Иной путь

— Нам нужен план. Днём Ли раскладывает оружие на небольшом столике. Всё что у него есть — пистолет без патронов и лезвие ножа. Рукоятки нет и Ли сложно припомнить, где именно он потерял её, а само лезвие достаточно острое; вероятность нанести больше урона себе, нежели противнику. Днём Ли завтракает стаканом воды и крекером. Еды осталось мало, да и обделять Молли нет никакого желания. Вчера он неплохо перекусил, но пора отдать девушке должное: всё же она искала припасы для себя, а становиться нахлебником Эверетт не собирался. Днём Ли всё чаще думает о Клементине, и эти мысли постепенно тащат его на дно. Он винит себя в смерти маленькой девочки, ведь если бы не его оплошность, она была бы живой. Ошибки прошлого смертельной хваткой впиваются в его подсознание и провоцируют внутри обжигающую ярость. Ему хочется рвать и метать, да только проку от этих действий, к сожалению, не будет. А ещё Ли злится на Молли. Она не разбудила и не взяла его с собой на вылазку в один из чудом уцелевших магазинов. Эверетт терпеливо дожидается её в квартире и молчаливо приветствует. Его холодный взгляд цепляется за Молли и останавливается на царапине на её лице. Та тянется от носа до конца щеки, рана свежая, но неглубокая; Ли вздыхает. Молли же не обращает внимания на его недовольство, её настроение приподнято, и она практически порхает по комнате. А когда Ли озвучивает слово «план», беспечно отвечает: — Ну, — лениво протягивает Молли, параллельно расстегивая молнию на рюкзаке и доставая оттуда найденные припасы, — мы отвлечём местных звоном колоколов, пойдём в нужный отель и найдём фотографии. Ничего сложного. Она выкладывает возле оружия небольшую стеклянную бутылку с оранжевым соком, две пачки чипсов и батончик мюсли в шоколадной глазури. — Это не похоже на план, — Ли трёт виски, словно у него разболелась голова. — План должен быть продуманным до мелочей, от начала до конца, со всеми возможными неудачами и потерями. Если что-то пойдёт иначе, у нас должна иметься иная альтернатива действий. Молли пожимает плечами. — Будем импровизировать. — Мы и делали, что импровизировали! — в порыве гнева кричит Ли, взмахнув руками. — К чему это привело?! Я потерял дорогих мне людей, потерял группу! Я потерял Клементину, — его голос срывается. Он прочищает горло и уже упавшим тоном задаёт вопрос. — Разве этого недостаточно?.. Девушка скрещивает руки на груди и недовольно щурит глаза. Ей не по нраву такое обращение к себе, но в данный момент Ли плевать хотел на её чувства. Безрассудство Молли к их непростому делу озадачивает мужчину, он не одобряет её безразличия к сложившейся ситуации. Она ещё несколько секунд буравит Эверетта колючим взглядом, а затем произносит: — Хорошо. Но в следующий раз не ори на меня, ладно? Если хочешь на ком-то выместить гнев, гнилые на улице идеально подойдут для этого. Вместо извинений он хмурит брови и немного грубо вопрошает: — Почему ты не разбудила меня? — Спасибо, Молли, что дала мне выспаться, — пародирует его голос девушка, и натянуто улыбается. — Не за что, Спящая Красавица. А вообще, когда в последний раз ты отдыхал? Мне не хотелось будить тебя, тем более, я решила устроить небольшую вылазку в затерянный магазинчик. Всё же я знаю Саванну намного лучше, да и сонный ты только бы путался у меня под ногами. — Теперь мы — группа, — с нажимом напоминает ей Эверетт. — Мы должны действовать сообща. — Эй, перестань мною командовать! — повышает тон Молли с вызовом глядя на него. — Если я предложила тебе руку помощи, это не значит, что ты должен отдавать мне приказы. Я привыкла действовать сама по себе, так что будь добр, не строй из себя лидера. Сейчас это тебе не к лицу. Ли вздыхает. Он старается держать себя в руках, но контролировать злость тяжело и практически неподвластно. Мужчина на грани срыва, только Молли, кажется, этого не замечает. Его раздражение передаётся и ей, движения девушки становятся резкими, а выражение лица — хмурым. Она хватает находки, садится в