Иной путь

На рассвете небо окрашивается в бронзовый цвет, будто истекая кровью. Вместо утренней прохлады лицо обдувает тёплый ветер с запахом гнили. От него появляется желание спрятаться в помещении и хорошенько прочистить желудок. Вряд ли когда-нибудь удастся привыкнуть к такой вони. Над головой лениво плывут тучи, предвещая скорый дождь. Тёмно-серые, они ярко контрастируют с небом. Хочется света, ощутить на себе частичку тепла, но ещё неокрепшее солнце скрывается под чёрной тучей. Оно слабое, оно холодное. Кажется, это совсем не то солнце, которое светило до апокалипсиса. Ли сидит на пороге, в его руках Клементина. Он не знает, сколько часов они находятся тут. Руки мужчины устали держать тело девочки, её голова откинута назад. Вся рубашка Ли вымазана кровью и первым делом он думает сменить имеющиеся у него вещи. Старые в нескольких местах порваны и висят на нём лохмотьями. Ли держит Клементину, сквозь одежду чувствуя холод её тела. Он знает, что ему надо похоронить девочку и от этого внутренности словно скручиваются в тугой узел, а на душе становится горько и противно. Прощания всегда давались ему тяжело. До зомби-апокалипсиса Ли мало кого терял, но даже тогда, на похоронах он стоял дальше всех, не зная, какую речь можно произнести перед родственниками и друзьями усопшего. Нечто неприятное покалывает его изнутри. Ли чувствует, как боль с каждой секундой набирает обороты. Она обжигающая, готовая поглотить его в свою бездну с головой. И если его попросят описать свою боль, он ответит, что она чёрная. Жгущая. Беспощадная. Внутри него ветры бушуют сильнее, чем в Антарктиде. Они пытаются убить его изнутри, но убивать уже некого. Ли и так чувствует себя уже слишком мёртвым. Раньше у него было всё, теперь у него нет ничего. И никого. Рядом. Он находит лопату в кладовой, когда первый лучик света прорывается сквозь хмурое небо. Ближе к полудню Ли выкапывает небольшую яму позади дома. Их история с Клементиной достигает финального аккорда. Ли до сих пор не верит в смерть девочки, ему кажется, что она вот-вот очнется, и они вновь отправятся в путь. Без Кенни, без пугливого Бена, без сварливой Кристы и добродушного Омида. Вдвоём они могли бы проделать огромный путь к спасению, но теперь их не двое. Ли навечно обречён быть одиноким. Ему хочется навсегда запомнить образ Клементины. Ли смотрит на нее, жадно впитывая её юные черты. Где-то в потайных глубинах своей души он понимает, Клементину больше не вернуть. Он никогда не увидит её, не услышит её голоса и звонкого смеха. И от этого ему становится тяжело дышать, а мир, кажется, сейчас рухнет у него под ногами. Ли относит Клементину к выкопанной ямке, она мёртвым грузом повисла на его руках. Когда-то она была живой. Но теперь это просто тело. Ли осторожно кладёт девочку в могилу и замечает, как из её кармана торчит уголок глянцевой поверхности. Эверетт хмурит брови, желая побороть внутреннее любопытство, но рука наперекор мыслям тянется к девочке, вытаскивая из кармана толстовки обрывок фотографии. В глазах мужчины отражается изумление, а затем острая боль проходится по всему телу, раскрывая недавно затянутые раны. Над головой слышатся раскаты грома, а затем на его лицо падает первая дождевая капля. Сейчас погода плачет вместо Ли. У него уже попросту не осталось слёз. Клементина хранила его фотографию всё это время, а он не знал. — У меня нет ничего твоего, малышка, — сдавленно шепчет Ли, возвращая находку обратно в её карман. Он вспоминает об её рюкзачке, который остался в отеле. Слабый огонёк надежды воспламеняется внутри его души, Эверетт почему-то уверен, что родители Клементины должны были взять её фотографии. Отель, возможно, заполнен ходячими, но это нисколько его не тревожит. Однажды Ли уже пробивался сквозь толпу с молотком и осколком стекла. Пробьётся и в этот раз. Главное не медлить. Мужчина с горкой берёт земли на лопату, но его руки вздрагивают и всё сыпется обратно. Он медлит, а затем с неописуемой яростью начинает закапывать могилу. И понимает. Что всё должно было произойти иначе.

