Эксперт

      Я смотрела на руку и не могла поверить: цифры исчезли. Я спятила? Вскочив с места, я побежала в ванную и, включив лампу над зеркалом, поднесла руку к яркому свету — цифр не было, даже намёка или покраснения кожи. Быть не может… Я сжала пальцами добела раковину. Меня отрезвила лишь едва заметная боль на периферии сознания. Боль? Я растерянно встряхнула головой и, отпустив бедную раковину, подняла руку, и вновь осмотрела её со всех сторон. Чисел всё так и не было. Зато вновь пришла боль. Что происходит? Я бы билась в растерянности, если бы не вспомнила о шраме на груди, появившемся неизвестно как. Всё это связано, нужно только понять как. Я появилась в этом мире, заняла чьё-то место, странные сны, потерянные воспоминания и вишенка на торте — я, оказывается, заключила контракт, о котором не помню. А всё началось с чёртовой библиотеки!       Я уже думала об этом в самом начале. Женщина, имя которой я не могу вспомнить, именно она виновна в том, что я здесь? Ещё эта головная боль. Я помню, как она схватила меня в свои тиски. Мне казалось в тот момент, что чего-то не хватает. Неужели это был тот самый момент заключения контракта? Но как она переместила меня сюда? Нет, вопрос не в том, как, а зачем? В письме было сказано, что я должна доиграть свою роль, но в чём она заключается? Слишком много вопросов без ответов. Я бы посчитала себя сумасшедшей и отправилась бы в больничку к людям в белых халатах, но о моём здравомыслии напоминает то, что я в другом мире. Опустив взгляд на упавший на пол листок бумаги, я увидела, как текст исчезает прямо на глазах. Система безопасности?       Устало выдохнула. Я не сумасшедшая, но я ничего не понимаю. Мне остаётся лишь ждать, когда свяжется со мной мой агент. Или попробовать отыскать что-нибудь самой. Идея сомнительная, но я не могу сидеть сложа руки. Насиделась, уже почти год прошёл.       Сложив чистый лист, я направилась к ноутбуку. Про диплом я благополучно забыла, интереса и желания у меня сегодня не было. Я провела весь вечер и всю ночь на просторах интернета, пытаясь отыскать хоть что-то про эту странную компанию, которая заключает столь необычные контракты. Неужели перемещение из одного мира в другой столь выгодное дело? И очень защищённое, судя по всему, раз у них такие технологии и система безопасности, которой может позавидовать любой швейцарский банк. Ближе к утру я уже начала засыпать на ходу, но мне в голову пришла идея искать случаи исчезновения без следа и столь же необычные появления. Здесь уже было интересно: за последние несколько лет было пару похожих случаев. Одна девушка, Мэдисон Грей, исчезла на три года и появилась в пригороде Лондона в той же одежде, в которой её видели в последний раз. Самое удивительное, что она не помнила, где провела последние три года. Многие списали это на травму от пережитого и отправили на лечение, на данный момент её место пребывание неизвестно. Было ещё несколько таких случаев, но один вывел меня из равновесия. Это летающая телефонная синяя будка! На этом моменте мне хотелось завыть. Я мало того, что попала в мир Шерлока, так ещё в этом мире слыхом не слыхивали о сериале «Доктор Кто». Его не существует. Может, мне ТАРДИС отыскать и попросить перенести меня в мой мир? Доктор же должен помогать всем серым и убогим. Эй, я потерялась, верните меня домой!       Я протёрла слипавшиеся глаза и отложила ноутбук на журнальный столик. Завернувшись в плед, я мысленно себе дала пометку постараться придумать что-нибудь завтра. Должен быть выход, или этот выход сам меня найдёт. Где мой обещанный агент?