кресло и вальяжно закидывает ноги на журнальный столик. Молли открывает сок, делает глоток и морщится. Мужчина с интересом читает надпись на этикетке. — Отстойный, — фыркает девушка, вытирая рот рукавом. Ли усмехается. Судя по выражению её лица, она «любит» морковный сок. Эверетт терпеливо ждёт, пока Молли перекусывает пачкой чипсов. Она указывает ему на вторую пачку, мол, бери не стесняйся, но Ли отмахивается. А когда протягивает ему батончик, он вовсе игнорирует её предложение. Молли закатывает глаза и убирает мюсли в карман, а затем кидает бутылочку «отстойного» сока на дно рюкзака. После трапезы Молли вытирает руки салфеткой и осматривает выложенное оружие, поджав губы. — Давай уже найдём эти фотографии, — бормочет она, убирая отросшую чёлку назад. Молли вынимает сложенную карту из бокового кармана рюкзака. Она раскладывает её на столе, а затем тычет в нужный отель. Ли сосредоточено ищет рядом церковь, но ближайшая находятся приблизительно в двух милях от здания. — На Булл-стрит есть церковь, сначала доберемся до неё. Оттуда выйдем на Восток-Бэй-стрит и прямиком до Дрейтон-стрит, а там надо будет идти прямо, что, конечно же, невозможно. Думаю, если мы будет перебираться по крышам, это может сохранить нам жизни, но… так мы угробим много часов и только к вечеру сможем добраться до отеля. Кста-ати… — палец Молли останавливается на зелёном квадрате, под которым обозначена либо площадь, либо парк. Её лицо проясняется, а кончики губ растягиваются в улыбке, когда она продолжает. — Неподалёку от этой площади тоже есть колокола. Раньше это место было моим любимым, оттуда открывается прекрасный вид. Ну, открывался раньше. — Кто-то должен отвлечь ходячих, — озвучивает вслух свои мысли Ли, качая головой. Ему не хочется разделяться с Молли, но другого выхода нет. Если они постоянно будут держаться вместе, к добру это не приведёт. Ли поддерживает желание девушки, ему тоже не терпится как можно быстрее найти нужные фотографии и покинуть опустошённую Саванну: в городе появилось слишком много ходячих и осталось мало продовольствия, выживать здесь тяжело и бессмысленно. Потом они смогут встретиться у назначенного места. За Молли Ли нисколько не переживает, зная, что она сильная и выносливая. С ней ничего не случится. Наверное. — Не говори так, будто меня здесь нет, — недовольно кривит рот девушка. — Намёк понятен. Я отвлеку местных, а ты направишься прямиком в отель. За её фотографией и остальными вещами. — Возле отеля был автомобиль. Если в баке остался бензин, мы сможем уехать на нём. — Значит, мы пойдём по названному мною маршруту, поднимемся на колокольню номер один, потрезвоним в колокола, потом перелезаем на крыши и добираемся на них до точки «Б», а после я покину тебя, свернув в сторону площади. Пока я буду добираться до церкви, ты спрячешься в одном из магазинов. Как только толпа пройдёт мимо, ты выйдешь и направишься в отель. Если вдруг не услышишь звон через минут... двадцать, тебе придётся действовать одному. Не глупый, сам что-нибудь придумаешь. Встретимся в ювелирном, он сбоку от отеля. Дверь закрывается изнутри, там есть плотная решётка. Она немного приоткрыта, и мы без труда сможем попасть в магазин. У Молли необычайно серьёзное лицо. Она на некоторое время замолкает, а затем продолжает: — И, кстати, ты думал, как отыщешь нужный номер? Отель огромный, ломиться в каждые комнаты и всё обыскивать долго, верно? На ресепшене должен быть специальный журнал… или… иная хрень, где записываются имена посетителей и номер комнат. Ты же знаешь фамилию семьи Клементины? — не получив ответа, Молли вздыхает. — Зашибись. — Я знаю, как звали её мать. Думаю поискать по инициалам, а там видно будет. Не у всех же имя начинается на «Д», — предполагает Ли, а затем хмыкает. — Вот видишь, иногда ты можешь думать головой, а не другим местом. — Да иди ты, — фыркает Молли и отворачивается, но Ли почему-то уверен, что девушка улыбается ему в ответ. — Собирай свои манатки и на выход, — добавляет она.

