Впотьмах

С утра Вадим собрал немногочисленные вещи брата, убрал в чехол стоявшую в углу гитару и помог Глебу одеться. Спустившись с ним на улицу, он уложил сумки в багажник, усадил младшего в машину, пристегивая ремень безопасности и, обойдя автомобиль, сел за руль. - Вадь, а снег уже выпал? - Нет еще, одни лужи кругом, но, надеюсь, к новому году выпадет. - Я не хочу новый год, - младший тихонько вздохнул, борясь с подступающими слезами, но все-таки не выдержал, и негромко взвыл, словно новорожденный котенок. Вадим, уловив печаль брата, прижался лбом к его лбу, перехватывая своим дыханием очередное всхлипывание Глеба. - Пока ты не видишь, я буду твоими глазами. Спрашивай меня обо всем, а я, в свою очередь, постараюсь не забывать комментировать вслух все, что происходит вокруг. Глеб одарил брата благодарственной улыбкой и поцеловал его. - Спасибо. - И вот еще что, - тихо произнес Вадик, поглаживая младшего по щеке. - Перестань благодарить меня за каждую ерунду, а то я обижусь. - Ладно, - рассмеялся Глеб. - А теперь поехали домой. Вадим негромко включил радио, и плавно тронулся с места. Поездка по московским пробкам заняла около часа, и младший успел задремать под тихие звуки музыки и планомерное урчание мотора. Проснулся он в тот момент, когда машина остановилась в очередной раз. - Долго еще, Вадь? – Глеб повернулся в сторону брата. - Нет, приехали… Я думал ты спишь, поэтому ничего не говорил, чтобы не разбудить, - он мимолетно скользнул взглядом по лицу младшего. - Ты устал? - Нет. Просто есть хочу, - ответил Глеб, слегка выпрямляясь в сидении. - Сейчас припаркуюсь, и пойдем. Буду кормить тебя. Младший услышал, как стих мотор и, нащупав пальцами замок ремня безопасности, ловко отстегнул его и также, на ощупь, открыл дверцу. Сильный порыв ветра сдул с Глеба дремоту, растрепал его волосы, попытался проникнуть за шиворот. - Черт, холодно как, - поежился младший, втягивая голову в плечи. - Ты просто в машине нагрелся, - Вадим достал из багажника вещи брата, нажал на брелок сигнализации, и подошел к Глебу. – Давай мне руку, а в другую возьми гитару. - Вадь, а ты все там же живешь? – спросил младший, выполняя просьбу Вадика, забирая у него гитару и вкладывая свою руку в ладонь старшего. - Ага. Идем, - старший подсказал брату, когда будет бордюр, когда ступенька перед подъездом. Мозг Глеба четко следовал голосу Вадима, позволяя ему без особого труда преодолеть расстояние до лифта. - Мне всегда нравилось у тебя, - произнес младший и тут же опустил голову вниз. - Жалко только, что я не увижу ничего. Вадим утешительно сжал дрожащие пальцы брата. - Ты вспомнишь. Я почти ничего не менял, не переставлял. Поднявшись на лифте на седьмой этаж, Вадик открыл квартиру, заводя младшего в теплое помещение. - Запах все тот же… Твой… - Глеб прижался ладонями к стене просторного коридора. - Да? – удивился старший. - Я ничего такого не чувствую. - Ну, правильно, ты же живешь здесь, - ответил Глеб и потянул вниз молнию куртки. Вадим помог ему снять верхнюю одежду и переобуться. - Помнишь куда идти? Глеб на несколько секунд замешкался, пытаясь извлечь из памяти картинку квартиры брата. - Сразу направо кухня, прямо до конца ванная… - вспоминал младший. – До конца и налево большая комната, направо – спальня, а вот тут… - Глеб сделал несколько осторожных шагов по коридору, скользя одной рукой по стене, а вторую выставил вперед, и свернул направо. – Твой кабинет, да? - Все правильно, - улыбнулся Вадим, придавая своему голосу ободряющие нотки и сглатывая ком горечи, который снова встал в горле от вида беспомощного брата. - Я думаю, тебе будет удобнее в спальне, а я переселюсь в кабинет, у меня тут шикарный диван. - Нет, Вадь, - возразил младший. - Я не хочу, чтобы ты из-за меня менял свои привычки. - Глеб, но мне наоборот так будет удобнее, и не надо будет перетаскивать рабочий стол в спальню. - Ну, тогда я могу в большой