***

      Через пару часов меня разбудило методичное щёлканье клавиш под ухом. Мне хотелось взять что-нибудь потяжелее и кинуть в нарушителя моего сна. В сонном состоянии я так и сделала: достала подушку из-под головы и кинула на звук. Раздался шлепок и знакомый голос.       — И тебе доброе утро, Мира.       Шерлок… Сонно застонав, я открыла глаза. И почему я не удивлена? Ах, да, у этого человека же есть ключи от моего дома. Умная задница. Я увидела столь знакомую мне кудрявую макушку. Мужчина разместил мои ноги на свои коленях и, удобно устроившись с моим компьютером, что-то активно искал. На мгновения меня настиг страх: что если детектив просмотрел мою историю браузера за последние часы? Но я настолько устала раздражаться на мужчину на тему моего появление здесь, что махнула на всё рукой.       — Шерлок, что случилось? Я не выспалась и хочу спать.       — Я заметил, но ты забыла, что сегодня суббота, — холодно напомнил Холмс, окинув меня внимательным взглядом.       — И? — информация до меня слишком долго доходила. Я пыталась сосредоточиться, но мой сонный мозг требовал от меня одно из двух — сон или чашку кофе.       — Ужин с моими родителями. Я бы, поверь, тоже с радостью забыл про это досадное недоразумение.       Мне хотелось стукнуться головой о что-то. Я же помнила об этом вчера с утра. Ещё главное, выбрала себе одежду, провела репетицию перед зеркалом и пошла убираться. Но это письмо выбило из-под меня всю почву. Громко застонав, я попыталась резко подняться, но моя голова тут же напомнила о том, сколько я спала, заставив вновь упасть на мягкий диван.       — Прости, Шерлок.       — Мне стоит спросить об истории твоего браузера, но я не думаю, что ты мне внятно ответишь.       — Не сегодня, Шерлок, — к этому разговору я не готова. Мне нужен душ и кофе.

***

      Мира раздражённо одёрнула край короткого цветастого платья и вошла в гостиную, где всё также, уткнувшись в её ноутбук, сидел Холмс. Мужчин лишь на мгновение окинул её взглядом и вновь вернулся к экрану компьютера.       — Шерлок, что ты сделал с моей одеждой? — зло поинтересовалась Леман, медленно приближаясь к мужчине.       Холмс, не поднимая взгляда, ответил:       — Она не подходит.       Мира вновь раздражённо дёрнула край своего платье, которое бы в жизни не надела из-за его длины. Она до сих пор не понимала, каким ветром его занесло к её гардеробу. Определённо, Шерлок постарался. Этот наглый самоуверенный тип спрятал её брючный костюм, заменив на короткое зелёное узорчатое платье с юбкой «солнце». Искать что-то новое Леман не собиралась, поэтому, ругая детектива всеми словами, надела подсунутое платье.       — Слишком закрытая? — скривившись, поинтересовалась Мира, вплотную приблизившись к мужчине, вдобавок ещё наклонившись к нему, чтобы высказать всё своё недовольство. Чёртов Шерлок с повышенным чувством контроля.       — Возможно, — протянул Шерлок, откладывая ноутбук, и незаметным для Миры движением притянул её за талию к себе, посылая знакомый столп мурашек. Девушка вздрогнула, мысленно надеясь, что потеря сознания не повториться от «передоза Холмсом».       — Что ты делаешь, Шерлок?       Губы детектива дёрнулись:       — Приучаю, — так просто. Леман удивлённо посмотрела на мужчину, чувствуя, как его горячие пальцы сильнее сжались на её талии. Что он творит? — Мой отец считает, что тактильный контакт важен в отношениях. Он хоть и зауряден, но на это внимание обратит. Поэтому не вздрагивай.       — Ты не исправим, тебе только дай повод, — девушка с улыбкой отшутилась. Внутри всё горело. Ей не нравилось то, как касания этого мужчины действуют на неё. Мира, вспомни кто этот человек! Вычеркни его из своей жизни, он не подходит тебе. Вернёшься домой и найдёшь себе нормального парня. Нужен ли он ей? После взрывных отношений с Максимом все будут казаться слишком скучными. А Шерлок… Одно касание…       Детектив в ответ на её шутку поморщился и, опустив её талию, встал с дивана, возвышаясь над Мирой грозной тучей. Почему он так на неё посмотрел — задумчиво?       — Такси приедет через пять минут, — обдав привычным холодом девушку, сказал Шерлок.       — Я не понимаю, зачем ехать так рано? Мы едим на ужин, а не на обед, — кутаясь в своё пальто, пробормотала Мира в машине спустя десять минут.       — Моя мать хочет познакомиться с тобой получше, — спокойно ответил детектив, прикрыв глаза.       — Неужели никто из вас ни разу не приводил девушку к родителям? — ехать два часа молча Мира не могла, да и платье мозолило глаза.       Шерлок громко выдохнул. Да, это её маленькая месть за платье. Да, великий детектив, она решила поиграть в обиженного ребёнка.       — Это было давно, маме не понравилось.       Мира склонила голову набок, смотря на барабанившие по сидению мужские пальцы — завораживает. Судя потому, как детектив спокойно сказал это, он в этому участие принимал всего лишь в роли наблюдателя.       — Майкрофт, да?       — Поразительно, у тебя есть что-то в голове, — пробормотал Шерлок. Мира лишь качнула головой, уже привыкнув к этому.       — Почему твоей маме не понравилась девушка твоего брата? Мне нужно знать, как себя вести.       — Майкрофт, был слишком счастлив, — последнее Холмс произнёс чуть ли не с отвращением. — Напоминал идиота и выходил из-под влияния нашей матери.       Мира от столь неожиданного заявления дёрнулась. Она не понимала, как так можно. Чувство справедливости в ней просто исполняло марш в этот момент. В голове Мира уже нарисовала образ матери Шерлока, и он ей не понравился.       — И что случилось?       — Они расстались, — безразлично ответил детектив. Движение пальцев замедлилось, неведомый ритм стал слишком редким. Перед глазами мужчины всплыл образ златоглавой девушки, с яркой поистине раздражающей улыбкой. Он быстро смахнул этот образ.       — Так нельзя… — тихо прошептала Мира. Она знает что такое терять близких. В её голове уже нарисовалась печальная история любви. Наверное, будь брат Шерлока рядом, Леман не смогла бы удержаться от сочувственной улыбки.       — Не изображай в своей голове трагедию. Если бы не это, ты не знала бы сейчас человека, которого называют Мистером Британское Правительство. Мой брат бы растерял свои хвалёные мозги и растратил бы весь потенциал, да и в конце концов, у него есть тот, кого, по мнению моего брата, нужно постоянно поучать.       — Холмс, не весь мир крутиться вокруг тебя. Ты не думал, насколько твоему брату было тяжело в тот момент?       — Пара пачек выкуренных сигарет и углубление в политику, — как ни в чём не бывало отчитался Шерлок, мазнув по девушке взглядом. В тусклом свете его глаза показались Мире цвета серебра. Она засмотрелась лишь на мгновение, а затем вновь пришла в себя, вспомнив с каким отвращением Холмс говорил об отношениях брата. Это было так привычно, чего она ожидала от этого человека? Сочувствия? Нет, но может не всё так плохо, как она себе представила? В любом случае это дела семьи Холмсов, она лишь временное явление. Говорить больше не хотелось, весь оставшийся путь они провели в молчании. Время от времени Мира ловила на себе задумчивый взгляд Шерлока.

