Семь дней по лезвию

      Солнечный луч с силой вырвал сознание от простор шаткого сна. Я с крайним недовольством перевернулась на бок, отчего жесткие пружины матраца в унисон моим действиям заверещали неприятную мелодию, режущую последние намеки на сладкий продолжительный сон.       Я лениво разомкнула слипшиеся веки, свесив тяжелую руку на холодный пол, и отрешенным взглядом уставилась в блеклые разводы прямоугольного окна передо собою, подсвеченные ненасытным декабрьским солнцем извне. Медовые лучи деловито скользнули на мое заспанное лицо, прочертив незамысловатую светящуюся дорожку вдоль бледной щеки и поперек серого глаза, вмиг осветив все его скрытные глубины своим настырным сиянием.       По телу пробежалась тяжелая чопорная дрожь, заставив утомленное тело сладко потянуться на безыменных простынях кровати киллера. Я самозабвенно вытянула дрожащие руки, коснувшись кончиками пальцев бугристой глади холодной стены у основания железной кровати. "Какой день я просыпаюсь в доме убийцы?" - уловил мой внутренний слух задумчивые отголоски собственного сознания, и я с тяжелым вздохом перевернулась на спину, глядя в высокий бесцветный потолок над собой, что будто через несколько секунд начнет медленно осыпаться на мое изнеможенное после тяжелого сна тело. Похоронит под собой, словно каменный букет на одинокой могиле посреди города призраков. Если подумать, то, наверное, мы все живем в городах, населенных неуловимыми видениями, что каждый день мечутся по узким дорогам, ведущим совершенно в никуда, лишь к пересечению времени, работы, денег и извечных проблем в один перекресток. Это огромный перекресток без единого светофора, к которому рано или поздно приходит каждый из нас, каждый житель города теней - города призраков. И мы стремительно кинемся вдоль дорог, а наши неспокойные тела насмерть собьет грузовик несбывшихся мечт, громоздких надежд и ядовитого одиночества. Так или иначе, это просто могилы, под которыми безжизненным грузом покоятся очертания людей, прогнившего счастья и вечной зловонной тоски, а все привыкли почему-то называть эти места городами. Город могил, не иначе...       Я томно зевнула, пытаясь прогнать полностью непостижимые утреннему сознанию думы, и медленно встала, свесив тяжелые ноги на холодный деревянный пол. Глубоко в недрах головы поселилось мимолетное предположение, что этой ночью я даже не спала, ибо тело по-прежнему ломило от "небольшой" разминки вчера вечером.       Но мое тяжелое пробуждение, между тем, ласково встретила серая комната, что, осмелюсь предположить, на время стала моей, ибо киллер еще не собирался выселять мою персону из ее промежутков, да и если ознакомиться со всеми аппартаментами в этой дыре, можно было прийти к единому выводу, что острой необходимости в этом не было, и Джефф не страдал дефицитом свободного пространства. Поэтому, не поверите, но и к виду из окна этой комнаты, к совершенно ненужному шкафу - я начала постепенно привыкать, да, что там говорить, даже эта скрипучая твердая кровать подо мной была в тысячу раз лучше батареи с наручниками к которой заселил меня парень в первые дни моего здесь пребывания. "Ох уж эта криминальная гостеприимность!" - усмехнулась я про себя.       Рука бесцельно метнулась в запутанный рыжий комок на моей голове, что еще по каким-то невыясненным обстоятельствам носило гордое название "девичьей шевелюры", и я на миг застыла, стараясь различить какие-либо посторонние звуки, явно свидетельствующие о нахождении Джеффа в пределах первого этажа заброшки. Странно, но в данный момент помещение заволокла приятная ненасущная тишина, что в который раз ярко воссоздала в моей голове миражи обычного утра у обычной семнадцатилетней девушки. Но эта была лишь отменная постановка, ибо стоит моему Величеству спуститься на первый этаж, как ее титул плавно перекочует на позицию "бдительного подданного", постоянно подгоняемого извечными припадками сумасшедшего маньяка в лице моего же временного сожителя.       