Верь мне

Новость о гибели „Титаника“ успела дойти не только до Нью-Йорка. Кажется, об этом уже знал весь мир. Утром, пятнадцатого апреля, в газетах появилось сообщение о том, что с „Титаника“ был отправлен сигнал „SOS“, а через какое-то время радиосвязь вовсе прервалась. С „Карпатии“ радист Гарольд Брайд, не смотря на своё состояние здоровья, передавал на материк имена выживших и вечером того же дня, в газете „Нью-Йорк Таймс“ красовался огромный заголовок: „Титаник“ затонул». Но в газетах так же появлялись статьи, которые полностью сбивали с толку: «Все пассажиры спасены, „Титаник“ буксируют в порт», „Все пассажиры погибли“, „… его переборки действительно водонепроницаемые, лайнер остался на плаву и скоро будет в Нью-Йорке“. Вечером, восемнадцатого апреля, встречающие, которые должны были с широкой улыбкой на лице приветствовать сказочный лайнер и своих близких, тревожно ожидали судно, на котором находились несколько сотен спасшихся. На причале так же стояли роскошные автомобили, экипажи, готовясь встретить, увезти домой; журналисты, жаждающие свежих новостей; фотографы и полиция. Начался сильный дождь, небо рассекали молнии, у входа в порт раздался звук судовых сирен и из темноты показалась „Карпатия“. На верхнюю палубу вышли люди, готовые спуститься на берег. Эмоции были смешаны: кто-то радовался, что наконец этот кошмар закончился, а кто-то в растерянности смотрел на причал, понимая, что кошмар продолжается. Пришвартовавшись к берегу, с судна начали спускать шлюпки, сразу же отдирая номер и табличку „Титаник“. Толпа на причале оживилась. Журналисты принялись выкрикивать вопросы, размахивая деньгами, но спасшимся было абсолютно всё равно, никого даже не привлекали купюры, хотя в средствах сейчас нуждались многие. Пассажиры „Титаника“, стоящие у лееров, с каменными лицами выискивали кого-то из знакомых внизу. Что теперь их ждёт? Тех, кто потерял той ночью всё? Подали сходню и толпа начала спускаться вниз, со всех сторон людей начали ослеплять вспышки магниевых ламп фотоаппаратов, поднялся гул, но позже всё моментально стихло. Кто-то сказал, что это были пассажиры „Карпатии“ и все снова затаили дыхание. Через десять минут волнительного ожидания, по трапу стали спускаться люди, пережившие самую масштабную катастрофу века. Это были пассажиры первого класса. Среди них шла Молли Браун, которая под руку вела Руфь. Та, опустив взгляд, словно никого не замечая, шла крепко вцепившись в локоть Маргарэт. Чуть позже вышел Кэл. Совершенно один. Спустившись, он обернулся, полностью осмотрев корабль. Последний раз он искал глазами Роуз, её имени даже не было в списках, даже фамилии Доусон там не значилось. Мысленно попрощавшись с любимой, он повернул голову в сторону толпы. Журналисты, окружив Хокли, что-то кричали, но подошедший мужчина грубо растолкнул их и проводил аристократа до автомобиля, который прислал за ним отец. На пристань начали спускаться пассажиры третьего класса. В толпе, сквозь крики журналистов, послышались имена родственников. Кто-то срывался с места и бежал навстречу с распростёртыми объятиями, кто-то продолжал выискивать взглядом своих родных. Полиция начала сдерживать толпу, дабы дать пройти людям, но фотографы продолжали прорываться ближе к трапу. Джек, спускаясь вниз, за руку вёл Роуз, осматриваясь по сторонам и щурившись от резких вспышек света. Они вышли на палубу в числе первых, но специально затерялись в толпе, чтобы не попасть на глаза Руфь или Кэлу. Доусон шёл впереди, осматриваясь по сторонам, пытаясь найти выход из порта. Им нужно как можно быстрее выйти к улицам. Не успели они спуститься на землю, как пару сразу же засыпали вопросами. — Простите, мисс, как вы это пережили? — У вас был медовый месяц? — Сэр! Сэр, поделитесь впечатлениями! Вы потеряли кого-то из близких? Да они что? С ума сошли?! Джек стиснув зубы начал прорываться сквозь толпу, прижав к себе Бьюкейтер. Та вцепилась руками ему в рубашку и периодически отворачивалась, если видела направленный на себя фотоаппарат. Им в лицо пихали купюры в пятьдесят долларов, предлагая заплатить за ответы на вопросы, но парень стремительно проходил сквозь толпу вместе с девушкой. Создалось впечатление, что причалу нет конца. Стоял шум и масса людей шла к пароходу, врезаясь в Джека и Роуз. Так же, из-за большого скопления народа, не было понятно, куда идти. Молодой человек остановился, чтобы осмотреться. Увидев какую-то возвышенность, Доусон забрался на неё, держа Роуз за руку и прищурившись, посмотрел вдаль. — Давай сюда. Парень спрыгнул и снова, обняв одной рукой Бьюкейтер, стал пробираться сквозь толпу. Девушке наступали на подол платья, из-за чего она постоянно спотыкалась. Пришлось поднять низ, задрав его в месте с пальто чуть ли не до колен и продолжить идти. Джек выбрал верный путь, потому что людей становилось всё меньше и уже виднелась дорога, дома, тусклые огни фонарей. Только сейчас молодые люди почувствовали, что идёт сильный дождь и периодически гремит гром. Выйдя из порта, Роуз отпустила подол платья и светлая ткань упала на грязную дорогу. Волосы моментально намокли и неприятно прилипали к лицу. Не успев отдышаться, Джек