***

После похорон он бродит по городу, вооружившись найденным топором. Он убивает встречного ходячего точным ударом в голову и нисколько не морщится, когда тёмная кровь мертвеца брызгает ему на лицо. Ли зачем-то обшаривает труп, но в карманах нет ничего полезного. Две банковские карты и разрядившийся мобильный телефон. Ли поднимается на ноги, собираясь отправиться дальше, как вдруг через улицу слышится звон колоколов. Он замирает, а затем со всех ног мчится туда, роняя на бегу топор. — Молли! Их пути пересекаются возле обгоревшего дома. Молли чуть ли не сбивает Ли с ног, но вовремя останавливается и во все глаза смотрит на него. Мужчина отвечает ей тем же взглядом и замечает, что на ней другая одежда: вместо красно-чёрной толстовки на ней короткая кожаная куртка. Вместо тёмной заколки — ярко-розовый ободок со смешными мордочками котят. Молли удивлённо приоткрывает рот, а затем качает головой: — Не может быть! И подходит к мужчине ближе. Они обнимаются как старые друзья. И плевать, что они знакомы несколько часов, максимум сутки, сейчас эта встреча неожиданно-приятная. — Я думала, вы покинули Саванну на лодке, — бормочет она и Ли слышит, как её голос вздрагивает. Молли отстраняется и осматривает улицу в надежде увидеть кого-то ещё, а затем удивлённо спрашивает: — А где Клементина? Ты оставил её в доме? Хватает несколько секунд и Молли обо всём догадывается. Её взгляд мгновенно меняется. Вместо радости в её серо-голубых глазах Ли видит сожаление и тоску. — Ли-и-и, — шепчет она, свободной рукой зажимая свой рот, подавляя приглушённый всхлип, а второй обхватывает мужчину крепче, и прижимает к себе. — Мне так жаль. Они стоят так некоторое время, даря друг другу поддержку. Затем размыкают объятия и озираются по сторонам. Вдалеке слышатся приближающиеся хрипы ходячих. Молли достаёт из своего рюкзака ледоруб, а затем пятится назад. — Пошли со мной, — предлагает она, — я обитаю в небольшом помещении возле Кроуфорда. Эверетт кивает в знак согласия и следует за девушкой. Возвращаться в дом, позади которого была похоронена Клементина, не было никакого желания.