Я поспешила подняться с кровати и неживым силуэтом поплыла к выходу из комнаты, уже сплошь залитой холодными солнечными лучами, точно они служили обычной декорацией и не более. Весьма распространенное явление - светло снаружи, но холодно и темно внутри. И я не знаю, что боле радует в наше время - безграничный солнцепёк или приятная прохлада. Как говорится где-то там, на устах жителей Вашингтона и всего мира в целом, у каждого свой вкус и свои предпочтения, и, надеюсь, вы поняли, что под всем вышесказанным я имела ввиду совершенно не климатические условия...       В длинном узком коридоре, оканчивающимся слева всё той же резкой деревянной лестницей, как ни странно, поселилась такая же незыблемая тишь, что и в моих "временных покоях" позади, дверь которых с неприятным скрипом закрылась за спиной. Некоторое немое предположение со стороны моего сознания медленно осаждало разум странным волнением и облегчением одновременно, поэтому мне ничего не оставалось, как сиюминутно проверить его правдивость: - Джефф! - робко воскликнула я, прильнув ладонями к небольшой перегородке второго этажа и заинтересованно свесившись торсом вниз, отчего мои волосы, подобно длинными рыжим лианам, утонули в легком сумраке первого этажа. Но парень не откликался, поэтому мои сомнительные доводы относительно того, что убийца вновь пустился на свою излюбленную "охоту" средь солнечного утра, вмиг существенно окрепли. - Джефф? - для большей уверенности позвала я, но как и ожидала услышать, в ответ моему голосу лишь тощие березы скромно зашуршали где-то извне по сводам стен неприступной заброшки, словно робкие воины пред величественным замком.       Странное отрадное чувство теплым потоком скользнуло по всему периметру моего тела, и все посторонние опасения и беспокойства плавным шагом поспешили удалиться на задний план. Я знала, что теперь сие помещение на некоторое время принадлежало мне и только мне, а это лишь означало, что психике позволено на некоторое время забыть о насущных страхах контактирования с непредсказуемым убийцей и с его более непредсказуемыми выходками.       Я довольно улыбнулась, отстранившись от перегородки, и точно кошка запрокинула руки вверх, сладко выгнувшись в эластичном позвоночнике, отчего по телу скользнула приятная дрожь. "Чем сегодня займемся, Кира?" - заманчиво прошелестел внутренний голос в моей голове, вмиг освободившийся от заезжих привычек фильтрации собственных помыслов, а я лишь довольно улыбнулась, почти губами шепнув: - Будем вспоминать, каково это - жить и ничего не боятся! "Была бы ты умнее, давно вкусила сладость свободной жизни!" - не остался в стороне едкий голос настырного разума, но я уже вовсю скакала по ступеням лестницы вниз, насвистывая под нос неизвестную легкую мелодию и думать забыв о какой-либо критике со стороны моего внутреннего неугомонного проводника.       Первым делом мои руки поспешили добраться до спасительной порции консерв с мясом, что столь деликатно покоились внутри многочисленных пыльных тумбочек уже знакомой мне жалкой пародии на кухню в "доме" отлучившегося киллера. Солоноватый мясистый привкус поспешил пленить собою недры моего желудка, который, могу с уверенностью предположить, уже существенно уменьшился в объемах, так как в расписании маньяка не приветствовалось положенное для человека трехразовое питание. Но мне, как ни странно, даже удалось раздобыть в этом закоулке полупустую бутылку с водой, поэтому в данный момент ничто не смело потревожить мое резко возрастающее настроение.       Вдоволь насладившись редкой едой и хоть как-то заглушив привычное чувство голода, мне на ум пришла трепещущая идея воспользоваться всеми плюсами обеспеченного мне на время одиночества и ознакомиться с чередой многочисленных комнат здания, что, по моим личным убеждениям и догадками, скрывали за своими дубовыми дверями пугающие таинства и окровавленные трупы. Но, видимо, я слишком самонадеянно поспешила спутать обитель Джеффа с прибежищем Синей Бороды из старой детской байки, потому что кроме отменного минимализма в духе киллера и старой потертой мебели в некоторых комнатах мне боле ничего не попадалось. Думаю, это существенно приостановило деятельность моей расстроившейся фантазии, потому что образ заброшки, полной несметного количества трупов и крови, шатким каркасом неумолимо обрушился в моих собственных представлениях о убежищах опасных серийных маньяков.       