***

      Мужчина с интересом наблюдал за Мирой. За тем как её пальцы едва подрагивали от волнения, и как она нерешительно прятала их за спину, за тем как она натянула на лицо восковую улыбку, а глаза так и кричали о помощи. Всё в Леман так и говорило о волнение, стоило им войти в дом его родителей. Он не понимал этого. Его родители, в конце концов, не кусаются и все эти отношения — фальшивка. Зачем себя накручивать до потери пульса? Шерлок хотел раздражённо выдохнуть и встряхнуть Леман посильнее, чтобы она пришла в себя, а не изображала из себя умирающую лебедь. Вместо этого мужчина помог снять ей пальто, по всем законом истинного джентльмена, едва заметно проведя кончиками пальцев по бледной коже плеч. Девушка вздрогнула и, обернувшись, столкнулась с наполненным спокойствием взглядом Холмса. Паника в океане зелени улеглась, лицо разгладилось. Шерлок мысленно проворчал на счёт тактильных контактов, которые так влияют на людей.       Его родители не страдали никогда особой оригинальностью — стоило их детям появиться на свет, как они разделили отношение к ним на две категории. Идеальный старший сын, от которого они ожидали лишь самых лучших результатов и полного подчинения, и неидеальный младший сын, которого можно любить за то, что он есть и звонит иногда. Поэтому любые выходки Майкрофта карались строго, а Шерлока, погладив по голове, отпускали. Холмса младшего это устраивало. Он с усмешкой следил за тем, как его братец всеми силами пытался угодить родителям.       Единственный раз, когда Майкрофт пытался вставить слово против, это когда он привёл в их дом свою девушку. Ему тогда было семнадцать, и этот день Шерлок запомнил надолго. Улыбающееся лицо брата, пальцы, время от времени сжимающие ладонь золотоволосой девушки, карие глаза которой напоминали Холмсу младшему янтарь. Она слишком громко смеялась, шутила и время от времени просила Майкрофта подлить ей чай, и рассказать историю за неё. Шерлок никогда больше не видел такого глупого выражения счастья на лице брата как рядом с этой девушкой, имя которой было столь же просто, как и она сама — Энни. Он помнил, как мама время от времени сжимала челюсти, как за вежливой улыбкой прятался оскал. Маме не понравилось, как эта улыбающаяся простушка влияет на её мальчика. Шерлок тогда ставил ставки с отцом, какой силы будет скандал. Это была буря, с криками и хлопаньями дверьми, но в итоги Майкрофт, как побитый пёс, вернулся под крыло матери, бросив свою простушку Энни.       В случае Шерлока всё не так. Со словами «и так сойдёт» его мать примет любую его благоверную, лишь бы та знала правила приличия. Леман подходила на эту роль идеально. Холмсу младшему порядком надоели причитания матери на тему его личной жизни. Они были ненавязчивыми, но отвлекали. Но действительно ли это та причина, по которой Холмс всё это затеял? Действительно ли она продиктована только логикой?       Шерлок готов был три раза сказать «да». Лишь до того момента, пока он не переводил взгляд на Леман. В самом начале она его раздражала тем, как её легко вывести на эмоции и предугадать, дёрни только за нужные ниточки. Но со временем за всем этим фасадом из эмоций он увидел кого-то сломанного. У Холмса всегда была страсть подбирать сломанные игрушки и чинить их. Чего стоит только Джон Ватсон, посттравматический синдром которого время от времени даёт о себе знать. То, что с Мирой что-то не так, Шерлок заметил быстро, вот только потерял это из виду. Её эмоциональные вспышки закрывали всю картину. Но потом то, как она примчалась к нему на помощь, то, как подыгрывала его спектаклю, заставило посмотреть на неё по-другому. Окончательную точку во всём этом поставила их встреча в старом доме Миры. Тогда, вместо колкой девушки с зелёными глазами, он нашёл покорёженное создание на грани истерики. Вот она, та самая сломанная деталь, которую так умело прятали. Холмс помнил, как ему не понравилось заплаканное лицо, хриплый голос и пустой взгляд. Он слишком привык к искрам в её глазах и хитрой улыбке. Нет, это не подходит к привычной картине Шерлока.       