опять потянул её за собой, заменив шаг на бег. Девушка дёрнулась с места, пытаясь быстрее перебирать ногами, но ей было безумно неудобно: платье, каблуки, тяжёлое пальто, да ещё и одеяло под ним и из-за этого, не смотря на холодный дождь, ей было безумно жарко. Вот бы сейчас принять ванну. — Давай, Роуз, нужно встать под какой-нибудь навес, иначе ты совсем промокнешь. Наконец, на глаза попался красный козырёк какого-то магазинчика. Парень ускорился, таща за собой девушку, которая, тяжело дыша, неуклюже бежала сзади. Преодолев расстояние и встав под укрытие, Джек оценивающе взглянул на Роуз. Она облокотилась на стену здания, жадно глотая воздух. Подол платья стал серым от грязи, волосы налипли на лицо и сейчас она торопливо убирала их назад. Расстегнув пальто, девушка вытащила плед и повесила его себе на руку. — Подождёшь здесь? Я пойду осмотрюсь. Может там будет какой-то ночлег. Роуз кивнула. — Если что — кричи. Доусон выбежал из-под навеса и скрылся за углом. Девушка выдохнула с тихим жалобным стоном. Ноги гудели, а шея и спина болели от сна на жёстком полу. Она стояла и смотрела на образовавшиеся лужи, морально подготавливаясь к тому, что спать придётся на улице. „Может нам повезёт и кто-то впустит на одну ночь? Всего лишь на одну, ведь в третьем классе все очень доброжелательные…“ — думала Роуз. Завтра утром нужно будет где-то найти завтрак, но денег совсем нет, ни цента. Девушка снова вздохнула и засунув руку в карман, тут же нахмурилась, нащупав что-то холодное. Через секунду она стояла, зажав в ладони Сердце Океана. Ошарашенно рассматривая его как в первый раз, она задумалась о том, сколько стоит эта вещь. Ведь, если продать её, можно зажить в достатке вместе с Джеком. Нет. Она его не продаст. Продать ожерелье, значит добиваться всего с помощью Кэла, а его помощь ей ни к чему. Она всего добьётся сама. „Забыл его в пальто. Интересно, он уже спохватился, что его дорогая вещица пропала?“ — подумала Бьюкейтер. Послышался громкий кашель и Роуз быстро убрала бриллиант обратно в карман. — Джек? — она вышла из-под навеса, чтоб заглянуть за угол — Это ты? Девушка пошла на звук, но на дороге его не было. — Джек?! Сильный дождь превратился в морось. Она осмотрелась по сторонам. Было уже довольно темно и практически ничего не было видно. — Джек! Кто-то дотронулся до неё и девушка закричала, резко обернувшись. — Тише, Роуз! К счастью это был он. — Ты меня напугал, — сказала она, держась за сердце. Парень полностью промок. Рубашка прилипла к телу, а с волос стекали струйки воды. — Пойдём, я кое-что нашёл. Доусон забрал плед и взяв Бьюкетйер за руку, повёл в конец улицы. Дорогу освещал всего один фонарь. В некоторых окнах горел свет, кажется все готовились ко сну, но с арок и внутренних дворов доносился громкий мужской смех и звуки какого-то музыкального инструмента. Джек быстро шагал, но Роуз успевала рассматривать всё вокруг себя, как маленький ребёнок, крутя головой. Где-то вдалеке слышны звуки копыт и проезжающих автомобилей, но когда они свернули всё моментально стихло. С двух сторон стояли дома, а проход с каждым шагом будто сужался. Не было видно ни одного, даже самого маленького деревца, под ногами чувствовалась размокшая от дождя грязь. Все запахи смешались в один: мокрая дорога, грязь, мусор. Но отчётливо чувствовался запах чего-то до жути неприятного, что вызвало рвотные позывы. Роуз намокшим воротником пальто закрыла себе нос и постаралась дышать реже, но из-за быстрой ходьбы получалось это не очень хорошо. Доусон ускорил шаг и наконец вывел Роуз в какой-то тихий двор с одной единственной скамьёй. Здесь ни в одном окне не горел свет, стояла тишина и было слышно собственное сбившиеся дыхание. — Мы пришли, — тихо сказал Джек. Это звучало будто приговор. На сегодня, а может и не только на сегодня, её кроватью будет деревянная уличная скамья. Доусон отпустил руку девушки и краем пледа начал вытирать деревянные доски на которых сегодня они будут спать. Роуз ошарашенно наблюдала за парнем, опустив руки в карман и зажав в ладонь бриллиант. Втянув в себя воздух и старясь бесшумно выдохнуть, она подошла к скамье. Древесина всё равно была влажной, Доусон расстелил плед и сел, укутавшись его краем. Бьюкейтер осторожно опустилась на скамью, рассматривая дом перед собой и застыла будто перед ней происходило что-то страшное — Роуз, — сказал Джек, проведя рукой по спине девушки — Завтра утром найдём что-нибудь получше. Я не знаю как, но мы найдём. Молодой человек сам и не представлял, где они найдут деньги, как начнётся их завтрашнее утро и что может произойти за ночь. Он пододвинул Бьюкейтер к себе, та покорно легла ему на плечо. Её глаза напугано метались из стороны в сторону, она нервно закусывала нижнюю губу и ничего так и не ответив парню, прикрыла глаза, притворяясь, что спит. Но уснуть она не смогла. Не смотря на постеленный плед, на деревяшках было жестко сидеть. Она где-то слышала, что спать на свежем воздухе полезно, но здесь был далеко не свежий воздух. Джек, нервно наматывая на палец край пледа, думал, как им быть завтра, куда пойти, где позавтракать. Доусон решил, что будет сидеть всю ночь, не