Странные люди - им обязательно и безоговорочно нужно знать, что их существа по-прежнему окружены хитросплетениями интриг, чувствами переполняющего их адреналина, дабы убеждать самих себя, что их жизнь не является только отметкой скуки и бессмыслия, но стоит чему-то необъяснимому пролить кровь прямиком пред их испуганными лицами, как желание вернуться к обыденному безопасному стечению обстоятельств мгновенно превышает другие чувства и тягу к непостижимому. Мы так хотим полноценно прочувствовать жизнь, и так неистово кричим и отпугиваем любые сложности с противоположной удобству стороны. А жизнь в удобстве - это уже не жизнь. Удобно только спать на дне гроба и не более. Но, ко всему вышесказанному, спешу отметить, что в данный момент я была готова променять любые удобства на возможность благополучно вернуться обратно домой и убежденно знать, что здоровью, сохранности Дэнни и всей моей небольшой семьи ничего не угрожает. Но угроза, между тем, существовала. И сейчас она спокойно бродила по улицам движущегося Вашингтона с острым ножом в кармане.       Сейчас я стояла пред последней комнатой, пространство которой еще не было полноценно изучено моим проницательным взглядом. Поржавевшая ручка легко поддалась и дверь с неприятным скрипом пригласила мое Величество войти внутрь. Это была единственная комната на втором этаже, окна которой были тщательно забиты деревянными досками, поэтому я зябко вздрогнула, когда густой сумрак, от которого я сумела существенно отвыкнуть под покровами солнечных дней, встретил мое присутствие своей темнеющей неизбежностью.       Искать выключатель в этой дыре было бессмысленно, поэтому мне ничего не оставалось, как робко ступить вперед, в последнюю комнату несбывшихся догадок и несуществующих тайн. Деревянная половица озабоченно скрипнула под ногой, и я испуганно вздохнула, отскочив в сторону. "Странно, после всего случившегося тебя не должны пугать обычные половые доски!" - сдержанно прокомментировал мой конфуз разум, но я заставила его вмиг замолчать, ступив в мрачную середину неисследованной комнаты. Когда глаза с покорностью привыкли к пугающей темноте, я с облегчением обнаружила, что данные апартаменты почти пустовали и не предвещали ничего криминального средь своих четырех стен. Лишь где-то в углу покоилось длинное зеркало на небольших деревянных ножках и около него мирно лежал бесцветный из-за сумрака ковер. Я уже томилась мыслью развернуться и пойти обратно в свет коридора, как под редким блеском солнечных лучей, скромно протягивающихся по полу меж досок на окне, моему взору что-то сверкнуло. Я затаила дыхание и медленно поплыла вперед, к предмету моей мгновенной заинтересованности. Странно, как могла упустить я из виду небольшой металлический чемоданчик, что робко примостился в дальнем углу комнаты! Я осторожно присела на колени, дрожащими руками проведя по гладкой поверхности чего-то таинственного и принадлежавшего определенно убийце. Любопытство непроглядной пеленой застлало мои глаза, и я принялась стремительно открывать обнаруженное сокровище, томясь щекочущей мыслью - что, в конце концов, там, внутри? "Может, чьи-то органы или заляпанный кровью топор?" - поспешил влиться в процесс разум, а я продолжала тщетно пытаться опровергнуть, либо, наоборот, подтвердить его слова.       