***

Молли расположилась в однокомнатной квартире на втором этаже. Все вещи были перевёрнуты вверх дном, кроме низкого столика, двух кресел и дивана. Всё остальное разбросано или разбито. Ли наступает на треснувшую рамку, где некогда находилась чья-то фотография, и морщится, слыша скрежет стекла. В помещении темно и холодно. Но здесь безопаснее, чем под открытым небом. Единственный источник света — заколоченные окна, но на улице пасмурно и квартира погружена в полумрак. Между деревянными досками видна река и взгляд Ли застывает на посеревшей воде, вспоминая, как Кенни хотел найти лодку и куда-то уплыть. — Я не понимаю, зачем здесь заколочены окна, — подаёт голос Молли. — Вряд ли местные умеют летать. Мужчина молчит. Он никак не реагирует на слова собеседницы, погружённый в собственные раздумья. Если бы у его группы был план… Возможно, все бы остались живы, по крайней мере большинство из них. А теперь никого нет, кроме него самого. Молли выкладывает на стол крекеры, одну банку рыбной консервы и бутылку с водой. Девушка ловко вскрывает металлическую крышку ножиком, а затем окликает мужчину. Эверетт садится напротив неё, ощущая сильный голод. Он берёт пластиковую вилку из рук Молли, а затем приступает к трапезе. — Почему вы не уплыли? И где лодка сейчас? Расскажи мне. — Тихо просит она, обмакивая кончик крекера в консервное масло. Ли рассказывает ей всё: и про разговор с Верноном, и про исчезновение Клементины, и про то, как его чуть не укусил ходячий, который прятался возле мусорного бака. Он рассказывает, как после логова Вернона они вернулись обратно и обнаружили исчезновение лодки и оставленную записку. Правда голос Ли вздрагивает, когда он описывает смерть Кенни и Бена. А когда история доходит до момента, где он пытался спасти Клементину, его начинает трясти. Молли перебивает его, пытаясь как можно быстрее сменить неприятную для него тему: — Что собираешься делать? В смысле… Ты меня понял, — девушка раздражённо передёргивает плечами, пытаясь разрядить нагнетающую обстановку. И у неё это выходит. Совсем чуть-чуть. — Хочу найти её фотографию. У неё была моя. У меня же ничего не осталось. Я думаю, её родители должны были взять несколько. Это единственное, что будет напоминать мне... о ней. Молли задумчиво смотрит на собеседника, переваривая его слова. Еда комом застревает у неё в горле, а глаза начинают пощипывать слёзы. Она почему-то отворачивается и быстро моргает. Наверняка ей знакомы чувства Ли, когда-то она потеряла младшую сестру — единственного близкого ей человека. Клементина же была для мужчины приёмной дочерью. — Отель большой и обыскивать каждый номер долго и рискованно. Но я пойду с тобой, — отвечает Молли, печально улыбаясь. — Клементина спасла мне жизнь в Кроуфорде. Она была славной малой. Их разговор прекращается, когда город погружается во тьму. Они не знают, как поддержать беседу дальше и поэтому замолкают. Молли зажигает три свечи, а затем покрывает блекло-красным одеялом пыльный диван. — Ложись сюда. Чем раньше встанем, тем быстрее разыщем нужные фотографии. А потом я хочу покинуть этот грёбаный город. Ты со мной? Ли кивает и ложится на диван. Он внимательно наблюдает за горящей свечой: она издает еле слышное потрескивание и причудливо искажает тени на стене. Завтра они найдут фотографии, а затем покинут это место. Место, которое отняло у Ли его группу: самых близких и дорогих ему людей. Саванна теперь навсегда будет ассоциироваться с кровью и щемящей болью. Этот город оставил уродливое клеймо в его памяти, такое Эверетт не забудет никогда. Он не спрашивает у Молли, куда они пойдут после отеля. Он принимает предложение девушки без возражений: вдвоём путешествовать намного легче, чем одному. Но Ли немного настораживает то, что девушка так легко приняла его. Насколько ему помнится, Молли покинула их группу незадолго до произошедших событий. Она привыкла выживать в одиночку, и мужчина не знал, каких сюрпризов от неё стоило ожидать. Ли бросает быстрый взгляд на Молли. Девушка свернулась в позе эмбриона на раскладном кресле, её длинная чёлка падает на закрытые глаза. При тусклом освещении свеч она выглядит совсем юной и хрупкой, но Ли знает, что это не так. Молли сильная и приспособлена к выживанию намного лучше, чем он. Они могли бы многому друг у друга научиться, наверняка Эверетт знает то, что Молли ещё не известно. Или наоборот. Он думает об этом, а затем качает головой. Ли мысленно клянётся, что больше никогда не привяжется к кому-то настолько сильно, как это случилось с Клементиной. Каждая смерть приносила свои плоды: из-за многочисленных потерь его сердце кровоточило, но после гибели маленькой девочки оно раскололось на две части. И теперь одна половина была зарыта там, в холодной земле, вместе с Клементиной… Он возвращается к её смерти снова и снова. Эти мысли не дают покоя, от них не спрятаться. И уснуть Эверетту удаётся лишь тогда, когда на столе догорает последняя свеча.