смыкая глаз. Мало ли, что может случится. Он прислушивался, дабы быть в курсе, кто находится рядом, но все было тихо. В последнее время тишина сильно пугает. Роуз лежала у него на груди, глаза были прикрыты, но она была полностью напряжена. В голове мелькали пугающие мысли, которые заставляли открывать глаза и всматриваться в темноту. Вдруг, какой-нибудь ненормальный захочет их ограбить? Хотя у них и так ничего нет. Вдруг убьют Джека, зайдя со спины, а с ней сделают нечто ужасное, тем более она в таком непристойном виде. С этой мыслю, она сильнее укуталась в пальто Хокли, закинула ноги на скамью и пождала их к себе. Первая ночь в Нью-Йорке выдалась адская. Каждый, даже самый тихий звук привлекал внимание девушки. Она резко подскочила, когда мимо пробежала уличная кошка, громко мяукнув. Джек больше напугался реакции Роуз, чем маленького животного. Потом она села и говорила, что спать больше не хочет и даже пытаться не будет. Сначала кошка, а потом кто? Доусон потратил не мало усилий, уговорить её хотя бы лечь обратно. Нужно набраться сил, завтра предстоит тяжелый день, столько всего нужно сделать. Бьюкейтер упрямилась, но всё же легла и только под утро ей удалось уснуть, и то не надолго. С пяти утра начали ходить люди, собираясь на работу и ещё куда-то, косо смотря на парочку, „удобно“ расположившуюся на скамье. Но никто из мимо прошедших не задумывался, почему они здесь. Никто не замечал, что платье девушки из дорогой ткани и низший слой общества даже на свадьбу такое позволить не мог. Хотя, платье Роуз уже выглядело как тряпье. Неужели они не читала газеты? Ведь, можно было предположить, что это спасшиеся пассажиры „Титаника“ и им нужна помощь. Возможно, кто-то догадался, но помочь никто не спешил. И только через пару часов, когда молодые люди собирались отправляться на поиски нормального ночлега и завтрака, пожилая женщина вынесла им две кружки горячего молока. — Вот, выпейте, — она посмотрела на них, прищурившись - Вы, наверное с дороги. — Огромное спасибо! Роуз радостно заулыбалась и жадно начала опустошать кружку, её примеру последовал и Доусон. Горячий напиток прибавил немного сил, заполнил опустевший желудок и даже взбодрил. Старушка поинтересовалась, что же случилось. Джек принялся выдумывать на ходу, что они вместе плыли на „Титанике“ третьим классом, познакомились на палубе, пережили катастрофу и решили, что вместе будет легче найти работу и ночлег. Женщина улыбнулась, осмотрев Роуз. Та отдала кружку еще раз и поблагодарив, начала поправлять волосы, убирая спадающие на лоб пряди за уши. Она резко поменялась в лице, в глазах заиграли огоньки и она радостно заговорила: — Джек, я знаю где найти деньги! — девушка схватилась за мочку уха и продемонстрировала парню сережки из чистого золота с небольшим бриллиантом. Вернув кружки и в третий раз поблагодарив старушку, они двинулись в путь по улицам Нью-Йорка, прихватив с собой плед. Женщина пожелала им удачи и обещала, что будет молиться за них, так как выжить в этом огромном городе не просто. Они вышли на оживленную улицу, дорога словно разделяла людей. С одной стороны шли рабочие, с другой медленно и важно расхаживали аристократы, а по середине, на проезжей части проезжали дорогие автомобили. Мальчик, лет десяти, в забавной кепке, которая явно была ему велика, держал большую стопку газет и кричал: «Двенадцатого апреля непотопляемый лайнер „Титаник“ затонул! Спасшиеся пассажиры вышли на берег вчера вечером». К нему подходили, меняя монеты взамен на утренние новости. Джек и Роуз шли, обгоняя прохожих и обсуждая куда идти сейчас. Подол платья стал черного цвета, все наступали на него, от чего Роуз нервно вздыхала. Пришлось терпеть, если она поднимет платье, поднимутся нижние юбки и будет видно все. А идти так мимо рабочих было бы ужасно. Нужно решить, где можно продать серёжки. Роуз предложила ломбард, но его ещё нужно найти, а вокруг были только какие-то маленькие магазинчики и лавки. Они принялись спрашивать дорогу, но в ответ слышался смех, кто-то пожимал плечами, а некоторые вовсе проходили мимо, будто не слыша вопроса. Бьюкейтер скрестила руки на груди. — Боже, как все любезны… Джек осмотрелся по сторонам, остановив свой взгляд на мальчике, который так же продолжал выкрикивать заголовок утренних новостей. — Эй, парень, — окликнул его Доусон, подходя к нему — Не знаешь, где тут ближайший ломбард? — Один цент, — улыбнулся тот, поправив кепку. — Нет, подожди, мне не нужна газета, я… — Один цент! — повторил мальчик, перебив парня. Джек вернулся к Роуз и сквозь зубы, тихо выругался. Девушка посмотрела поверх плеча парня, сняла с себя пальто, отдав ему в руки, быстро заплела волосы в косу и перекинула их на левое плечо. Выпрямив спину, она грациозно подошла к мальчику, заставив нескольких мужчин обернуться, и подарив самую очаровательную улыбку, тем самым отвлекая внимание от своих отекших глаз. — Доброе утро, — обратилась она к нему. Тот приоткрыл рот, приподнял кепку и коротко кивнул. — Доброе утро, мисс. — Много уже заработал? — спросила она, показав на стопку газет. — Доллар, наверное, уже есть, мисс. — Ты молодец, — похвалила его Роуз, продолжая