Но, наконец, мои пальцы мягко коснулись главной проблемы на пути к неразгаданной тайне убийцы - и это проблема представляла из себя маленький медный замок. - Черт возьми, только не говорите мне, что этот придурок носит с собой маленький ключик в виде сердечка и хранит в этом чемодане самые сокровенные записи! - с долей иронии вслух выругалась я, понимая, что сегодня мои руки вряд ли доберутся до дразнящей тайны Джеффа. Я осторожно потрясла небольшое подобие на сундук и шумно вздохнула, когда внутри что-то обеспокоенно застучало об металлические стенки. Тайный предмет лишь разжег во мне неутолимое любопытство, и мне больших усилий стоило убедить себя в том, что это напрасная трата времени. "Как бы не так!" - раздраженно вздохнула я, помещая чемоданчик на привычное место и медленно поднимаясь на затекшие ноги.       Теперь я стояла лицом к мутному отражению зеркала, на которое почти не попадали солнечные лучи, поэтому в его загадочных глубинах я не могла как следует рассмотреть себя. Да, в принципе, мое существо и не сильно горело данным желанием, ибо вид у меня в эти дни определенно оставлял желать лучшего!       Но внезапно я прищурилась и медленно вытянула руку вперед, касаясь гладкой зеркальной поверхности. Кончики пальцев замерли на уровне правого верхнего угла, где темнеющими буквами виднелись какие-то неопределенные слова. Я медленно повернула голову набок, пытаясь тщетно прочесть письмена маньяка, выведенные темной алой краской: - Я прекрасен, - шепотом огласили запись мои губы, и я с нескрываемой усмешкой проронила, - да, у Джеффа определенно "завышенная" самооценка, раз ему приходится писать об этом даже на зеркалах!       Но поперечно меж усмешками в моей голове проскакивало искреннее отвращение, ибо только сейчас я догадалась - какими красками пользовался свихнувшийся убийца для написания данных слов...

***

      День мягкой поступью просачивался сквозь пыльное окно в моей временной комнате, а я старательно ловила на своем лице его медовые блики.       После некоторой экскурсии по логову Джеффа я внезапно поняла, что на этом мои развлечения явно закончились, поэтому сейчас мой силуэт в лучах солнца и безделья безмятежно восседал на белесом подоконнике, свесив одну ногу вниз, на бесполезную батарею, а вторую закинув к себе и обхватив руками. За окном открывался знакомый вид тощих берез-приведений и хрустально-чистого голубого неба с желтой каемкой в виде солнца посередине.       Я медленно выдохнула, плотно прижавшись лбом к холодному стеклу и наблюдая, как мутные разводы начинают медленно проявляться на его скользящей поверхности от моего жаркого дыхания. Кончик пальца плавно скользнул по запаренной области стекла, выводя бессмысленные узоры, вмиг подсвеченные солнцем.       Вскоре это занятие наскучило моей персоне, и я уже была готова слезть с холодного подоконника, как до моего слуха вдруг долетели отрывки невнятных голосов с улицы и в момент растаяли. Я насторожилась, а тело тотчас пробрала непонятная дрожь. "Наверное, показалось!" - решила я, когда голоса утеряли свое место быть в звенящем воздухе и исчезли. Я осторожно спрыгнула с подоконника, но все равно продолжала недоверчиво вслушиваться в краткую тишину, будто пыталась разглядеть в покрове непроходимых джунглей затаившегося хищника.       И хищник мгновенно дал о себе знать, разразившись новым потоком несуразных слов, что мягко затрепетали за молчаливыми стенами заброшки извне. "Наверное, Джефф разговаривает сам с собой!" - попыталась я тщетно приглушить разбушевавшиеся чувства паники внутри себя, медленно двинувшись вперед, к выходу из комнаты. "Или к нам пожаловали непрошеные гости?"       Так или иначе, я не могла выдать ни единого довода в сторону взаимоотношений маньяка со своими ближними соседями, которых, скорее всего, не существовало, и их возможным визитом, но теперь я была уверена, что ранее возникшие из ниоткуда голоса были исключительной реальностью и с каждой секундой звучали все ближе и ближе, подобно призракам просачиваясь сквозь разбитое окно в коридоре. По спине прошлась неприятная дрожь.       