Забытая магия

– Алистер, как ты мог! Ты отправил их в пасть к древнему богу и не сделал ничего, чтобы их отговорить! - Андерс был настолько в ярости, насколько это вообще возможно. – Скажи мне, как я должен был остановить Элизабет Кусланд? Связать? Не подчинится прямому приказу? Ты забыл ее характер, маг! Она не меняет своих решений, – Алистер старался сохранять спокойствие, правда, получалось плохо. Руки Андерса были объяты синим магическим огнем, и Алистер опасался, как бы не пришлось прибегнуть к своим способностям. – Отговорить ты ее не пробовал, а, храмовник? Забыл, что случилось там, у стены? А недавний бой ты тоже забыл? Кто знает, сколько там еще этих тварей! – Андерс, один только тот факт, что ты недавно спас мне жизнь и помог освободить Элизабет, не дает тебе права ставить под сомнения ее приказы, равно как и мои, раз уж меня назначили главным. Так что успокойся. Ждем двое суток, потом идем за ними. Андерс хмуро кивнул. Алистер был прав. Из-за страха за Хоук целитель забывал обо всем на свете. Ему надо заботиться о пациентах. Через двое суток отряд либо вернется, либо они последуют за ним. – И раз уж ты взял себя в руки, – продолжил Алистер. – То не мог бы ты мне немного рассказать о Веллане. –Что именно тебя интересует? – Видишь ли, перед самой атакой она появилась в лагере в виде иллюзии... – Что?! И вы молчали?! – Почти сразу на нас напали, потом ты был занят, потом спал, – сделал успокаивающий жест Алистер. – Новостей, как всегда, две. Первая - Перворожденный это не Думат и не какой-то другой бог, это что-то вроде генерала в армии, как и Веллана. Вторая – полагаю, это Велана виновна в том, что никто не почувствовал порождений тьмы и теперь мы должны быть начеку каждую секунду. – Ясно. Ну, чисто теоретически, есть заклинания, способные внушать желания и чувства. Может, есть и нейтрализующие их, не знаю. О Веллане могу сказать мало. Ставит себя выше других, ненавидит людей, разговаривает так, как будто делает одолжение. Очень сильный маг-целитель, я многому у нее научился. Так же сильна была и в боевой магии. Я пытался найти с ней общий язык, но не получилось. Вкратце все. – А ее магия точно была эльфийской? – В каком смысле? Она создавала очень интересные заклинания, я о таких не то что не читал, но даже не слышал. Что хорошо в круге магов, так это то, что там дают неплохую магическую базу. Алистер кратко пересказал магу рассказ Велланы о найденных древних свитках, в ответ маг пожал плечами – мол, все может быть. *** Отряд, ведомый Элизабет, шел уже несколько часов. Хоук тайно надеялась, что в этой части Глубинных Троп порождения тьмы попросту кончились. Ну сколько их здесь может быть? За последние несколько суток они истребили в общей сложности по меньшей мере тысячу этих тварей. Элизабет, шедшая впереди, немного сбавила темп, Хоук поравнялась с ней и вопросительно взглянула на командора. – Хоук, ты ни чего не чувствуешь? – В каком смысле? – В прямом. Сил прибавилось, по телу странная легкость... – Не знаю, – Хоук прислушалась к собственным ощущениям. – Пожалуй, да. Есть такое. – А между тем, гномам нашим нехорошо. Хоук обернулась. Действительно, лица рудокопов посерели и они нервно теребили свои бороды на ходу. – Мы уже близко, – продолжила Кусланд. – В дневнике описывались симптомы, которые мы сейчас наблюдаем у гномов. Как только их начнет выворачивать наизнанку, надо будет отправлять их в лагерь – благо, путь назад чист, дотопают. – А на нас почему не действует? – Из-за скверны, полагаю. Хотя боюсь, нам ни в чем нельзя быть уверенными. Через сотню метров один из гномов зашатался и упал без сознания. Кое-как приведя рудокопа в чувство, Хоук вопросительно взглянула на Элизабет. Та кивнула. – Возвращайтесь в лагерь. Сами дойдете, или все же отправить с вами кого-нибудь? – Его пение оглушительно, – прохрипел гном. – Уже совсем близко. Что с нами, Страж -командор? Я добываю лириум двадцать лет и первый раз со мной такое. – Это не обычный лириум. Отправляйтесь в лагерь. Сент помог гному подняться, и два рудокопа, пошатываясь, отправились в обратный путь. – Я знаю, что у гномов своего рода иммунитет к лириуму. У людей его нет, нас должно было уже погубить его влияние - особенно Бренна, как наиболее чувствительного. А мы, напротив, полны сил. Что происходит, командор? – спросил Сент. – Я чувствую, как магия переполняет меня. Такое бывает, когда перепьешь лириумных зелий… Что ты нам не рассказала? – поддержал его Бренн. – Я сказала то, что вам нужно знать! Мы идем на разведку к святилищу древнего бога. Его логово расположено в залежах проклятого лириума. Как он действует на гномов описано, но как действует на остальных неизвестно. Порождения тьмы, например, его не боятся, из-за скверны, полагаю. Мы, естественно из-за нее же, также не боимся. Но как только кто-то почувствует себя плохо, доложить мне. Все! Идем дальше! – резко ответила Кусланд и зашагала вперед. – Слышал я, что Страж- командор обладает крутым нравом, но чтоб настолько, – пробормотал Сент, ни к кому не обращаясь. Хоук исподтишка посмотрела на воина. «Явно из знатного рода», – подумалось ей – осанка, манера говорить, держать голову высоко поднятой… Наверняка сын какого-нибудь банна, судя по характерному выговору – коренной ферелденец. Чуть старше Хоук, не более чем на пару лет, темные волосы, ярко синие глаза смотрели ясно и с какой-то насмешкой. Сент почувствовал ее взгляд и обернулся, послав ей легкую улыбку. Хоук смутилась и отвела взгляд, переключив свое внимание на Бренна. В отличие от Сента, маг ей не нравился. Что-то в его поведении не давало Хоук покоя. Хотя в бою он проявил себя великолепно – эта его стена из огня позволила им победить. Андерс тогда еще поразился этому заклинанию, и выразил желание изучить его. Бренн явно не был ферелденцем, скорее он из Орлея – на эту мысль натолкнул Хоук его мягкий акцент. Тут Бренн тоже, видимо, почувствовал ее взгляд и слегка замедлил свой шаг, позволяя девушке обогнать его и пристроиться справа от Элизабет, на шаг отставая от нее. Соответственно, Сент оказался по левую руку Хоук, чем мужчина не преминул воспользоваться, заведя с ней разговор о всяких пустяках. Через несколько минут ходьбы стены пещеры начали меняться - то тут, то там в породе начали попадаться светящиеся синеватые кристаллы, свет от стен становился все ярче и стражи потушили свои факелы за ненадобностью. Все они чувствовали небывалый прилив сил и странную эйфорию. Бренн начал насвистывать веселую песенку, Сент расточал Хоук комплименты, Хоук улыбалась Сенту, отвечая любезностью на любезность. И только Элизабет старалась усилием воли сохранять серьезность. То, как вел себя ее отряд, ей не нравилось. Она догадывалась о подобном варианте развития событий. Еще немного - и ее спутники начнут сходить с ума от счастья и радости. Надо было поворачивать. Ее злило, что они уже так близко к месту назначения, а им приходится прекращать путь. Пары лириума почему-то действовали на нее слабее остальных. Обернувшись, Кусланд еще раз осмотрела отряд, шагавший чуть ли не вприпрыжку за ней. Бренн развлекался тем, что пускал разноцветные искорки и те плясали в воздухе, рисуя разные узоры; Хоук и Сент, кажется, вовсю строили друг другу глазки – Андерса на них нет. – Стоять. Разворачиваемся и идем назад! – рявкнула командор. Отряд молча повернулся и так же весело зашагал в обратном направлении. Они отошли достаточно далеко назад, до того места, где кристаллы лириума уже не встречались в стенах. Элизабет зажгла факел и, для верности пройдя еще метров сто, остановилась. – Привал, полчаса! – объявила она. – Бренн, ты как? – Великолепно! – ответил маг радостным голосом, – а когда мы пойдем назад? – Скоро, – нахмурилась Элизабет. – Ты можешь снять головную боль? – С удовольствием! – Бренн сделал легкий пас рукой и боль ушла. – Спасибо! – облегченно ответила Элизабет, и повернулась к Сенту и Хоук. Те все так же любезничали друг с другом и сократили дистанцию до минимума – так и до поцелуев и чего посерьезней недалеко. Если бы подобная ситуация развивалась в нормальных условиях, Элизабет и не подумала бы вмешаться, а так надо было что-то делать. – Сент, отойди от Хоук, – приказала она. Сент наградил ее удивленным взглядом и ответил, улыбаясь: – Ни за что! Оставить в одиночестве столь прекрасную девушку... – Сент, это приказ! – резче повторила Кусланд. Сент даже не повернул к ней головы. Скачком преодолев разделявшее их расстояние, Элизабет встала между ним и Хоук. – Назад! – О, Элизабет, ты ревнуешь… Как мило. Не бойся, меня хватит на двоих, – улыбнулся мужчина. – Что? – взревели обе девушки хором. Услышав голос Хоук, Элизабет обернулась. С лица девушки сползало счастливое выражение, кажется, разум возвращался к ней. – Хоук, какая ты ревнивая, – проворковал Сент, обходя Элизабет. Хоук отпрыгнула от него, выставляя вперед руку. – Не подходи ко мне. Блин, голова раскалывается! Бренн, если ты наигрался со своими шариками, избавь меня от этой кошмарной боли. Маг, который в этот момент жонглировал маленькими светящимися шарами, сделал быстрый пас рукой. – Спасибо! – кивнула Хоук. – О, к тебе, кажется, вернулась способность мыслить! Вовремя, теперь надо привести в чувство ловеласа и циркача, – проворчала Элизабет. – Что случилось перед тем, как у тебя заболела голова? – Не знаю, все как в тумане. Мне было хорошо, пока ты нас не прервала, – покраснела Хоук. – Я слегка обиделась, когда ты встала между нами, потом, когда Сент предложил тебе присоединиться, заревновала и разозлилась. – Ага, а я злилась на ваше поведение. Ну, попробуем разозлить их, – без дальнейших рассуждений Элизабет, резко развернувшись, нанесла удар Сенту прямо в челюсть. Тот отшатнулся, потом, придя в себя через секунду, застыл на месте. Желая усилить эффект, Элизабет осыпала его крепкими ругательствами. Сент взревел и кинулся на Элизабет, но был сбит с ног Хоук и прижат к полу. – Голова болит? – поинтересовалась Кусланд. – Да – удивленно ответил Сент. – Какого демона ты творишь, Элизабет? Нет, Хоук не вставай, мне нравится. Но Хоук поспешно соскочила с него и отошла подальше, покраснев. –Теперь будем злить мага, – вздохнув, сообщила Элизабет. – Зачем? – спросил Сент. – Злость каким-то образом приводит всех в чувство. Есть идеи? – Дай факел, – проговорил Сент. – Бренн гордится своей бородкой, пригрожу подпалить ее. Когда он займется мной, хватайте его. Желательно до того, как он превратит меня со злости в кучку пепла. – Заметано, – кивнули девушки.