улыбаться — Слушай, ты же можешь мне помочь? Тот юноша, который к тебе подходил, дорогой мне человек. Мы… мы попали в большие неприятности и нам нужен ломбард. Денег с собой нет, но обещаю, как только получим, мы купим у тебя газет на два доллара, договорились? — Мисс, я… — О, ну пожалуйста, — Роуз прижала сложенные руки к сердцу — Ты нас очень выручишь. Джек наблюдал за этой картиной, ожидая, что девушка вернётся ни с чем, но тут Бьюкейтер пожала мальчику руку и вернулась к нему. — Нужно пройти два квартала, перед белым зданием налево и там будет зеленая вывеска… — начала рассказывать Роуз. Парень с хитрой улыбкой наблюдал за ней. — Ого… — слегка рассмеялся Джек и помог ей надеть пальто. — Что смешного? — протянула она, просовывая руки в рукава — Я обещала купить у него газет на два доллара, как только у нас появятся деньги. — Нам эти два доллара самим бы пригодились… Девушка хотела возразить и уже открыла рот, но Доусон её перебил: — Расплатимся, когда будет возможность. Теперь мы знаем, где ломбард. Идем? Молодые люди шли по указанному им пути. Улицы были немного чище, чем те, по которым они шли вчера вечером и жизнь здесь кипела. Все куда-то торопились, на дорогах торговали цветами, фруктами, чистили обувь за пять центов, даже были уличные художники, работы которых, конечно же, зацепили их взгляд. Выглянуло солнышко и в пальто стало жарко, поэтому Роуз уже тащила его в руках, вспоминая о том, что в кармане лежит бриллиант. Им удалось заблудиться и снова выйти на знакомую дорогу. Молодой человек целенаправленно и уверенно повёл её по тому же пути, ускоряя шаг. Ноги у девушки уже гудели, она не привыкла к таким долгим пешим прогулкам, тем более они передвигались очень быстро. Бьюкейтер попросила его притормозить и передохнуть, но Джек указал на зеленую вывеску вдали. — О, неужели мы его нашли? — пробормотала Роуз, еле передвигая ногами. Преодолев небольшое расстояние, они оказались под серым козырьком. Оказалось, что ломбард был совершенно недалеко, а они наделали лишних кругов. Зато прогулялись, но Бьюкейтер была не очень рада этой прогулке. Спать на жёстком два дня, теперь ещё и ходить. Туфли испортились, стали мягкими и спадали, порой она даже подворачивала ноги. Наверное, на ступнях уже появились ссадины. Больше всего на свете Роуз сейчас хотела попасть в ванную, а потом завалиться в постель, да хотя бы просто на матрас. Открыв дверь, они услышали звук колокольчика и тут же обернулся мужчина, стоящий за прилавком. Он улыбнулся, но потом сразу нахмурился, оценивающе осмотрев пару. Это был мужчина, крепкого телосложения, небольшого роста, с тонкими усами, на голове виднелась лысина, а по бокам обильно росли волосы. Тонкая полоска усов и шевелюра по бокам смотрелись немного нелепо. Джек принялся осматриваться, а Роуз прижав к себе пальто, мило улыбнулась. — Добрый день, меня зовут Гарри Стивенс, чем могу помочь? — настороженно спросил мужчина. — Добрый день, мистер Стивенс, — начала Роуз — Вы не могли бы посмотреть эти серьги? Доусон хотел забрать у неё пальто, но та, будто не заметив, что парень тянет руку, быстро направилась к прилавку, за которой стоял Гарри. Одной рукой она сняла серёжки и положила их на маленькую подушечку. Надев белые перчатки и взяв одну серёжку в руки, мужчина через лупу начал усердно рассматривать изделие. Доусон, зажав в одной руке плед, а другую засунув в карман, подошёл к прилавку. Бьюкейтер смотрела на Стивенса и хлопала ресницами, пытаясь набить цену. Тот, поднимал взгляд на улыбающуюся Роуз и опускал их вниз. У него сложилось впечатление, что эта парочка украла серёжки, но ещё раз осмотрев девушку, а затем изделие, положил их обратно на подушечку и назвал сумму. Джек закашлял то ли от остатка простуды, то ли от того, что подавился слюной. Он отошёл и прикрыл рот рукой. Такая сумма никогда не лежала в его кармане полностью, парень бы смог один прожить на это месяца два, а то и больше. Но Роуз была возмущена. — Что? Да вы знаете сколько они стоили в магазине? — возмущённо проговорила она. — Вы можете не сдавать их в ломбард, мисс. Сумму я не увеличу, это окончательное решение. — Да… Вы… Знаете… — девушка пыталась подобрать слова. Нахмурившись, она бросила озлобленный взгляд на Гарри. Начался спор, но мужчина ни в какую не увеличивал сумму. Девушка уже начала давить на жалость, но Стивенс оставался на своём. — Роуз… — сказал Джек, пытаясь её остановить — Роуз! Доусон отвёл девушку на два шага от прилавка. — Он не предложит больше, — шёпотом говорил молодой человек — Кажется, он думает, что… что они не твои. — Но Джек! — воскликнула Бьюкейтер и он тут же приставил пальцы к губам. — Джек, — тихо продолжила она — Это мои серьги и стоили они гораздо больше, а он… — Это окончательная сумма, мисс, — послышался голос из-за спины — Или вы забираете деньги и уходите, или просто уходите. Доусон посмотрел на Роуз, кивнув ей. — Хорошо, — вздохнула девушка. Получив деньги, нужно их было куда-то спрятать. Положить в пальто кармана? А если они его где-нибудь случайно оставят? Хотя, зная, что там лежат единственные деньги, они будут за ним пристально следить. Но все же, деньги