Где-то у маглов...

      Мягкой походкой, почти не озираясь, Волан-де-Морт и Драко следовали вдоль темного, почти неосвещенного коридора. Было жутко. Свет то и дело мигал, нагоняя нехорошую атмосферу. Тени зловеще прыгали по стенам, не давая спокойно вздохнуть разыгравшемуся воображению. Главным сейчас было — найти Беллу. Остальное уже и неважно.       Волшебники уже успели заглянуть в десяток с лишним комнат. Ни в одной из них Беллы не обнаружилось. Зато количество Беллы было обратно пропорционально найденным грома-адному количеству страшных штук, об исконном назначении которых впечатлительный Драко, каждый раз то бледнеющий, то краснеющий мог только догадываться. А фантазии ему, кстати, было не занимать…       Позади магов что-то скрипнуло, нарушив гробовую тишину. Оба синхронно вздрогнули и синхронно с разворота корпуса на шестьдесят градусов обернулись, но никого и ничего. Абсолютно ничего не было. Зина?       — Что за?..       Волан-де Морт тут же осекся. Его взгляд остановился на приоткрытой двери с грозной табличкой «Не входить». Как они могли её пропустить?       Не раздумывая, он метнулся туда. Распахнул дверь резким ударом ноги и увидел на кушетке знакомую фигуру. Естественно, про звуки в коридоре Лорд благополучно забыл.       — Белла!       Ведьма лежала без чувств. Вокруг было разбросано много баночек с непонятными надписями с загадочным содержимым. Лорд (даже учитывая собственный недюжинный опыт) опознать сумел только глаза кошек и чьи-то гланды. Пахло же сваренной в спирте бараниной. На столике в свете ультрафиолетовой лампы опасно блестела игла здоровенного шприца.       — Черт, что они с тобой сделали? — Темный Лорд выругался, а после быстро высвободил ведьму. Он хлопнул ее по щеке, пытаясь привести в чувство. Реакции ни от кого не последовало. Вернее последовала:       — Ты чего стоишь? Жить надоело?! — прикрикнул Темный Лорд на вылупившегося Малфоя и бросил в его сторону уничтожающий взгляд. Как будто выйдя из оцепенения, тот что-то пробурчал себе под нос и подошел ближе к тетушке: Волан-де-Морт же перевел Беллатрису в сидячее положение, взяв рукой за талию. Как переваренную макаронину ее повело вперед. Попытки привести ведьму в чувство были по прежнему тщетны.       — Если ты сейчас же не очнешься, — Лорд скрипнул зубами и, убрав черный локон с лица Беллы, по-кошачьи фыркнул. Но гневная речь, перемешанная с угрозами с добавлениям пары красочных эпитетов умерла нерожденной.       Позади Волан-де-Морт раздался режущий слух звон битого стекла. Лорд тут же обернулся.       Драко шарил на полке в поисках того, что могло бы помочь любимой тёте и уронил одну из баночек с грозной непонятной надписью, как ему показалось, на латыни. Содержимое баночки ярко-красного цвета разлилось на серые плиты ледяного пола.       Лорд мерно подошел к нерадивому Пожирателю и отвесил Драко звонкий подзатыльник. Неизвестно, чем бы закончился этот маленький жест со стороны Волан-де-морта, если бы не Беллатриса, давшая о себе знать как раз вовремя.       Со стороны кушетки раздался приглушенный стон: Ведьма очнулась.       — Ты в порядке? — Волан-де-морт тут же подскочил к ней. Он заглянул в мутные со сна глаза и провел рукой по спутавшимся волосам женщины. Все таким же мягким.       — Да… Повелите-эль? — пролепетала та, коснувшись рукой виска. — Голова…       — Нормально все, слышишь? — в голосе Лорда несвойственное ему волнение. Хотя, учитывая обстановку…       Перед глазами ведьмы все плыло. В мышцах гудели последствия недавних «упражнений».       Беллатриса закрыла глаза и села, упершись локтями в колени и запустив обе руки в волосы, что само по себе было процессом сложным. Волосы запутались до состоянии видавшего виды малярного валика. В горле стоял комок, не желаюший никуда уходить. Мысли смешались, а бренные остатки разума всё никак не хотели возвращаться в пределы головы.       — Белла, — плавным движением руки Повелитель приподнял её подбородок, так, чтобы ведьма могла взглянуть ему в глаза. Волосы неровными черными змейками спадали на изящные женские плечи и закрывали большую часть лица. Осторожно убрав пряди с лица ведьмы, Волан-де-морт притянул ее к себе ещё ближе, ощущая как дрожит её тело. Он проговорил сквозь стиснутые зубы:       — Я убью её. Разрежу на кусочки. Она захлебнется собственной кровью, слышишь? Заодно проверим как действует вот это, — Волан-де-Морт взял лежащий на столике рядом с Беллатрисой шприц и придирчиво вгляделся в собственное отражение в стекле. — За всё ответит, что сделала с тобой.       Волан-де-морт пододвинулся ещё ближе, сократив расстояние между ними до пары миллиметров и обвив талию ведьмы руками, впервые за долгое время коснулся её губ. Длинные пальцы ведьмы быстро проскользнули по спине Волан-де-Морта и, если бы не мантия, то на ней бы непременно остались царапины. Оторвавшись на минуту, ведьма заглянула в глаза Темного Лорда и выдохнула ему прямо в губы:        — Она будет долго-долго… страда-ать, — на лице Беллатрисы заиграла привычная для неё улыбка, в глазах вновь появился безумный огонек. — Я убью её с в о и м методом.