Странно, любое появление какого-либо живого создания в этой непримечательной местности, определенно лишенной всяких надежд на мое благополучное спасение, должно и радовать, и пугать одновременно, ибо откуда мне знать, кто появится на пороге - любопытные подростки, что, надеюсь, не воспримут мое нахождение в заброшенном здании близко к сердцу и тотчас позвонят в полицию, так как мой собственный телефон все эти дни не подавал каких-либо признаков жизни, полностью поддавшись окончательной разрядке аккумулятора, либо же мне посчастливиться разделить проживание в этих угрюмых стенах на некоторое время с вежливым бомжом? Не знаю, правда, но странные неразборчивые голоса навряд ли сулили моей персоне что-то хорошее.       Я медленно двинулась по лестнице вниз, стараясь особо не напрягать дряхлые ступени под ногами и устранить любую возможность их незамедлительного скрипа, что, уверяю вас, раздастся пронзительным звуком по всему периметру помещения. А, кто знает, вдруг самозванцы отличаются на редкость отменным слухом?       Без единого шороха спустившись на первый этаж, сплошь залитый золотыми лучами, через которые можно было разглядеть невесомый танец густой пыли, я позволила себе небольшую передышку. Мой силуэт плавно скользнул за уступ комнаты, где начиналась кухня, и я с тяжелым вздохом облокотилась спиной об кирпичную стену, прочувствовав всем своим существом сбивчивое сердцебиение, мгновенно вышедшее из под контроля. "Здесь меня не видно с коридора!" - мысленно отметила я, затаив дыхание и внимательно прислушиваясь к инородным голосам, что постепенно превращались в весьма различимые слова. - Ты уверен, что это здесь? - Конечно, уверен, ведь не просто так мне пришлось выслеживать этого сумасшедшего прошлой ночью! Эй, осторожней, тут штыри под ногами... Говорю вам, этот отшмёток прячется здесь! - А вдруг он и сейчас на месте? - Боже, Сара, прекрати ныть, у нас биты в руках и телефоны на связи, ты забыла? - Нет, просто... Просто мне страшно, Эрик! - Ты же так хотела увидеть свою подружку живой и невредимой, а? Тогда почему сейчас ведешь себя как маленькая смазливая девчонка? - Он дело говорит! Сара, ради всего Святого, завязывай! Или ты так просто спустишь с рук убийство двух наших друзей?       Дыхание тяжелым комом замерло где-то посередине горла. Холодный пот мгновенно пробрал лицо и ладони, щедро одарив неистовой дрожью все мое тело. Веки медленно накрыли исказившиеся от страха глаза, не позволяя видеть вмиг поредевший и поплывший мир перед собой, дабы не спровоцировать нежелательный приступ тошноты. Но знакомые голоса снаружи, в которых я мгновенно узнала и Эрика, и Сару, и единственного оставшегося в живых среди двух других попутчиков моего бывшего парня - Майкла, между тем, уже вовсю провоцировали во мне вспышки искренней паники и ужаса. "Что они здесь делают?" - вопросы, насквозь пропитанные запахом приближающейся опасности, в неистовстве метались и бились об недры моего разума, на что он лишь смиренно молчал, не найдясь с ответом, что сейчас, кстати говоря, был мне как никогда необходим!       Сердце на миг прекратило свою деятельность, когда входная дверь заброшки с душераздирающим скрипом оповестило мою персону о конечном прибытии нежеланных гостей, которые, если не поторопятся к прибытию Джеффа скрыться восвояси, больше никогда не смогут покинуть это злосчастное здание. А этого я сейчас желала меньше всего, тем более, по отношению к своей лучшей подруге, что по каким-то безумным обстоятельствам тоже оказалась здесь.       Робкий круг фонарика осторожно мелькнул на поверхности грязного деревянного пола, с каждой секундой увереннее продвигаясь вперед и, вот, наконец, замер на уровне кухни, за стеной которой я смиренно пыталась не сойти с ума. - Странно, здесь светло! - тихо прошелестел столь знакомый мне мужской голос, и свет от фонарика мгновенно исчез. - Осторожней, дырки в полу! - Да, ремонт у них, конечно, на высшем уровне! - Тише вы, оба!       Я, наконец, медленно открыла глаза, и выдох исключительного отчаянья непроизвольно повис на моих дрожащих от бесшумных слез губах.       