решили спрятать Роуз под лиф платья. Находясь в ломбарде, Бьюкейтер боролась с желанием достать Сердце Океана и заложить его. Сумму, которую они получили была для неё маленькой, рука так и тянулась в карман, но в последний момент она сдержалась. Это бы были деньги Кэла, а серёжки были её. Они спросили у Стивенса, где здесь ближайшая гостиница, тот осмотрев их с небольшим отвращением, указал дорогу и сказал спросить миссис Уитлок. Они уже прошли больше четырёх миль, ноги Бьюкейтер снова начали подкашиваться, да и оба сильно проголодались. Джек пытался её подбодрить, предлагал остановиться и передохнуть, но та отказывалась, не смотря на то, что у неё сводило живот, она уже несколько дней нормально не питалась, а вкус каши, которую подавали на „Карпатии“ ей даже вспоминать не хотелось. Девушка думала, чем быстрее они дойдут до гостиницы, тем быстрее всё кончится, поэтому в отдыхе теперь не нуждалась. Сейчас уже время обеда, а завтракали они лишь кружкой молока. Голод дал о себе знать, из живота девушки послышался непроизвольный звук. Джек обернулся, усмехнувшись. — Теперь нам точно нужно остановиться, — ласково протянул он. Ему чувствовать голод не в диковинку и он знал как с этим бороться. Завернув за угол, молодые люди зашли в первый попавшийся бар. В нем стоял шум, чувствовался запах дешевого алкоголя и сигарет. В основном, за столиками сидели мужчины, что-то бурно обсуждали, кажется, даже катастрофу, которая произошла не так давно. В дальнем углу двое молодых парней мерились силой, а вокруг них собралась небольшая толпа наблюдателей. В самом конце находилась барная стойка за которой стояла полная женщина и натирала бокалы, предварительно дыхнув на них. Роуз поморщилась, но прошла вместе с Джеком за столик. Некоторые покосились на них, особенно на девушку. Доусон сев за стол, положил на него руки и заметил на своих запястьях „браслеты“, получившиеся из наручников. Только сейчас, вспомнив о них, он почувствовал как они натерли ему кожу. Доусон постарался сдвинуть один вниз, но сделал только хуже. Из кухни вышел тучный мужчина, в грязном белом фартуке, который своим громким голосом привлек внимание Джека и Роуз. — Марта, какого черта я должен выносить еду?! Это твоя обязанность! — кричал мужчина, небрежно бросив тарелки на маленький столик. — Ну, уж извините. Я одна на весь зал, что ты хочешь от меня?! Женщина бросила полотенце и взяв две тарелки, направилась к столику в центре. Затем, обернувшись на только что пришедших, она подошла к ним, достав блокнот и маленький карандаш. — Что будете заказывать? — она осмотрела Бьюкейтер и перевела взгляд на парня. Тот улыбнулся и обратился к Роуз, которая растерянно осматривала зал и сжимала в руках пальто Хокли. — Что ты будешь? Знаю, что точно не икру, — усмехнулся Джек. Марта вопросительно посмотрела на парня. Какая еще икра? Тут никогда не было и не будет икры. Девушка шутку поняла и слегла улыбнулась. — Не знаю, Джек, — пожала плечами — Я так голодна, что мне всё равно. Она соврала. Перед глазами стояли блюда, которые она ела дома, вспоминался их запах и из-за этого голод только усиливался. — Могу предложить тебе кашу, — пробормотала женщина, опустив блокнот. О, нет, только не кашу! — Может… есть какие-нибудь закуски, — Бьюкейтер запнулась — Или… или… В голову лезли названия дорогих блюд, которые тут точно не готовят и скорее всего, даже не знали, что это такое. Роуз чувствовала себя неловко, даже немного смущалась. Джек широко улыбнулся и сам сделал заказ. Марта кивнула и направилась на кухню, крича то, что записала повару. Парень заказал какое-то мясо, но оно было измельчено на маленькие кусочки, вперемешку с картошкой и подливой. Оказалось правда вкусно и порция была огромной, хоть на вид было не слишком аппетитно и Роуз еда сначала показалась слишком жирной, но желудок сжался от голода и она начала уплетать обед. Из приборов у неё была только погнутая ложка. Когда её принесли вместе с тарелкой, девушка посмотрела на Доусона, как бы спрашивая: „И все? А вилка, ножик?“ — Здесь все намного легче, не то, что у вас. Десять ложек, десять вилок, а потом стой и мой их, — говорил парень. „Не то, что у вас“. Роуз несколько дней уже не „там“. Девушка сидела с выпрямленной спиной и изящно подносила ложку к губам. Опустив руки на колени, она по привычке хотела нащупать у себя салфетку, но её там не оказалось, как ни странно. Джека все устраивало, до „Титаника“ он так плотно никогда не ел, но остатки простуды давали о себе знать. Он несколько раз отрывался от еды, отворачивался и громко откашливался. Роуз предложила попросить принести воды, но парень отказался. Так же, Доусон заметил, что его спутница стала главной темой обсуждения. Пусть бледная, с растрёпанной косой и испорченным платьем, девушка оставалась такой же привлекательной для противоположного пола. Джека кольнула ревность, но убедившись, что Бьюкейтер даже внимания не обращает на мужчин вокруг, промолчал и принялся рассматривать наручники, так как с едой он уже расправился. Нужно избавиться от них, они уже врезают в косточку, скоро он не сможет это терпеть. Когда в очередной раз к ним подошла Марта, парень