***

       Воспользовавшись моментом, Драко незаметно покинул комнату. Здравый смысл всё-таки решил на мгновение взять вверх. Лежать связанным в комнате с сумасшедшей, хоть и без сознания — занятие не из приятных. Нужно, хотя бы ради приличия освободить Гермиону. Хороший тон и всё в этом роде…       Любил он ее.       И это странно, ведь в ней все то, что ему ненавистно в других — грязная кровь. Но тем не менее все принципы, все устои, которым когда-либо учил сына Люциус Малфой отходили на второй план, вот как сейчас, например.       Драко вошел в уже знакомую ему комнату, без колебаний переступил через бабку Зину и… не обнаружил ничего. Все четыре кушетки были пусты, будто на них никогда никого не было.       Разум решил сыграть с ним злую шутку?       Несколько раз он зажмуривал глаза, но никакого результата сия процедура не дала. Пусто. Абсолютно, если, конечно, не считать Зину, мирно лежащую на полу. Притворяется? Куда дела Гермиону?!        Драко подошел к варежке и, опустился на корточки.       Дышит. Точно притворяется.       Он поднялся и ногой перевернул её с живота на спину, прижав к полу. А то как сейчас вскочит, забегает. Но баба Зина не вскочила и даже, кажется… перестала дышать?..       Чёрт.       Может, конечно, Гермиона сама встала и ушла, но думать над этим было некогда. Зина должна жить, иначе любимая тетя Драко будет срываться на нём, а какой способ придумала изощренная, больная, сломанная напрочь психика ведьмы, узнавать Малфою хотелось меньше всего.       Он приблизился к варежке вплотную, но тут произошло непредвиденное. Первоначальная догадка оказалась верной — притворялась:       Костлявые руки бабки в мгновение сомкнулись на шее аристократа. И роли быстро изменились - аристократ находился снизу, вжимаемый в кафель. Откуда в ней столько силы?! Драко сквозь зубы рыкнул. Дернул ногой и, вбив в один жест всю имеющуюся в организме силу, развернуться на левый бок. Глаза бабки горели, что Драко бы прямо тут выцарапал, но не долезть. Он всем весом навалился на Зину, завалив ее на правый бок, и уже весовой категорией с яростным рычанием подтянулся и накинулся сверху, впиваясь прилично отросшими ногтями в морщинистое лицо. Зина вцепилась ручищами в талию парня, при этом тщетно пытаясь встать на согнутых коленях…       …если бы не Беллатриса, появившаяся в дверном проеме.       Видимо, решили оставить приятное на потом. Либо крики отвлекли.        На губах ведьмы заиграла знакомая усмешка, и та вынула из сапога приготовленный заранее кухонный нож.        — Ну что? Поиграем? — та засмеялась и резко захлопнула за собой дверь, давая понять, что настроена более чем решительно и пока кровь Зины не украсит местный интерьер, она не уйдет. Ни за что!