комнате жить. - Малыш, спальня намного уютнее и она теплее, ты же мерзнешь постоянно. Глеб осторожно шагнул в кабинет брата, руками ощупывая стены и мебель. - Диван будет слева, - подсказал Вадим. - А тебе точно будет удобно здесь? – младший нащупал диван и сел на него, откидываясь на мягкую спинку. - Точно, не волнуйся за меня, - Вадик раздвинул шторы, впуская тусклый ноябрьский свет в комнату и, сев к брату, ласково взъерошил его волосы. - Давай помогу тебе переодеться и пойду, приготовлю нам чего-нибудь поесть. - Я с тобой посижу на кухне, ладно? - Я только рад буду. Пока Вадим занимался приготовлением яичницы с помидорами, младший грелся, обхватив ладонями кружку с горячим имбирным чаем. - Вадь, а ты долго уже один? - Долго… - Вадик добавил в сковороду к обжаренному луку порезанные помидоры. - Я развелся через полгода после «Нашествия». – Боль от последнего концерта «Агаты», черной немой тенью снова легла на его сердце. - И тебе не было одиноко? – голос Глеба прозвучал тихо и немного растерянно. Вадим обернулся на брата, который в этот момент был похож на потерявшегося птенца. - Было, - таким же приглушенным шелестом ответил он. - Я иной раз на стену лез от тоски. Но постепенно примирился с одиночеством, научился жить с ним. Глеб притих, осознавая свою вину, сжался в комочек и попытался исчезнуть. - А ты? Когда ты расстался со своей… как там ее? – вдруг спросил Вадим, продолжая готовить. Младший кисло улыбнулся. - Она меня бросила, когда я в больницу попал, даже не зашла ко мне ни разу, передала через Снейка, чтобы я шел нахуй. - Значит, не любила. - Нет, конечно. Я это и так знал, - признался Глеб. - Но я же спалил ее квартиру на Автозаводской, которой она так гордилась, с окнами, выходившими на стадион «Торпедо». - А ты сам любил ее? – Вадим с трудом сглотнул подступивший к горлу ком душевной муки. - Ты о чем, Вадь? – вопрос старшего удивил Глеба. - Она мне нужна была, чтобы фанатки особо не лезли. А потом, я ведь жил в ее квартире, что тоже удобно было, вот только готовить она ни хера не умела. - Мрачно добавил он. - Ну, это заметно по твоему внешнему виду, - Вадик окинул взглядом худющую фигуру брата. - Ага. Я даже привык не хотеть есть. - Теперь будешь отвыкать, - Вадим поставил перед братом тарелку, предварительно порезав яичницу на небольшие кусочки, вложил ему в правую руку вилку, а в левую – кусок хлеба. – Приятного аппетита. - Спасибо, - Глеб поднес вилку с едой ко рту. – Вкусно. – Произнес он, попробовав. - Я рад, что тебе нравится. - А ты ешь, Вадик? - Да, уже сажусь… - Вадим поставил сковороду в раковину и, залив ее водой, сел напротив брата. - Вадь, ты можешь смотреть телевизор, новости там всякие, или еще что, а я просто послушаю. - Не хочется, Глеб… Может, вечером посмотрим… - и тут же осекся. – Ну, то есть, послушаем. – Взгляд вновь наткнулся на глаза младшего, затянутые марлевой пеленой, и сердце сразу сковало болью. - Знаешь, мне Костя приносил несколько аудиокниг, но я их уже все переслушал, - голос брата заставил Вадима отвлечься от собственных переживаний. - Ты мне сможешь еще что-нибудь купить? - Конечно, без проблем. Сейчас доедим и выберем вместе в интернете, завтра уже и привезут. - Здорово. Несколько минут прошли в полной тишине, но не тяжелой, а наоборот, умиротворяющей, которую нарушали лишь легкие позвякивания столовых приборов о тарелки. Глеб наслаждался вкусом, такой, казалось бы простой, но приготовленной с любовью, еды. - Вадик, надо еще ключи Снейку передать от той квартиры, - неожиданно сказал он. - Не волнуйся, я позвоню ему, пусть приезжает и забирает, - успокоил брата старший, подняв глаза от своей тарелки. - Только я не хочу с ним разговаривать. - Тебе и не придется, - сказал Вадим вслух, а сам мысленно уже представил всё, что скажет Хакимову при встрече. Глеб тем временем доел и отодвинул от себя тарелку. - Всё, я наелся, больше ничего не