решил попросить помощи у неё. — Простите, у вас нет ничего, что поможет их снять? Женщина, забирая тарелки, пристально посмотрела на него. — А ты что? Сбежавший арестант, а это твоя подружка, которая помогала бежать? — рассмеялась та. Роуз возмущенно подняла глаза и была готова сделать замечание, но прикусила язык. — Нет, все сложнее, но я не преступник. Это очень долгая история, — сказал Доусон. — Я знаю чем тебе помочь, — она снова закричала на весь бар — Чарли! Тут наручники надо снять, есть инструменты? Все сразу обернулись на молодых людей. Ну зачем так кричать? Нельзя подойти и тихо спросить? Женщина понесла тарелки на кухню и чуть не столкнулась с поваром, который только что вышел и тащил ящик с инструментами. — Осторожней ты! — ворчал он, когда Марта скрылась за дверью — Кому нужно снять наручники? На щеках Роуз появился румянец, она закатила глаза и отвернулась. Джек выдохнул, подняв руку, подзывая Чарли к себе. — О, парниша, сбежал от куда-то? - Нет! — ядовито ответила за парня Бьюкейтер. — Один кретин приковал к трубе. Я ему не угодил, — сказал Джек, показывая на запястья. — Сейчас мы быстро все сделаем и бесплатно! Мужчина достал напильник из чемоданчика и принялся распиливать серебряные „браслеты“. Звук был довольно громкий, поэтому все снова обернулись, заинтересовавшись происходящим. Процесс затянулся, Роуз заскучала. Подперев голову руками, она уставилась на напильник, которым работал мужчина. Джек, прищурившись, напряженно наблюдал за Чарли, боясь за то, что тот ненароком отпилит ему руку, уж очень усердно он это делал. На кухне приостановилась готовка, посетители, которые ждали заказов, начинали что-то возмущенно кричать. Из-за этого Марта уже нахамила двум мужчинам, но подбегала и к повару, подгоняя его. Наконец „браслеты“ были сняты. Доусон с облегчением вздохнул и аккуратно потер запястья. — Спасибо, приятель! Наручники оставили красный след, кожа стала мягкой и очень чувствительной, но Джек был очень рад, что больше ничто его так не тревожит, даже кашель ушел на второй план. Расплатившись, незаметно вытащив купюру из лифа Роуз, они решили еще раз спросить, где находиться ближайшая гостиница. Оказалось, что это через дорогу в конце улицы. „Осталось совсем немного“ — подумала девушка, поблагодарив за обед и выходя из бара. Её мысли занимало предвкушение того, что она примет ванную и ляжет спать, на постель! Всё, совсем чуть-чуть, они почти дошли. Девушка сама уже ускорила шаг, дабы побыстрее добраться. Вот и дверь над которой висела табличка „Гостиница миссис Уитлок“. Дверь была поцарапана, было видно, что её не раз перекрашивали. Джек открыл дверь и вошел внутрь. Опять в нос врезался странный запах, горели пара свечей, стоявших на столике, стены были грязно-зеленого цвета, а угол комнаты был обугленным, кажется, здесь был небольшой пожар. Два старых кресла, точечно прожженные, будто кто-то специально тушил о них сигареты. К ним вышла худощавая женщина, лет шестидесяти, с полностью седыми волосами. На ней было старое платье, шерстяной платок и домашние туфли. — Желаете заселиться? — спросила она, подойдя ближе. — Да, — ответил Джек, наблюдая за реакцией Роуз. Та осматривала холл, морщась от вида паутины в углу, между стеной и потолком. Да не только на паутину она смотрела с отвращением, девушка смотрела так абсолютно на все, что её окружало в этой комнате. Женщина представилась Викторией Уитлок, она жила здесь и была владельцем этого места. Они договорились о цене, а после старушка согласилась проводить их до комнаты. Здесь было очень мало постояльцев, но по дороге им встретились люди, даже дети играли на одном из этажей. Если сделать здесь ремонт, то получится отличная гостиница, но нет. Здесь все было испорчено, половицы скрипели, а некоторые предметы интерьера сломаны. Джек шел впереди, а девушка снова шла сзади, смотря по сторонам и в голове крутилась только: „О Боже, какой ужас! Кошмар!“. Здесь не было света, даже окон в коридоре не было, Виктория освещала путь свечой, но так как Роуз шла последней, она была в полумраке, но всё равно умудрялась рассматривать все недостатки гостиницы, а их было очень много. Заведя молодых людей в комнату, женщина вручила ключи Доусону и напомнив о том, что за комнату платить нужно вовремя, пожелала всего хорошего. Но тут её остановила Бьюкейтер, обеспокоенная фактом, что на столике стоит только кувшинчик. — А где раковина? Ванна? И… Где ванная комната? — Прямо по коридору до упора, — ответила Виктория. — Что?! — Роуз замерла на месте и посмотрела вслед уходящей женщины. Общая ванная! „Надеюсь, она в приличном состоянии“ — пронеслось у нее в голове. Обернувшись, она увидела, как Джек уже где-то нашел спички и зажигает две свечи, которые стояли на небольшом столе около стены. С другой стороны стояла кровать, застеленная синим пледом, который тоже был чем-то прожжен. Пол скрипел под ногами, из щелей небольшого окна чувствовался сквозняк, окрашенная стенка, снизу которой остались ободранные обои, предавала этому месту вид воистину пугающий. Потолок была чем-то измазан. Как кто-то вообще умудрился это сделать? — Все хорошо? — спросил молодой