Судьба

      В ушах невыносимо звенела тишина, но иногда было слышно, как с потолка капает конденсат, и какой-то шорох за пределами клетки. Здесь – в сыром подземелье было жутко темно, но Микаса за эти дни успела привыкнуть. Она различала решетку, которая ограждала ее от другой части подземелья, где был выход. Она видела старый рваный матрац в углу, какую-то тряпку, которая наверняка должна была служить ей одеялом, какую-то непонятную выбоину в стене, не известно для чего предназначенную. Также девочка не раз видела пробегающих по тому самому матрацу и тряпке огромных крыс, каких-то неизвестных ей жуков, и что было самым отвратительным – это дальняя стена ее камеры – покрытая множеством слизней.       Где-то в глубине этого непроглядного мрака пробивался лучик света. В ясные дни он весело играл на стене, но практически ничего не освещал, в пасмурные – еле-еле просачивался сквозь небольшую щель. Но благодаря этому лучику Микаса знала, сколько дней, и сколько ночей она уже здесь находится.       За все время, которое девочка провела в подземелье, к ней никто не спустился. Она ела твердый кисловатый хлеб, который обнаружила неподалеку от матраца спустя несколько часов после своего пробуждения – пила воду из фляги, которая лежала рядом с хлебом.       На четвертый день ее пребывания в этом ужасном месте, где-то далеко, за пределами видимости тяжело скрипнула дверь, а по коридору луной прокатились отголоски шагов. С каждой минутой они становились громче, и вот уже вдали показался яркий луч света, на который стало больно смотреть, и Микаса поспешила отвернуться.       Вскоре перед ее камерой появился не знакомый человек, в одной руке он держал старую лампу – в другой какой-то сверток. Мужчина молча присел на корточки перед решеткой, и положив на пол сверток достал с кармана ключ, которым поспешил открыть дверь камеры. Не зная чего ожидать от этого человека, Микаса забилась в угол и старалась даже не дышать. Войдя внутрь, мужчина оглянулся по сторонам, казалось, он не заметил затаившуюся девочку.       Микаса продолжала плотно вжиматься в стену, будто та могла спасти ее, но внезапно она почувствовала что-то мягкое, скользкое и холодное, касающееся ее шеи. Не контролируя своих действий, девочка закричала, подорвавшись с места и пытаясь что-то стряхнуть с себя. Со стороны входа в камеру послышался приглушенный смех, и Микаса замерла, окутанная страхом. - Хах, а я, было не поверил Шадису, что у нашего графа тут закрыта мелкая азиатка. – Самодовольно протянул мужчина.       В темноте Микаса не могла различить какие-либо черты лица или другие особенности внешности ее посетителя, но в его манере говорить, в голосе, можно было расслышать те же скользкие нотки, что и в манере разговора графа. Мужчина приблизился на несколько шагов к углу, в котором стояла девочка, и та сразу же почувствовала запах порошка, что доносился от его одежды, перед глазами сразу запрыгали картинки-воспоминания ее пребывания в доме Кенни Аккермана. - У тебя глаза светятся как у загнанного зверя, наверное, тебе не пришлись по вкусу крысы – снова самодовольная ухмылка – а ты в курсе, что граф до сих пор не встает с постели, он потерял благодаря тебе много крови, и вообще чуть кони не двинул. Хотя я был бы не против такого исхода, ну да ладно – он говорил эти слова абсолютно спокойно, будто благодарил Микасу за ее старания, а сейчас еще и медаль вручит с грамотой в придачу. – Я вот одного не могу понять – как восьмилетняя сопля чуть не убила такого… такого, как он? – Мужчина сделал еще шаг вперед и стоял почти впритык к девочке. – Не поведаешь?       Микаса тихонько сползла по стене, нащупывая маленькой ручкой хоть что-нибудь, с помощью чего можно будет постоять за себя. Вопросительно наблюдая за действиями девочки, мужчина простоял так несколько секунд, затем с силой схватил ее за грудки и поднял по холодной стене на уровень своих глаз. - Ну?! Чего молчишь? – встряхнув почти невесомое тельце азиатки закричал мужчина. В его глазах читалось раздражение, а зубы скрипели, так он их сжимал.       Девочка смотрела на своего обидчика спокойно, в ее глазах лишь разливались волны холода, и никаких эмоций. Левой рукой она схватилась за руку обидчика, крепко впиваясь в нее маленькими ноготками, а правая ее рука безвольно обвисла. Спустя еще несколько минут «игры в гляделки», Микаса с силой, что еще осталась в ее хрупком тельце стукнула мужчину по голове правой рукой, в которой крепко зажимала не большей камень.       За матерившись, мужчина отпустил девочку, и отошел в сторону на несколько шагов хватаясь за голову, не дожидаясь пока он придет в себя Микаса что есть силы побежала вперед. Ее ноги заплетались на каждом шагу, сказывался недостаток пищи, воздуха и света, сердце так бешено колотилось, что заглушало все звуки в округе. - Дрянь мелкая! – Заорал мужчина, хватая беглянку за руку. Особо не церемонясь, он с силой ударил девочку по лицу, а затем в живот, азиатка со стоном опустилась на колени, мрак вокруг стал еще гуще. Подхватив Микасу под мышку, мужчина направился к выходу из подземелья.       Как оказалось, был полдень, весеннее солнце уже достаточно хорошо приблизилось к холодной земле и начало греть. Слуги, сновавшие по коридорам замка туда-сюда, не обращали внимания на мужчину, с головы которого струилась темно-красная жидкость, а под мышкой безвольно висело тело маленькой девочки. - Развлекаешься Найл? – произнес мужчина, появившийся с одной из многочисленных дверей расположенных вдоль стен коридора. Из-за его спины появились еще двое – Мы пришли к твоему боссу, не подскажешь, где он может быть? - Я как раз к нему направлялся, Дитрих, можешь идти за мной. – Прошипел в ответ Найл, и незамедлительно продолжил свой путь, остальные покорно последовали за ним.