совместные попытки сбежать из обнимашек. - А почему нельзя ссориться, папа?- поинтересовался Сахалин, глядя на счастливое лицо отца, который все-таки отпустил спорщиков. Те благодарно и шумно вдохнули свежий воздух и крайне дружно уползли куда подальше от любвеобильного России. - Сегодня День народного единства,- ответил за отца Камчатка, который перочинным ножиком осторожно превращал кусок деревяшки в какую-то статуэтку. Правда, пока никто не понимал, в какую. И творец тоже особо не знал, что он хочет сотворить. - День, когда Польше дали ногой под зад,- захихикал Смоленский, который лично участвовал в этом великолепном мероприятии, правда, не в Москве, а у себя, дома, в осаде. Но тоже было все крайне весело и со спецэффектами. - Вы били дядю Польшу? В этот день нельзя драться!- понял Сахалин, что он чего-то не понял. Сам он при обсуждаемых событиях не участвовал, да и вообще тогда не подозревал, что за пределами маленьких островков есть кто-то живой. - Мы не били, мы... Выгоняли,- подобрал Новгородский более приемлемое для ребенка слово. То, что на самом деле Польшу все-таки били, притом жестоко, знать всем не совсем обязательно. - Потому что он очень сильно засиделся в гостях и никак не хотел уходить,- еще более дипломатично добавила Московская, тоже участвовавшая в данной акции некое количество столетий назад. Сахалин насторожился, потому что чувствовал некую фальшь в этих словах. - Мы все вместе собрались и большим дружный войском выгнали его, чтобы он не борзел,- улыбнулся отец, садясь на диван и сажая ребенка с легким диссонансом себе на колени. Сахалин задумчиво опустил глаза, о чем-то думая. - Поэтому в этот день надо всем дружить?- спросил он, мотая ногами и попадая пятками по дивану. Смоленщина согласно закивал. Он очень любил дружить в этот день с Польшей. Польшу при этом не спрашивали, согласен ли он дружить с кем-нибудь или нет. - Да, и никого из братьев и сестренок не обижать,- Россия зыркнул в сторону недавних драчунов, которые сделали вид, что они тут не при чем и вообще они подушки. - Так что, иди и нарисуй картинку, где все живут в мире,- потрепал Камчатка свободной рукой Сахалина по голове. Впечатлившийся ребенок спрыгнул на пол и убежал на третий этаж, рисовать и мучать Якутию требование длинного листа бумаги. На обычном семья отказывалась помещаться, даже если применялось немного современного искусства и все рисовались в виде муравьев. - День единства в честь дня, когда выгнали врага. И правда немного странно, нет?- поинтересовалась Московская, заинтересовавшаяся такой мыслью, глядя на то, как с любовью и нежностью Псковский подушкой душит Ивановского, рискнувшего ляпнуть, что псковитянин некрасивый. - Что ты хочешь, у нас день рыбака и день отказа от рыбалки тоже в один день,- хмыкнул Камчатка, осторожно вырезая из деревяшки красивый цветок, стараясь не распороть себе пальцы. - Ну, это да...- улыбнулась Московская. Россия, фыркнул, пригреб к себе в объятия всех, кто сидел поблизости и не успел убежать. - Главное, посыл! Ну и обнимашки.