человек. — А? — переспросила она, отрывая взгляд от комнаты - Да, да. Все в порядке. Она тут же поникла и села на кровать. Матрас был неудобным, жестким, словно там вообще его и не было. От кровати чем-то пахло, хотя Виктория утверждала, что стирает белье собственноручно. Доусон подсел к ней и обнял. — Роуз, это не надолго. Мы найдем лучше, но позже. — Я знаю, Джек, я знаю, — она вздохнула — Просто, это так непривычно. Но я выдержу, чего бы мне этого не стоило. Девушка решила, что всеми силами будет стараться не выставлять на показ своё недовольство. Она замолчала, засмотревшись на огонек свечи. Парень взял её руку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Всё будет хорошо, — снова начал Джек — Я найду работу, ты найдешь себе занятие, о котором мечтала. Постепенно мы будем подниматься с колен. Билет, который я выиграл — это подарок, Роуз. Я нашёл тебя. Это как толчок. Толчок в новую жизнь, — и после паузы он добавил: — Верь мне. Роуз еще раз осмотрела комнату, а потом тихо проговорила: — Я верю тебе… Она действительно верила ему. Она верила, что может стать с ним по настоящему счастливой. Может Джек научит её рисовать и они будут продавать свои картины. Или она научится танцевать, может и петь, хотя она иногда пела на светских вечерах, когда её об этом просили. А может она придет в театр, благодаря своему желанию, быстро обучится всему и сможет играть на сцене. Но не так все было просто, мысли Бьюкейтер прервал кашель парня. Он быстро встал и вышел за дверь, сказав, что скоро вернется. Девушка, решив воспользоваться моментом, схватила пальто и вытащила оттуда бриллиант, потом она вывернула карман, откусила край шва и распорола его, кинув Сердце Океана на дно пальто. „Так, хоть нет вероятности, что Джек нащупает его в кармане“ — подумала Роуз, нащупывая камень сквозь толстую ткань. Она боялась, что её возлюбленный попросит продать украшение, ведь оно стоит целое состояние, а Бьюкейтер это ни за что не сделает. Встряхнув его и убедившись, что бриллиант не заметен, она села на место, продолжая ждать Джека. Доусон вернулся с небольшой стопкой листов бумаги и маленьким угольным карандашом. — Выпросил у Виктории… — сказал Джек и тут же начал кашлять. — А горячий чай она сделать может? — девушка подошла к нему. — Это вряд ли, — улыбнулся он и положив листки на стол, обнял девушку. Доусон бы её и поцеловал, но не хватало, чтоб ещё и она мучилась от кашля. Роуз обвила руками его шею, крепче прижавшись к нему. Единственное утешение сейчас, рядом любимый человек и можно потерпеть подобные условия. Парень поцеловал её в макушку, та прикрыла глаза и положила голову ему на плечо. Они стояли так пару минут, пока Роуз не выпрямилась. — Я хочу принять ванну. Джек отвел взгляд в строну, задумавшись. Перед глазами появилось выражения лица девушки, когда та увидит ванную комнату этой гостиницы. Он мог представить как она выглядит и был уверен в том, что горячей воды там нет. Всё же он кивнул. Роуз подошла к столу, вытаскивая из лифа купюры. Этого должно хватить на еду, на оплату комнаты, а хватит ли ей на новое платье? Естественно, дешевое. Подол платья, в котором она была сейчас был полностью черным, чуть выше виднелись дырки, но если постирать то, можно будет его носить, как никак, другого выхода нет. На ней не было корсета, лишь приталенная сорочка и панталоны. Она не смогла одеть самую важную часть нижнего белья, потому что в тот момент Труди было звать нельзя. А, кстати, интересно, что с ней? Девушка искренне надеялась, что её, уже бывшая служанка, выжила. Бьюкейтер взяла плед, чтобы укутаться в него после ванны и одну свечу на подсвечнике. Парень проводил её взглядом, поджав губы и рухнув на кровать, тяжело вздохнул. Роуз шла по коридору, из-за темноты он казался жутким. Она аккуратно делала шаги и ей даже было страшно. Вытянув руку со свечей вперед, она пыталась максимально осветить себе дорогу до ванны. Темнота и тишина пугали её, поэтому пришлось ускорить шаг. Наконец она уперлась в стену. Перед ней была дверь, рядом с которой на гвоздике висел ключ. Зайдя во внутрь, она заперлась, положила плед и подсвечник на деревянную табуретку. Осмотревшись, девушка пришла в ужас. Единственное узкое окно пропускало свет, уже вечерело, но комната всё же была освещена и можно было разглядеть каждую деталь. Но взгляд Роуз остановился лишь на ванне. Она подошла и склонилась над ней, рассматривая дно. Оно было все в грязи. Отвратительно. Девушка вздрогнула, когда раздался стук в дверь. Роуз повернулась, недоуменно хлопая ресницами. Стук раздался еще раз. — Простите, я принесла воды. „Ох, ну слава Богу!