Everything will change.

Наконец, Луи подъезжает к дому. Их дому. Он быстро загоняет машину в гараж и вновь радуется, что никто не обнаружил его. Кончено, Луи уже привык к постоянному контролю со стороны фанатов, но сегодня был важный день, сегодня он только для Гарри. Парень все еще сидит в машине, зная, что Гарри уже слышал, как он приехал. Проходит пара минут, прежде чем Луи, наконец, выходит, захлопывая дверь. Он заходит в дом, испытывая легкое волнение, в ожидании реакции Гарри. Иногда тот бывал непредсказуем. Луи поднимается по лестнице, удивляюсь тому, что Гарри не встретил его, не спустился вниз. Парень заходит в их спальню, чуть было не захлопнув дверь, но тут замечает Гарри, мирно лежащего на большой кровати. Луи медленно подходит к кровати, стараясь не создавать много шума. Он обходит кровать и встает прямо перед лицом Гарри, Луи медленно наклоняется, вглядываясь в каждую черточку лица. Кудри Гарри беспорядочно разбросаны по подушке, рот чуть приоткрыт, Луи смотрит на него, понимая, насколько Гарри был прекрасен в тот момент. Он был таким расслабленным, спокойным. Гарри мог быть спокоен только во сне, ведь на публике им всегда приходилось контролировать себя, находясь в напряжении и загоняя в жесткие рамки. Луи еще несколько секунд вглядывается в лицо Гарри, но вскоре его одолевает невероятное желание поцеловать Гарри, дотронуться до его розовых приоткрытых губ своими. И Луи делает это. Он тянется к губам Гарри, нежно касаясь их своими и чувствуя тепло, разливающееся по всему телу. Несколько мгновений спустя Луи отстраняется, вновь смотря на Гарри, который медленно открывает свои сияющие зеленые глаза, внимательно смотря на Луи. — Я волновался. — его голос такой хриплый и сонный. — Знаю... Прости меня, Хаз, — виновато говорит Луи. — Где ты был? — спрашивает Гарри, оглядывая Луи с головы до ног. — Ты сказал, что уйдешь по делам семь часов назад. — Да, но это действительно были дела. — волнение в голосе Луи невозможно было не заметить. — Что случилось, Лу? — Гарри приподнимается, садится на кровати и похлопывает ладонью по месту рядом с собой, приглашая Луи присоединится. — Ничего такого, поверь... — Луи садится рядом, беря Гарри за руки и переплетая их пальцы. — Просто, когда я уходил, я не был уверен... Сделаю ли я это. Поэтому не сказал. — Сделать что? — Гарри начинает испытывать еще большее беспокойство. — Это... — Луи поднимет рукав толстовки и слегка морщится, случайно задевая свежее тату узкой частью рукава. — Господи, Лу... — Гарри прикрывает рот рукой, наклоняясь над рукой Луи и рассматривая татуировки. — Это... Это прекрасно. — Это парное. Ты же знаешь? Твоя роза, мой кинжал... — Луи мямлит что-то, все еще оставаясь неуверенным. — Конечно, конечно, я знаю! Я не могу поверить, ты сделал это... Но что скажут фанаты? Они ведь стащу начнут догадываться... Это ведь такое очевидное тату, Лу, — спрашивает Гарри. — И пусть, мы ведь сможем им все рассказать, совсем скоро, Хаз, обещаю, — говорит Луи, прижимая Гарри к себе. — А что значит другое? — шепчет Гарри на ухо Луи. — Дан шанс... Вроде как нам дали больше свободы и... Это ты тоже знаешь... — Гарри только крепче прижимает Луи к себе. И Лу не знает, не знает, что в тот момент по щеке Гарри скатилась слеза, Луи не знает, как много это значило для Гарри. — Луи, я люблю тебя, — Гарри отодвигается, смотря прямо в горбые глаза Луи. — Я тоже тебя люблю, Гарри, — тихо произносит Луи слова, которые они говорили друг тысячи раз. — Я всегда буду любить только тебя. Гарри вновь приближается к Луи, прижимаясь своими губами к его. Сначала этот поцелуй кажется нежным, но потом перерастает в нечто большее, их языки сплетаются. Луи запускает свои длинные пальцы в отросшие кудряшки, Гарри водит ладонями по спине Луи. Их поцелуй длится несколько минут, пока Гарри не решает отстранится. — Лу? — шепотом спрашивает Гарри. — Хаз? — Ты действительно веришь в это? — глаза Гарри вновь блестели от слез. — Во что? — Луи прекрасно знал о чем говорит Гарри. — Ну... Что они разрешат нам рассказать, перестать скрывать... — Гарри теребит свои пальцы, следы катятся по его щекам. — Конечно, Гарри, конечно... — Луи вновь прижимает Гарри к себе, понимая каким без защитным был Гарри. И пусть на публике он был совсем другим, не показывая своих слабостей, сейчас Гарри плакал, сотрясаясь. Он больше не сдерживал себя, потому что устал от всего. Плакал, всем телом прижимаясь к Луи в поисках поддержки, потому что она ему нужна. — Тише, Хаз... Все будет хорошо, все будет хорошо... Луи не знал, что еще можно сказать, не знал, как успокоить своего малыша. Но Луи точно знал, что сейчас не имеет права плакать, показывая свою слабость, даже если очень хочется. Сейчас он должен был быть сильным для Гарри. Потому что Гарри должен знать, что Луи его поддержка, что он всегда будет рядом. — Мы расскажем, Гарри, обязательно расскажем, и все поймут... Обещаю. Произнеся это, Луи целует Гарри в макушку.