Невидимые голоса за стеной стремительно замерли, и я смогла уловить судорожное дыхание каждого из них. Странно, раньше я никогда не могла со столь выразительной явственностью различить такого безмерного количества чувств и эмоций, плескавшихся в данный момент в обычном, казалось бы, дыхании моих друзей. Но общество убийцы отточило во мне не только способность остро реагировать на любые проявления чувств внутри себя, чаще всего - страха, конечно же, но, между тем, я еще прекрасно освоила технику бесшумного дыхания и напрочь утеряла веру в то, что все непременно будет хорошо, нежели мои глупые гости. И только это могло спасти меня, в отличие от них. "Только, черт, как им это доказать?"       Мой силуэт медленно показался из-за стены, и на губах друзей тотчас замер испуганный вздох. В тишине повис тягучий шок, обрамленный лишь частым дыханием Сары и плохо скрытым волнением в глазах Эрика и Майкла. Я, подобно олицетворению исключительного противостояния законам, обществу и другим привычным человеческим нормам, что соблюдала совсем недавно, проживая в самой гуще серого Вашингтона, вмиг стала непонятым отшельником и опасным чужаком, ведь именно об этом мне столь ярко рассказывали сейчас взгляды трёх людей, неподвижно стоявших напротив меня. Мое сознание пробрала горькая усмешка, когда я, почти неизменная и прежняя высилась пред своими бывшими друзьями и понимала, что больше не видела в них чего-то старого и родного. Теперь в их глазах читался лишь сущий страх и крайнее недоверие, будто я самовольно приняла статус преемницы киллера. Так странно, однако, видеть человека в метрах от себя и быть одновременно столь далеко. - Кира...       Ошарашенный шепот пронесся тихим шорохом по первому этажу, словно прибой разбился и замер где-то в глубинах моего искореженного сердца. Стоило Саре просто назвать мое имя, и в сознании вмиг всплыла опрометчивая мысль, что, может быть, еще не всё потеряно. Что я, может, еще смогу выбраться из этого Ада и пристать пред обществом все той же Кирой Филдер, свободной и независимой, коей была прежде. Стоило человеку на искренней ноте произнести мое имя, и надежда на спасение вновь затрепетала где-то близко с утомленным сердцем. Каменные стены заброшки плавно исчезли из моего поля зрения, и мне на миг почудилось, будто все, наконец, встало на свои места. Никакого Джеффа и в помине не существовало, только я, друзья и уверенность в завтрашнем дне. Жаль, только, что эта иллюзия уверенности прочно закрепилась на притаившейся опасности... - Сара! - устно вывела я онемевшими губами имя лучшей подруги, и девушка стремительно бросилась ко мне в объятья, будто убедилась, наконец, что перед ней стоит всё та же Кира, реальная и настоящая, любящая хорошо поесть и посмотреть бессмысленные сериалы по ночам.       Застывшая настороженность моментально разбилась вдребезги, оголяя по-девственному чистые эмоции и чувства.       Родной запах васильков и сладкой карамели незамедлительно приглушил мою внутреннюю тоску и боль, ударив в нос, когда я, с трудом сдерживая поблескивающие на свету слезы, прижималась к родному телу подруги, и вновь на секунду верила, что все обязательно будет хорошо!       Эрик и Майкл с пренебрежением стояли чуть поодаль, позволив себе на мгновение расслабиться и опустить длинные деревянные биты в руках. - Хватит уже! - наконец, безжалостно прервал временную идиллию Эрик, бросив в сторону меня и Сары испепеляющий взгляд. - Ты жива, - между тем, не слушая парня, вовсю щебетала светловолосая подруга, выпустив мое тело из пламенных объятий, и теперь, зачарованно осматривая, словно инопланетянина, перебирала мои волосы и прикасалась нежными ладонями к сухой коже моих щек, - кошмар, что этот подонок сделал с тобой! Поверить трудно! Но ничего, милая, мы пришли за тобой, и весь этот ужас скоро наконец-то кончится! - Только, ты сама превратилась в ужас! - вставил свой коронный брезгливый смешок Эрик, осмотрев мое тело, сплошь уписанное порезами и синяками, с ног до головы, но я не обратила на парня ни малейшего внимания. - Все в порядке, - через силу улыбнулось мое лицо Саре, а что-то внутри уже металось порывами содрать маску и сказать, наконец, всю правду подруге. Но