“ — подумала Бьюкейтер. Сейчас зайдет служанка, почистит и приготовит ванную. Раз это гостиница, здесь должен был быть хоть какой-то сервис, ведь так? Девушка поспешно повернула ключ и отворила дверь. За ней, чуть согнувшись, стояла Виктория с двумя ведрами полными воды. Она слегка улыбнулась и занесла их в комнату, поставив около ванны и вручив Роуз ковш, словно это какой-то приз, удалилась. Джек лежал на кровати, подложив под голову руки. Он впервые пытался рассчитать на сколько им хватит денег. Он раньше никогда не считал деньги, так как-либо их вовсе не было, либо просто не было надобности. Доусон принялся приблизительно рассчитывать на что они будут тратиться. Миссис Уитлок брала очень не дорого, но оплачивать требовала раз в неделю. Кстати, пару минут назад к нему заходила Виктория, отдав Джеку старенькое, полинявшее полотенце, сказав, что уже попасть в ванную комнату не может. Доусон поблагодарил её и принялся ждать возлюбленную. Роуз вернулась спустя полчаса, раньше она могла лежать в ванне до тех пор, пока вода не остынет, но в этот раз ждать ей не пришлось, вода и так была холодная. Она зашла, полностью укутавшись в плед, держа в одной руке свое платье и подсвечник с потухшей свечей. Бьюкейтер стучала зубами, а губы немного посинели, но она судорожно пыталась выдавить улыбку. Джек быстро подошёл к ней. — Холодная? — спросил он, вытирая полотенцем мокрые волосы девушки. Роуз кивнула и задрожала. Парень накрыл голову полотенцем и снова крепко обняв, принялся растирать спину и руки. Бюкейтер стояла в сорочке, панталонах, испорченных туфлях, а сверху был накинут плед, но она была только рада очутиться в теплых объятиях Джека. Почему они не могут нагреть воду? Хотя, за такую цену горячая вода не положена. Спасибо, что хоть кровать есть, правда она одноместная. Доусон, заключив Роуз в объятия, мягко поцеловал её в щёку. Роуз бы стояла так вечность. Хотя, сейчас она больше всего хотела лечь, но лечь в объятиях Джека. Она обняла его так крепко на сколько ей позволяли силы. Его прикосновения сейчас действовали на неё как снотворное, веки начали тяжелеть и она просто повисла у него на шее, но вздрогнув, тут же выпрямилась. Дверь их комнаты распахнулась и парень не хотя отстранился. — Да, миссис Уитлок? — скрывая раздражённость, спросил парень. — Вы с ванной закончили? Нужна ещё вода? — спросила она, гремя пустыми вёдрами. Роуз стояла около кровати, брезгливо рассматривая её. Синее покрывало выглядело потрёпанным, на кровати лежала одна подушка и на ней были какие-то желтые пятна. Взяв её за край, она перевернула, в надежде, что та сторона будет чистой, но увы, и с другой стороны были пятна. Джек, уже сняв с себя одежду, лег на кровать и забрался под покрывало. — Брось, она же сказала, что стирает, — подбодрил парень, заметив выражение её лица. Девушка сразу же улыбнулась, скрывая свою гримасу. Оба очень устали. Столько проходить за день, да и они практически не спали этой ночью. Доусон поднял руки и посмотрел на свои запястья. Следы покрылись тонкой корочкой и всё так же неприятно пощипывали. Грудь опять заложило и кашель начал пробиваться наружу. — Может, я все-таки попрошу у неё что-нибудь горячее? — спросила девушка, сидя на краю кровати. Джек отрицательно помотал головой. Роуз уставилась в одну точку. Ей нужно устроиться на какую-то работу, но она не училась в университете, так как мама говорила, что там учатся только чтоб найти себе мужа. Куда её возьмут? Да и куда она пойдет вообще? Девушка застыла на месте, сверля взглядом стенку. Джек, заметив это, сел и взял её за руку. — О чем задумалась? Бьюкейтер обернулась и быстро проговорила. — Мне нужно найти способ тоже зарабатывать деньги. — Я завтра дойду до центральных улиц. Попробую заработать так же, как в Париже. — Да, но что делать мне? Джек задумался. — Может мне пойти официанткой в тот бар? — после недолгой паузы спросила девушка. Доусон нахмурился, вспомнив как на неё смотрели мужчины в том заведении. — Ты уверена? — А куда мне ещё деваться? Высшего образования у меня нет, таланта, видимо, тоже. Я не могу пойти и рисовать портреты. Обняв Роуз за плечи, парень упал на подушку, потащив её за собой и выдавил: — Может ты и права, но… утром всё решим. Джек не хотел отпускать её туда. Она целыми днями будет ходить между ними, подавая еду. Доусон представил эти плотоядные взгляды и зажмурился, отгоняя подобные мысли. Роуз улеглась поудобнее. — Только… — она опустила взгляд. — Только что? — переспросил он, накрывая её покрывалом. — Мне нужно новое платье. Самое дешевое. Согласна на любое, не могу же я пойти в бар в этом. Она указала на платье, которое лежало на столе. Джек слегка улыбнулся и кивнул. Дверь не запиралась на замок, поэтому Доусон предложил положить единственные деньги под подушку, что они и сделали. Роуз лежала в объятиях Джека. Непривычная для неё постель, она чувствовала как что-то жесткое впивается ей в рёбра, но старалась это игнорировать. Девушка расслабилась, все мышцы гудели, так и хотелось с силой хрустнуть всеми костями. Это лучше, чем лежать на деревянной скамье на улице. Сейчас она даже не хотела думать о всех прелестях роскошной жизни. С завтрашнего дня все изменится. Они оба начнут работать, вскоре денег будет больше и они позволят себе другую гостиницу, а может даже небольшую квартирку. А Джек должен неплохо заработать, рисуя портреты, ведь, когда они шли сюда, на дорогах было много уличных художников. Они же много здесь зарабатывают, кажется. Этими мыслями она себя успокаивала и одновременно убаюкивала. Повернув голову девушка увидела, что Доусон уже уснул и крепче прижавшись к нему, закрыла глаза, моментально провалившись в сон.