хочу, - младший провел ладонью по столу и, нащупав руку брата, крепко сжал ее. – Спасибо. - А чай еще будешь? - Чай… да, можно, - подумав пару секунд, согласился Глеб. Минут через двадцать братья устроились на диване в кабинете Вадима. Старший расположил на коленях ноутбук и, зайдя на сайт одного из интернет-магазинов, зачитывал Глебу вслух названия аудиокниг. Остановились они тогда, когда количество выбранных дисков приблизилось к двадцати. - Хватит, Вадь, а то я тебя разорю, - смеясь сказал Глеб. - Не разоришь, - добродушно улыбнулся Вадик, оформляя заказ. - Их можно было бы, наверное, скачать… - Но лучше купить. Не беспокойся, на это у меня денег хватит. Младший встал, потягиваясь, и не спеша прошелся по периметру комнаты, касаясь руками стен, мебели, штор на окнах, исследуя, вспоминая. - Вадик, а когда тебе на работу? – спросил он, вернувшись к дивану. - Я еще не решил, надо подумать, - старший отложил ноутбук, и взял руки брата в свои. - Я не хочу оставлять тебя одного. - Не бойся, я быстро привыкну, где тут что, и постараюсь не слишком загадить твою квартиру. - Нашу квартиру, - поправил Вадим брата. – Теперь нашу, да и не в этом дело. Я просто не хочу, чтобы ты был один. Несколько секунд Вадик что-то обдумывал и, внимательно посмотрев на Глеба, спросил: - Как думаешь, ты мог бы ездить со мной на студию? - Не знаю, - рассеянно отозвался младший, пожимая плечами. – А что я там буду делать? - Ты будешь со мной. А что делать – решим. - У тебя же там встречи с разными людьми, Вадь… Я не хочу, чтобы на меня смотрели, как на обезьяну в зоопарке, - губы младшего на мгновение искривились, но он смог вернуть им форму тонкой натянутой линии. - Глеб, ну что ты такое говоришь, никто не будет на тебя так смотреть. Тем более, у меня там есть вторая комната, помнишь? – тихо, с какой-то ностальгической ноткой в голосе, проговорил Вадим. - Будешь прятать меня, как прокаженного? – голос Глеба надломился, сердце кольнуло болью, и он почувствовал внезапную дрожь. - Черт… - Вадиму стало не по себе, слова младшего словно кнутом хлестнули его. - Я не это хотел сказать. - Прости, прости, это я глупость сморозил. Ты и так стольким для меня жертвуешь, - за неожиданной вспышкой гнева на Глеба накатило чувство вины, ведь если бы не брат, он находился бы сейчас в полной заброшенности, в одиночестве чужой квартиры. - Я согласен, Вадь, согласен ездить с тобой. - Ладно, обсудим это позже, - ответил старший, озабоченно глядя на брата своими карими глазами, в глубине которых плескалась молчаливая нежность. - Я подумаю, как лучше сделать. А пока пойду позвоню Хакимову, - Вадим поднялся, отыскивая глазами свой телефон. Младший тоже встал с дивана. - Включишь мне телевизор в большой комнате, я послушаю что-нибудь? - Конечно. Пойдем, - Вадим хотел взять брата за руку, но Глеб отстранился. - Я сам, - уверенно произнес он. - Я должен научиться всё делать сам. Глеб осторожно прошел до конца коридора и, свернув в просторную комнату, почти сразу нащупал мягкое кресло и устроился в нем. - Ты хорошо ориентируешься, - заметил Вадим, включая телевизор. - Я стараюсь, - немного нервно улыбнулся младший, вытирая заблестевшие в уголках глаз слезы. - Но это невероятно трудно, Вадь. - Понимаю, но ты все равно молодец, - Вадик ласково коснулся руки брата. - Если замерзнешь, скажи мне, я принесу тебе плед. - Ага, - Глеб накрыл своей ладонью руку старшего. - А ты посидишь со мной? - Сейчас несколько звонков сделаю и приду. *** Глеб уснул под звук работающего телевизора, свернувшись клубком в кресле и, обхватив себя руками. В этот момент он выглядел совсем ребенком, спрятавшимся от своего горя за ширмой целительного сна. - Глебка, Глебушка, - Вадим наклонился к младшему, легонько трогая его за плечо. Младший отрывисто всхлипнул и заворочался в кресле, просыпаясь, возвращаясь в реальность. И тут же попытался затолкать ее подальше, чтобы не захлебнуться