я не могла. Сугубо для ее личной безопасности - не могла! И это разрывало в данный момент на части, - но вам нужно уходить! Вам нельзя здесь находиться, понимаешь? - Нет, не понимаю, - уверенно отрезала девушка, заглядывая в мои блестящие глаза, - и понимать не хочу, потому что ты сейчас же уйдешь вместе с нами! - Я не могу! - мой голос непроизвольно обратился в жалкий сип. - Брось, Сара, просто наша неблагодарная Кира злится, что мы нарушили ее временный роман с тем уродом! - поспешил "разъяснить" происходящую ситуацию Эрик, на что Майкл довольно загоготал в стороне: - И вправду, ты только посмотри, какая у нее кислая рожа! И с места ведь двигаться не хочет! Преданно ждет своего любимого... - Заткнитесь! - сквозь зубы процедила я, бестактно перебив уморительный монолог Майкла, хотя парень с изначальным успехом продолжал вовсю забавляться моим затруднительным положением на данный момент. "Неужели они действительно не осознают, в какой опасности находятся?" - отчаянно метались мысли в моей разболевшейся голове. - Только скажи, что это не так! - ко всем прочему, угрожающе зашипел Эрик мне в лицо, и в глазах парня я смогла узреть столь невыносимые переливы искренней злости и пренебрежения. - Или ты смелая, потому что твой дружок сейчас не дома, а? Только, знай, - крепкая рука парня метнулась к внутренней части бедра, где несколько дней тому назад оставил свой "фирменный отпечаток" в виде глубокого пореза Джефф, - он поплатится у меня за это! Не переживай, я просто изобью лицо твоего дружка в кровь, не более, а потом вы вновь вернетесь к размеренной любовной жизни!       Слова, словно ядовитая кислота, стремительным потоком обожгли невесомую материю моей души, и чувства крайней обиды захлестнули мой разум. "Как он может такое говорить?" - недоумевала я, сиюминутно вкусив безумный гнев бывшего парня и застыв во временном оцепенении от калечащей обиды. "Ведь, черт возьми, всё не так, как ему представляется! Почему он верит каждому, но только не мне?"       Наверное, стоило в подвернувшейся ситуации высказать Эрику все, что я о нем думаю и превратить его слова в беззвучные мотивы, обделенные каким-либо смыслом, но что-то заставило меня промолчать. Что-то заставило меня покорно склонить голову и опустить взгляд вниз, к собственным ногам, только бы не встречаться с прожигающим взором юноши. Видимо, Эрик принял эти действия за подтверждение своей бессмысленной победы, поэтому лишь самодовольно усмехнулся и, повернувшись к Саре и Майклу, уверенно провозгласил: - Как насчет того, что бы ознакомиться с гнездом влюбленных? - и юноша многозначаще кивнул в сторону лестницы, что пленила гостей своей неизвестностью и звала наверх, прямиком на произвол судьбы, ну или же кровожадного маньяка, который появится в своей обители с минуты на минуту и вряд ли обрадуется появлению самозванцев.       Кровь с неприятной свинцовой тяжестью застыла в венах, когда в глазах Сары я разглядела синхронно появившийся с Майклом интерес и одобрение помысла моего бывшего глупого парня. Эрик без лишних раздумий двинулся вперед, бодро зазывая за собою остальных. Я в холодном отчаянии схватила Сару за рукав ее бежевой куртки, когда подруга уже собиралась сделать роковой шаг на первую деревянную ступень злосчастной лестницы: - Сара, прошу, пойми, вам нужно уходить! - Мы не уйдем без тебя! - беспристрастно произнесла девушка, сверкнув твердым взглядом, и я с камнем на душе поняла, что спорить с ней сейчас бесполезно. - Мы ненадолго, тем более, у мальчиков с собой биты! "Они вам мало чем помогут!" - горько усмехнулся мой внутренний голос, а наяву из моих уст вырвался лишь усталый безнадежный выдох. Рукав Сары стремительно вырвался из моей вспотевшей ладони, и рука обессиленно упала вниз. "Боже, пусть хоть на этот раз все будет хорошо!" - взмолилась я, подняв тяжелую голову к верху, и резко осеклась, когда увидела над собою лишь грузный деревянный потолок, с которого медленно осыпалась пыль под шагами моих временных спутников на втором этаже...