Дневники

Мне как-то не по себе. И грустно... Грустно, потому что я чувствую, что оба моих ребенка отдаляются от меня. Дэнни никогда почти ничего не рассказывает мне о своей жизни, о своих друзьях, своих отношениях с Сэм... Ладно уж, что он молчит про призрачную половину, про истории с призраками, тут его можно понять: после всего, что мы с Джеком говорили о призраках вообще и о самом мальчике-призраке, не так-то просто себя пересилить и поверить в то, что теперь все несколько иначе. Да и Джек, ой, Джек мой, нет-нет, да и ляпнет что-то не то, после чего Дэнни точно язык прикусит. Так что по этому поводу и ждать-то нечего от него... А вот о своей остальной жизни ему наверняка есть, что рассказать, не может такого быть, чтобы у подростка не было сильных переживаний. Я вспоминаю себя в восемнадцать лет - это же какой-то водоворот эмоций, чувств, всё крутится перед глазами, бесконечно куда-то несется... Не понимаю даже, как я тогда жила. И вроде бы уже в то время начала интересоваться призраками, но это не мешало быть занятой еще множеством вещей, причем большая часть из них - мелочи, но казавшиеся такими важными!. Просто не могу поверить, что так было, как можно так жить... Уверена, что у Дэнни сейчас тоже самое. И ему наверняка хочется с кем-то этим поделиться. Конечно, он наверняка рассказывает своим друзьям об этом, но любой ребенок придет к родителям со своими проблемами, если считает, что они могут ему помочь. А раз Дэнни молчит, значит считает, что проку от нас не будет. И это только наша вина. Как-то так мы себя повели, что-то мы так сделали, что наш родной сын считает, что мы, его родители, не можем ему ничем помочь. Но что?! Ведь я всегда старалась понять его, старалась дать совет, уберечь его от всего плохого! Что я могла сделать не так?! Он закрылся от меня, как будто он мне безразличен! А я всегда, всегда думала о том, как он там, как у него дела, что у моего Дэнни в душе... Он же не может думать, что я не пытаюсь его понять, ведь я так к этому стремлюсь, что этого нельзя не заметить! Ой, что-то у меня мысли уже путаются... Всегда делаю записи перед сном, вечно как-то странно пишу, потому что уже голова плохо работает... Ну а Джесс... Об этом мне даже говорить не хочется... Она еще дальше от меня, чем Дэнни. Говорят, что дочь всегда ближе к матери, а если в семье мальчик и девочка, то он тянется к папе, а она - к маме. Не знаю, как где, но для меня все не так... Я вижу, что Джесс воспринимает меня, как какую-то растяпу, неумеху, видимо считает, что женщина должна быть совсем другой. Но что я могу сделать? Да, я, бывает, забываюсь, когда занимаюсь призраками, бывает, что ни о чем другом и не думаю в это время. Что я могу сказать, если быть до конца честной, то иногда я уходила в нашу с Джеком работу настолько глубоко, что не удиляла детям должного внимания. Как вспомню тот дикий случай на Рождество... Но неужели меня нельзя простить?! Неужели моя любовь к ней не перекрывает всего этого?! И разве я мало хорошего для дочери сделала?! Да нет, я не считаю себя великолепной матерью, но почему она так холодна ко мне, почему? Да, я такая, какая я есть, но ведь я ее мать! Разве этого недостаточно? Я стараюсь, конечно, виду не подавать, не знаю, почему... Но мне давно хочется поговорить с Джесс об этом. Я пыталась, но ничего не вышло. Я уже и боюсь пробовать, потому что то, как она оттолкнула меня от себя, было... что бояться, я все равно пишу для себя... это было даже не грустно и не обидно, как бывает, когда я пытаюсь поговорить с Дэнни, а он закрывается, это было просто больно! С каждым днем все эти мысли гнетут меня все больше и больше. Честно сказать, плохо представляю, что делать... Может быть, посоветоваться с кем-то? Но с кем? Ох, Джек, ну почему ты, похоже, всего этого просто не замечаешь и я остаюсь одна?