Холмс в первый раз в жизни кого-то успокаивал — вытирал слёзы и слушал. Он даже поработал плюшевым медведем, которого можно обнять. В тот момент он не смог бы ей ни в чём отказать, лишь бы она перестала быть такой безжизненной. Даже тактильный контакт, который Холмс не воспринимал как что-то важное, не приносил ему дискомфорта, лишь приятное тепло. Это оказалось интересным, неужели с ним что-то не так? Он попытался позже проверить на других девушках, но ничего. Чем Мира так особенна?       Даже после того, как её рана вышла наружу, Холмс не смог разобраться в тех воспоминаниях, которые она ему рассказала. Они были странными и нелогичными. Словно она жила две жизни сразу. Шерлок не мог понять этого, как и её историю поиска этим утром. Она по-прежнему что-то скрывала. Она по-прежнему была для него загадкой.       Во время очередного нескромного вопроса его матери девушка натянуто улыбнулась и, чтобы успокоиться, хотела сжать под столом обивку мягкого стула, но вместо этого коснулась руки Шерлока, посылая приятное тепло по коже детектива. Это было необычно, и Холмс с удивлением для себя коснулся её руки в ответ.       — Нет, мама, мы не собираемся так быстро заводить детей. Ты же знаешь, как я к ним отношусь, — вместо Леман раздражённо ответил Шерлок, едва заметно гладя кончиками пальцев ладонь Миры. Девушка вновь успокоилась и расслабилась.       — О, Шерлок, это ты сейчас так говоришь. Вот смотри на нас с отцом — двое чудесных сыновей, — с широкой улыбкой ответила миссис Холмс.       — Спасибо, мам, — сконфуженно пробормотал Майкрофт, с тоской бросая взгляд на свой телефон в дальнем углу столовой, который отобрала у него мать, стоило ему попасться ей на глаза.       — Мира, ты не переживай, ты уже нам всем нравишься. Видно же, как тебе дорог Шерлок, хотя с ним порой сложно, — мягко обратилась к Мире миссис Холмс. Конечно, она им нравиться. За весь вечер Леман сказала всего пару слов, всё остальное время всеми силами пытаясь взять себя в руки.       — Спасибо, миссис Холмс, мне очень приятно. Вы правы, Шерлок мне очень дорог. Порой он ведёт себя как ребёнок и заставляет за себя переживать, — искренне сказала Леман, и её губы изогнулись в улыбке.       Холмс младший от её слов вздрогнул. Он ей дорог — правда, не требующая никаких доказательств. Он помнит, как сжимал её мокрое тело в душе, и как она шептала ему в ухо одну фразу: «Живой, живой…» Чтобы ей в тот момент не привиделось, но те эмоции на её лице он никогда не забудет. Не смотря на их взаимные колкости, он ей дорог, и от этого внутри Холмса разливалось тепло. Путая мысли.       Весь вечер Шерлок следил за ней, пытаясь понять, почему она так на него влияет. Почему он ловил себя на мысли, что ему хотелось прикоснуться к бледной коже её плеч, вывести только ему известные узоры и смотреть как её глаза широко распахиваются, а губы шепчут что-то понятное лишь им двоим. От глупости этих желаний хотелось новое дело и курить, до ломоты в тонких пальцах. Мужчина мысленно застонал, когда помогал одеть Мире пальто, и задержался на её плечах дольше положенного. По коже прошёлся разряд. Какого чёрта? Все никотиновые пластыри закончились…       Взгляд мужчины невольно задержался на высокой женской фигуре в не по погоде тонком плаще. Он не мог разглядеть лица женщины. Она стояла на противоположной улице, но он отчётливо понимал, то с каким внимание она смотрит на Леман. Шерлок попытался сфокусировать свой взгляд на незнакомке, чтобы понять что-нибудь, но на месте неё никого не было. А вот это уже интересно, как и вздрагивание Миры, стоило ей посмотреть в ту же сторону, что и он.