***

Они передвигаются быстро и бесшумно. Из оружия — шило и ледоруб, но последний, естественно, принадлежит Молли и делиться оружием она не собирается. На крайний случай у них есть по пистолету с тремя патронами в каждом, но вряд ли это поможет. Только наделает много шума и привлечет ходячих. За углом они встречают скрытней и чудом проскальзывают за ограду здания, оставаясь незамеченными. Ли слышит, как Молли облегченно вздыхает, когда шайка местных, а именно так называет их девушка, проходит мимо. Мужчина замечает, как пальцы Молли, окольцовывающие ледоруб, подрагивают от напряжения. Они сидят в засаде какое-то время, но потом выбираются, двигаясь к пожарной лестнице. Ли забирается по ней первым, на всякий случай, если на крыше их подстерегают ходячие. И не ошибается, зомби действительно блуждает по крыше многоэтажного здания. Всего их пять, все перебиты, кроме одного: у него отсутствует кисть руки и Ли вздрагивает. Ограждение на крыше достаточно высокое, ходячий мертвец не может через него перелезть. Сколько времени он находился тут неизвестно, тело трупа прогнило и испещрено почерневшими царапинами и выступающими венами. Заметив Ли, ходячий издаёт хищный рык, переходящий на стон и медленно движется к потенциальной жертве. Эверетт сжимает в руках шило, вытягивает руку вперёд и хватает скрытня за лоскуты одежды. Металлическая игла легко протыкает гниющую кожу, а когда достигает мозга, умерший валится вниз. Ли вынимает шило из виска без каких-либо трудностей, Молли оказалась права насчёт этого недооценённого оружия. Топор было бы тяжелее извлечь, а в таких ситуациях нужно действовать незамедлительно. Молли поднимается следом за Ли, но когда она заходит за ограду, мужчина успевает расправиться с ходячим. Девушка закрывает нос рукой, запах действительно отвратителен: разлагающиеся трупы — не самый лучший аромат. Она бегло осматривает остальные тела и качает головой, ничего полезного не осталось. А затем её взгляд останавливается на чём-то. И она замирает. Ли из любопытства смотрит в ту же сторону. На поверхности крыши выведена надпись, от которой на лбу выступает холодный пот. Зловещие буквы белеют при свете солнца, от них становится жутко, и атмосфера отчаяния и безысходности ещё сильнее давит на подсознание. Выхода нет. Мы пали. Ладонь Эверетта ненароком касается руки Молли, но девушка как ошпаренная отскакивает в сторону. Она пытается улыбнуться, но улыбка не выходит и ей ничего не остаётся, кроме как прошептать: — Нужно идти дальше. До первой колокольни они добираются быстро, каждый молча переваривает свои мысли.

***

Улица пустынна, но где-то поблизости слышны хрипы ходячих. Ли вздрагивает, когда у него под ногой с громким хрустом ломается ветка. Молли останавливается позади мужчины, снимая с лица найденную ранее повязку. На лбу девушки подсыхает багровая кровь скрытня вперемешку с капельками пота, кожаная куртка и прочая одежда покрыты грязью. Молли разводит руки в стороны, якобы прощаясь. Ли вспоминает их утренние распри, и волна стыда окатывает его с головой. Он не должен был кричать на неё, всё же не она виновата в минувших происшествиях. Но вспоминать былой инцидент в данный момент бессмысленно. Если Молли и обижается, то ей мастерски удаётся скрывать чувства под толстым слоем маски безразличия. Они зачем-то обнимаются, наверное, это стало их некой традицией. Молли обшаривает свои карманы, проверяя наличие нужных вещей, и отстраняется от Эверетта. — Что же, мы с Хильдой вынуждены покинуть тебя. Ненадолго, — она вытаскивает из рюкзака ледоруб и размахивает им по воздуху, расправляясь с невидимым противником. — Я буду звонить так долго, пока не соберу возле церкви всех местных в округе. А ты к тому времени постарайся добраться до отеля. — Я буду бежать, пока у меня не отнимут ноги, — обещает он. Молли молчит и отходит в сторону, направляясь к стене. Она цепляется ледорубом за выступы и ловко карабкается по кирпичному зданию. Когда девушка достигает крыши и взбирается на неё, Ли кричит ей вдогонку: — Береги себя! Молли, не оборачиваясь, отмахивается рукой. Когда её силуэт исчезает из вида, Ли движется дальше, минуя разграбленные магазины с выбитыми стёклами. Прятаться в них нет никакого смысла, нужно найти место меньше и безопаснее. За весь путь он убивает около шести-семи ходячих, его силы на исходе. Он не представляет, как доберётся до отеля, но это его не пугает. Если ему повезёт, он найдёт продукты питания. Если нет, до завтрашнего дня точно продержится. А там видно будет. Небольшой газетный ларёк с железной дверью идеально подходит под укрытие. Ли заходит туда и озирается по сторонам. Помещение маленькое и тесное, рассчитанное для одного человека. Ходячих внутри нет, небольшое окошко прилавка закрывается, а из образовавшейся расщелины можно наблюдать за происходящим. Ли располагается на полу, предварительно закрыв за собой дверь, и восполняет силы небольшой передышкой. Он почему-то уверен, что Молли без труда проберётся к церкви, расчистив ему дорогу. Эверетту повезло: путь до прилавка был свободным, но впереди была огромная толпа гнилых. Пробиться сквозь неё в одиночку или даже с группой просто нереально. Звон колоколов уведёт мертвецов в другую сторону, а значит, появится шанс добраться до отеля, расстояние до которого было чуть меньше мили. Ли зачем-то суёт руку в карман, и каково же его удивление, когда в ладонь впивается мягкая обёртка тех самых мюсли в глазури, которые с утра ему предлагала Молли. Скорее всего, ей удалось незаметно подкинуть батончик в карман, когда они прощались. Ли закатывает глаза, но в душе он благодарен за еду. Он думал, что Молли никогда не привыкнет выживать с группой, но проявление такой заботы — первый шаг к успеху. Возможно, когда-нибудь они поладят и не будут ссориться так часто. Но что-то подсказывает ему, что эту девушку не изменить. Спустя пару минут слышится колокольный звон. Молли всегда добивается своего.