Все исправить

Дни и ночи напролет искала Тауриэль Леголаса. То его видели, вроде бы, там, то где-то в совсем другом месте. Иногда Тауриэль начинало казаться, что Леголас как-то понял, почувствовал, а, может, узнал, что она ищет его, и скрывается нарочно, именно от нее. Она столь настойчиво расспрашивала о нем всех на своем пути, что кто-нибудь мог и доложить принцу — его целенаправленно ищет рыжая эльфийская дева-воин. Несложно было сообразить, какая именно, если ее еще и не узнали вдобавок. Не помогает ли ее возлюбленному запутывать следы некий небезызвестный следопыт? Не сразу, но Тауриэль поняла, что Бродяжник этот, с которым повсюду видели Леголаса, далеко не прост. А потом догадалась, насколько именно. Слухами земля полнится. О том, например, что сказал король эльфов своему единственному сыну на прощание. *** Тауриэль была уже на грани отчаяния, когда оказалось, что в убогой деревушке, которую она едва не пропустила в лесной глуши, Леголаса видели меньше суток назад. Точно его, наверняка его! И его постоянного спутника. Выяснив, куда они направились, падающая от усталости эльфийка понеслась в ту же сторону, загоняя коня. Ближе к утру, чем к полуночи, Тауриэль наконец-то добралась до небольшого городка за обветшалыми стенами. Не встретив Леголаса по пути, она из последних сил уповала на то, что найдет его здесь, на постоялом дворе. Надеялась на это так сильно, что сперва не поверила, когда заспанный хозяин гостиницы, зевая во весь щербатый рот, ответил на ее вопрос утвердительно. Ага, есть тут такие, эльф и человек, блондин с брюнетом, красавчик, каких поискать, и какой-то охламон, не украл бы чего. Он бы им доложил, но не хочет тревожить сон постояльцев. Если дело не срочное и не слишком важное. Госпожа выглядит такой взволнованной, что-то случилось, с ней все в порядке? Побледневшая, как покойница, Тауриэль и кивнуть смогла не сразу. Леголас… Здесь… Она с ним под одной крышей, прямо сейчас! В это было невозможно поверить после всех ее тщетных розысков и неисчислимых, оставленных позади, покрытых летней пылью дорог. Скорее к нему! Нет! Что ей ему сказать?!.. Сотни и тысячи раз Тауриэль прокручивала в голове их первый после всего произошедшего разговор. Сейчас же все, что она помнила наизусть, разом вылетело у нее из головы. Ей вдруг стало так страшно, что она едва не развернулась и не бросилась прочь изо всех оставшихся сил. Как ей взглянуть ему в глаза, как сделать хотя бы одно только это?! И как ей хотелось этого! Увидеть его, еще хотя бы только один раз! Хоть издалека, напоследок! Нет и еще раз нет! Не для того она искала его! А для того, чтобы попросить простить ее… Отступать нельзя… И ни в коем случае нельзя показаться перед любимым парнем в таком кошмарном виде! Да она своего принца запахом конского пота сразит еще сильнее, чем своим появлением! И это не говоря о том, что творится у нее на голове! Как начнут сыпаться беды, так скопом, но и везение складывается одним к одному. В печи был котел со все еще не остывшей водой, а у хозяина жена почти такого же роста, как Тауриэль. Правда, отнюдь не столь же изящного телосложения. Впрочем, выбирать больше было не из чего — за те же деньги здоровяк-трактирщик с радостью уступил бы эльфийке хоть свои штаны с рубахой. Которые смотрелись бы на ней еще более нелепо. Обе худенькие служанки были значительно ниже Тауриэль. Эльфийку лихорадочно трясло. Ей казалось еще чуть-чуть, и она сорвется обратно во мрак безумия. Бывшего не так давно ее убежищем и единственным спасением. Она могла бы думать до самого утра следующего дня, так же не придумав, что сказать при встрече тому, кто пошел ради нее так на многое, не получив в ответ хотя бы слова благодарности. Когда волосы Тауриэль подсохли и были расчесаны, утро было уже не за горами. Будить Леголаса она, конечно же, не собиралась. Не самый лучший способ завязать беседу, и уж тем более трудный, тяжелый разговор. Ноги сами вдруг так и понесли ее к комнате, на которую показал хозяин. Она так долго его искала! Так хотела увидеть! Он так близко сейчас! Она только взглянет на него, впервые за столько горьких лет, чтобы потом чувствовать себя хоть немного увереннее… Где же та прежняя ничего не страшащаяся Тауриэль… Как все изменилось с тех пор… Как мог измениться Леголас, которого она знала и помнила… *** Тихонечко приотворив дверь, Тауриэль едва тут же с грохотом не захлопнула ее обратно. Потому что в то же мгновение столкнулась взглядом с Леголасом. Сидевшим на подоконнике распахнутого окна и смотревшим до ее появления на усыпанное тускнеющими звездами небо. Он обернулся на звук. Но остался неподвижен. Не произнес ни слова. Молчала и Тауриэль, не двигаясь с места и, казалось, забывшая как дышать, не то, что говорить. — Что же ты, — отстраненно проговорил Леголас негромким тусклым голосом, при звуке которого у Тауриэль навернулись слезы и больно защемило в груди. — Заходи.