собственными мыслями. - Пойдем, я помогу тебе лечь в постель. - Прости, я уснул, - сонно произнес младший в ответ на мягкий голос брата. - Ничего. Видимо передача была очень интересная, - улыбнулся Вадик. - Ага, про то, как уберечься от вирусов в холодное время года и вырастить лимоны в домашних условиях. - Актуально, - рассмеялся старший. - Пойдем, давай руку, - и тут же пальцы младшего ощутили тепло ладони брата. Он встал и кротким ягненком проследовал за Вадимом в свою комнату. - Ложись, - старший помог Глебу улечься и откинуться на подушку. - Вадик, а здесь есть ночник? - Есть, а что? - Можешь его включать на ночь? Я не хочу спать в полной темноте, – Глеб понимал, как глупо это звучит, учитывая данные обстоятельства, но сам факт того, что в комнате есть источник света, немного успокаивал его расшатанную психику. Вадим включил ночник, и мягкий свет рассеялся по темной комнате. Он снял с младшего одежду и бережно укрыл его одеялом. - Вадик, а какой свет от этого ночника? - Голубой. - Цвет надежды… - И утешения, - Вадим подоткнул одеяло. - Спокойной ночи, малыш. - И наклонился, чтобы поцеловать брата в лоб. Его запах, его настоящий запах без обертки, теплыми воспоминаниями проникал в кровь. - Я не буду закрывать двери ни в твою, ни в свою комнату, если что, зови меня, хорошо? - Да, - младший понизил голос. – Вадь… - Что? – прошептал в ответ старший. Глеб немного замялся, но так и не решился произнести слова, которые рвались с языка. - Спокойной ночи, Вадик. - Спи, родной. - Я люблю тебя, - неожиданно прошептал Глеб уже выходящему из комнаты брату и затих, испугавшись собственного голоса. - А я тебя, - душа старшего рванулась было к Глебу, но Вадим переборол желание прижаться к младшему всем телом, дабы ощутить его дыхание ближе, чем правильно. Уложив брата, и сварив себе крепкий кофе, старший еще долго сидел перед компьютером, штудируя статью за статьей о слепоте, изучая отзывы о глазных клиниках, сравнивая рейтинг лучших офтальмологов Москвы и делая пометки в блокноте. Лишь к трем часам ночи, когда мысли начали путаться, а почерк стал менее разборчивым, он захлопнул крышку ноутбука, на секунду заглянул к брату в комнату и, убедившись, что тот спит, сам также отправился в постель. Проснулся Вадим от резкого глухого удара и тут же рывком сел в постели. Тихий возглас брата вмиг стер с него сонливость. - Господи, Глебка, - старший включил свет и метнулся в коридор. Глеб стоял, согнувшись пополам, привалившись к стене. Вадим подхватил брата, осторожно поддерживая его руками. - Вадь, я немного не туда пошел, мне в туалет надо. - Не волнуйся, давай я помогу тебе, - старший проводил Глеба до туалета. – Надо было сразу меня позвать. – В голосе Вадима сквозило беспокойство. - Я просто спросонок не сразу понял, где нахожусь, прости, - ответил младший и, покраснев от смущения, немного нервно спросил: - Ты не смотришь? Вадим усмехнулся про себя стеснительности брата, но, тем не менее, отвернулся. - Нет, не смотрю. В старшем снова шевельнулась жалость к Глебу. - Ты не ушибся? - спросил Вадим, когда брат вышел из туалета. - Нет, почти нет, - рука младшего доверчиво легла в ладонь брата. Вадим проводил Глеба до кровати. - Ляг со мной, Вадь, - тихо попросил младший. – Пожалуйста. Вадим лег к брату, обнимая его со спины. Пальцы прошлись по теплой коже младшего, задержались на его плечах, растирая их, перебрались на шею и спустились к лопаткам. Глеб тонко вздохнул, чувствуя, как разогревается кровь, как окунается тело в ласковые ладони старшего, хотя в свои действия Вадим не вкладывал ни намека на двусмысленность, а действовал скорее по наитию. Глеб глотал слезы, понимая, что ничего не прошло, что он, как и прежде любит тепло брата и еще сильнее любит его любовь. Внезапно старший уловил, как ритм дыхания Глеба изменился, и прервал массаж. Облака стали рассеиваться, мягко опуская Глеба с небес на землю.